Добавить

ПОЗВОЛЬТЕ НАМ ВЕРНУТЬСЯ, ХРИСТА РАДИ…

ПОЗВОЛЬТЕ НАМ ВЕРНУТЬСЯ, ХРИСТА РАДИ… (из цикла «Продажи и продажные люди»)



ПОЗВОЛЬТЕ НАМ ВЕРНУТЬСЯ, ХРИСТА РАДИ… (из цикла «Продажи и продажные люди»)
 





В первый же день в моем новом салоне я написала заявление, — только дату проставлять не стала, чтобы потом сразу по факту указать. Положила его на видное место и принялась ждать Сергея, который, как мне было известно, в этот проблемный салон наведывается часто. Потом преспокойно уселась на ближайший диван, взяла в руки телефон и целиком и полностью погрузилась в чтение электронных книг и игры.

Время от времени заезжал Ромка, которому было скучно в его новом салоне, где от него ожидали работы, — а его душа рвалась сюда, на его вотчину, где у него была возможность безнаказанно мухлевать по полной программе.

Под стать ему была и его сменщица. Про нее вообще можно целую книгу написать, — настолько подлых, беспринципных, мерзких и продажных тварей мало даже в продажах. В сравнении с ней даже Сергей мог бы нервно курить в сторонке. Но мне с ней было детей не крестить. Я даже и конкурентом-то для нее не являлась, поскольку сама вообще не собиралась больше здесь продавать и полностью предоставила ей право с высунутым языком бегать за покупателями.

Попутно с диванами она продавала акции МММ, — ну, то есть, подобных ей финансовых пирамид, — и именно это можно было, без натяжки, назвать ее настоящей работой. В эти свои авантюры она пыталась вовлечь всех окружающих, — включая меня, разумеется, — и очень бесилась, когда ей отказывали, начинала вести себя крайне неадекватно, обзывалась, крыла людей матом и сыпала проклятиями вслед.

Короче, компашка у меня подобралась веселая. С одной стороны, хитрый продуманный Рома, уверенно пытающийся идти по стопам Остапа Бендера, и бледная пародия на Мавроди – с другой.

Когда она подкатила ко мне со своими акциями – облигациями, я изобразила невинное личико, пожаловалась на удушающую бедность и попросила денег в долг, — как раз для того, чтобы вложить в «ее бизнес». Она настолько обалдела, что на некоторое время оставила меня в покое. Но на месте ей не сиделось, и, спустя неделю, она снова начала описывать мне сказочные перспективы. Мол, вкладываешь сегодня пять тысяч, через месяц снимаешь десять, — где ты еще такие выгодные условия для пассивного дохода найдешь?.. Я согласилась, что перспективы просто чудесные, и снова попросила у нее пять, — нет, лучше десять, — тысяч чтобы вступить в ряды славной братии вкладчиков. При этом пообещала, что верну ей долг плюс сто, — нет, лучше двести, а то и триста, — процентов от прибыли, и только потом начну зарабатывать самостоятельно.

Правда, сразу же честно предупредила, что если «бизнес» прогорит, то вернуть я ей не смогу ничего. Совсем. Потому что своих денег у меня нет, — типа, нет от слова «вообще». Так что, не обессудь… Но вот если все получится… А хочешь четыреста процентов?.. Нет, пятьсот!.. Решено, — я отдам тебе пятьсот процентов от любой суммы, которую ты мне одолжишь! Договорились?.. Все, пошли оформлять!..

Иногда у меня получается говорить такие вещи с таким серьезным видом, что окружающие покупаются на это. Вот и эта дамочка, похоже, поверила тоже. Даже денег пообещала…

Правда, так и не дала до сих пор, — а уж года три прошло или даже больше.

То есть, мне было там весело по полной программе. А еще веселее было узнавать новости о работе «моего» салона.

Для начала Сергей установил им план – 500 тысяч. Зашибись!.. Плюс – Сенька ввел для них кучу послаблений, о чем регулярно сообщал в общем чате. Клонов в приказном порядке и под угрозой штрафов велел увеличивать количество товаров в чеке. Сергей пересылает всем его письмо и тут же скидывает в общий чат сообщение, что, мол, разумеется, это не касается «моего» салона, «потому что ребятам и так трудно, их надо поддержать»!.. Нет, слово «зашибись» здесь уже не подходит, удаляем из него букву «ш» и меняем «и» на «е». А нам, значит, не было трудно; нас не надо было поддерживать!.. Еще какое-нибудь распоряжение, и снова приписка Сергея, что к данному салону это требование, разумеется, не относится, — «ребята и так молодцы, стараются, и надо им помочь»!..

И так – каждый день. «Ребята» то, «ребята» се… Они — молодцы, они стараются, давайте поможем им всем миром, давайте поздравим их с очередной продажей… Я реально скрежетала зубами от ярости. Нет, к «ребятам» я не испытывала ровным счетом никаких отрицательных чувств. Ничего личного. Мне просто до тошноты было мерзко читать постоянные дифирамбы на их счет. И обидно просто до слез…

Я сделала зарубку в памяти: в день, когда наступит зомбиапокалипсис, я лично первым делом отыщу Сереньку и буду срезать с него кожу мелкими лоскутками тупым ножом…

Нет, ребятки, конечно, молодцы, — особенно, Рома, проводивший большую часть времени в «своем основном» салоне. Они пришли на все готовенькое, расставленное – вычищенное – выдраенное. Им снизили план – вполовину. И работали они теперь уже не по двенадцать часов, — администрация мебельного центра, наконец-то, прислушалась к многочисленным пожеланиям и сделала часы работы вечером до восьми. Их не уставали хвалить, — чтобы противопоставить нам. Им дали кучу привилегий. Так что они, конечно же, молодцы!..

А еще – Лина, разумеется, оформляла на себя все наши наработки с прошлого месяца. Лена, работавшая сейчас в другом салоне, обзвонила всех, кто оставлял ей телефоны, пытаясь уговорить их приехать к ней. И все они, как один, сказали: спасибо, но мы уже все купили в «том» салоне!..

Вот так. Молодцы.

Кстати, даже с учетом наших наработок, они за месяц сделали всего лишь четыреста тысяч. Прошу запомнить эту цифру!.. Она еще пригодится. До плана в пятьсот тысяч они так и не дотянули. И уж, тем более, к миллиону, который был выставлен нам, даже и близко не подошли. Тем не менее, на беспристрастный взгляд начальства они работали гораздо лучше нас, и Сергей охрип от восхищения.

Ну, что же, Бог ему судья. Встретимся еще, надеюсь, в темном переулочке…

С Леной мы все это время регулярно созванивались. Как ни странно, на расстоянии мы с ней могли общаться совершенно нормально. Вот как бывает, — работать вместе с ней нам было невыносимо, и я ни при каких условиях не согласилась бы больше на это. А вот просто дружить – пожалуйста!.. И темы общие для разговора всегда находились, и понимали друг друга с полуслова…

Так до сих пор, кстати, и дружим.

При всем своем хорошем отношении к Лене, некоторые стороны ее характера я так и не смогла понять. Да, в разговорах со мной она ругала Сергея и возмущалась несправедливостью по отношению к нам. Но при этом у нее не было особо искренней обиды на него. Она тусовалась в очередном салоне, где основные сотрудницы, — так же, как и Любаня в свое время, — не подпускали ее к консультациям и не давали продавать. Но она при этом не теряла своего извечного оптимизма и уж, тем более, не помышляла увольняться. Все ее мысли были только о том, что скоро ей «позволят вернуться в свой салон». Она ждала этого, как второго пришествия.

После всего, что было.

Она постоянно говорила мне о том, чтобы я не увольнялась. «Может быть, в следующем месяце Сергей позволит нам вернуться в наш салон, и мы будем там нормально работать!»

Я, хоть убей, не понимала ее женскую логику. Да я не вернулась бы теперь обратно, даже если бы этот урод встал передо мной на колени!.. Для меня все было давно решено. Пусть хорошие «ребята» поднимают этот чертов салон. А я просто постараюсь сейчас урвать с этой организации как можно больше и слиняю!..

Никто не может «позволить мне вернуться»! И, если Сенька еще не понял этого, то его ждет приятный сюрприз!..

Комментарии