Добавить

После смерти

Усманова Сандра.

После смерти.

Странно звучит, но я не видел, ни ангелов, ни мертвых родственников, и даже света в конце туннеля. Всё как то быстро произошло, и через короткие секунды я погрузился во тьму. Это было довольно странное ощущение. Будто меня выключили, будто я выпал из системы. Меня попросту
не было, совсем.

Когда я очнулся, у меня, как ни странно ничего не болело. Но чувствовал я себя странно пустым.… Надо мной склонились какие-то люди. Но я даже не мог их разглядеть, из-за чего-то в глазах. Я их стал тереть, и с удивлением узнал в этом песок. Тут я почувствовал руку на моём плече. Она меня трясла, и я чуть снова не упал.

Смахнув с раздражение руку, я недовольно пшыкнул. Мужик, трясший меня, гордо усмехнулся и встал передо мной. На секунду мне показалось, что это сам Бог, и я уже успел пожалеть, что так с ним повел. А тем временем, около меня собрались люди. Они меня разглядывали, ощупывали и хотели стянуть с меня одежду. Я с громкими: «Эй- эй!» Вскочил с земли и огляделся. Вокруг меня были люди, это я знал, но их одежда меня
«немного» удивила. На них были наряды, будто это экспонаты сбежали с музея истории. Они всё еще тянули ко мне свои руки, и я вдруг почувствовал себя кинозвездой на встрече с поклонниками.

Мужик, что меня тряс, вдруг свистнул. И все люди с недовольными минами повернулись к нему. Тот головой показал, чтоб все ушли. Меня это слегка обрадовало, хотя и удивило. Мужик подошел ко мне и протянул руку.

-Эмери Вайд. – Я с недоверием пожал ему руку. Она была даже не потной, будто очень нормальной. Даже слишком.

-Денис Тернов. – Он затем предложил пройтись, и мы пошли к чему-то тёмному на горизонте.

-Как ты себя чувствуешь, Денис? – спросил мужик. Ему на вид было лет пятьдесят, с бледно желтыми волосами, вроде кожи у больных желтухой. Его глаза были всегда зажмурены, и он был похож на героя американского вестерна.

-Не думаю, что нормально. – Ответил я ему. У меня могла бы разболеться голова, для приличия. Но, не смотря на то, что я оказался здесь, неизвестно где, и как, не было понятно, голова была странно лёгкой.

-Думаю, тебе интересно, где ты оказался, и как? – я уставился на него – Что последнее, что ты помнишь?

-Ну – я напрягся, в мозгах, будто что-то переклинило – Последнее, что я видел это рыжие фары хамера.

-Понимаешь, Денис – мужик вздохнул – я жил немного раньше тебя, и мне сложно представить то, о чем ты говоришь.

Я как то не сразу обратил внимание на эту фразу. Думал, раз американец явно не понимает моего говора.

-Меня машина сбила. – И вдруг до меня дошло. Меня сбила машина, я отрубаюсь и оказываюсь тут, среди людей в одеждах из музея. Да меня
только что дошло, что американец не говорит ни на английском ни на русском. Он просто говорил, а я просто понимал и отвечал ему.

-Мать твою! – хрипнул я, и опустился на землю – Это чего получается? Я сдох?

-Ничего! – он снова похлопал меня по спине – Почти каждый не понимает этого сразу.

-Это очень хорошо, но где эти, как их там, ангелы, Бог или кто там у вас?

-Нет никого, Денис. Все попадают сюда, после смерти. – Кивнул мужик и помог мне встать.

-Так Эмери, а чего здесь так мало народу?

-Ну, так, мы … живем на островах. Никто не знает, по какому принципу, людей на них распределяют. Но факт остаётся фактом.

-А чего не переплыть на другой остров, так приплыли бы куда-нибудь. Это лучше, чем здесь торчать, – Спросил я. Мы как раз подходили к тёмной
штуке на горизонте. Эта штука оказалась, своего рода морем, только черным, похожим на сырую нефть.

-Видишь это дерьмо, внизу? Если ты коснешься этой штуки, то она тебя затянет как трясина, и ты не выберешься.

-И снова умрешь? – с неверием крикнул я.

-Ну, на нашем месте, я бы не был так уверен. – Усмехнулся он и плюнул туда. Черное вещество затянуло всё в себя.

-Так, что будет, если тебя эта затянет? – с брюзгой смотря на эту черноту, спросил я.

-А ты прыгни, и узнаешь. – В другой ситуации, я бы врезал ему, но здесь, когда я ничто и никого не знаю, это было бы самым тупым поступком моей … смерти. Поэтому мне придется обойтись. Вот когда я здесь освоюсь, туда его скину. Замыслив это недобрый план, я лишь усмехнулся ему в ответ.

-Я вижу у вас тут с растительностью не густо. – В этот момент, я видимо неудачно взглянул на него. Он остановился на секунду. До меня явно не
доходило, что его так задело.

-Когда попадаешь сюда, перестаешь меняться, есть пить, стареть, взрослеть, умирать, и даже борода перестает расти.

Теперь я понимал, чего он так завелся и засмеялся. Я не мог удержаться, но из меня перло просто.

-Чего хохочешь? – уже теперь он с непониманием и раздражением, спросил он меня.

-Да я это… про… как её там…эту … фауну или флору, что там у вас!

Тот недовольно цыкнул и пошел вперед. Успокоившись, я догнал его.

-Здесь ничего не растёт. Да если бы и росло, то ничего бы мы не ели. Я же говорю, тут просто живешь и всё.

Я снова заулыбался. Меня смешила сама фраза «живешь» здесь.

-Ты когда умер-то? – спросил он.

-Ну, сейчас прикинем… – я напрягся и стал вспоминать, какое сегодня число. Так, в пятницу у мамы было день рождение, 17 октября, а сейчас
суббота следующей недели. Ну, значит сегодня… и тут я вспомнил про маму. Я в этот момент еще не осознавал, что, наверное, она уже знает о
том, что я умер. И моя девушка, Светка и друзья, и Виталик. Я здесь гуляю, а они там… Вдруг перед моим лицом защелкали пальцы Эмери –
Вот, блин!

-Что?

-Моя родня. Так я ж здесь, а они думают что там – и пальцем указал на небо.

-Ну, ты им уже об этом рассказать не сможешь. И помочь ничем не можешь. – Объяснил он. Мы шли молча. У меня всё бурлило внутри, и чертово
воображение рисовало страшные картинки моих похорон, маминых слёз и надгробной плиты. Эмери, помолчав, и дав привыкнуть к этой мысли,
спросил:

-Так, что, ты, когда умер?

-25 октября. – Ответил сухо я.

-А год? – я поначалу посмотрел на него, как на туземца, но вспомнив, где я, ответил:

-2009 год.

-Надо же, столько лет прошло! – ухмыльнулся он.

-А ты?

-Что?

-Ты то, когда умер? – странно, но мои эмоции, как бы я ни был зол, было сложно удержать.

-За два века до тебя.

-А как это произошло?

-Проклятые Янки. – Меня это насмешило, но я решил показаться серьёзным и кивнул ему с неким соболезнованием. Хотя, наверно по моей роже было понятно, что никакого соболезнования во мне с роду не было. Мы шли уже по берегу, и наша прогулка стала похожа на романтический тур по берегам Нефтяного залива. Тут сзади послышался голос паренька. Мы обернулись. Он мчался, поднимая дым и пыль, как москвич, застрявший на подходе к карьеру. По его тяжелому дыханию, разносившемуся по всей долине, его мотор был явно от москвича. Через пару минут он добежал до нас. Это был мелковатый паренек, годков 17, с рыжими волосами. Мне так и хотелось спросить о его краске для волос.

-Здрасти! – запыхавшись, прохрипел он.

-Знакомься, Томас, это Денис Терноф.

-Тернов. – Подправил я и подал ему руку. Тут же я пожалел об этом. Его рука была страшно липкой и противной.

-Денис, это Томас Смит. – Мальчуган яро тряс мне руку и был бы я последним эгоистом, если бы также не ответил. Но, к сожалению, я им был.

Мы пошли дальше. Мальчуган увивался около нас и был похож на Игоря, из Ван Хельсинга.

-Что случилось Томас? – Эмери то и дело везде харкался и напоминал моего покойного батю. Кстати, надо будет его поискать.

-Соседи с острова, сказали, что у них тоже новенький.

-И кто же?

-Молодая девушка. Тоже русская. – Ответил Том, простирая рубахой очки.

-А как звать то её? – вдруг я вспомнил про девушку, шедшую рядом со мной на переходе.

-Аня. – Ответил Том, и посмотрел на меня сквозь линзы очков.

-Аня… — повторил я. Мне даже стало её жалко.

-Знаешь её? – Эмери не сводил с меня глаз.

-Нет. – Ответил я, и из-за всех сил стал показывать, что это правда. Мне кажется, что он не поверил, да хрен с ним, всё равно это могла оказаться
не она. Мало ли Ань сейчас умирают?

-Только с ней хлопот не наберешься, она так жалуется. – Усмехнулся Том. Я посмотрел на него с явной ненавистью.

-Почему? – Эмери не сводил с меня глаз. А я уже представлял, как сброшу его в ту черную хрень.

-Ну, она- то плачет, то кричит, то снова плачет. В общем… – он провел большим пальцем около горла. Мы с минуту молчали. Мне хотелось, как то
помочь ей, но в тоже время я начал замечать странное спокойствие.

Пока мы ходили, уже наступил вечер. Мы стали подходить к скоплению людей. Они сидели в кружках. Нигде не было даже костров, хотя откуда они возьмут дрова, или хотя бы сухие ветки. Вокруг была пустыня, камни, сухая земля и песок. Мы стали проходить около людей, кто здоровался, а кто сидел и смотрел в одну точку. Они были похожи на одно из двух: либо статуи, либо сумасшедшие. Мы сели почти на другой стороне, вокруг нас сидели люди и практически не разговаривали. Это меня немного пугало, казалось, они вынуждены были так общаться, для галочки, как и при жизни.
Мы уселись на голую землю. По Эмери было видно, что он очень хотел закурить, но он просто взял соломинку со шляпы и засунул в рот.

-Откуда у тебя соломинка? Ведь здесь ничего не растет. – Я сидел и очень хотел выпить. Это для меня было мучение, может это ад?

-Когда ты умираешь, ты оказываешься здесь со всем барахлом, что у тебя было. — Ответил он.

Вдруг меня осенила идея. Я встал и пошел «прогуляться». Отойдя на приличное расстояние. Я засунул руку в карман и ощутил приятный вес
моего мобильника. Я, оглядевшись, высунул его. Странно. Но антенна, то ловила, то насовсем исчезала. Я постарался набрать номер своей девушки и вроде гудок успел пойти, но тут-же связь потерялась. Я чуть не ругнулся, но всё-же сдержал себя. Тут моего плеча коснулись мягкие
волосы. Я повернулся. Около меня стояла девушка лет тридцати, с черным париком и яркими веснушками (видно нарисованными). Она заворожено
смотрела на мой мобильник, и я спрятал его в карман. Она полезла за ним. Я схватил её руку, она слегка вскрикнула, и это мне это даже понравилось. Она улыбнулась, у неё были желтые зубы, но всё-же улыбка её была очень красива. Я подумал, если я мертв, то это изменой считаться не будет. Тем временем эта бестия слегка вывернула свою руку и я её отпустил. Она торжествующе вскрикнула. Меня это отняло от своих мыслей.

-Давно к нам не попадал такой красавчик! – сказала она мыльным голосом. Я стоял с довольной улыбкой – как тебя зовут?

-Денис – Ответил я. Она захихикала, и повисла на моей руке. Не скрою того, что эта женщина была очаровашкой, и мне было приятно взять её под
крыло.

-А меня Агюстин! – улыбнулась она, и, причмокнув, прижалась ко мне – А когда ты умер?

-Сегодня.- Наверное, у меня уже слюни текли и она расхохоталась.

-Дурашка! – она слегка ударила меня по плечу – Мы так спрашиваем, когда хотим узнать, сколько тебе лет было, когда ты умер?

-А ну так, мне было 23. – с гордостью ответил я, на что она рассмеялась. Это заставило меня даже покраснеть. Честно, я не понимал, что тут
смешного?

-Какой малыш! А вот мне всего 35! Не считая полтора века назад! – она снова захохотала, и это заставило меня чувствовать килькой в борще – Но
ничего! Я очень люблю молодых, сильных!

Она прижала меня к своим губкам. Я почувствовал её тепло. И в тоже время, что её губы были шершавыми. Еще при разговоре, я заметил, что она
их часто облизывала.
Буду дураком, если не признаю, что она классно целуется, но всё-же я считал себя и не таким профи, так что, не стыдясь, показал всё, что
умею. Она в ответ мне дала понять свои способности. Так что получился чудесный зачарованный круг. Место для ночлега мы нашли в двух метрах от того места, где начали целоваться. Меня задевало то, что ощущения были очень странными во всем, они будто притупились.

Наутро мы шли с ней в обнимку, и я считал нас официальной парой. Но также стал замечать странные взгляды на нас. Будто не издеваясь, они
просто смотрели на нас. Но, похоже, Агюстин это очень нравилось, и она не редко посылала воздушные поцелуи всем, кто нам встретится. Я старался очень ревновать, но получалось как бы, ни до конца. Меня вообще перестали посещать всякие опасения, и меня это пугало. Но как назло,
даже испуг был притуплённым.

Где-то к полудню, я увидел Тома. По всей видимости, когда я его окликнул, он был не рад этой встречи. Меня это очень удивило.

-Привет, Том! Ну, ты как? – я ему пожал руку. Он с неохотой вытащил свою потную ручонку из моей.

-Здрасти. – он будто хотел уже убежать, но я его вернул. Он выпялился на Агюстин. Но это был не взгляд мужчины на женщину, это был взгляд с
опаской. Будто зверёк на удава. Меня это насмешило.

-Что это с тобой? И где Эмери? – Том странно на меня посмотрел, шмыгнул, и пролепетал:

-Откуда мне знать, куда он ходит. Я только помогаю ему. – Эти слова были для меня полной бессмыслицей.

-Да что с вами случилось? – спросил я. У меня был, наверное, самый тупой в мире вид, но Агюстин стояла и, посмеиваясь, посылала мне воздушные поцелуи. Я ей, для галочки кивнул и хотел прижать Тома, но тот уже улепетывал от меня, разнося пыль по окрестностям. Мы снова пошли гулять. Это всё, чем все тут занимались. Но тут я заметил, что остров как-то опустел. Я спросил Агюстин об этом, но та захихикала и потащила меня по берегу.

Вообще у всех распорядок дня здесь был очень похожий. Каждое утро все ходили по острову. К обеду все куда-то уходили. А мы с Агюстин сидели около небольшого камня. Думаю не надо объяснять, чем мы там занимались.

Да и меня давно забавляла эта странная тяга ко мне. Она будто сходила с ума. О чем-то шептала, а я никак не мог разобрать, что она там бормочет.

Уже прошёл зенит, и все стали возвращаться. Люди шли, будто зомби. Некоторые слегка покачивались, другие шли, разговаривая друг с другом.
Но это было редко. Кто-то садился совсем один и, поджимая ноги по себя, покачивался из стороны в сторону. Это было похоже на сумасшедший дом, но кто мне сейчас даст гарантию, что это не он?

Агюстин сидела и шептала мне всякую ерунду про семью, я никак не мог понять, про какую семью она говорит. Тут я увидел Эмери. Около него
бегал Том. Они что-то обсуждали. Тут они увидели меня. Слегка остановились. Я им кивнул, но никто из них не ответил мне. Они развернулись и ушли. Я никак не понимал, что произошло. Но в тоже время догадывался, что дело в Агюстин. Но что тут такого, разве мы не вправе распоряжаться своей … смертью?!

Я уже хотел вспылить, но почему-то ярость была сухой изнутри. Это вообще стало очень странным всё это ощущение. Я не чувствовал никакой фактической злобы, да и радость была тоже очень смуглой. Странно вообще было здесь находиться, и я уже стал ловить себя на мысли о том, что было бы легче скинуться в ту тёмную дрянь. Это, надеюсь, был бы конец. Но тут- же эта мысль была абсурдной. Если мы не умираем после смерти, то кто даст нам гарантию, что умрем теперь?

Мы сидели, и я наблюдал, как какой-то мальчуган, лет тринадцати пошёл в другую часть острова. Я ни разу не видел, чтобы кто-нибудь ходил туда,
да и Агюстин, тоже не горела желанием туда идти. Мы только подходили к этой части острова, как она разворачивала и вела нас обратно. Да и люди, сидевшие вокруг, оживились, и стали смотреть на мальчика. Их будто что-то задевало, но никто из них не шелохнулся. Мне показалось, что это место, где все, кому надоело здесь «жить» идут и сбрасываются туда вниз в тёмное море. Мне стало жалко пацана, но я точно не знал, что там за место?

Я уже ничего не хотел спрашивать у Агюстин. Она лишь прижималась ко мне своим хрупким тельцем, что пробуждало во мне заботу о ней, но как я уже говорил, здесь чувства, практически … выключены. Хоть и не до конца.

Меня уже начинало раздражать её постоянное прилипание к моей руке, но как только она смотрела на меня, или улыбалась, у меня что-то
переклинивало.

Вечер уже начался, и люди стали собираться в середине острова. Агюстин причмокнула, встала и потянула меня за руку. Она улыбалась и мило
хлопала своими глазами, будто чего-то просит. Хотя она просила, и я знал чего.

Ночью я сидел и смотрел на скопление людей. Агюстин сидела и рисовал пальцем. Она что-то бормотала, но я до сих пор не научился различать её говора. Она рисовала кораблики, облака, море, и еще что-то? Теперь я чувствовал себя мамашей с детём. И представить себе вечность с этим?
Честно говоря, я уже даже подумывал после Эмери скинуть туда её, если конечно на острове не будет никакой замены. Всё-таки лучше это, чем
ничего.

Изредка она поднимала голову и нежно улыбаясь, спрашивала: «Ну как?» Конечно, я говорил разную ерунду про то, что это очень красиво, а она
как ребенок радовалась похвале и стирала рисунок, чтобы нацарапать на земле еще какой-нибудь бред. Теперь, кроме влечения, она вызывала у меня какую-то жалость. Мне казалось, что она нуждалась именно в таком человеке как я, который будет для неё отцом, парнем и … хотел было
сказать – ребёнком, но она сама была как ребенок. Похоже, это было её собственное счастье.

Пока Агюстин царапала свои наскальные росписи, я встал и сказал, что отойду ненадолго. Она вскрикнула и всклочила с ног. Её глаза тут-же
залились слезами, и она кинулась мне на руки. В ухо, она шептала снова свой бред про семью, и про то, что она без меня погибнет. Меня это
насмешило.

-Как ты можешь погибнуть? – я слегка отстранил её – Ты и так мертва да и…

Кто меня тянул за язык? Она разревелась и плюхнулась со всего размаху на ноги. Я испугался, что она поранилась, и попросил её показать, где
больно. Но за место ответа получил новую порцию слёз, всхлипов и других бабьих хитростей.

После бурной ночи, мы снова пошли гулять. Единственными «болтунами», из тех, кого я видел, оказались два мужичка во фраках, и при всех делах. Они о чем-то спорили и постоянно пялились на небо. Вот и сейчас стоят и что-то обсуждают. Агюстин нежно прижалась ко мне, и прошептала, показывая на них пальцем.

-Это два каких-то учителей. Они всю жизнь из-за чего-то спорили, вот и после смерти, спорят и спорят, спорят и спорят. – Она стала напевать эти
два слова и причмокивать.

Пока мы шли, я всё еще думал, как как-нибудь отвертеться от Агюстин и позвонить домой, или девушке, или вообще кому-нибудь. Но Агюстин
буквально вросла мне в руку, и не отпускала её. Да и после вчерашнего вряд-ли отпустит.

Я всё еще хотел найти Тома и спросить его, но, ни его, ни даже Эмери нигде не было. Я думал, если появится еще какой-нибудь новенький, то он
будет тут как тут. Агюстин смотрела на меня, причмокнула и спросила:

-О чем думаешь? – я спросил в ответ:

-Просто, думаю, часто у вас тут пополнение?

-Новеньких? У! Нет! Очень редко, но в последний раз метко! – и она потянулась к моим губам.

Таких сложных разговоров было у нас мало. Но мне всегда нравились молчаливые девушки. В этом она была хороша. Да и вообще она была слишком хороша.

День прошёл по накатной, и когда я сидел вечером у камня, она вдруг стеклянными глазами посмотрела себе на юбку, пощупала живот, захлюпала
носом. Я подошёл к ней, но она нервно дернулась. Затем встала, и побежала в какую-то сторону. Я хотел идти за ней. Мне показалась эта её новая игра. Но она повернулась, её лицо улыбалось.

-Я сейчас приду, жди меня. – И повернувшись, побежала в сторону скопления. Я стоял как облупленный и не знал, что делать, идти за ней, или остаться здесь и ждать. Мне было интересно, куда её понесло, и я стал вглядываться во тьму. Там я увидел человека, и её. Она тащила его в сторону. Я уже хотел пойти бить морду, но ревность меня подвела и на этот раз, и мне ничего не хотелось. Я просто сел и стал смотреть на звёзды. К моему удивлению, я только сейчас заметил, что ночи тут очень короткие. Я хоть и не знал точного времени, всё-таки уже мысленно начинал прикидывать, сколько часов тут сутки.

Тут, вспомнив про время, я вынул мобильник и включил его. Мне в ответ в лицо засветила подсветка. Я зажмурился, но потом, попривыкнув, попытался разглядеть антенну. Она опять, то ловила, то нет. Я встал и стал ходить с места на место, чтобы поймать более устойчивый сигнал. Так и не поймав его, я решил подняться на небольшую возвышенность.

Поднявшись я увидела, что антенна к моей радости уже слегка стабилизировалась и не исчезала. На радостях начал набирать маму. Я, хоть уже и не привязан к её юбке, очень скучал по ней. Ну конечно я не мамсик, но последнее время меня мучили мысли о том, как она там, без меня.

Вдруг пошел гудок, я затаил дыхание. Подняла трубку неизвестная мне женщина. Я только и успел крикнуть: "Мам!" Как связь оборвалась.

Я сел, и закрыл лицо руками. Теперь я узнавал мать. Её голос был хриплым, глухим, мокрым, страшным. Я смотрел на небо и проклинал всё на
свете. Теперь она будет мучиться еще больше. Ведь я ей звонил, да и откуда? С того света! Я жалел, и уже видел, как её все начинают считать за сумасшедшую. А она у меня такая же, доверчивая, добрая. Всем рассказывать об этом будит. А над будут ней смеяться.

Я сжимал кулаки от бессилия, понимая, что ничем помочь я ей не смогу. Не знаю, сколько я сидел, но уже стало восходить солнце. Я, молча, смотрел на него. Мне по-прежнему ничего не хотелось. Чувств во мне не было, а жизнь была утеряна.

Тут я увидел Агюстин. Она шла от скопления людей, в мою сторону. Она подошла ко мне. Я встал и хотел поцеловать её, но она брезгливо
оттолкнула меня. Я вопросительно взглянул на неё.

-Ты бесплодный мудак! Слышишь ты! – закричала она. У меня дыхание перехватило от таких заявлений.

-Такие дела быстро не делаются! – хотел было оправдаться я, но она закричала и швырнула в меня камень. Хорошо, хоть промахнулась.

-Ты бесплодный, как и все здесь! Ты! Почему мне не сказал?! — она уставилась на меня, но потом отвернулась. – Хотя, всё равно!

Она побежала с возвышенности и унеслась восвояси. Я стоял как истукан, и ровным счетом ничего не понимал. Тут ко мне, сзади легла на плечо
знакомая рука.

-Если бы я сказал тебе об этом, ты бы меня всё равно не послушал. – Я тихо усмехнулся. Эмери встал рядом.

-Она уже всех так обработала? – спросил я. Тот кивнул. – Даже Тома?

Мы переглянулись и рассмеялись. Потом сошли вниз. Мне было явно легче без Агюстин. Всё таки я понимал, что люблю свою девушку, которая жива, и думает, что я мёртв. Это странное чувство тоски по ней. Если бы я был жив, я бы, наверное, мучился.

После примирения с Эмери, во мне была странная уверенность, что всё будет хорошо. Но стоял вопрос, что будет мне плохого? Я же мертв.

Мы шли по оврагу, и у меня, наконец появилась возможность спросить Эмери обо всем, что накипело во мне, с того времени, как мы с Агюстин
были вместе. Хотя, может, так думаю я один.

-Эмери, я видел, как мальчик ушел в ту сторону острова. Туда никто не ходит. Что там? – Он вздохнул и мы, молча, шли в ту сторону. Я терпеливо
ждал.

Когда мы дошли, я не мог поверить своим глазам. Тут, на голой земле лежали больше двух сотен людей. Поначалу, я подумал, что они мертвы, но
подойдя поближе, я увидел, что они дышат. Эмери стоял, поставив руки на пояс, и тяжело вздохнул.

-Здесь лежат те, кого не отпустил тот мир.

-Что значит: не отпустил тот мир? – спросил я. Честно, от этих загадочных выражений, у меня при жизни еще живот крутило, а тут и после
смерти покоя не дают. Хотя, что значит теперь, для меня – Покой?

-Слыхал когда-нибудь о призраках? – я кивнул — Это они. Засыпают и оказываются там.

-Стараются выполнить незаконченные дела? – Я спросил, а потом удивленно мотнул головой. Эмери усмехнулся. Я стал ходить среди этих людей. Все они мирно спали. Это напоминало мне картинки из моего детства, тихий час и всё такое….

-И что? Просто пришел сюда и заснул? – спросил, наконец, я. Мои глаз уставились в мальчонку, которого я видел вчера.

-Да. – Эмери сел около него, и накрыл его курткой. – Просто лёг, и заснул.

Я посмотрел на него. Здесь всё было так просто, живи себе и всё. А люди рвутся обратно, туда, где вечные проблемы и другие люди. Хотя, я и сам-то не могу отрицать того, что очень хотел так уснуть и вернуться, но быть очередным воющим барабашкой мне не очень-то и хотелось.

Уже время шло к зениту и Эмери, встал, подправил шлюпу и подпихнул меня.

-Пора.

Мы встали и пошли. Честно, мне было плевать, куда мы пойдем, просто ничего не хотелось и всё. Мы шли тихо и почти ничего не говорили. Я всё думал о маме. Я хотел её защитить, ворваться и сказать что она не сумасшедшая, но в тоже время, видеть мать, друзей и Светку после моей смерти мне не очень, то хотелось. Даже и сам не знаю, почему?

Мы дошли до другого конца острова. Люди уже собирались туда. Где-то вдалеке виднелся другой остров. Там тоже собирались люди. Они стояли там. И показывали на нас пальцами. Собственно говоря, тоже делали и мы. Эмери встал на возвышенность и, подняв руку над глазами, стал
вглядываться вдаль.

Тут, откуда не возьмись, объявился Том. Он с недоверием поглядел на меня, а потом на Эмери. Но тот не обращал на него внимания. Вроде поежившись, Том выпрямился и тоже стал вглядываться вдаль. Тут я заметил уже наметившиеся у Тома взрослые черты лица, его кадык уже заметно выпирал из худющей шеи. Наверняка ему обидно, то, что он никогда не станет взрослым.

Мне же в этом плане довольно повезло. Я уже развился, и к этапу старения никогда не приступлю. Хотя Светка мне промывала мозги на счет
того, что девушек привлекают парни постарше. Но как бы там ни было, она меня любила, и даже здесь, при мысли о ней, моё сердце, будто снова
начинало биться.

Вообще мы все, наверное, смешно выглядели. Две кучки людей из разного времени стояли на двух островах и пялились друг на друга.

Я стал вглядываться вдаль. Чтобы хоть кого-нибудь разглядеть. Большинство там было женщин. Они стояли и смотрели на нас. Чувствовал
себя на тот момент гориллой в зоопарке.

Вдруг послышался крик. Что-то вроде: «Эй!» Эмери, вдохнул побольше воздуха и крикнул в ответ: "Мы здесь, Роберт!"

-Слышу, Эмери! – крикнули в ответ – Как новенький?

-Нормально, а ваша? – я даже не думал, что у Эмери такой сильный голос. Кстати, было забавно слушать о себе в третьем лице.

-Уже лучше! – крикнул мужик с той стороны. Затем к нему подошла девушка и что-то сказала – Эмери, ты меня слышишь?

-Да!

-Она хочет поговорить с вашим! – крикнул мужик.

-Кто?

-Новенькая, Аня!

-Давай! – крикнул Эмери. Он повернулся ко мне – Послушай, сынок, поболтай с ней немного.

Я кивнул, и встал чуть ближе к краю. На той стороне вышла девушка. Я её сразу признал. Это была то девушка, что шла рядом со мной по той дороге, где меня, и видимо её, сбил хамер. Она подошла ближе и стала вглядываться в нашу сторону. Ей показали меня. Она закричала, и захлопала в ладоши, от удивления и ужаса. Мне было интересно, почему её чувства были такими яркими, как мои почти угасли? Я набрал побольше воздуха в грудь и крикнул, сколько было сил:

-Аня! – она дернулась и посмотрела на меня. Потом неуверенно крикнула в ответ:

-Да!

-Ты меня помнишь? — крикнул я – Это я шел с тобой по той дороге! Меня машина сбила!

Она, молча, слушала меня, и мне даже показалось, затаила дыхание. Мне было это лестно, меня еще никогда не слушали с таким вниманием.

-Да! Я помню вас! – крикнула она, выждав пару секунд – Меня сбила эта машина, а вас задела и вы упали на капот другой! А потом…

Я опустил голову. Она ждала. Я никак не мог вспомнить, другую машину. Она снова крикнула: «Денис!» Я поднял голову.

-А потом, вы упали с той машины вниз, и она проехалась по вам! А меня сбил тот хамер! Я еще жила, полчаса и минуты две была в сознании!

Я даже боялся представить, какое месиво из меня сделали. Уже зенит прошел и все стали расходиться. Аню увели. Я сидел на том утесе и
смотрел на тот, другой остров. Эмери и Том оставили меня, но всё-же позвали меня с собой. Я сказал, что приду попозже, а пока посижу здесь.
Не знаю, сколько я так сидел, но через какое-то время услышал позади шаги. Около меня сел какой-то парень. Ему было на вид лет тридцать, с не
очень длинной блондинистой шевелюрой и небритой мордой. Похоже, он при жизни так ходил, если верить словам Эмери.

-Слыхал, что тебя машина раздавила. – Он улыбнулся. – Владис.

-Денис. – Мы пожали руки – А ты?

-Что?

-А ты как умер? – я уставился на него.

-Ну, я … авиакатастрофа. – Ответил он.- Я даже не успел почувствовать что-нибудь.

-Сочувствую. – Сухо ответил я.

-У тебя кто-нибудь остался, там?

-Да. Друзья, мать, девушка. – Я начал перечислять, и даже не почувствовал скорби. – А у тебя?

Тот покачал головой. Я усмехнулся, и плюнул на землю.

-У такого как ты всегда много девушек. – Честно, я не переваривал таких как он. Типа Кена для Барби. Он был плейбоем для всех от четырнадцати и старше. А это раздражало. Хоть он и не был банальным хлюпиком, все же раздражал меня.

-Много, – он кивнул.

-А мать? Отец?

-Отец как опузатил мою старушку и кинул нас. А мать… батрачила всё жизнь уборщицей в школе. Я её всего лишь на два года пережил. – Он опустил голову. Я усмехнулся. Он вопросительно посмотрел на меня.

-Ладно, валим отсюда, а то все подумают, что я с Агюстин на тебя переключился.

Тот тихо засмеялся. Я думал, пойдет за мной, но он остался сидеть на берегу. Я уже успел отойти на метров десять, как он меня окликнул.

-За сколько тебя она кинула? – у меня даже сомнения не возникло, что он спрашивал об Агюстин.

-Два дня. – Я обернулся – А тебя?

-Две недели!

-Вот гавнюк! – я с улыбкой ругнулся и пошел к людям. Владис остался на берегу. Странное у него имя – Владис… хотя тот же наш Вовчик!

Я медленно шел по берегу и ни о чем не думал. Впервые я вообще не думал. Это странное ощущение и мозги отдыхают. Вроде и хорошо и плохо.
Но это состояние быстро ушло. Я не знал, что мне делать ночью. С Агюстин, как можно понять, всё было просто. А когда я остался один, у
меня появилось много свободного времени. Можно было пораскинуть мозгами о том, как я провел свою недолгую жизнь, что успел сделать, и что уже никогда ни придется.

Дойдя до скопления народа, я стал ходить между людьми и искать Эмери или Тома. Но их нигде не было видно. Тут я услышал чье-то нытье,
повернулся инстинктивно, чтобы посмотреть и случайно задел ногой мужика, что сидел сзади. Тот с криком: «Эй!» Стал махать руками, будто
привидение увидал. Я уже хотел извиниться, но он отвернулся, подогнул ноги под себя и стал ныть снова.

Тут я услышал добрый голос. Тогда мне показалось, что это самый добрый женский голос на свете. Я обернулся, но уже аккуратно. Около мне стояла бабуля, с лицом и глазами ангела. Я даже сказать ничего не мог. Мне казалось, что это моя мама, или бабушка, в общем, женщина, близкая мне, как никто другой. Она мягко улыбнулась.

-Не волнуйся, дорогой, — при этом слове у меня мурашки побежали. Неужели эта старлетка тоже ищет молодого мужика?! – он всегда нервный и
обидчивый. Я слышала ты тут новенький, пошли я познакомлю тебя со своим мужем.

Она тихо пошла вперед, осторожно обходя сидящих людей. Я после слова муж, слегка успокоился, и пошел за ней. В конце концов, Эмери и Том
знают, что я могу прийти еще не скоро. Шли мы недолго. Она подошла к мужику лет шестидесяти с серыми глазами, которые выглядывали испод
маленьких круглых очков. Даже слегка не по себе было, мне показалось, что это мой дед.

-Меня зовут Рита. – Сказала старушка. Она, кстати была черной. Хотя на Земле так говорить вроде запретили. Мне Светка говорила, неполиткорректно. – А это мой муж – Джеймс. Мы из Англии, графство Йоркшир.

-Мне зовут Денис – запинаясь, ответил я – Жены нет, я из России, Пермь.

-Надо же! – улыбнулась Рита и хлопнула в ладоши – Я всегда мечтала там побывать! Говорят у вас там медведи по улицам ходят!

Муж Риты с раздражением выдохнул и отвернулся. Я хотел было уже сказать про хорошую шутку, но тут до меня дошло, что она на полном серьезе и совсем не шутит. Тяжело выдохнув и почесывая голову, хотя она и не думала чесаться, спросил в каких годах она жила. Видно это её по – началу смутило, но она быстро придя в себя, ответила:

-Одна тысяча девятьсот первый год. – Я ответил, что такого уже нет, да и медведи явно уже и тогда не ходили по городу. Ну, если только не
выступление какое-то. Она улыбнулась. Видимо мои рассказы ей нравились. Что ж сегодня походу был мой день. Раз во мне проснулось подобие Пушкина. Мы сидели и мирно болтали.

Рита рассказывала, как им повезло оказаться вместе. Она также рассказывала, что не оставляет надежды найти своего сына на островах. Тут я сам вспомнил про своего батьку. Он наверняка где-то здесь был, но конечно не на этом острове. Хотя это и к лучшему, а то ходил бы я здесь
стройной шеренгой. Тут я заметил, что перестал её слушать и решил вернуться к разговору. Хоть бы она меня не подловила!

Нет, не подловила. А может быть и не хотела. Похоже, еще при жизни они с мужем то не очень ладили, и я бы спорил на две сотни, что он жалеет,
что не оказался на соседнем острове. Хотя странно жалеть об этом, всё-таки она совсем даже ничего, добренькая, душевная, всё выслушает,
всё поймет. Хотя, о чём новом здесь можно услышать?

Теперь я был точно уверен, что я попал в ад. Жить здесь вечность было не просто мучительно, а мучительно от полной безысходности. Раньше я всегда мечтал, что у меня будет распорядок дня, что мне не нужно будет куда-то торопиться, работать, ругаться, мириться. А теперь, когда я всё это получил, больше всего я хочу вернуться обратно. Этот посмертный покой уже не просто был рядом с тобой, он окружал, поглащал и не давал
вдохнуть воздуху. Мне даже не представлялось, как эти люди здесь живут так долго?

Вы представьте себе, жить изо дня в день, зная, что будет, что уже есть сейчас и что нового уже тоже ничего непредвидется. Вот просидишь так две-три сотни лет, и мысли о темном море посещают все чаще.

Мы сидели и болтали до утра. Если честно теперь для меня Рита как мать. Не напрашивалась на рассказы, ободрила даже меня. Странно в моей душе уже давно не было такого земного покоя. Но что-то подсказывало мне, что это был последний всплеск. Я хотел идти искать Тома и Эмери, поэтому прощался с Ритой и её мужем, но они уже шли издалека ко мне и я даже обрадовался, что не придется их искать.

Тут, когда я встал, у меня зазвенел мобильник, видимо я забыл его выключить. Все уставились на меня. Я быстро вытащил его. Звонила Мама.

-Мама! – закричал я в трубку и услышал в ответ: "Сынок!" Затем отбой. Я матерился так, как никогда в жизни. Тут на меня набросился какой-то мужик. За ним Владис. Они стали драться за мобильник. Я не привык уступать и поэтому бросился в эту заварушку. В общем, нас набралось
где-то пятеро, и мы пытались заполучить мой мобильник. В итоге кто-то выронил мобильник, и здоровенный детина наступил на него. Эмери даже не пытался нас разнять. Похоже, он предвидел такой исход.

-Ты, кусок дерьма! Ты не сказал про сотовый! – закричал не своим голосом Владис. Я врезал ему по морде, вновь началась драка. Когда нас разняли, я вдруг понял, что не чувствую боли. Только гнев. Теперь я осмотрел руки и у меня глаза на лоб полезли. На них не было даже покраснения. Вот это номер!

Владис усмехнулся.

-Даже если ты врежешь мне по виску, мне ничего не будет, ты этого еще не понял?! – его глаза были такими, будто я говорил с самим Сатаной – Здесь ничего и никогда не будет! Единственная жизнь там! Ты понял?! Есть только два выхода, черное дерьмо внизу, или заснуть как суслик на том конце острова!

Затем он вырвался и ушел. Эмери тоже отвел меня в сторону. Мы сели. Я закрыл лицо руками.

-Он прав.- Эмери взглянул на меня – У нас только два пути, либо так, либо так.

-Три, Денис. – Ответил он – Остаться жить здесь.

-Я не понимаю, как вы здесь живете? Что эта за жизнь такая?!

-Это судьба. Так, видимо, так решил сам господь.

-Господа нет, нет никого, Эмери. Всё это полное дерьмо, как то черное море. Есть два пути, только с различием на то, что мы не знаем, что
будет, если утонем в море, но знаем, что будет, если заснем.

-Так, какой путь ты выберешь юный Тернов? – я встал и засунул руки в карманы.

-Я не знаю. Не знаю, что выбрать.

-Тогда выбор за тебя уже сделан. – Ответил Эмери и встал. Я вопросительно посмотрел на него. – Останешься жить здесь.

Эмери пошел к Тому. Я хотел было крикнуть что-то, но как назло ничего не шло в голову. Ну что ж, фиг с ним, останусь здесь. Я пошел за ним. Мы
шли к месту, где обычно все собирались с двух островов. Мы подошли к краю острова. Люди на том берегу кричали что-то друг другу и бегали.
Видимо, что-то произошло. Эмери качал головой, видя эту суматоху. У меня заныло, это напоминало тот мир, который я покинул. Я посмотрел на
мобильник. На нём потухла подсветка и, почти ничего не было видно. Он не работал и антенна тоже не ловила. Я достал бумажник, он оказался в
кармане. Все собирались, я сидел на обрыве и смотрел на фотку моей Светки. Она лежала в бумажнике. Он был даже не пустой. Я только зарплату
получил и даже не успел её потратить.

На этой фотке мы со Светкой вместе. Только здесь, неизвестно в каком месте, уже мертвый и почти лишившейся чувств, я понял, как люблю её.
Разум говорил, что лучше бы она не любила меня, тогда бы она меньше страдала. Но всё-же я знал, как она меня любит и, что если бы не авария,
мы бы, наверное, поженились, она давно об этом мечтала, и всё бы было хорошо. Даже не знаю, никогда не задумывался об этом, но сейчас мне было жаль её, ведь мне легче. Я потерял все чувства, а она нет.

-Она красивая. – Том стоял позади пристально смотрел на фотографию.

-Я помню, как она засунула её мне неделю назад. Я хотел выкинуть её, но руки не доходили. – Ответил я и закрыл бумажник. – Что случилось?

-Тебе лучше это самому послушать. – Том смотрел на меня, и тер руки. Даже отсюда я видел, что они потные. Я кивнул и пошел за ним. Эмери уже
кричал что-то, когда я подошел к нему.

-Что случилось?

-Они говорят, что на другом острове, который им виден, появились двое новеньких. – Ответил он.

-Ну и что в этом такого? – меня разочаровала такая глупая новость.

-Никогда прежде на островах не появлялось более одного человека. – Мы переглянулись. Люди на другой стороне продолжали что-то обсуждать.

-Как ты думаешь, почему их двое?

-Понятия не имею. – Эмери действительно выглядел озабоченно. – Но на это думаю, есть причина.

-Возможно, началась война или другой катаклизм. – Это был стоявший чуть ниже ученый, один из тех двух болтунов, о которых я говорил с Агюстин.

-Молодой человек, — сказал мне другой – Вы знаете больше нас об обстановке в мире, к этому времени, не было ли каких-нибудь войн?

-Не знаю. – Я призадумался – Ну вроде пираты были, террористы, но о войне ничего не слышал.

-Возможно, это спонтанный конфликт. – Предположил первый.

-А ну так войны на юге где-то идут… – Ну не мог я ничего путного вспомнить. Эти двое переглянулись, похоже, их ответ не удовлетворил. Но они промолчали, видимо даже здесь соблюдали этикет.

Тут мы все услышали пронзительный детский крик. Я обернулся и увидел маленький сверток в дали. Мы переглянулись с Эмери и побежали. Том
добежал первый и стал кричать: «Ай! Ай! Ай!» Когда я подбежал, то увидел младенца. Маленького, худенького. Он пищал из-за всех силенок, и этот писк был похож на хрип. Я только хотел взять его на руки, как на меня набросилось что-то. Оно кричало и махало руками, затем подбежало к ребенку и схватило его. Я, только очухавшись, увидел, что это Агюстин. Она неслась по острову с пищащим ребенком и хохотала во всю глотку. Честно скажу, от этого хохота мне стало страшно, как никогда. Все стояли и смотрели, молча, с открытыми ртами как эта сумасшедшая скакала по
острову и чуть ли не бросала младенца в воздух.

-Боже, нужно у неё его забрать! Она его покалечит! – стала причитать Рита. Её муженек стоял и смотрел на всё это с довольной ухмылкой. И он
был прав! Такого цирка в этих местах, наверное, не было.

-Вы что забыли, бабуля, где мы? – Владис стоял и с ненавистью смотрел на Агюстин. – Ему ничего не будет. Ну, если только он не сойдет с ума, как это пугало.

Да и в самом деле, Агюстин была похожа на пугало. Волосы растрепались во все стороны, грим потек, и её желтые зубы теперь выглядели
устрашающе. Мечта стоматолога, блин!

Я стоял, и мне чуть ли не впервые в этой смерти стало страшно. Я не хотел сходить с ума, не хотел сидеть здесь, и не хотел смотреть, как Агюстин будет измываться над этим ребенком. Не хотел смотреть, как Эмери будет перекидываться рядовыми фразами с другим островом, не хотел видеть
не доросшего Тома с его потными руками, не хотел смотреть на Риту и её мужа, которые казались мне мультяшными и ненастоящими! Я не хотел и не хочу! Но куда деваться от этого? Умирать второй раз я не хотел, и кто даст гарантию, что там не будет хуже, чем здесь. А вот если заснуть, то
будущее уже знаешь, и нет неизвестности.

Наступил вечер, мы сидели с Эмери и Томом. Они обсуждали какие-то проблемы, а я уже знал, что сделаю. Я встал и пошел на другую сторону
острова. Люди почти не замечали меня, видимо не подозревали, куда я иду. Когда я дошел до спящих людей, я задумался, куда бы мне лечь, чтобы было удобно, потом встать и легко ориентироваться. И тут я увидел того мальчонку. Я лег напротив него, и закрыл глаза.

***

Эмери и Том подошли к спящим людям.

-Ты уверен, что он пошел сюда, а не кинулся в мазут? – спросил Том, потирая руки.

-Да, а куда ему еще деваться? – Эмери стал вглядываться в лица спящих. Наконец, они нашли Дениса.

-А ты не сказал ему, что никто еще не проснулся? – Том с сомнением смотрел на него.

-Нет, нам не нужно перенаселения на острове. – Эмери довольно прагматично говорил всё это. В его голосе не слышалось никаких чувств.

-А ты не думаешь, что его пропажу не заметят? Вдруг здесь кто-нибудь гуляет?

-Сюда никто не ходит, кроме нас. Да и кто рискнет пойти против меня? – ухмыльнулся Эмери и достал мобильник. – Похоже, еще работает. Ну ладно, бери за ноги его.

Том поёжился и с брюзгой взял Дениса за ноги и потащил к краю острова. Когда они дошли, Том плюхнулся на землю и стал вытирать пот рукавом.

-Ладно, давай покончим с этим! – плюнул Эмери. Они взяли Дениса за руки и за ноги и бросили в темное море. Тело стало тонуть.

-А что если он проснется? – Том пристально посмотрел через очки на Эмери.

-Для него лучше не просыпаться! – Эмери захохотал. Его ледяной голос вызывал страх и безумную панику у Тома. Но он стоял на месте. Ведь
знал, что если не будет спокоен, то последует следом за Денисом.

Тут к нему подошел Владис. Эмери достал мобильник и отдал ему.

-Как и договаривались. – Голос Эмери вдруг резко стал спокойным. Владис взял мобильник и пошел прочь. Ему всегда было не по себе видеть смерть очередной игрушки Эмери.

2009

Copyright 2009. This material may not be published, broadcast, rewritten or redistributed. 
Все права защищены 2009. Этот материал не может быть опубликован, передан, распространен или переписан.

Комментарии