Добавить

Пляж.

Мне всегда хотелось вернуться в места, где прошло детство, юность, служба в армии. Иногда видел сны, иногда проезжал мимо, но сегодня появилась такая возможность. В перерыве, между встречами, сел в машину и с радостью рванул на мой пляж из детства.
Неспешно, с заметным любопытством, покачиваясь на грунтовой дороге, неспешно проезжал мимо знакомых пейзажей.
Всё что построено человеком поржавело, постарело, уменьшилось в размерах, а всё живое выросло ещё выше. Всё изменилось, но осталось узнаваемым настолько, что бы извлекались картинки из памяти.
Что бы ни создавать помех, остановился подальше от дороги. Оставив на себе только шорты, я вошёл в детство.
Прохладный влажный воздух, запах лодочного причала вызвало в груди радость и любопытство. Только следы жизнедеятельности человека портили общую картину. Заезжая, даже в самые отдалённые уголки нашей страны, эти следы встречали меня, сопровождали и провожали. Даже орбита нашей планеты, усеяна подобными следами. Это всё печально. Это черта опускает человека на уровень этих же разлагающихся следов.
Отряхнувшись от мыслей, минуя отдыхающих людей, я пошёл в сторону песка и воды.
Вот он! Долгожданный пляж! Я приехал!

Осень, солнце грело, но водичка бодрила прохладой. Всё равно я вошёл в воду. Туда где ловили рыбу, где прыгали с понтонов играя «в лова». Вспоминались радостные лица друзей, крики, плеск воды, руки с запахом теста и пойманной верховодки. Ради этого мы прогуливали уроки, много уроков. Особенно весной. Даже зимой прогуливали. Санки, лыжи, хоккей. А когда лёд трескался, плавали на льдинах. Всегда мокрые, но никогда не болели.
Глубина изменилась. Раньше переплывали, а сейчас можно перейти на другой берег вброд. Там совершенно другой вид и рыба ловилась другая — бычки и пескари.
Пляж не был глубоким, а стал ещё мельче. Я бродил по дну, вспоминал, всматривался во всё, пытаясь запоминать мельчайшие подробности. Добрёл до места, где заканчивался берег и через протоку с камышами находился второй причал.
Не далеко от берега, через деревья виднелись скалы. Опасное на первый взгляд, место, где мы становились «альпинистами» не оставило нам даже синяков. У основания скалы, замерзшие, и голодные мы грелись у костра и жарили яблоки. Домой, пропахшие дымом, приносили песок, траву, за что и получали от родителей.
Это место было по-прежнему большим и разнообразным. Затоки, поляны, скалы разделяли высокие деревья и густой кустарник.
Ноги замёрзли и не только ноги, захотелось одеться.

Возвращаясь к машине другой дорогой, снова проходил мимо большой и уже «на веселее» компании. Одни сидели вокруг импровизированного стола, другие весело играли в волейбол.
Сильно отбитый мяч полетел в мою сторону. Я его поймал и с улыбкой бросил обратно. Отскочив от дерева мяч, снова полетел ко мне.
— Мазила!
Сказал я о себе.
Снова поймал мяч, и уже лучше прицелившись, бросил его в круг игроков. Но.… Или с моими руками, что — то не то, или ловившая девушка растерялась. Но мяч пролетел мимо её рук и попал ей по голове. Небольшой испуг и большое чувство стыда заставили меня покраснеть. Заглаживая вину словами извинений, звучавших от чистого сердца, осторожно направился к машине. Шёл, мягко говоря, критикуя, свои руки за умение обращаться с мячом и так же мягко критиковал глазомер.
Машина стояла, как раз, возле деревьев, между веток которых с помощью трубы мы сделали турник. Труба поржавела и выросла вместе с деревьями. Забавно. Турник сохранился и подрос естественным путём. Повиснув на живом спортивном снаряде, я выдохнул, расслабил замёрзшего себя и, улыбаясь, закрыл глаза.
Неожиданное попадание мяча в мою спину резко меня приземлило. Я развернулся и сразу же пропустил второй бросок мячом в область паха. Согнувшись, подавляя болевые ощущения, я услышал о том, что так нельзя, безнаказанно грубо обращаться с девушкой. Что попасть по голове и просто так уйти — не получится.
Я мысленно согласился с голосом. Но когда выпрямился, увидев перед собой трёх, сильно выпивших, грязных тела жаждущих приключений. Решил возразить.
Детские воспоминания резко уступили место взрослым умениям. А жаль. Как всё было хорошо.
Первое тело, упало после двух хлёстких ударов в левое бедро. Второй застыл от неожиданных действий, но пропустив удар коленом в печень, рухнул в траву. Третий оказался самым шустрым. С криками ринулся в сторону своих. Но также был приземлён мячом, которым я попал ему в область затылка. Тот, выплёвывая песок, полз, к столу и своим вещам. Когда я его догнал, он пытался что, то достать из своего рюкзака. Показалась деревянная рукоять. Это заставило мою ногу вдавить его тело в песок, наступив ему между лопаток. Тело резко выдохнуло облаком пыли, и я отобрал то, что оказалось помповым ружьём. Все остальные так же, покрывшись маской страха, кинулись судорожно шарить в своих вещах.
— Всем стоять!
Вырвалось из меня чётким, громким голосом приказного характера.
Замерли не только люди, но и время.
Что это? Мой голос или ружьё в руках создало эффект паузы? А может все знали, что ружьё заряжено? А может всё вместе?
Девушку, с которой я грубо обошёлся, попросил собрать то, что все так хотели найти в своих вещах и сложить это на свободную подстилку. Словно мой подельник, она вычистила всех. Горка всяческих пистолетиков удивила и родила вопрос. Кто так отдыхает? Во что это может превратить пляжный волейбол?
Желая быстрее закончить общение с нетрезвыми, я убедительно попросил собрать свои вещи, своих пострадавших товарищей и покинуть место отдыха, от греха подальше. Смягчив происходящее, принеся свои извинения ещё раз.
На удивление всё прошло тихо, быстро и без лишних слов.

Осматривая кучку пистолетов, ружьё, думал о том, что это всё нужно куда-то деть, опять же от греха подальше. И где в этом ружье патроны? Хотелось передёрнуть затвор, но задержался.

За спиной послышались разговоры. Я замер. Робко обернувшись, увидел людей за забором. Видно мои действия отвлекли их от ремонта своих лодок, а может они просто отдыхали на причале, а я всё испортил.
Спрятав оружие за спиной, хотелось объяснить, рассказать что случилось, но это было лишним.
Из калитки вышел дедушка, лет семидесяти, с очень знакомым лицом.
— Товарищ Майор?
С удивлением спросил я.
— Когда это было?
Улыбаясь, словно гордившись увиденным, произнёс он.
— Вы преподавали в моей школе начально-военную подготовку.
Продолжил я, сдерживая радость.
— Рад Вас видеть!!! Вы не изменились!!!
Он ещё сильней улыбнулся и позвал остальных.
Я всматривался в изумлённые лица, пытаясь найти знакомых, но не нашёл.
Под сопровождение голосов, шума деревьев, воды, адреналин постепенно покидал кровь и меня начало трусить. Кто — то решил, что я замёрз и накинул на меня свой плащ.
— Спасибо.
Стуча зубами, и не заметно пряча ружьё в полость рукава, поблагодарил доброжелателя.
Знакомые Товарища Майора, взяв за края подстилку, перенесли трофеи и положили, с железным стуком, на стол возле воды.
— Что в бою взято — то свято!!!
Кто — то заявил весело и с гордостью!
Дедушка напоминал об осторожности в обращении с оружием. И хоть это были пневматические и мелкокалиберные пистолеты, осторожность не помешает.
Мне в глаза бросился, проигнорированный всеми, старый, весь в царапинах, револьвер. Мощный на вид. Тяжелый. Он перевесил интерес к ружью, которое тянуло вниз рукав плаща.
Кроме АК-47, с оружием жизнь меня не сталкивала, только телевизор показывал и рассказывал устройство и отличая разных марок стрелкового оружия. Меня подобные передачи притягивали всегда, а сейчас, держа в руках и рукаве вызывающие интерес предметы, захватывали меня с головой.
Нажав на флажок, неожиданно открылся барабан, и маленькие патроны упали в песок.
— Заряжен.
Подумал я, собирая всё в карман.
Подняв его на уровень глаз, заглянул вовнутрь. Ствол грязный, барабан чем — то забит,
— Теперь ты в хороших руках.
Успокоил я револьвер.
Все смеялись, щёлкали затворами, арестовывали друг друга, приказывали поднять руки вверх.

На мгновение эмоции приглушил медленно проезжающий автобус.
Он остановился возле второго причала. Открыв двери, выпускал как удивляющихся, так и радостных пассажиров. Осмотревшись, освоившись, новички с начало робко, а за тем всем хором воспроизводили ноты радости. У них не было выбора, место действительно красивое.
Смотря на них, наш вооруженный отряд продолжил свои реплики. Это успокаивало.
Накатившая усталость усадила меня на песок.
Голоса снова стихли. Несколько человек спешно унесли, сложенные обратно в покрывало, трофеи вглубь причала. Спрятав пистолет в левый карман плаща, я вникал в ситуацию.

К нашему столу подошёл и представился работник милиции. Волнение нарастало. Но когда он пожал руку Майора в отставке, поздоровался и поинтересовался его здоровьем, я выдохнул тревогу.
На вопрос — Что здесь произошло? — Повысив тон, дедушка начал пересказ своими словами:
— Пьяная толпа, достала свои пугачи, с криками и матами устроила Бородино. Если бы их не успокоили, неизвестно, чем всё закончилось.
— И где вы ходите, когда вы нужны?
Милиционер всё терпеливо выслушал, обещал разобраться, отдав честь удалился. На ходу добавил:
— Мы в конторе у начальника причала. Если что заходи.

Я резко захотел домой. Но нужно где, то в машине спрятать трофеи? Проехать мимо работников милиции, зная о грузе — это нервы. Куда всё сложить? Пока вспоминал конструкцию автомобиля, особенно пустоты, услышал своё имя. Услышал и фамилию. Повернув голову в сторону голоса, сразу узнал своего коллегу по старой работе. Подходя ко мне, удивляясь неожиданной встрече, он с улыбкой произнёс:
— Что ты сидишь как бедный родственник? Пошли к нам!
Положив тяжёлую руку мне на плечи, повёл за собой. Он был на голову выше меня, так что сопротивляться было бесполезно.
В обвисшем плаще я действительно как бедный родственник, с трудом шёл к автобусу.
После того как познакомился почти со всеми, снял плащ и с облегчением вдохнул полной грудью.

Начался отлив.
С удочками, мы подошли к краю отмели, высматривая рыбное место. Под водой моя нога наткнулась, на что — то массивное. Всматриваясь в мутную воду, захотелось это что — то достать, потому что выглядело оно очень привлекательно. Но не тут то, было. Очень глубоко в песке, хранилась тайна, и только верхушка своим цветом и материалом не отпускала наше внимание. Вода отходила, обнажая наш клад. На берегу наши движения заметили. Присоединяясь к раскопкам, радостные и любопытные лица ускорили процесс. Оставалось не много, но песок держал, не отдавая своё. Все-таки мы победили и оставили после себя большую яму и гору песка. Облили контейнер водой. На солнце он быстро высох и вызвал восторг своими формами и сохранностью. Все равномерно, плотным кольцом, окружили находку.
— Открывай!
— Открываю!
Дверца закрыта плотно, но поддалась легко. Открыл. Немного вылилось воды. Солнце осветило аккуратно сложенные коробочки, обвёрнутые подарочной бумагой. Картон немного размок.
Затаив дыхание я достал первый верхний подарок. Дыхание застыло не только у меня. Развернул обвёртку. Открыл крышку. Показались, наполненные чем то, запаянные пакетики. В первом, который я раскрыл, находились незнакомые монеты жёлтого цвета. Улыбаясь, протянул клад в кульке своему коллеге.
— Деребаним!!!
Восторженные крики взорвали тишину. Я раздавал коробочки как подарки. И когда свободных рук уже не было, достал последний, самый тяжёлый подарок — себе.
Вода прибывала. Дрожа от волнения, или от того что замёрз снова, вышел на тёплый берег. Снова надел тяжёлый плащ. Уселся по удобней. Осторожно развернул размокшую бумагу. Такие же пакеты, только больших размеров.
Из первого достал блокнот. Сначала расстроился, но обратив внимание на качество — поразился.
Чорная глянцевая кожа переливалась бордовым зеркалом. Ровная строчка по контуру. Орнамент из металла жёлтого цвета. Без сомнений, это изделие изготовлено мастером высокого уровня.
Расстегнув пряжку, медленно, с мягким хрустом, раскрыл блокнот. Внутри так же изысканно. Желтоватая бумага, с инициалами в верхней части каждого листа, скреплялась металлическими колечками того же жёлтого цвета. В них размещалась, такая же по качеству, ручка цвета слоновой кости.
Не одна новость, даже самая важная, не заставила бы меня испортить своим подчерком этот блокнот. Поразительная вещ! Поставившая все наши ультра — модные бутики на уровень базарных ларьков.
С уважением к мастеру поместил блокнот в кулёк и осторожно вложил его во внутреннем кармане плаща.
Второй кулёк хранил маленькие, легчайшие кожаные перчатки чёрного цвета. Невероятно мягкие. Нежный мех внутри явно не для рук «Звезды». Видно подарок предназначался той, общество которой доступно единицам, и только из числа «сильных» мира сего.
Интересно до кого эти подарки так и не дошли? Какое качество? Когда и в какой город они направлялись? Неужели в наш? Тревожное чувство разбавило шок от качества вещей.
Назвав себя словом — мародер, я свернул перчатки и положил их в правый карман.
Третий и самый тяжёлый пакет. Вскрыл. Прямоугольная шкатулка. Благородный сорт дерева, оббитый бордовым бархатом. Те же инициалы, как и в блокноте, украшены резьбой и окантованы золотистым металлом. Преодолевая волнение и дрожь, я приоткрыл крышку.
Я не поверил глазам. Речь отняло. Вмешался страх и волнение.
Мягкий бархат окутывал чёрный «Кольт» образца 1911 года. Классика. Рядом находилась чёрная пустая обойма. Страшно волнуясь, сомневаясь, доставать, не доставать.… Достал. Вставил обойму. Осторожно закрыл крышку и положил на неё чёрный, тяжёлый пистолет.
Рукоять и затворная рама, украшены бордовой замшей. Необычно, но очень оригинально. Художественная гравировка, изображающая сцену охоты, переливаясь серебром и золотом, разделяя верхнюю и нижнюю части пистолета.
Всё подчёркивало ценность изделия. Подчёркивало так же и авторитет хозяина, что очень тревожило.
Внутри шкатулки бархат так же накрывал кобуру, которая немного выглядывала.
Безупречное качество. Очень простая конструкция. Плотный лист, светло- коричневой кожи, свёрнутый пополам, отрезан по контуру пистолета и красиво прострочен двойной строчкой. Но мягкость кожи, рисунки способом теснения, внушительные заклёпки предают значительности кобуре. Делают её под стать Кольту.
— Мародёр.
Уже вслух охарактеризовал себя.
Улыбаясь, я всё же повесил кобуру на ремень. Застегнувшись, поправил шорты. И только успел разместить в ней чужой пистолет, как мои опасения оправдались.

Плотные ребята в чёрных куртках сгоняли людей к пустому контейнеру. Обыскивали и грубо выхватывали из рук «подарки судьбы».
За ними, из черных внедорожников, на берег вышли женщины, словно сошли с глянцевых страниц модных журналов. Много женщин. Яркие одежды затмили природный цвет пляжа, превратив его в серую полосу. Прихватив стулья у автобуса, выбрав место по суше и повыше, удобно усевшись вкруг, они сосредоточились на грубом действии парней. Ни эмоций, ни слов, просто смотрели. Видно не в первый раз.
Я находился позади цветного круга, но не так далеко что бы меня ни заметили. Обыск должен был дойти и до меня.
После того, как парень в «чёрном» направился в мою сторону, обернулись и женщины. Их, мой вид, напоминавший бомжика, не заинтересовал и развернул обратно.
Правой рукой я крепко обхватил ружьё в рукаве. Левой, медленно достал из кармана револьвер и так же спрятал в рукав.
Я поднялся. Развёл руки в стороны и не много вверх. Не хотелось полного досмотра. Плащ раскрылся и обнажил кобуру, и именно с неё началась конфискация.
Парень приложил ощутимые усилия, отрывая кобуру с моего ремня. Я шатался, как листок на ветру, пока ремень не порвался. Так же грубо он отобрал блокнот. Поднял шкатулку. Взяв всё в одну руку, второй в спину, унизительно втолкнули меня в середину женского круга, после чего он всё уронил из рук.
Решив поинтересоваться, кому можно всё объяснить, я только вызвал женский смех. Мой голос дрожал от стыда и унижения. Да и вид был смешной. Но смех вызвал неожиданную злость.
Пользуясь неуклюжестью охранника, я уверенно занял место в центре круга. Расслабив кисть, выронил из рукава ружьё. Поймал точно за рукоять и направил в правую сторону. Одновременно, влево, револьвер смотрел на копающегося в песке охранника. Я был похож на часовую и минутную стрелки в середине женского циферблата, показывающего 14:45.
Собрав всю волю в кулак, очень громко заорал:
— Главный кто?
В нелепых позах замерли все охранники. Но женский коллектив подскочив со стульев, доставая из сумочек «гламурные» пистолеты, направили всю свою мощь на мою персону.
Тишина.
Не теряя эффекта неожиданности, я продолжил:
— Я, нашёл контейнер. Люди помогли отрыть, за что я раздал им содержимое. Этот вопрос решать только со мной. Людей отпустить.
Тишина.
— В противном случае, малейшее не осторожное движение, вызовет стрельбу. Вы перестреляете половину своих. Зачем? На выезде находятся работники милиции, выстрелы привлекут их внимание. Они отреагируют. Что тоже не вашу пользу. Я предлагаю вам забрать своё. Выразить слова благодарности. Извинения за беспредел. Гарантировать, что наши пути больше не пересекутся и покинуть место нашего отдыха.
Тишина.
Глазами, перебирая серьёзные женские лица, я хотел найти хоть что — то доброе.
Моё ружьё указывало на единственную женщину, которая, сохраняя холоднокровное спокойствие, продолжала сидеть на стуле.
Белое лицо, голубые глаза, алая помада на красивых контурах губ, не оставило бы меня равнодушным в другой ситуации. Но сейчас я ждал от неё не чувство эйфории, а подчинения.
Она не спеша поднялась со стула.
Лакированные сапоги. Строгое пальто горчичного цвета с красной подкладкой, опять же лицо которое венчала элегантная чёрная шляпка прикрывавшая тёмные волосы. На секунду я даже оробел.
Тишина.
Она спокойно выдохнула. Осмотрела мой внешний вид.
Выдержав паузу, заговорила нежным, но решительным голосом:
— Хорошо молодой человек.
Тишина.
— Примите нашу благодарность за найденные вещи. Мы приносим извинения за грубость. Я вам гарантирую, что с этой минуты наши пути не пересекутся.
Ещё раз одарила меня своим холодным, пронзительным, взглядом. Посмотрев на нелепого охранника, обратилась к своим:
— Ребята. Вещи в машину. Ящик то же. Девочки поехали.
Обойдя стул, грациозно покинула меня, мой пляж и всех остальных.
Девочки, спрятав «гламур» в сумочки, превратились в прежних элегантных женщин и последовали за ней. Ребята, спешно исполняя приказ, потащили контейнер по мокрому песку к своим автомобилям.

Когда чёрные внедорожники, разворачиваясь, скрывались в зарослях, мои плечи свела судорога. Руки, под тяжестью железа, рухнули в низ. Возобновилось дыхание, но способность передвигать ноги не возвращалась. С трудом верилось во всё. И в то, что всё закончилось.
Люди возвращались к автобусу. Послышался смех, вопросы. Не реальность произошедшего удивила всех. Страха и слёз не было, что успокоило меня. Некоторые пытались, что — то найти, в надежде, что ребята не всё собрали.
Я стоял не подвижно, в чужом плаще, с металлическими трофеями в руках. И хоть они не такого качества как отобранные «подарки», они имеют некую иную силу.
Подошёл мой коллега по старой работе. Похлопал меня по плечу. Его лицо расплывалось в улыбке. Я тоже, устало, улыбнулся в ответ. Когда он указывал глазами вниз на свою руку, его улыбка заметно увеличилась. Удивлённым взглядом я задал вопрос. Он ещё раз указал на свою руку. До меня дошло, и я посмотрел в низ. В руке он держал, тот первый, кулёк с неизвестными монетами жёлтого цвета. После чего он взорвался от смеха. Вторым взорвался я. Вдвоем мы сначала удивили, а затем заразили смехом остальных.
Не знаю, сколько мы смеялись, но я израсходовал последние силы. Руки ослабились, прижались сильнее к плащу и я почувствовал, что — то мягкое. Перчатки. Вот и мне повезло. Ещё один трофей.
У меня осталось только одно желание — упасть, на что ни будь мягкое и тёплое.
Покинув всех по-английски не прощаясь, я из последних сил доходил до своей машины. На ходу снял плащ, завернув в него добычу и порванный ремень. Небрежно положил всё в багажник. Желание прятать трофеи отпало само собой.
Всё домой.

Упав на водительское сиденье, я даже не смог опустить рычаг ручного тормоза. Замёршие, босые ноги так же отказались нажимать на педали. От безвыходности я поставил машину на сигнализацию, приоткрыл окна и откинулся на мягкую спинку кресла.
Шум ветра в кронах деревьев, запах воды окончательно расслабил тело. Мозг продолжал работать, переваривая сегодняшний день, делая какие- то выводы. Три, из которых мне запомнились.
— Первый доказывал, что незнакомому человеку тяжело будет забрать у меня то, что дано природой. То, что перешло по наследству вместе с кровью. То, что со временем окрепло, закалилось, сформировалось. Что это? Это то, что управляло руками, которые держали ружьё. То, что находит правильный ответ.
— Второй доказывал, что подавив эмоции, освободившийся инстинкт самосохранения сам найдёт в голове необходимые знания, сконцентрирует их в нужной последовательности, что бы эффективно использовался скелет с мускулатурой. Чем больше полезных знаний, тем больше шансов на победу. При таких возможностях таблетка из фильма «Области тьмы» — абсолютно лишняя.
— Третий убедил в том, что не стоит присваивать вещи, предназначенные людям, которые выше тебя на порядок. Вместе с вещами приобретешь страх перед разоблачением. Всё тайное рано или поздно станет явным. Фраза великого, за несколько веков доказала свою неоспоримость, но при этом люди не меняются. Не меняются и расплачиваются, сожалея, желая вернуть время назад. Хотя… Если это трофей? Почему бы и нет.
Я улыбнулся. После чего мой мозг то же устал. Мысли зациклились, повторяясь друг за другом.

С пляжа доносились песни группы «Кино». Слова Виктора пришлись как нельзя, кстати, и я подпевал ему уставшим голосом, ели шевеля губами.
Ты должен быть сильным.
Ты должен уметь сказать
Руки проч. Проч. От меня.
Ты должен быть сильным.
Иначе, зачем тебе быть.
Что будут стоить тысячи слов
Когда важна будет крепость руки.
И вот ты стоишь на берегу…

И моё сознание отключилось.

Чорные внедорожники, покачиваясь на грунтовой дороге, покидали мой пляж.
Проезжая мимо моей машины, женщина приказала охраннику записать номер и найти владельца.
На выезде они увидели работников милиции, которые прощались с начальником причала.
— Молодой человек не обманул.
Обратилась она к своим.
— Вещи наши нашёл. От греха избавил. От проблем с милицией….
— Номер записал? Дай сюда.
Охранник оторвал листок с номером и передал ей.
Женщина, скомкав, выкинула листок в окно.
— Не трогайте его. Я обещала.
Через время охранник спросил:
— Что делать с вещами?
— Выкиньте куда ни — будь. Товар просроченный, подпорченный. Закажем ещё.
— Здесь «Кольт» в кобуре. Тоже выкинуть?
— А вот «Кольт» оставь.
Женщина повернулась к охраннику. Улыбнулась. Таинственно окинула взглядом всех остальных. Тихим голосом, почти шёпотом, открыла секрет:
— «Кольт» — мой.

Комментарии