Добавить

Звезда и смерть Алеши Негодяева


Сергей   Воронин
 
 
Звезда и смерть Алеши Негодяева
 
 
 
Семейная хроника
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Красноярск, 2016
 
 
 
 
ББК  67.99(2)11
 В 88
 
Сергей Воронин. Звезда и смерть Алеши Негодяева: Семейная хроника.  Повесть. – Красноярск:  САМИЗДАТ, 2016. 51 с.
 
 
 
      
 
     Новая повесть писателя Сергея Воронина,  широко известного в России и за рубежом по роману «Сын Ра», посвящена описанию  причудливого жизненного пути «настоящего человека», живущего рядом с нами и достаточно хорошо узнаваемого  в узких кругах сибирского  научного бомонда.
    Все персонажи повести являются вымышленными, любые совпадения имен следует считать случайными.
 
 
 
 
 
 
 
 
© С.Э. Воронин, 2016.
               Алешино детство                                              
                                                                       
Солнечным сентябрьским утром 1965 года  в семье  простого инженера Сергея Александровича Негодяева появился на свет первенец Алеша. Семья была просто на седьмом небе от  такого невиданного, вселенского  счастья, свалившегося на них прямо с Неба! Это был, безусловно, долгожданный ребенок, которого жена Негодяева Сара Моисеевна Либерзон  вымаливала  долгими вечерами и ночами у своего еврейского Бога Яхве. Наконец-то, Яхве услышал ее неистовые мольбы! Ребенок был Чудо как хорош! Беленький, голубоглазый, с трогательными золотистыми кудряшками на нежных височках. Мальчика без излишних споров родители назвали Алешей, потому что инженер Н-ского авиационного завода Сергей Негодяев был ярым фанатом героического летчика-фронтовика, беззаветно отвоевавшего всю Великую Отечественную на протезах обеих ног, Алексея Маресьева.
Как это обычно бывает в подобных смешанных браках, сразу же встал ребром вопрос о будущем вероисповедании мальчика. Сара Моисеевна, понятно, была иудейкой с самого своего рождения. Сергей Негодяев же, как и полагалось тогда советскому коммунисту, был убежденным атеистом. После долгих споров родители, все же, пошли на обоюдный компромисс — решили Алешеньку отнести в синагогу, но обрезания ему не делать. Этот родительский компромисс  во имя Любви к долгожданному чаду, как ты заметишь, читатель, сыграет  в дальнейшей Судьбе Алешеньки роковую роль, предопределив его очень и даже  очень непростые  будущие взаимоотношения с  иудейским и русским мирами.
Алешкино детство было счастливым и безоблачным как и у большинства советских ребятишек. Примерно через два года у Алеши появился младший брат Юрий. Братья Негодяевы были очень похожи друг на друга, почти близняшки. Но, все же, было одно бросающееся в глаза отличие у этих двух мальчиков: это – удивительные глаза старшего брата; колючие, холодные, жестокие как у кобры, готовой к  смертельному броску. Эти  странные глаза Алеши, столь жесткие явно не возрасту, пугали даже его родителей! А что уж тогда говорить о посторонних людях!
Алеша рос обычным советским мальчиком. Как все мальчишки, азартно гонял в футбол, стрелял из рогатки по воробьям, дергал девочек за косички. Однако, уже с раннего детства у него стали проявляться  внезапные приступы неконтролируемой агрессии. Однажды он очень напугал всех своих сверстников, когда ни с того, во время игры в футбол  в  приступе бешенства схватил бездомную кошку, к своему несчастью не вовремя перебегавшую футбольное поле, за хвост и со всей дури ударил ее головой о бетонный забор. Несчастное животное тут же испустило дух, а лицо Алеши в этот мгновение озарилось  какой — то  жуткой, завораживающей дьявольской улыбкой!
Алешкины родители работали на Н-ском авиационном заводе – единственном градообразующем предприятии военно-промышленного комплекса. Понятно, что предприятие это было особо охраняемым режимным объектом, в котором под особым пристальным вниманием спецслужб находились не только сами  работники предприятия, но и их ближайшие родственники. Поэтому, когда у Алеши в 14 лет стал проявляться вполне объяснимый интерес к своему еврейскому происхождению, думаю, этим самым  советским спецслужбам, а родителям, конечно, в первую очередь, очень и даже очень бы не понравилось, что «любознательный» мальчик стал тайком бегать в местную синагогу. Алеша очень сдружился с местным раввином Якобом, который в Н-ском еврейском бомонде слыл весьма просвещенным  и  очень — преочень  мудрым человеком. Мальчик с особым трепетным вниманием, что было явно не по его возрасту, прослушал почти все шаббатные лекции и молитвы  Рабби Якоба о происхождении иудейской религии, о роли евреев в мировых исторических процессах, о  приходе долгожданного иудейского царя — Спасителя Машиаха. Алешке всегда  нравилась эта экспрессивная манера подачи Рабби Якоба  довольно специфического и очень сложного для восприятия  религиозного материала, который, благодаря таланту лектора, врезался в память отрока  на   всю   жизнь.
Синагога Рабби Якоба находилась прямо на берегу священного озера Байкал. Байкал, как гигантский магнит, всегда магическим образом притягивал к себе все живое, независимо от его национальности и вероисповедания. Бирюзовая вода Байкала была настолько плотной и упругой, что, казалось, эту воду можно  запросто разрезать ножом на  огромные жирные куски гигантского совершенно не земного, космического пирога. Алеша, сколько себя помнил с детства, был фанатично влюблен в Байкал, влюблен до беспамятства. Он мог часами  в одиночестве сидеть на берегу священного озера, вглядываясь в прозрачную глубину его таинственных завораживающих вод. В этот момент все его существо, казалось, полностью  растворялось в озерной плазме, а  врожденное мистическое сознание Алеши  неожиданно охватывал необъяснимый, почти религиозный трепет!
Особенно  прекрасен  Байкал был ранней осенью. Богатая палитра красок увядающей природы в сочетании с бирюзовым сиянием волшебного озера  откровенно радовали глаз даже эмоционально обделенному человеку, напоминая ему, грешному, что Творец, по-прежнему, был и остается  самым величайшим художником  — импрессионистом во  всей  этой необъятной Вселенной!
В один из таких солнечных сентябрьских дней Алеша вдруг решил зайти к своему другу Рабби в синагогу. Рабби Якоб проводил очередную церковную службу. В синагоге в этот день было совсем немного народу. Алеша, конечно, знал всю паству Якоба, знал наперечет; практически, как членов своей семьи. Алеша хорошо знал и любил эту довольно эпатажную манеру  проповеди Якоба, но Рабби  в этот раз  был явно в ударе и превзошел сам себя. Он по памяти свободно цитировал мудреные тексты Талмуда, при этом возбуждаясь от собственного красноречья,  впадая  в  религиозный экстаз и, почти как фюрер Адольф, то и дело срываясь   на  противный писклявый визг.
«Так вот, братья мои! Что я вам скажу про то, как надо вести себя с гоями! – говорил Якоб, пронзая при этом своих слушателей огненным испепеляющим взором. – Запомните, братья, что наш священный Талмуд рассматривает кражу у еврея как  очень тяжкое преступление, за которым следует немедленное изгнание из общины. Но по отношению к гоям, братья, это – нормально, я вам скажу! Например, Закон 21 гласит: «Не следует еврею быть свидетелем со стороны акума против еврея. Поэтому когда акум взыскивает деньги с еврея, а еврей отрицает свой долг акуму, тогда другому еврею, который знает, что акум прав, запрещено быть свидетелем в его пользу. А когда еврей нарушил это предписание и стал свидетелем со стороны акума против еврея же, тогда Беф-дин обязан исключить его из общины (т.е. подвергнуть анафеме)». Рабби остановился на мгновение, очень картинно и многозначительно выдержал паузу и продолжил: «Далее, Закон Талмуда №24: «Когда еврей держит в своих когтях акума (в халдейском стоит выражение «ма-аруфия», т.е. обдирать, беспрестанно обманывать, не выпуская из когтей), тогда дозволяется и другому еврею ходить к тому акуму ссужать ему в долг и, в свою очередь, обманывать его так, чтобы акум, наконец, лишился всех своих денег. Основание в том, что деньги акума – добро, никому не принадлежащее, а потому первый из евреев, кто пожелает, тот и имеет право завладеть ими». Алеша, конечно,  мало  что  понял из этой пространной запутанной речи Якоба, но  эмоциональный посыл Рабби явно затронул его сердце в тот момент.
«А вот, что говорит  Закон №34 Талмуда, — продолжал Якоб. – Еврей, нашедший что-нибудь, будь то предметы одушевленные или неодушевленные, обязан возвратить их собственнику. Само собой разумеется, что это относится исключительно к еврею, потерявшему что-нибудь. Когда же находка принадлежит акуму, тогда еврей не только не обязан возвращать ее, а напротив, считается тяжким грехом что-либо возвратить акуму обратно, разве это делается с той целью, чтобы акумы говорили: «Евреи – порядочные люди». И далее по тексту: «Когда еврей должен деньги акуму и этот акум умер, тогда запрещено еврею возвращать деньги его наследникам, разумеется при условии, что никакой другой акум не знает о том, что еврей остался в долгу перед умершим. Но когда хотя бы один акум знает об этом, тогда еврей обязан уплатить деньги наследникам, чтобы акумы не говорили: «Евреи-обманщики».
«Рабби, а что говорит Талмуд про убийство акума?» — спросил пожилой мужчина в кипе с интеллигентной  внешностью, которого Алеша знал как местного школьного учителя Моисея Шниперсона. «О, это – очень сложный вопрос! – воскликнул Якоб. — Закон 81 гласит: «Еврею не вменяется в прямую обязанность убивать акума, с которым он живет в мире; однако же – строго запрещается даже такого акума спасать от смерти, например, если бы последний упал в воду и обещал все свое состояние за спасение. Далее, еврею запрещено лечить акума за деньги, кроме того случая, когда можно опасаться, что вследствие этого у акумов возникнет ненависть против евреев. В этом случае дозволяется лечить акума и даром, когда еврею нельзя уклониться от лечения. Наконец, еврей прямо обязан убивать еврея, который окрестился и перешел к акумам и самым строжайшим образом запрещено спасать этого еврея от смерти». Вы все знаете, что заповеди Моисея проповедуют: не убий, не укради, не прелюбодействуй и т.д. Но знайте, что все эти заповеди верны лишь по отношению к  нашему богом избранному народу. Поэтому, я, таки, вам скажу: не убий еврея, но лучшего из гоев убей!
Вы спрашиваете меня: можно ли убивать гоя? Прямое убийство, конечно, запрещено, братья мои. Это – очевидно! За это сажают в тюрьму. Но если вы, например, подсунули змею в комнату, где находится этот гой, то убийство раскладывается на две ступени: первая ступень – змея убила гоя, т.е. вы не виноваты в его смерти. Гой сам виноват, что допустил халатность и не заглянул под одеяло перед тем, как лечь спать. Если вы захотите убить гоя, не нарушив талмудических предписаний, его также можно столкнуть в глубокую яму, где стоит лестница, а потом эту лестницу быстренько убрать, чтобы гой умер в яме от голода. Почему это разрешено? Вы сделали все в две ступени. Когда вы столкнули гоя в яму, то в яме ведь была лестница, т.е. это не убийство, т.к. гой мог выбраться из ямы. Второе ваше действие – вы вытащили лестницу из ямы. Это тоже не убийство. Гой сам виноват, что не вылез за те несколько секунд, пока лестница еще стояла в яме.
Можно ли убить гоя из ружья? Братья мои, Талмуд разрешает  это, но при условии, что в местной аптеке будет лекарство от этой огнестрельной раны. Если вы убедитесь в том, что в аптеке имеется необходимое лекарство и только после этого выстрелите в гоя, ранив его, скажем в обе ноги, то гой истечет кровью и умрет, но будет сам виноват, ибо не пошел вовремя в аптеку и не вылечился от огнестрельной раны, лекарства-то там ведь были! Вот так то, братья мои!»
 Алеша был просто потрясен  теми открытиями, которые он сделал сегодня  в результате эпатажного выступления Рабби Якоба. То,  что  Алеша  услышал сейчас, совершенно не вязалось с тем, о чем  каждый день  талдычили  ему родители, учителя в школе — об образе жизни настоящего советского человека; да по телевизору, в конце концов, — этому советскому «зомбоящику»! Он вдруг со всей ясностью понял, что рядом с ним существует какой — то неведомый, чужеродный мир, который живет по своим  очень странным  законам бытия, абсолютно не желая  при этом вливаться в окружающую его среду, глубоко презирая  ее  и  используя  исключительно в  своих   эгоистических целях!
 
               
      Этапы «большого» пути  
Когда Алеше исполнилось 17 лет, он решил поступать на юридический факультет Н-ского государственного университета. Собственно, это было решение отца, который всегда мечтал видеть своего старшего сына юристом. Алеше же было все равно куда поступать – он до сих пор не мог понять,  чего он хочет в этой жизни!  Студенческая жизнь Алеши складывалось безоблачно, безмятежно – то, что вполне укладывается в емкое понятие  «простое человеческое счастье».     Да  и как может быть по – другому, когда тебе всего 17 лет; тебя окружают счастливые, совершенно безбашенные сверстники; и очаровательные девушки, всегда готовые разделить  с  тобой  плотские радости и утехи беззаботной юности! 
Учился Алеша не шатко-не валко, однако уже с первого курса у него отчетливо проявился научный интерес к философии и теории государства и права. Преподаватели по этим дисциплинам не могли нарадоваться на столь благодарного ученика, чем вызывали жгучую ревность преподавателей других кафедр, обделенных Алешиным научным вниманием.   
Все было в Алешиной студенческой юности – озорные походы по девочкам из местного «съемного» кафе «Петушок», веселые  студенческие попойки и прочие шалости – эти неизменные спутники любой бесшабашной юности! Одного только не было в жизни Алеши – серьезной, глубокой, нежной   Любви, про которую так часто пишут в книгах и про которую снимают оскароносное  кино.   Это очень удручало юношу, с завистью наблюдавшего развитие знойных романов у своих друзей по студенческой скамье.    Многие ребята уже к третьему курсу  рискнули и обзавелись семьями, и только у Алеши, по — прежнему, в этом вопросе был полный штиль и заброшенная гавань! И, все же, Бог  услышал  тихие  молитвы Алеши — на 4 курсе, наконец – то, он встретил Ее!  
Однажды во время очередной студенческой гулянки в кафе «Петушок» Алеша заприметил одну очаровательную девушку, которая оживленно чирикала с другими юными особами за соседним столиком.    Девушка имела роскошные каштановые волосы до плеч, персидские глаза цвета гречишного меда, точеную фигурку изящной французской статуэтки.   «Это — Дина, — сказал однокурсник  Дима, заметив явный интерес Алеши. – Она учится на 1 курсе юрфака. На прошлой научно-практической конференции она взяла первое место по секции «Теория государства и права». Тут Алеша вспомнил эту девушку. Действительно, она выступила, причем очень даже неплохо для первого курса, с докладом по проблемам функций права. Тогда, поглощенный другими проблемами и заботами, он не обратил на нее совершенно никакого внимания. А ее внешность не произвела на него впечатления. Но здесь, в свете дискотечных софитов, девушка выглядела просто божественно! «Алеша, она же – армянка! Она тебя раззорит вконец со своими запросами! Зачем тебе нужна такая фифа?» — увещевал парня обеспокоенный Дима. Но в Алеше уже проснулся  охотничий азарт. «Мужики, я пошел на абордаж!» Хлопнув 100 граммов водки для храбрости, неровной походкой юноша направился в сторону девушки.  
«Вы знаете, я долго думал, как подойти к вам и познакомиться! – начал Алеша свою очень учтивую, галантную речь. – А потом решил подойти без всяких обиняков! Я вас знаю. Вы – Динара, учитесь на первом курсе юрфака. Я видел вас на прошлой апрельской конференции. Я — Алексей, учусь на 4-м курсе. Вы не хотите присесть за наш столик?» Девушка изучающе посмотрела на Алешу, очаровательно улыбнулась и сказала: «Я – не против! Только можно — я приду с подругами?» «Конечно можно! Мои друзья будут только рады!» — улыбнулся Алеша, и глаза его заблестели как у мартовского котяры. Так довольно тривиально, буднично начался их роман длиною в целую жизнь!
Алеша целых 3 года ухаживал за Диной, пока ее отец, настоящий армянин из Еревана, дал, наконец — то, согласие на брак. В 1988 году они поженились, а  уже в 1989 году у них родился  первенец Артурчик.
Семейная жизнь Алеши сразу же сложилась в то теплое, нежное, трогательное, трепетное существование с любимым человеком, которое охватывается одним емким словом — «счастье»! После окончания университета Алеша весьма удачно устроился следователем в Ленинскую прокуратуру города Н-ска. Причем, безо всякого блата, что было очень трудно сделать в то «блатное» время. Он просто – напросто  приглянулся на собеседовании одному из членов комиссии по распределению  студентов. Однако,  его работа в должности следователя пришлась на «лихие» 90 – е годы, что совсем не «вэри гуд».
В Ленинском районе города Н-ска уже многие годы успешно «прокурорил» Николай Васильевич Герасимук. Николай Васильевич в узких прокурорских кругах был уже давно известен под прозвищем «двустволка». Да, читатель! Ты  прав, конечно! Он был обычным бисексуалом, то есть мог трахать практически все, что движется и почти не движется! С самого начала отношения у Алеши с этим большим ценителем нетрадиционного секса явно не сложились. А неприязнь Алеши к  этому экстравагантному прокурору достигла своего апогея после одного крайне неприятного инцидента на его даче. Впрочем, эта история заслуживает  нашего отдельного повествования.
По заведенной Герасимуком  давней питейной традиции все самые значимые даты календаря отмечались всем коллективом Ленинской прокуратуры на его  роскошной по  тому времени даче. 8 марта 1993 года не стало исключение из этого правила. На даче собрался почти весь коллектив прокуратуры. Пили, ели, танцевали, снова пили – так до самой ночи! Наконец, пришла пора расходиться по дамам. Поскольку дача Герасимука находилась за городом в лесу, вызвали 6 такси. Гости набились в прибывшие автомобили как сельди в бочке. Алеша сидел на заднем сидении посреди подвыпивших дам. На коленях у него сидела заведующая канцелярией Нина. От нечего делать Алеша стали целоваться с Нинкой. Причем, одна из сидевших  пьяных дам справа  отчаянно норовила залезть к Алеше в штаны. Впрочем, безуспешно, так как доступу к сокровенному мешала большая аппетитная попа Нинки. Из всех гостей на даче изъявили желание остаться помощник прокурора Авдеева Марина и Князьков Володя – следователь Ленинской прокуратуры.
На следующее утро Алеша пришел на работу сильно помятый после вчерашнего возлияния, с жуткой головной болью. Прокурор был с раннего утра уже на своем рабочем месте. Что удивительно – он выглядел как огурец! Как будто, не было ночной дикой оргии в лесу!  «Ну, умеют же люди пить!» — с неподдельной завистью подумал Алеша, глотая анальгин.  Не имея привычки опохмеляться, Алеша с самого утра мужественно претерпевал все «тяготы и невзгоды» похмельного синдрома, когда уже,  только после обеда, в прокуратуре нарисовалась Авдееева Марина. Она была взъерошена как галчонок, которому удалось с большим трудом вырваться из клетки. «Леша, пойдем в твой кабинет, я хочу тебе рассказать кое — что!» — с волнением в голосе прошептала Марина, у которой глаза навыкат округлились как у только что пойманного карася. Они зашли в кабинет Леши. «Леша, Герасимук  ночью  меня изнасиловал вместе с замом  Карнеевым!» — почти закричала Марина, от чего у Алеши сразу прошла головная боль. «И Володю Князькова – тоже! Леша! Я проснулась, голая, в лесу, под сосной! Моя одежда была разбросана по всей опушке. Леша! Они напоили меня и Князькова водкой с клофелином. А потом трахали во все дыры!» — Марина зарыдала. «Тихо, тихо, Мариночка! Герасимук услышит! – с ужасом проронил Алеша, обнимая  Марину за плечи. «Я полночи шла пешком до самой трассы. Потом автостопом до дома! А Князьков остался на даче! Я не знаю, что с ним сейчас, Алеша! Он не пришел на работу?» «Нет, Марина, не пришел!» «Я так и думала!»
Володя Князьков пришел на работу только на следующий день. И все сотрудники прокуратуры вдруг с ужасом увидели, что он стал седым как лунь. Этот боевой парень 27 лет, прошедший  войну в Афганистане в рядах ВДВ, стал седым стариком — всего лишь, за  одну ночь! Володя Князьков, настоящий мужчина,  не выдержал такого позора и через полгода после этого инцидента был найден повешенным в своей квартире с окнами на Ангару. Рядом с телом была найдена предсмертная записка: «Я всю жизнь был честным солдатом! И я не желаю жить  теперь гнойным пидором! Будьте прокляты те, кто сделал это со мной!» Алеша, который доставал тело Князькова из петли, понял, что просто – напросто  сойдет с ума, если  прямо сейчас не напьется до потери сознания. Его не остановило даже то, что он был за рулем. Он ударился в страшный загул. Он собрал все кабаки города Н-ска. А когда, наконец, сел в свои «Жигули», он долго не мог попасть ключом в замок зажигания. Он гнал свой автомобиль на бешенной скорости, и когда на мокрой от дождя трассе его вынесло на встречную полосу под идущий КАМАЗ, Алеше ничего не оставалось, как свернуть машину в кювет. Страшный  удар, резкая боль – и темнота!
Первое, что увидел Алеша, когда очнулся в больнице после 3 дней комы – это заплаканное лицо Дины, печально сидящей возле больничной кровати. Прокурор Герасимук, после   «тщательно» проведенной служебной проверки, по – тихому, уволил Алексея из органов прокуратуры. И вот, после долгих двух месяцев, проведенных в больнице, он, наконец-то, вышел на весеннюю улицу – вдохнул полной грудью ангарский воздух и внезапно почувствовал себя  обновленным! Да! Он чувствовал себя сейчас совершенно свободным человеком, который, начиная с этого момента, пишет  свою жизнь с  абсолютно чистого листа.
В сентябре 1993 года Алеша устроился преподавателем на кафедру теории государства и права Н-ского государственного университета. Так начиналась новая веха в его жизни, связанная с научно-педагогической деятельностью. Судьба свела его в университете с очень интересным человеком. Это был преподаватель кафедры уголовного процесса и криминалистики Александр Аркадьевич Панасевич. Уже по фамилии, а тем более по его колоритной внешности было ясно, что Александр был представителем, как он сам считал, «лучшим» представителем Божьего народа. У него была за плечами  весьма интересная жизнь провинциального авантюриста, достойная пера  автора какого-нибудь французского авантюрного романа. Народ в университете вообще мало что знал об этом человеке. Сам Панасевич окутал свой образ флером такой таинственности, что многие, на самом деле, верили — он долгие годы являлся сотрудником российской внешней разведки и работал агентом под прикрытием в Канаде. Однако, в трудовой книжке у него было всего две записи, сделанные еще  до университета. Первая запись – это работа в качестве участкового милиции, вторая – ТОО «Бартер». В сущности, его пребывание в Канаде, как — раз, и было связано с деятельностью обычной торговой фирмы, которая занималась  в то время  ширпотребом. Никакой разведки, читатель, а тем более ГРУ, не было  и в помине!
Саша Панасевич был известным женолюбом в городе Н-ске – что называется, бабником с большой буквы! Именно ему «классик» Н-ского университета профессор Гуверов посвятил свои нетленные строки:
«Панасевич в коллективе – парень гениальный!
Любит Саня секс простой, любит секс оральный!
 
Член имеет он здоровый,
С шляпкой глянцевой, бордовой!
Всем известно – его кляп
Стал мечтою местных баб!
 
И решили бабы хором
За интимным разговором:
Панасевич – вот мужчина,
С ним не е…., а малина!
 
Эти гнусные куплеты  — лишь завистников наветы!
Любит Саня манну кашу и жену свою Наташу!»
Алеша очень сдружился с Сашей Панасевичем, несмотря на весьма значительную разницу в возрасте – Панасевич был старше Алеши на целых 10 лет! Долгими вечерами они просиживали в пивных барах, обсуждая проблемы   как  вселенского, так  и местного уровня. Алеша к тому времени всерьез занялся проблемами квантового мышления, и уже после первой кружки добротного немецкого пива начинал погружать испуганного собеседника в космические лабиринты своего квантового, изрядно измененного алкоголем сознания. Его жена Динара тоже не теряла времени даром. Она всерьез занялась наукой криминалистикой, а в  декабре 1994 года вместе со своим  научным руководителем профессором Шерхановым  даже поехала на защиту кандидатских диссертаций в порядке ознакомления в город Томск. Именно там у Дины и произошла эта сакральная встреча, которая перевернула всю ее жизнь. Это был мужчина 30-ти  лет из Барнаула. Звали его Сергей Птицын. Он работал преподавателем Барнаульского института МВД. В декабре 1994 года он поехал в Томск на защиту своей кандидатской диссертации по криминалистике. Молодые люди были очарованы друг другом  практически с первого  мгновения. Однако, их природная воспитанность и чувство супружеского долга не привели к развитию романа. Если не считать романом легкое прощальное прикосновение  руки Сергея к нежной шее Дины в такси по дороге в аэропорт, которое, однако, не ускользнуло от наблюдательного взора матерого криминалиста профессора Шерханова. А потом…потом был  знойный роман! Длиною в 2 года! Редкие встречи, которые, в конце концов, закончились  очень болезненным расставанием … на долгие 20 лет!
В январе 2003 года Сережа Птицын был переведен из Барнаула на новое место службы в город Красноярск. Первая мысль при этом переводе у Сергея мелькнула: «Теперь я буду ближе к Дине!» На вокзале его весьма учтиво встретил молодой преподаватель кафедры криминалистики Сибирского юридического института Володя Дубов. В машине заговорили о том, о сем! Нашли общих знакомых по криминалистике, среди которых, конечно же, оказалась и Динара. Едкие, язвительные, но весьма точные характеристики Дубова вызвали у Сергея легкую улыбку. «Хм, Динара? – усмехнулся Володя на вопрос Сергея: «Не приезжала ли она в Красноярск?» «Приезжала, всего полгода назад. Ну, что я могу сказать? Девочка, что называется, «ссы в глаза – все Божья роса!» «Это как, Володя?» — не понял удивленный Сережа. «Это – хуцпа, Сергей! Формула еврейской наглости!» «Володя, а разве Динара – еврейка, а не армянка?» — изумился Сережа.  «Азо хен вей! (О, Боже мой!) Сергей! Какая армянка? Чистокровная еврейка! И повадки у нее чисто еврейские!» Сергей был очень обескуражен такой убийственной оценкой объекта его трепетной любви и больше к этой  неприятной для него теме уже не возвращался!
А время, между тем, бежало! Скакало  стремительным галопом!  Как поется в известной песне Давида Тухманова:
«А время бежало, бежало, бежало
Во сне, наяву!
Во сне, наяву по волне моей памяти я поплыву!»
За 20 лет случилось многое и в жизни Алеши, и в жизни Динары, и в жизни Сергея. Этот виртуальный  любовный треугольник, несмотря на фактическое расставание, продолжал существовать, помимо воли всех его участников, еще долгие годы. Супруги Негодяевы  за это время выросли и значительно окрепли в городе Н-ске.  У них уже  был свой семейный бизнес – довольно престижный по местным меркам частный колледж. Алеша успешно защитил докторскую диссертацию по философии. Динара не отставала от него – она также успешно защитила докторскую диссертацию по криминалистике. Семейная жизнь протекала гладко, почти безмятежно, в достатке и  достаточно хорошей эмоциональной атмосфере. Динара, как могла, всегда старалась быть верной женой для Алеши и хорошей матерью для своих любимых детей. В 2003 году у нее родилась дочь Сара, которая внесла свежую струю в несколько поднадоевший быт  давно уже устоявшейся семейной пары.
Впрочем, легкие облачка, все же, иногда набегали на лазурное небо семейного благополучия  четы Негодяевых.
Именно таким «облачком», правда не совсем легким, в 2013 году был знойный роман Алеши с  очаровательной буряткой Аюной. Алеша к этому времени уже совсем «заматерел». Ему показалось, что он всерьез поймал Бога за его седую роскошную бороду. Алеше, очевидно, жутко фартило; фартило просто нереально! Он, неожиданно для всех завистников, занял должность ректора российского института судоустройства. После отчаянных хлопот Алеши Динара стала его неизменным проректором по науке —  причем, в нарушение действующего трудового законодательства (не могут же родственники находиться в отношениях явной субординации). Красавица Аюна из Бурятии, также по протекции Алеши, стала проректором института по учебной работе. И вдруг (да не вдруг, конечно) вспыхнул знойный роман. Казалось, Алеша совсем потерял голову.  Настолько, что в один из летних солнечных дней, в  самый разгар рабочего дня,  закрылся с Аюной в своем кабинете и предался с ней любовной страсти прямо на компьютерном столе. Динара, каким – то звериным чутьем, почувствовала мощный запах феромонов, доносившихся из кабинета ее  дорогого супруга. Как взбешеная тигрица, она бросилась к дверям кабинета любимого Алешеньки. Она стала колотить в исступлении ногами и руками в германскую дубовую дверь кабинета, сломав при этом каблук очень дорогих итальянских туфель. Обескураженный Алеша, бледный, с трясущимися руками, открыл, наконец, дверь своей разъяренной супруге. Он упал перед ней на колени, вымаливая прощение. Про Аюну, понятно, в этой ситуации все забыли. Однако, неожиданно для всех, Динара простила своего блудного супруга. Простила, но… не забыла! Она, всего лишь, поставила жирную галочку в своем женском блокноте!
А судьба несчастной Аюны, конечно, была решена окончательно и бесповоротно в тот злополучный момент. Решена раз и навсегда! Ее просто изгнали с позором из института, и след ее исчез где-то в  страшных трущобах столицы нашей великой Родины!
В результате этой проблемной ситуации, впрочем, удачно разрешенной для всех ее участников,  Динара получила  все необходимые преференции, а также  абсолютную власть над  своим супругом. И она, безусловно, воспользовалась этой властью! По всем законам военной тактики и стратегии она повела войну против ненавистной женской половины института судоустройства. Первой пала на «поле этой брани» главный бухгалтер института Галина Степановна Карасева. Ее уволили сразу после того, как она попыталась несколько урезать  жирный  финансовый пирог  семьи Негодяевых. Это было  довольно опрометчивое решение Динары, которое станет для нее роковым в недалеком будущем. Негодяевы обрели в лице Карасевой страшного и  весьма  продуманного противника. Она просто завалила Министерство образования и Генеральную прокуратуру России жалобами на Алешу и его  благоверную супругу.  Жизнь четы Негодяевых превратилась в какой-то нескончаемый фестиваль веселых заезжих комиссий из Москвы, да  и не только. Как говорится, шоу не для слабонервных!
Второй жертвой «полицейского» произвола стала старший воспитатель института Юлия Сергеевна Иванова. Эта несчастная женщина 45 лет, 12 лет из которых она отдала любимому институту. Она, бедолага, за всю жизнь так и не приобрела своего  собственного жилья,  бесконечно ютясь в общежитии дорогого во всех смыслах ВУЗа вместе со своими студентами. Динаре, как — то, не понравился тон, в котором Юля разговаривала с ней. Она  тут же пожаловалась мужу.  Алеша, как всегда, пошел на поводу очередного каприза своей  любимой женушки.  
У Алексея был личный водитель  Нориман — преданный слуга, вассал  и  надежный осведомитель. Это был  довольно грузный мужчина 45 лет, сам родом из крымских татар, который уже многие годы жил со своей  татарской семьей в Восточной Сибири. Однажды Алеша тихо отозвал Норимана в сторонку и дал ему одно весьма «деликатное» поручение. В тот же день, Юля вместе с неизвестным импозантным мужчиной имела любовное рандеву в своей комнате  институтского общежития. Как водится, пили вино, ели и вели приятную беседу. В какой-то момент, мужчина подсыпал  в Юлин бокал клофелин. Женщина тут же  потеряла сознание, была раздета догола и в таком непотребном виде зафиксирована на видеокамеру! Видеозапись с соответствующими ехидными комментариями вскоре была выложена на Ютубе. Причем, из данного  мерзопакостного видео было отчетливо видно, что делали съемку профессиональные менты. Выбор точки видеосъемки — панорамной, узловой и детальной — той  самой злополучной комнаты, а также обнаженного Юлькиного тела и  довольно грамотные комментарии  мужского баритона выдавали несомненного профессионала грязного полицейского ремесла. Понятно, что судьба несчастной Юли в этой ситуации была решена окончательно и бесповоротно. Она в одночасье потеряла не только работу,  но  и  единственное жилье!
Однако, шло время. И однажды наша Динара, неожиданно для себя, серьезно заскучала. Не зная зачем, она набрала в Гугле имя «Сергей Птицын». Тут же выскочил электронный адрес Сергея. Она долго колебалась и, наконец, написала письмо Сереже: «Можно долго спорить о преимуществах современных компьютерных технологий! Несомненно  одно! Это – самый прекрасный способ встретить старого друга на необъятных просторах Интернета. Приветствую Вас, Сергей Максимович!» Сережа, когда обнаружил письмо в декабре 2014 года, чуть не получил инфаркт – то ли от радости, то ли от неожиданности! Конечно, он тут же ответил Дине. И завязалась активная переписка! Вскоре эта переписка приобрела  откровенно эротический характер. И в Мировой Сети разгорелись нешуточные страсти виртуальной, но вполне реальной Любви! Через некоторое время  любовники уже не могли сдерживать вулкан своих демонических чувств и эмоций! Народ требовал реальных встреч. И эти встречи, безусловно, начались! Менялись города, веси, менялись гостиницы, — и только разгоряченные тела уже стареющих любовников оставались все теми же – страстными, нежными. Но тут, по закону жанра любого драматургического произведения, настало время выхода на сцену главного персонажа пьесы — бывшего главного бухгалтера института Галины Степановны Карасевой — обиженной, опущенной, оскорбленной! Это, дорогой читатель – именно то самое знаменитое чеховское ружье на стене, которое, почему – то,  всегда  очень  не вовремя, стреляет  в конце пьесы.
В разгар любовного свидания Сережи и Дины Алеше неожиданно позвонила «прекрасная» незнакомка, которая сообщила, что его жена в настоящее время в Москве предается плотским утехам в объятиях некоего господина Птицына. Сказано – сделано! Взбешенный Алеша тут же отправился прямиком к своим друзьям в ФСБ. «Ребята, у меня к вам громадная просьба – «прошерстите», пожалуйста, телефон и электронную почту моей «благоверной» супруги! У меня, что-то,  есть очень серьезные подозрения на ее счет!» Друзья прошерстили ….и нашли! Всю тайную переписку любовников, полную любви и страсти за год жизни в их рукотворном раю! «Алеша, если хочешь, мы съездим к этому фраеру в Красноярск! Не бесплатно, конечно!» — любезно предложили друзья из ФСБ. Алеша, не долго думая,  согласился.
Сережа пришел домой с работы. Включил компьютер. Неожиданно на почтовый адрес Сережи пришла фотография. «Спам!» — подумал он, но все же из любопытства открыл ее. Он открыл эту фотографию ….и обомлел! На ней, посреди Сережиной дачи в Барнауле сидела  обнаженная Дина с оторванным крылом. Справа от Дины  стояла  старая  Сережина   радиола «Харьков»    с выносной     круглой антенной на деревянной крышке. Она  до сих пор еще находится на старой Сережкиной даче возле самой Оби. «Да я же  еще в 1996 году приглашал  Дину на эту свою дачу! Она тогда, почему –то,  не поехала!» — с ужасом подумал Сережа. Фигурка Дины вместе с забранными назад волосами, пучком  (она часто так делала) была  наполнена тоской и глубоким разочарованием. Ясно, что перед нами сидел на полу насмерть  поверженный Ангел, который, очевидно, уже никогда не поднимется в Небо с одним лишь  крылом  за  спиной.
Дина накрыла рукой труп голубя.  Сереже стало страшно от такого неожиданного  мистического послания, вероятно, прилетевшего из самого далекого Космоса. А той же ночью, 30 апреля 2016 года, на чердаке его десятиэтажного дома, прямо над его кроватью, прогремел взрыв. Плита подпрыгнула и … неожиданно  для  саперов – энтузиастов  встала на свое место. Все соседи за стеной, понятно, тут же проснулись. Алексей, это -сосед, что снизу, — истошно завопил: «Землетрясение!» Сережа встал, включил свет и прислушался. Все было тихо. «Неужели показалось?» — подумал он, но решил, что завтра непременно поднимется на чердак и хорошенько осмотрит место предполагаемого взрыва. Утром 1 мая 2016 года  Сережа поднялся на чердак и внимательно осмотрелся. Никаких следов взрыва либо иной детонации взрывчатых устройств на стенах чердачного помещения  явно  не было. Но … потолочная  плита была треснута пополам, а в том самом месте, под которым в аккурат и располагалась  кровать Сережи, лежал мертвый голубь, убитый  взрывной волной  в эту  страшную  апрельскую ночь.

Комментарии