Добавить

Встреча

 
 


            "Она, наверное, давно вышла замуж,– думал Занин, листая новый телефонный справочник.– С ее-то внешностью!.. Или осталась такой же неприступной?" Он вспомнил, с каким высокомерием отвергала Нина всякие ухаживания. А ухаживали за ней в школе все. Все кроме Занина. Он так боялся показаться смешным, пошлым. А зря. Может быть, именно от него ждала она знаков внимания. Наверняка ждала!
            Сердце радостно забилось, когда он нашел ее фамилию. И инициалы подходили. Занин взглянул на адрес и не поверил своим глазам: она жила в доме напротив! В точно такой же четырехэтажной хрущевке. Он быстро подсчитал: второй подъезд, четвертый этаж, третья слева однокомнатная квартира. Значит, те три окна – ее. Уже две недели жил он здесь, две недели видел ее окна и не подозревал об этом! Занин набрал ее номер.
            – Да,– услышал он женский голос – ее голос! Потом вдруг раздался какой-то шум, стук. Нина вскрикнула. Зазвучали короткие гудки. Занин посмотрел на ее окна, но ничего не разглядел. Он бросился к шкафу, достал подзорную трубу, купленную недавно для походов в горы. Растворил окно (холодный ноябрьский ветер ворвался в комнату), поставил на подоконник штатив, установил трубу. Прильнул к окуляру.
            Занин увидел высокого худого мужчину в клетчатом пиджаке. Он был виден лишь по плечи: со своего третьего этажа Занин смотрел на окна Нины немного снизу вверх. Лицо человека выражало ненависть.
            Занин позвонил еще раз. И снова услышал короткие гудки. Он опять подскочил к оку, прижал глаз к окуляру. И увидел ноги в клетчатых брюках. Словно человек пытался сделать стойку. А вот он пошел на руках: ноги поплыли в сторону кухни, то немного опускаясь, то поднимаясь снова. Он, если можно так выразиться, хромал на одну руку. Внезапно ноги исчезли. Прошло несколько секунд, и вместо них какой-то предмет поднялся и, описав дугу, стремительно опустился. Это движение повторилось несколько раз. "С гантелями занимается?" Он всмотрелся и похолодел. Это был топор.
            Занин выскочил из квартиры и помчался к ее дому. Подбегая к ее подъезду, он мельком заметил, как низенький, но необычайно широкоплечий человек укладывает что-то в багажник "Волги". Занин вбежал на четвертый этаж, стал пред ее дверью и прислушался. В квартире было тихо. Он надавил на дверь, она открылась. Стараясь ступать бесшумно, Занин вошел, заглянул в ванную, прошел в зал. Никого не было. На недавно вымытом, еще влажном полу валялись газеты, журналы и пустой мешок из прочного непрозрачного полиэтилена, длинный и узкий. У стены стояли полиэтиленовые сумки, доверху набитые макулатурой.
            Кто-то охнул. Занин повернулся. В кухне стояла Нина и испуганно глядела на него. В одной руке она держала тряпку, другой прижимала платок к разбитому носу. Он бросился к ней.
            – Нина, что случилось? Могу я помочь?
            Она растерянно молчала.
            Внезапно на лестнице раздался топот, и кто-то влетел в квартиру. Занин узнал водителя "Волги". В его почти квадратной фигуре угадывалась огромная физическая сила. И лицо казалось квадратным. Заметив Занина, он угрожающе уставился на него своими маленькими темными глазками. Не зная, что будет дальше, Занин на всякий случай протянул Нине свою визитку. Та машинально опустила ее в карман.
            – Знакомтесь. Это Семен,– едва слышно проговорила она.– А это – Игорь. В одном классе учились… Семь лет не виделись...
            Нина указала на стул. Занин сел так. чтобы не оказаться спиной к Семену. Тот уже стоял на пороге кухни, почти рядом с ним. Нина тоже села. Посмотрела на носовой платок, убрала его в карман.
            – Как же ты меня нашел?
            – По телефонному справочнику...
            – Я понимаю: такая встреча… Все такое...– резко заговорил Семен, обращаясь к Занину.– Но нам надо ехать. Срочно.
            – Да-да, конечно,– ответил Занин и продолжал сидеть.
            Семен прошел к окну (только сейчас Занин заметил, что он хромает) и, нетерпеливо барабаня пальцами по подоконнику, стал смотреть на дом напротив, дом Занина. "Хромает… Он хромает!" Занину непреодолимо захотелось взглянуть на сумки с газетами. Он обернулся.
            – Извини за такой беспорядок,– быстро сказала Нина.– Хочу макулатуру сдать.
            Она продолжала что-то говорить, но он не слушал. Он как завороженный смотрел на пустой полиэтиленовый мешок. Страшная картина возникла в его воображении. Он представил, как Семен держит одной рукой этот мешок… Нет, не он — кто-то другой держит. А он поднимает с пола тело и запихивает его вниз головой в мешок. Оно не влезает...
            Мозг напряженно работал. "Решил разрубить на части… Понес к этому порогу. На пороге рубить лучше… Его-то я видеть не мог, такого низенького… Разрубил, сложил в эти сумки… Так и выносить удобнее. Сверху – газеты… Возможно, убил, защищая себя… Или ее… Или тот защищал?"
            Семен перестал барабанить. Занин взглянул на него. Тот стоял, немного подавшись вперед, не отрывая глаз от его дома. Занин перевел взгляд на дом. В его распахнутом (в конце осени!) окне предательски поблескивал в лучах заходящего солнца окуляр подзорной трубы.
            Он вздрогнул, услышав взволнованный голос Нины:
            – Так ты же в том доме живешь!
            Скорее тревога, чем радость прозвучала в ее восклицании. Она держала в руке его визитную карточку. Семен подошел к Нине. Они обменялись быстрыми взглядами. Семен взял визитку и несколько мгновений сосредоточенно смотрел на нее, шевеля губами. Словно что-то подсчитывал. Внимательно посмотрел на дом Занина. Потом быстро вышел из кухни.
            Они молчали. Занин почувствовал, что надо уходить. Одно его удерживало: он не был уверен, что Нина в безопасности. Он вопросительно посмотрел на нее. Она как будто избегала его взгляда.
            – Нина! – донеслось из зала.
            Она вышла, послышался шепот. Вскоре она вернулась. Села.
            – Я так рада нашей встрече… Расскажи, как ты жил эти годы.
            Ему почудилась теплота в ее голосе. У него немного отлегло от сердца. Но что-то слишком тихо стало в зале. Занин оглянулся. Из кухни он мог видеть лишь сумки, шкаф, часть дивана. Семена видно не было. "У окон стоит? Все на мой дом смотрит?" Вдруг он заметил на диване пустой футляр от бинокля! Он встал. Нина тоже быстро поднялась. Она взяла его за руки, нежно взглянула на него.
            – Я ведь была в тебя влюблена. Ты догадывался?.. Догадывался?
            Сзади послышались шаги. Она продолжала смотреть на него, но выражение ее глаз стремительно менялось. Чем ближе были шаги, тем холодней и безжалостней становился ее взгляд. И тем крепче сжимала она его запястья.
            Занин рванулся, с трудом освободил руки, повернулся… Но было уже поздно. Топор уже опускался на него...
 
  
 

Комментарии