Добавить

Бриллиантовая Соня

Бриллиантовая Соня

Глава 1


Полковник проснулся с противным чувством тревоги.Не желая распускаться, встал и сразу пошёл в душ. 
Предчувствие не обмануло.В почтовом ящике ждала телеграмма-в России умирает брат.Новость была такой ужасной и неожиданной, что он не сразу её воспринял.
Атрофия сердечной мышцы с кардинальным повреждением центрального клапана-какой-то нелепый диагноз, никак не применимый к его брату-близнецу, серьёзному, умному, стабильному, всегда живому.Сердце у него никогда не болело.
Судьба развела их ещё в утробе матери, когда они оказались в разных оболочках и родились совсем непохожими.Брат на 15 минут старше, с прямыми светлыми волосами, голубоглазый, крепкий, сразу солидный.Полковник-тоже светловолосый, но кудрявый, меньше ростом, живой, подвижный, кареглазый.Брат с его солидностью всегда казался старше.Мать называла их Пат и Паташонок.
Они даже в детские сады ходили в разные, у Сергея были проблемы со зрением, его водили в специализированный.Мать сначала забирала Антона, потом шли за братом.Сергей выходилсерьёзный, в очках, интересно рассказывал о событиях в детском саду.Антон всегда слушал с восхищением.
Когда они подросли и пошли в школу, восхищение братом переросло у Антона в стойкую уверенность, что брат-особенный.Сергей учился только на пятёрки, причём без надрыва, всегда ровно.На детские шалости смотрел снисходительно, не участвуя в них, но и не презирая.Никогда не доносил.
Антон тоже хорошо учился, но не так ровно, как брат.Он всегда был чем-то увлечён, ходил в кружки, участвовал в мероприятиях.С братом их связывало нечто большее, чем братская любовь.Брат был его частью, дополнением.Они никогда об этом не говорили, но оба это чувствовали.
Когда они учились в 3м.классе, их родители развелись.Отец работал ведущим конструктором на Московском авиационном заводе, мать всегда говориал, что Сергей в него такой умный.С ним Сергей и остался.А Антон, любитель приключений, поехал вместе с матерью в дружественную Германию.
Мать работала там в школе по контракту, преподавала немецкий.Антон учился в этой же школе.Через год они с матерью приехали в Россию в отпуск, жили у бабушки в Кузьминках, Сергей только приезжал в гости на выходные.Они ездили в гости к знакомым, в старой квартире даже не были, отца Антон видел мельком.Всё было как-то запутанно и неприятно.Антон был рад, когда возвращались в Германию.Там всё было просто и ясно.На вокзале в Лейпциге их встречал Вольфганг, мамин знакомый.
С Вольфгангом было интересно, весёлый спортивный немец нравился Антону.У него было много знакомых, каждую субботу большой компанией выезжали на природу, с игрой в мячик, эстафетами и прочим.К тому времени Антон уже прекрасно говорил по немецки.Отец и брат потихоньку становились всё более далёкими.
Ещё через год мать и Вольфганг поженились.Вольфганг подал документы на усыновление Антона.Отец сначала не соглашался, но, понимая последующие сложности с гражданством, в кожце концов уступил.Так Антон Иванович Звонарёв стал Антоном Вольфгангом Мейером.


Глава 2


В тоскливое серое петербургское утро 1920 года в пустой холодной квартире находились две несчастные девочки: шестилетняя Катя и семнадцатилетняя Анна. Анна сидела на диване и не переставая плакала.Катя стояла перед ней, сжав кукулу, и не мигая  смотрела огромными испуганными глазами.

  — Катя, умоляю тебя, как только позвонят, сразу иди.Иди к дяде Пете.Он всё сделает.Никому ничего не рассказывай, ни с кем не разговаривай, увидишь людей-прячься.
Катя кивала молча.

Семью забирали по очереди.Первым- отца.Отец- красивый, молодой, весёлый. Всегда что-то напевал.У отца был свой банк.Бабушка говорила, что банкир должен быть солидным.А дедушка говорил, что банкиру достаточно иметь банк.А папа только смеялся и целовал бабушке руку.
Мать забрали через месяц.Выпускница Смольного, она знала четыре языка, писала стихи.По субботам проводились вечера, приезжали гости.Мама была красавицей.
Катя любила, когда они с отцом собирались на бал.В доме пахло чем-то особенным.Глафира завивала маме волосы и беспрестанно охала.

Глафиру забрали на следующий день после отца.Остальная прислуга куда-то делась.Мама бегала хлопотать, возвращалась тихая, немножко сидела на банкетке, потом начинала командовать.Тогда становилось хорошо и не страшно, можно было отпустить кукулу и взяться за мамино платье.

Часто заходил дядя Егор.Он работал в "Органах".Он приносил чай, твёрдый сахар и чёрный хлеб.Он обещал хлопотать о папе и Глафире.Но ничего не было слышно.

А потом, когда забрали маму, стало совсем плохо.Мама сказала, что вернётся, но она не возвращалась.А Аня сказала, что дядя Егор-"плохой".И что его надо "бояться".
Теперь они с Аней никому не открывали.Аня сказала, что её скоро тоже "заберут". Катя теперь всё время держала кукулу, с ней было не так страшно.

Когда в дверь начали стучать, Аня надела на Катю тулупчик, вывела её на лестницу через чёрный ход, перекрестила и сказала, что скоро тоже придёт к дяде Пете.Катя плакала и хотела с Аней, но та сказала, что вдвоём нельзя.

Маленькая девочка прижала к груди куклу и узелок с хлебом и побежала.Было ещё очень рано, только начинало светать, на улице почти никого не было.

У дяди Пети в доме во всех окнах горел свет.

-Господи! Почему ты одна? Где Аня?-испуганно спросила тётя Мари.
-Она сейчас придёт.
-Мы уже все одеты, только вас ждём, нужно немедленно ехать. В любую минуту могут прийти.
-Я сейчас сбегаю за Аней,-сказал Андрей и начал надевать шинель.
И тут в дверь позвонили.
Андрей выглянул в окно.
-Солдаты.
-Быстро через чёрный ход,-скомандовал дядя Петя.Он схватил Катю, Андрей поднял маленькую Анастасию. Тётя Мари взяла за руку десятилетнего Бориса.Няня и дядька Семён несли вещи.Все стали быстро спускаться по чёрной лестнице.Внизу уже ждал экипаж.

Пока собирались, совсем рассвело.Что-то гулко бухало.Анрей сказал, что опять стреляют.


-Я отвезу вас на вокзал и съезжу за Аней,-сказал дядя Петя.Катя немножко успокоилась.С ней были родные взрослые люди, она подумала, что всё будет хорошо.Может быть, дядя Петя поедет за Аней, а там уже вернулись мама, папа и Глафира.

На вокзале было ужасно.Все кричали, солдаты никого не пускали… Дядя Петя сказал, чтобы все стояли с тётей Мари, а сам побежал куда-то вместе с Семёном.Страшные дикие кони хрипели с пеной на губах, что-то свистело в воздухе, военные дико кричали и заставляли коней идти прямо на людей, а кони не хотели, вставали на дыбы.
Потом Катя помнила только страшные копыта и горячий парной ужас от этих коней.
Поезд Катя не запомнила совсем, потому что уже на вокзале у неё началась горячка.Никто ещё не знал, что в Россию пришла эпидемия тифа.


Глава 3.


Сергею Ивановичу нравилась Нина.У него на душе становилось тепло.когда он о ней думал.Вот и сейчас он пил кофе и придумывал, как к ней лучше зайти.Пока он ломал голову, она сама ему позвонила.

-Сергей Иванович? Здравствуйте, это Нина.
Сергей Иванович растерялся так, как он уже давно не терялся.Он даже не предполагал, что в 50 лет человек может чувствовать себя настолько глупо.
Нина попросила его посмотреть компьютер.Если он, конечно, не занят.Конечно, он был не занят.

Сергей Иванович всю жизнь проработал авиаконструктором, как и его отец.Поэтому одинаково хорошо разбирался и в двигателях, и в компьютерах.
С Ниной они жили в одном подъезде, случайно познакомились в лифте.Оба были одиноки, оба бездетные.Сначала просто здоровались, потом обменялись телефонами.На всякий случай.
Сергей в этом доме прожил всю жизнь, Нина переехала сюда из коммуналки два года назад.

И вот теперь Сергей Иванович волновался как мальчик.Ему хотелось побежать в цветочный киоск за розами, ему хотелось сказать Нине, какая она красивая, купить ей в конце концов новый компьютер! Но жизненный опыт смотрел с укоризной, и Сергей Иванович, одновременно счастливый и расстроенный, пошёл к Нине.

Она открыла ему дверь, и всё сразу встало на свои места. Такая она милая. Так возле неё хорошо. Как в детстве с братом, когда они играли с ним в шахматы в клубе"Пешечка", и можно было думать хоть сколько, и вечно занятый брат никуда не торопился.

У Нины дома было тепло, пахло свежим кофе, стены, пол-всё было каких-то кремово-абрикосовых оттенков.Сергей Иванович с умилением подумал, что и компьютер будет абрикосового цвета.Но компьютер оказался обыкновенный, серо-молочный.Перегорел сетевой фильтр.Без него компьютер работал как часы Павла Буре.Воспоминание о Павле Буре почему-то рассмешило обоих.
Нина предложила выпить кофе.Сергей был счастлив.


Кофе пили в зале.Причём Нина в сахар добавляла какой-то особый порошок, что-то вроде пищевых добавок.Чтобы не поправляться.Соседка дала.Сергей всегда скептически относился  к пищевым добавкам, но из рук Нины готов был съесть всё, что угодно.

Весна. Воскресенье. Кофе с красавицей соседкой. О чём ещё может мечтать романтичный пятидесятилетний холостяк.Сердце Сергея Ивановича дрогнуло и забилось в такт с сердцем Нины.

Нина предлпжила съездить в Третьяковку.Сергей это предложение принял с восторгом, в Третьяковке не был лет 20.
Конечно же, возле галереи он купил ей букет кремовых роз, не удержался.Нина сказала, что они чайные.Сергей умилился в очередной раз.

В Третьяковке опять всё совпало, Сергею Ивановичу начал нравиться Боровиковский, а потом вместе долго стояли перед Девятым валом.

После поехали в Шерлок клаб. Сергей Иванович был там почётным членом и очень этим гордился.В Шерлоке настоящая английская атмосфера. Приглушённый свет, хрусталь, воспитанные официанты, полная утрата реального времени.Танго и шампанское сделали своё дело.Сергей сказал, что любит.Нина сказала, что влюблена давно и тайно.Сергей целовал её в шею и хотел большего.В машине начали целоваться так, что терпеть было уже невозможно.

А потом Сергей позвал её замуж.От него теперь уже ничего не зависело.Корабль жизни стремительно менял курс прямо посреди мирового океана.

Глава 4.Светка.

Ох уж эта Светка! Лихие девяностые. Перестройка полным ходом. Нищета и великолепие.Десятилетняя Мальвина с голубыми глазами и непреодолимой тягой к прекрасной жизни.Мать- алкоголичка, квартира- заброшенная кем-то комната в бараке, окна заколочены досками, ни телевизора, ни радио, спать на полу, на тряпках.

Вместо того, чтобы ходить в школу, приходилось побираться на рынке. К концу дня набиралось рублей сорок.Светка покупала пачку лапши, бутылку газировки и пряники.Шла домой довольная, что мамке будет чем закусить, и она так не напьётся.Где мать добывала водку, Светка не знала.На рынке была другая жизнь.Она видела, как к торговкам приходили их дети, со школьными рюкзачками, чистенькие, в красивой одежде.Как ей хотелось тоже быть такой чистой и довольной.У них с матерью даже зеркала не было.Однажды Светка купила маленькое зеркальце, но мать его тут же пропила.Она всё пропивала. Даже колготки и кофточки, которые отдавали Светке сердобольные торговки.

Когда инспекторша из милиции предложила пойти жить в детский дом, Светка сразу же согласилась.Она хотела учиться, хотела стать счастливой. Но стать счастливой оказалось не так-то просто.Всё началось с учёбы.Русский и математика давались с таким трудом, что удивлялись даже учителя.Светка смотрела в учебник, а цифры расплывались и сливались в какую-то тошную муть, сердце бухало, жить не хотелось.Психолог сказала-педагогическая запущенность.В десять лет Светка училась с первоклассниками, малыши плакали вместе с ней, а ровесники смеялись.Охота было убежать. Но куда? Светка даже не знала, где мать. Та ни разу не приезжала.

Светка не могла понять-почему так.Ведь она искренне старалась.Она учила стихотворение весь вечер, а утром не помнила ни строчки.А ведь она не была тупой, нянечки не могли нахвалиться, какая она смышлёная.Как бороться с тем, чего не знаешь? Протест поселился в маленькой детской душе. Но против кого этот протест?

Пока Светка разбиралась в своих ощущениях, в детдом пришла мама Люба. Светка тогда не понимала в полной мере, что значит"семейная группа".Ей было уже двенадцать, детский дом надоел как горькая редька, а у мамы Любы был большой дом, две коровы, куры, собака, кот и две дочки, одиннадцать и четырнадцать лет-сёстры.Был и отец, дядя Лёня, но он редко бывал дома, работал дальнобойщиком.Потом Светка часто думала- зачем её взяли из детдома? За неё государство платило-то всего десять тысяч, да маме Любе стаж шёл.


Глава 5.Поваляево.


-О-о-о-й-ли-и-шенько! Да что же это такое делается!...
Зина выла вместе с метелью возле маленькой девочки, лежавшей в одеяле прямо на снегу возле железнодорожной насыпи.

-Подними её, Семён!- кричала она мужу.
-Да ты сдурела! Здесь каждый день мертвецов с поездов скидывают!-возмутился Семён. Но сердце сжалось.Уж больно похоже лежит девчонка.Вчера дочку схоронили, так и стоит перед глазами, как в гробике лежала.С куклой схоронили.И эта с куклой лежит.Как жить?

И баба ещё беснуется.Говорит, у неё снег на лице не тает.Закутали в тулуп, повезли.
Дома в дочкину кроватку положили, Зина побежала за бабкой Марфой.Та сразу велела баню топить.Одежду сказала всю сжечь, куклу Зина не дала, вымыла её с щелочным мылом и полжила на снег вымораживаться.
Бабка Марфа сказала-Бог тебе дитё посылает.Если ночью не помрёт-сто лет будет жить.

Спать не могли и не разговаривали.Семён вставал курить, томился.Зина то стояла возле кроватки, то молилась то сидела в сенях в темноте.Плакать не могла.Казалось, дочка второй раз на глазах умирает.

А под утро оба задремали.Зине приснился сон-она молодая, беззаботная, идёт по весеннему лугу и поёт, и так кругом светло, хорошо.И в избе было хорошо, когда она проснулась.Снег кончился, солнце припекало через окошки.
А в кровати сидела девочка, слабая как былинка, с клочками волос на голове-вчера кое- как состригли с бабкой Марфой.
Зина как зажала себе рот руками, так и осталась стоять.Семён зашёл с улицы, в тулупе, с охапкой дров.Девчушка аж встрепенулась от страха.Зина к ней бросилась как птица раненая, схватила на руки, укутала шалью и как давай реветь.Семён на неё даже маленько прикрикнул.На крик вылезла из-за печки кошка.Вся изогнулась, иззевалась и уселась посреди избы умываться.С кошки и пошло знакомство.
-Кошка у нас Муська.Я -тётка Зина, это-дядька Семён. А ты чьих будешь?
-Меня зовут Катя Шувалова.

Тут опять пришла пора Зине завыть в голос. Дочку тоже Катюшкой звали.
-Хватит уже выть,-внушительно сказал Семён,-день на дворе.Давай печь топи, кашу вари.Думаешь, она от твоего вытья выздоровеет?
Спохватившись, Зина быстро посадила Катюшку на большую кровать, обложила хорошо одеялом, даже обнаглевшую Муську не стала сгонять.Кинулась печь топить, котелок с водой поставила и тесто на пирог завела.Побежала за занавеску, стала дочкины вещи из сундука доставать.Юбка большеватая, а кофты впору.Надевает на Катюшку, а сама плачет.Хоть и не в голос уже, а слёзы льются.

Тут уже и самовар засвистел, и картошка сварилась.
Бабка Марфа пришла проведать, и её за стол усадили.На радостях по стаканчику налили.За новорожденную.


Глава 6. Беременность.


Костя не звонил.Второй час сидела Светка возле телефона и ждала.Несколько раз набирала номер.Абонент недоступен.Она отупела и уже не плакала.Вчера она ему сообщила, что беременная.Он, вроде бы сильно и не испугался, сказал, что надо подумать как лучше. Он не может так сразу.В животе у Светки как заныло в тот момент, так потом уже больше не отпускало.Косте в ночь надо было на работу.Он заторопился домй к родителям, нужно ещё тормозок собрать, переодеться.Сказал, что как с шахты выйдет, позвонит.И вот- недоступен.

Костя был первым мужчиной в её жизни.Светкина красота привлекала мужской пол.К тому же к восемнадцати  годам у неё сформировался хороший вкус, какое-то врождённое чувство меры в поведении, непонятно откуда взявшийся некоторый аристократизм. Она училась на последнем курсе медучилища, детский ступор с обучаемостью прошёл, и теперь она навёрстывала упущенное- изучала английский для медсестёр, ходила на компьютерные курсы.
Параллельно с учёбой работала санитаркой в местной больнице.Молодой организм легко выдерживал нагрузки.
От мамы Любы Светка ушла ещё на втором курсе. Не прижилась.
От училища ей дали место в общежитии. Там она и познакомилась с Костей, он приходил туда к другу.
Костя был хороший, ласковый, работал на шахте, заочно учился в горном техникуме. Светке казалось, что он- лучшее, что было и будет в её жизни, Без пяти минут медсестра, она даже не задумывалась о беременности.Летела на крыльях, готовая всю душу отдать. И вот теперь абонент недоступен.

В училище Светка такая была смурная, что кураторша попросила зайти после занятий.


Кроме них двоих в преподавательской никого не было, Светка разревелась и рассказала всё.Расторопная кураторша уточнила у Светки срок, тут же позвонила куда-то и на всякий случай договорилась.
-Сегодня разговаривай со своим Костей.Если ни до чего не договоришься, завтра в женскую консультацию к восьми утра.

Что делать? Может, это какое-то недоразумение? Светка знала, где Костя живёт.Один раз была у него дома, когда родителей не было. Она решила съездить.

Дверь открыла мать. Костя выглянул из комнаты, покраснел чуть не до синевы, пробормотал:" Это ко мне". Мать сказала:" Проходите, вот вешалка".И ушла.
Светка зашла в комнату, закрыла дверь. Костя смотрел на неё как враг. Светка и не знала, что так бывает.
-Чего надо?- по змеиному зашипел Костя.Светка растерялась.С десяти лет хотела она только одного- счастья, и никак не получалось.
Костя шипел что-то про недоразвитую детдомовку, про шантаж, про знаем мы эти штучки с беременностью.
У Светки в голове всё шумело, она хотела к Косте прижаться и сказать, что любит, но он больно взял её за плечо, сунул ей пальто в руки и вытолкнул в подъезд.
Вечером она всё же пыталась ему звонить.Безуспешно.
А утром в женской консультации ей дали таблетки.И велели дома ждать.Лучше, чтобы рядом находился близкий человек.Таблетки стимулировали выкидыш.

Больно было невыносимо.В низ живота как будто наложили булыжников, казалось, всё внутри разрывается.Светка крючилась на полу, зажав зубами жгут из общаговского полотенца.Медсестра всё-таки.Из близких она была у себя одна.
А потом всё закончилось. И в животе, и в голове осталась одна пустота.Измученная Светка уснула.

Потом она целую неделю думала, кто виноват. Она сама, Костя, родная мать, мама Люба. Никто не виноват.Просто жизнь такая.До двадцати лет она пыталась быть хорошей.Вознаграждение не заставило себя ждать.Косте она уже больше не звонила.


Глава 7.Сэр Микаэль.

Сэр Микаэль радовался жизни.Лежал в тени под навесом, солнце безжалостно зажаривало дом и плоский бассейн для купания, отражаясь от него как от огромного зеркала. Навес и дорогие очки надёжно защищали сэра Михаэля от солнечной агрессии, он блаженствовал.Гози сервировала стол для завтрака на четыре персоны. Адам вчера приехал на каникулы, а Макс жил у них уже неделю. Поссорился со своей темпераментной итальянкой. Микаэль этого не понимал. Он тоже иногда ссорился со своей женой, точнее, она ссорилась с ним.Но ему и в голову не приходило уходить из дома.
Свой дом он обожал, это было его детище.Точнее, их с женой. В муках рождённое.
Сколько сладких мечтаний о таком доме имели они вместе с Эммой. Эмма- верная подруга.К тому же, удачно оказалась с еврейскими корнями. На пятом курсе она ему по секрету сообщила, что можно уехать в Израиль. А оттуда- хоть куда. Сэр Микаэль тогда ещё не был сэром Микаэлем, а был просто Мишкой Каньшиным.
 Была перспектива после мединститута поехать в село на тро года, поэтому Миша выбрал хоть куда.

В Америке институтского английского хватило на укладку кирпичей, жена в это время мыла полы в отелях. На всю эту канитель ушло три года. Ещё год на сдачу языкового и медицинского минимума. Потом несколько лет работали в городском хосписе, но уже оба- врачами. Копили деньги, экономили на всём. Ещё через год открыли свой праксис.
 Так что какие уж тут уходы из дому. За этот ещё кредит не выплачен.Ленивое течение мыслей прервала Эмма. Безжалостно и решительно. Хирург и скальпель.
— Кушать подано, сэр. Вставай.
Сэр Микаэль поднялся с лежанки, спустился по лесенке в бассейн, пробрёл по нему по шею в тёплой воде и вышел со стороны террасы. Охладитель плохо работает. Не забыть посмотреть.
— Сколько тебе говорить, чтоб ты в сланцах по бассейну не бродил! Он для плавания. Он называется- плавательный бассейн.
-Прости, дорогая.
— А если дети будут в туфлях по бассейну ходить? Вместе с жёнами?
 Сэр Микаэль счёл этот вопрос риторическим и оставил без ответа.Гози вышла уже без фартука, с сумочкой, попрощалась до вечера.Сынульки, оказывается, ночью уехали развлекаться. Что было папу не позвать.


Глава 8. Быт.


У Сергея квартира была намного больше, после смерти отца две комнаты стояли захламлённые, Сергей туда даже не заходил. Решили сразу сделать большой ремонт, наняли рабочих. Временно жили у Нины в её кремовом совершенстве.(Продолжение следует)

Глава 9.Американские горки.


Света Кеннет. Калифорния. Но не та, где голливудские улыбки, и всё сверкает. А вонючий хоспис, неподъёмные больные, дежурство в разные смены и людское горе, злость, неприкаянность. Волны перестройки понесли людей в разные стороны, понеслась и Светка за американским счастьем.В отелях постели застилать. Детдомовцы- народ живучий. Зацепилась. Учила английский, подтвердила диплом, устроилась в Хоспис. Из хостела переехала в малюсенькую студию под потолком. Раз в неделю можно позволить себе дешёвый бар на окраине. Предел мечтаний.

 

Мужскому полу Светка больше не верила, да и верить было особо некому. Там все ищут, к кому пристроиться. В Калифорнии красивых много, счастливых мало. Света Кеннет жила как пантера, готовая к прыжку. По дешёвым барам не ходила, одежду покупала только дорогую. Ждала своего выхода.(Продолж. следует)



Глава 10.  Ленинград.


-Товарищ Гаврилова Екатерина Семёновна!
-Я!
Постановлением общего собрания Вы приняты в артель"Красный швейник" ученицей. Поздравляю!
Счастью Катюшки не было предела! Хоть и была  заранее договорённость, и отвозил папаня в Питер убережённую от колхоза свинью, а всё равно до конца не верилось.(Прод. след.)

Комментарии