Добавить

ТУПИК

ТУПИК (из цикла «Продажи и продажные люди»)



Я давно заметила одну интересную тенденцию. Если у меня на работе все в порядке, нет никаких проблем с начальством или с другими сотрудниками, то и сама работа спорится. Люди приходят, заказы оформляются, диваны разлетаются, как горячие пирожки, — настроение хорошее, в целом, жизнь удалась. Но если возникают какие-то проблемы, — с кем угодно или с чем угодно, — то все. Тупик полный. Люди перестают заходить на площадку, — а те немногие, которые все-таки заглядывают, в панике разбегаются от тебя, стоит только бросить на них взгляд. Продаж нет, — хоть ты из штанов выпрыгни. И проблемы разрастаются, как снежный ком.

 

 
ТУПИК (из цикла «Продажи и продажные люди»)
 





Энергетика что ли у меня такая, — что я могу работать только тогда, когда у меня хорошее настроение?.. Или же я просто каким-то образом проецирую свои проблемы на все другие отрасли своей жизни и сама программирую себя на неудачу?..

После того письма Сергея все окончательно покатилось под откос.

Мебельный центр словно вымер. Мы целыми днями сидели в гордом одиночестве. При этом наверху, в самом торговом центе, было так много людей, что пройти по достаточно широким коридорам было весьма затруднительно, чтобы не столкнуться с кем-нибудь. Но сюда, на цокольный этаж, не заглядывала ни одна живая душа.

Продаж не было от слова вообще. Мы с Леной на протяжении всего рабочего дня тупо смотрели друг на друга. А если учесть, что, благодаря усилению, работали мы с ней без выходных, то уже через пару дней начали очень сильно раздражать друг друга.

У Лены случился очередной заскок. Ей надоело работать без выходных. И она стала требовать от меня, чтобы я решила этот вопрос.

Уточню сразу: решить этот вопрос было нереально. Я могла лишь снова отпустить ее самовольно, на свой страх и риск. Но, после того, как она однажды уже подставила меня с этим, я больше не желала этого делать.

Приказ об усилении приходит из центрального офиса, от непосредственного начальника Сергея по фамилии Клонов. Я уже не помню сейчас, какую должность он занимал, но все боялись его, как огня. Сергей так вообще говорил о нем с придыханием, понизив голос и испуганно оглядываясь по сторонам, словно грозный начальник мог случайно его услышать. Разве что не осенял себя крестным знаменем при этом, — а то можно было бы предположить, что это фамилия самого Господа Бога.

Приказ был однозначен. В праздничную неделю в течение всего дня в салоне обязательно должны находиться два сотрудника. Обсуждению это не подлежало. Послабление только одно: первому из них дозволено прийти утром на час попозже, второму – уйти вечером на час пораньше. И – все. Обсуждению и обжалованию не подлежит. Если выяснится при проверке, что приказ нарушен, — мало никому не покажется.

Я уже писала о том, что перед Новым годом Лена умудрилась меня подставить. Я негласно дала ей выходной, чтобы она отдохнула, — так она умудрилась в общем чате спросить у меня, как я там?.. Разумеется, все – включая Сергея – прекрасно все поняли. Но тогда Лена сумела отвертеться, сказав нашему начальнику, что я просто отпустила ее всего на пару часов, и она сейчас вернется на работу.

К счастью, Сергей тогда сделал вид, что поверил, и даже не стал уточнять у меня этот вопрос. Но на следующий же день Сергей прислал письмо о том, что любые отлучки – даже на пару часов – только после согласования с самим Клоновым.

Вот таких проблем у меня с Любаней никогда не возникало. Мы постоянно отпускали друг друга на выходные, и ни разу об этом никто не узнал. Лена же умудрилась спалить нас обеих в первый же день. Наученная этим горьким опытом, я сразу же сказала ей, что после Нового года мы будем работать вместе, как полагается, и я больше рисковать не стану.

Несколько дней спустя, Лена загрустила, заскучала, затосковала, и начала сначала просить, а потом и требовать, чтобы я отпустила ее на выходной.

А знаете, что самое прикольное в данной ситуации?.. Несмотря на наличие перед глазами приказа Клонова и письма Сергея, Лена упорно отказывалась понимать, что все это – распоряжение вышестоящего начальства, а не моя личная придурь. Полностью игнорируя то, что приказ исходит сверху, она на полном серьезе обвиняла меня в том, что я, подлая и жестокая, нарочно издеваюсь над ней, лишая ее законных выходных из какого-то нелепого приступа идиотизма. Она по несколько раз в день закатывала мне какие-то совершенно дебильные бессмысленные детские истерики с обвинениями в глупости, жестокости, эгоизме, нежелании войти в ее положение и неспособности хоть как-то решить эту проблему к всеобщему обоюдному согласию.

У меня просто шарики за ролики начали заходить от всего этого.

Напрасно было пытаться объяснять ей, что я сама в таком же положении, — да и не только я, но и все остальные сотрудники данной организации. Что мы также все устали и хотим на выходной. Она лишь начинала высказывать мне, что ей плевать на всех, что это незаконно, и я обязана прямо сейчас решить вопрос с нормальными выходными для нее.

Мне с ней приходилось разговаривать просто как с капризным ребенком, который не желает ничего слушать и лишь кричит: «Хочу, хочу, хочу!..» Но даже несмышленый ребенок, — и то, наверное, уже понял бы, что от меня в данной ситуации ничего не зависит, и я ничего не могу сделать. Лена этого понимать не хотела. Она просто желала, чтобы я отпустила ее на выходной.

Через пару дней, уже устав что-то объяснять ей и показывать на пальцах, я посоветовала ей позвонить Сергею и попросить у него выходной. Последующие пару дней после этого она наседала на меня с киками, что никому она сама звонить не будет, — это должна сделать я, как администратор. Я должна немедленно решить этот вопрос, — позвонить Сергею, Клонову, — кому угодно, — и потребовать от них отпустить ее на выходной.

Я отказывалась звонить кому бы то ни было.

Еще некоторое время она обвиняла меня в том, что это я просто разругалась с Сергеем, и теперь из личной неприязни к нему не хочу созвониться с ним и позаботиться о своих сотрудниках. И вообще, — она не виновата в том, что у меня возникли проблемы с Сергеем, и не должна страдать из-за меня и по моей вине. Ведь она-то – нормальный человек, не ругавшийся с начальством!.. А вот я довела дело до конфликта, и теперь из-за меня ее не отпускают на выходные…

Это был просто театр абсурда. У меня руки опускались. После всех этих высказываний, обвинений и истерик я уже на полном серьезе начала сомневаться в адекватности этой девушки…

Вот когда мне пришлось – опять же на полном серьезе – вспомнить о Любане!.. Какой бы она ни была, — но неадекватной ее нельзя было назвать ну ни при каких условиях! До поры, до времени нам всегда удавалось с ней договориться. Да, с ней было очень сложно работать, — из-за ее поганого характера, сквернословия, завистливости. Но это все хотя бы можно было понять. Понять, вроде бы, милую, улыбчивую, дружелюбную Лену было вообще нереально. А работать с ней было невозможно вдвойне.

Когда не было посетителей, мы с Любаней просто сидели, например, в телефоне, — занимались каждая своим делом и друг другу не мешали. Лена же могла часами стоять надо мной и с различными вариациями нудеть на тему того, какая я плохая, если так издеваюсь над ней и не желаю войти в ее положение, понять, что она устала, и отпустить ее на выходной. А я, просто молча, уже давно отчаявшись хоть что-то объяснить ей, смотрела на нее и думала, что мои дни в этой компании, по любому, были бы сочтены…

Я могла справиться с монстром — Любаней. Возможно, при определенных обстоятельствах, — если бы Сергей действительно искренне раскаялся бы в своем поведении, — я смогла бы продолжать иметь с ним дело. Но плачущий вампир Лена, вечно зудящая у меня над ухом… Нет, это было больше, чем я могла вынести!..

Под конец новогодних каникул Лена уже перешла к крикам, что я – плохой администратор, который не способен нормально организовать работу салона и вовремя отпускать своих сотрудников на выходные. Я предложила ей самой стать администратором, пообещав поддержать ее кандидатуру перед Сергеем. Но нет, она не желала сама быть администратором, — она просто хочет, чтобы я отпустила ее на выходной!..

Вообще, моя выдержка на тот момент сейчас восхищает меня саму. До сих пор не могу понять, как я ее тогда не прибила.

К счастью, январские каникулы закончились, и мы перешли в нормальный график…

Комментарии