Добавить

Арлекин, что сбрасывает кожу: Безмолвная лилия, хихикающий змей

Арлекин, что сбрасывает кожу:
Безмолвная лилия, хихикающий змей.
Глава 1. Безмолвие.
Пустота…ни чего не видно, не слышно, сплошная темнота вокруг. Мои мысли раздаются эхом, или же я говорю вслух? А кто я? Не знаю, не помню, а может просто не существую? Ведь я даже не чувствую под собой пол, нет я даже не чувствую себя. Ни тела, ни рук, ни ног.
Открыв глаза, нахожусь в помещении, лежу на кровати. Пустота осталась внутри, в голове. Она проедает дырку, еще глубже куда-то вниз. На какое-то время я потерял вновь реальность, эту комнату и пространство, упав вновь в пучину отсутствия. Еще и темнота играет свою роль, пришлось приглядываться. Черные силуэты и мерцания, вот, что позволяет мне осознать я там или я здесь.
Комната не представляет ни чего особенного, полностью пуста, в ней только одно окно с обеих сторон выпуклые решетки, кровать на которой нахожусь, постельное белье и подушка собственно на которых лежу и дверь с маленьким окошком видать на уровне глаз и туда ярко впивается свет. За окном напротив полная ночь и сильный дождь, он явно атакует стены моего комфортабельного жилища, но безуспешно. Не могу сказать какое время, какой день, какого года, ведь не знаю, кто есть сам и, что тут делаю.
Гул и совершенно пустая голова, без единого намека на мою личность, лишь мысли скребли когтями ее стенки. Вялость тела стала постепенно пропадать, анемия уходила прочь и вот я смогу встать. Я сидел, просто сидел и ждал, когда наступит тот момент и я смогу встать. Я не мог ни чего понять, вокруг ни чего не происходило, вслушиваться в звуки было немного угнетающим занятием, кроме шума грозы не было ни одного, а если и были, то доносились издалека, и смешивались со здешним гулом. Ожидание затянулось в рутину и мне стало скучно. Голова дернулась в сторону, в голове стукнуло и я почувствовал небывалый прилив сил и на губах, что-то затянулось.
Но вот я услышал шаги, и они видимо приближаются к моей двери. Вот уже совсем близко, щелчок затвора, дверь приоткрывается и ко мне входит симпатичная девушка в халате медсестры держащая свечу. Она очень удивилась, что я гляжу на неё…
Гляжу и улыбаюсь. Немного придя в себя, неуверенным голосом говорит:
— Вы почему не спите больной?: спросила она приподняв бровку.
Отбросив улыбку, тут же собравшись, ответил.
— Добрый вечер, мне стало лучше…: я запнулся, но тут же понял, что так дело не пойдет. — Прошу прощения но кого я должен благодарить за то, что ко мне пришло столь милое создание?: увидев как её щечки немного покраснели, а взгляд был в полном смятении, мой разум явственно загорелся желанием лести, чтобы как можно быстрее заполучить, как можно больше информации о том кто я, где нахожусь, и надеюсь выбраться.
Снова произошла небольшая пауза. Похоже, девушка ни как не ожидала видеть меня бодрствующим и так спокойно, нежно ей отвечающим.
— Пришло время уколов.: Твердо заявила она.
— Хм… Раз пришло, значит пришло дорогая. Однако хочу поинтересоваться, я чувствую себя вполне нормально от чего именно вы меня лечите и могу ли я увидеть того, кто мне все это назначил?: Я и правда чувствовал себя вполне сносно. Кажется уже могу двигаться и забвение уже вроде улетучилось.
— Я не знаю вашего точного диагноза, но могу заверить ваш лечащий врач знаток своего дела, увидеть его не получится.
— Жаль. Хотелось бы лично встретиться с тем, кто ведет меня к выздоровлению.: С этими словами я немного приподнялся, что бы занять сидячее положение.
Медсестра отшатнулась и слегка дрожащим голосом проговорила.
— Я кажется забыла один препарат.: Поспешно вышла и защелкнула за собой дверь.
Было ясно, что она пошла либо за успокоительным, либо за каким ни будь громилой, который с легкостью прижал бы меня к кровати, не дав возможности ни чего выяснить. Медлить было нельзя, оторвав от простыни небольшую тряпку и свернув как удавку, вложил ее аккуратно в руки, оба конца в каждую, чтобы с легкостью можно было бы закинуть на шею. Других идей у меня не возникло. В таком положении я провел несколько минут и вот снова раздались шаги за дверью, а так же разговор. Я был прав, по голосу было слышно мою укольщицу и мужчину. Речь шла о том, что мужчина будет стоять рядом с дверью и должен будет зайти, если возникнут проблемы с больным — то есть со мной.
Дверь комнаты снова отворилась и девушка улыбаясь прошла ко мне, так же со свечей в руке. достав шприц из кармана, сказала:
— Ваш врач был рад услышать, что вы себя хорошо чувствуете. И с завтрашнего дня назначит вам новое лечение, однако предстоит два укола — один внутримышечный, второй венозный.: Её улыбка была фальшива как и все её столь добродушные слова, ведь завтра для меня бы ни когда не наступило и я провел бы вечность в наркотическом опьянении и беспамятстве.
— Ну что ж, рад это слышать. Тогда приступим.: я ответил сухо, но улыбаясь.
С указанием лечь на живот и положить руки вместе за голову подошла ко мне. Полностью подчиняясь ей, чтоб не вызвать подозрений не разжимаю руки и жду удобного момента. Как только почувствовав, что игла вонзилась мне в кожу резко переворачиваюсь на бок и устремляюсь к сестре, которая от неожиданности потеряла голос и была введена в некоторый ступор, чему я и надеялся, тут же прижал ее к кровати накинул на рот повязку и ловко закрутив так, чтобы удержать ее одной рукой. Страх в ее глазах только придал мне уверенности, вытащив шприц, что был адресован мне, вколол своей жертве в ногу и полностью обездвижил ее, всего через несколько секунд она перестала сопротивляться.
Отлично! С одной проблемой разобрался. Теперь предстояла куда более сложная задача. Слегка выглянув из окошка, но так, что б меня не было видно, оглядел коридор. В 4х-5и метрах стоял мужчина: если честно это был довольно большой мужик, метр девяносто ростом, с одним глазом и очень широк, а так же его кровожадный вид желал лучшего. На нем была так же больничная форма и слева возле ремня явно, что-то висело. Выйти из камеры и использовать грубую силу или диалог я не решился, поэтому нужно было воспользоваться хитростью и элементом неожиданности.
Вот что я сделал: взяв медсестру аккуратно подвел к двери, чуток потянул дверь на себя и высунул слегка обнаженную ножку девушки, не переставая наблюдать за мужланом. Он тут же обратил внимание и заерзал на месте, пришлось приманить его, еще показав больше и приманив еще тёплой, но вялой рукой медсестры. Соглашусь, смотрелось это не совсем естественно, но имело ли это значение для нашего героя, который уже жадно приближался ко мне. Тут же аккуратно уложив девушку назад, стал ждать. В моих руках ни чего не оказалось кроме подобранной свечи и удачной удавки, на его же бедре трусилась дубинка с железным набалдашником. В момент: когда мужчина оказался в комнате я выскочил на него из-за двери и потушил свечу об его единственный глаз. Все помещение разразилось воплем. Опрокинув его на пол и прижав ко рту кусок простыни, пытался его усмирить. Однако мужлан яростно брыкался и махал руками во все стороны, хочу заметить (удары — попадавшие по мне были довольно неприятны) из-за этого некомфорства я схватил дубинку и с силой ударив по голове, оглушил здоровяка.
Так, теперь нужно выбираться отсюда. Одев на себя вещи обездвиженного мужлана вышел из камеры. Хоть это и выглядело, что я поднялся с постели в зимнюю ночь в пижаме на три размера больше чем я сам, но ведь все можно объяснить.
Ярко освященный коридор. Позади меня около двух десятков дверей, не исключая мою, впереди несколько одиноких окон справа тупик, ну, а слева темный проход куда я и направился. От напряжения жужжали лампы, видимо в палатах свет не был проведен, поэтому сестра заходила ко мне со свечей. Тишину разрывает гроза, гром, который пытается заглушить крики здешних пациентов, раздающиеся в некоторые промежутки затишья и мои одинокие шаги уже спускающиеся вниз по лестнице.
Оказавшись на первом этаже, где меня встретил сумрак и лишь несколько тускло светивших настенных фонарей. Комната моего пребывания находилась на 2м этаже, всего их было три. Желания все тщательно исследовать не ощущал, подсознание говорило: Чем быстрее отсюда выберусь, тем лучше. Не было не единой души. Но я был уверен, что нужный мне человек был где-то здесь, именно на этом этаже. Крики доносились и досюда, они очень влияли на меня и вползали в мой рассудок будто где-то совсем рядом царапали мелом доску.
Я кажется оказался прав! Заметив тонкую полоску света под одной из редко встречающихся здесь дверей. Подошел к ней и прислушался. Было тихо, и я без труда разобрал звук шуршащих бумаг и легкое постукивание. Немного собравшись с мыслями, я вошел и оказался в кабинете.
Был он более уютен чем “мой”, несколько книжных полок занимавшие место от пола до потолка, шкаф, письменный стол, где были наложены бумаги, книги и другие приборы для письма, а так же не большая лампа, тускло освещающая комнату. Громадное окно почти на всю стену с распахнутыми шторами, за которым ярко мерцали молнии. Человек за столом поднял на меня глаза, они тут же тускло блеснули. Лет он был около 60, полностью седой, худощавый, с маленькой бородкой, черными глазками, всю их остроту скрывали тонкие очки.
— Доброй ночи.: я вошел и закрыл за собой дверь, вежливо кивнув.
— Доброй, Доброй…: Ответил спокойный, ровный, но не очень внушающий мне доверие голос. – Почему вы не в своей палате? Непростительно гулять по больнице в таком-то состоянии.
— Хочу вас заверить, чувствую я себя отлично, мне просто хотелось как можно скорей провести с вами беседу, и вот я решил спуститься.
— Ну что ж, я отвечу на ваши вопросы.
— С каким диагнозом я здесь лежу?
— Острое психическое расстройство.: С этими словами он отложил ручку и сложил руки вместе. -После аварии вы были не в себе, не узнавали людей и чуть не искусали своего спутника, который был из-за вас доставлен в госпиталь с многочисленными ранами.
— Если это была авария, с чего вы взяли, что вред причиненный ему был моей заслугой?
— На месте происшествия была куча свидетелей.
— Хм. Могу ясно сказать, что я полностью властен над собой. И уж точно не буду накидываться, и кусать вас.
По его лицу скользнула улыбка. – Как вас зовут?
Этот вопрос ввел меня в ступор. Ведь я и правда не знал ответа. И придумывать какую-нибудь нелепость смысла не имело.
— Я не способен вам ответить. Ведь и правда ни чего не помню.: Я решил не медлить — Когда меня выпустят?
— Когда пройдете курс лечения. И мы полностью разберемся с вашей проблемой.: Ложь с легкостью слетала с его уст. Видимо он привык к ней.
— Кто оплачивает мое лечение? Уверен это стоит дорого.
— Это вас не касается, единственное, что должно беспокоить вас в данный момент это возвращение памяти.
Как только я сделал шаг к столу, врач напрягся. Улыбнувшись в ответ сказал :
— А что если я хочу уйти сейчас? Вы оставите деньги за лечение себе, и у вас будет проблем меньше на одного пациента.
Задумавшись на секунду, он отрезал. – Это увы не возможно, ибо я только получил письмо, в котором сказано как можно лучше позаботиться о вас.: Тогда я приблизился еще, и его рука потянулась вниз стола и глаза дернулись в туже сторону. Это была ошибка, я тут же запустил в него дубинку поверженного охранника, спрятанную за спиной. Из головы немного блеснула кровь, и доктор обрушился на стол. Нет, я его не убил, это было бы лишнее, мне и так хватало приключений. Наутро у него будет лишь небольшая шишка.
Не придавая значению случившемуся, начал рыскать по всему кабинету. Сначала заглянул в стол, в верхнем ящичке была коробка и рядом маленький пистолетик. Одна пуля, но мое бездыханное тело могло уже лежать на полу, если бы замешкал. Я тут же присвоил его себе, больше не нашел ни чего полезного кроме как того самого письма о котором было сказано. Вот что в нем говорилось:
“ Я конечно понимаю всю сложность этой ситуации, но очень важно, что бы Маркиз не вышел из вашей клиники ни когда. Уверяю вас, что его не спохватятся ни когда и все необходимое покроют наши финансы. Причины всего этого вас ни как не касаются. Держите язык за зубами и просто делайте свою работу, уж отзывы о ней нам известны.
Cуважение барон Де Криньес”
Ужасный холод, а так же эта яростная гроза, из-за которой я вымок до нитки, очень затрудняло мой путь до ближайшего города. Эта чертова больница была на небольшом холме у края леса, и от нее до города было довольно приличное расстояние, хорошо, что его огни виднелись отсюда. За то теперь есть время все обдумать. И так: Я узнал, что являюсь маркизом, имя не известно и ни чего другого, что бы рассказало о моей личности. Явно я был для кого-то помехой, по причине мне не известной, однако они нашли отличный способ ее устранить. В комнате доктора не было ни чего существенного, разного вида документы и истории больных, если их можно еще так назвать. Так же я забрал его одежду, она более или менее была мне по размеру, хоть и не очень спасала от дождя. В карманах я нашел весьма приличную сумму денег, пару ручек и платок с инициалами А. С. Были ли правдивы слова доктора по поводу расстройства? Точно сказать не мог, поэтому решил отложить эти мысли на потом. Следующим шагом мне нужно найти этого Де Криньеса. Думаю, он мне скажет больше чем врач. Все тело ломило. Заметил я это только сейчас, ибо все мое пребывание в больнице меня окутывало некоторое чувство, от которого все тело покрывалось мурашками, и с такой скоростью как будто прошибал электрический заряд, и хочу заметить, это было очень приятно.
Около часа мои ноги накрепко увязывали в грязь. Дождь не жалел ни кого, черные массивные тучи затмили все небо разорвав даже линию горизонта. Шум дождя был повсюду, он отчаянно бил свою барабанную дробь, а капли весело отскакивали от моей не на шутку промокшей одежды. Но в голове, в голове была непонятная и приятная легкость, различные мысли скользили на большой скорости даже и не подумав задержаться хоть на секунду, разум на столько обленился, что не желал их улавливать.
Город был не большой, скорей всего это просто остановочный пункт обросший домами, маленьким парком и хрупким домом парламента. Увы, это все, что я успел разглядеть добравшись до вывески “Сытный Свин” войдя в дверь под ней: оказался в баре соответствующему размерам города. Ни кто не обратил внимание на вошедшего, обмокшего незнакомца: все занимались своими делами.
Хотя кому я был интересен? Паре грубиянов игравших в карты и пивших пиво? Одиноко сидевшему человеку с сигаретой и явно о чем-то размышляющим? Двум рабочим, что затеяли какой-то спор за столиком или же, хозяину заведения, следящему за той первой парочкой натирая стаканы? Усевшись за стойку, попросил у хозяина кусок мяса и какой-нибудь салат, а так же стакан воды. Хоть его и удивила в моем заказе вода, но долго ожидать мне не пришлось, и я с удовольствием все проглотил. После трапезы решил узнать где можно приютиться на эту ночь, человек принявший мой заказ ответил: Что у него есть две комнаты и, что всего за небольшую горсть монет я буду чувствовать себя комфортно. На, что я сразу же согласился. Повесив вещи, что бы сухим отправиться в путь, обрушившись на кровать уснул.
Наутро так же позавтракавши здесь, расспросил хозяина, не знает ли тот ни каких Криньесов. В ответ услышал, что людей приезжих бывает много, но именно в городе таких нет, ибо он знает почти всех жителей. Однако дав совет, что если мне нужен кто то из богатеев, то мне следует по искать в Тулэ-Ла-Гранс, куда я и отправился, купив билет на станции.

Глава 2. Прибытие.
Через час мелькающих деревьев и освеженной земли после вчерашнего дождя, а так же нескольких довольно крупных деревушек, я приехал в Тулэ-Ла-Гранс.
Это оказался огромный город, находившийся на берегу моря. Гордостоящий в своей узкой бухте, встречающий корабли набитые до упора товарами, драгоценностями, деньгами. Так же его делила на две части небольшая речушка, которая расходилась в озеро за границами города, где собственно возвышался мост для поездов, расположенный так, что можно было замирать от восхищения, наблюдая за этим серьезным, грубым, нежным, утонченным и коварным городом после которого виднелся синий горизонт ласкового моря. Его строгие башни с презрением смотрели на каменные, в основном черные дома, роскошные районы виднелись хрупкими пятнышками, в этой бездне. Город целая единая система своих жестоких порядков. Было в нем и нечто нежное, но в своих темных закутках, идеально ровных и надменных дворцах, запутанных и петляющих улиц, пустынных и одновременно заполненных площадях, таились демоны, ждущие с нетерпением своего времени и меня.
Поезд остановился на вокзале, я вышел. Каменная мостовая, несколько мостов через пути на другую сторону, двойные фонари, ждущие своего часа, что бы озарить все прелести этого старинного места.
Вышел с огромным количеством путников, возвращающихся домой или приехавшими сюда по своим каким-то делам. Я отправился в ближайшие магазины, что бы прикупить одежды и еды. В примерочных перемерил кучу одежды, но все же остановил свой выбор на белой рубашке, в которой не было ни чего необычного, классические брюки с утеплением, ведь поздняя осень стесняла улицы этого города. Не высокие сапоги с маленьким каблуком, пиджак более черный, чем серый но все же смешанного цвета, кожаные перчатки, ремень и шляпа так же утепленная немного отличающаяся от классических цилиндров, округлой формы темно серого цвета. Отобедав в столовой находящейся не далеко супом и каким-то салатом, пил кофе и читал адресную книгу где пытался отыскать имя барона Де Криньеса. Пролистав ни один десяток страниц, все же наткнулся на двух человек имевших эту фамилию. Один из них жил на улице “Красные Флаги” в доме 38 Д.
Куда я и отправился: купив карту и разузнав у прохожих, где находится эта улица. Дела до всего окружающего у меня не было, сначала нужно было хоть, что-то выяснить, а потом уже заводить знакомства и осматривать достопримечательства. Перебравшись в один из тех богатых районов, что были расположены на небольших возвышениях ландшафта всей территории города. Я оказался на длинной улице Красных Флагов, она видимо была главной и самой богатой в этом районе города, и рассекала холм пополам. Название говорило само за себя, почти над каждым домом похожий на соседний возвышались красные знамена и флаги. Прохожие почти не встретились моим глазам, пока я шел к нужному месту.
Дом 38 Д. с маленьким фасадом с парой растущих каких-то деревьев, ни чем не отличающийся от других ярких и разноцветных домов, так же с красным флагом на пике крыши, двух этажный немного узкий. Пройдя сквозь невысокий заборчик, открыв калитку, направился к двери. Коснулся ее при попытке постучать, и она скрипнув чуть приотворилась.Я вошел в неосвещенный холл, передо мной возвышалась лестница наверх, по сторонам открытые двери в комнаты, справа была гостиная, видел я ее только краем глаза и не могу сказать точно, что в ней находилось. Спокойно поднимаясь на 2й этаж, и все же прислушиваясь ко всем шорохам этого дома, оказался в небольшом коридоре. Открывая двери по очереди предварительно в них стуча не находил ни чего интересного. Однако все же одна из них полностью меня шокировала.
Я отворил дверь в спальню, в ней ярко горел свет, была она двойная, снизу по бокам шкафы для вещей и расправленная кровать, поднявшись по двум ступенькам, оказываешься у длинного стола, за которым стоит кожаное кресло, на стенах висели картины и полки. Но шокировало меня все то, что тут происходило: разбросанные книги, бумаги, письма, бутылки и вещи, распахнутый шкаф справа от стола и с вываленным всем содержимым на пол, а так же ползающий на четвереньках перед кроватью, пухлый, маленький, обнаженный человечек, бывший явно не в адекватном состоянии, но видимо не только алкоголь был тому виной. Пытаться говорить с ним, о чем-либо смысла не имело, и я начал изучать все, что тут находилось. Не знаю, что тут искали, но их не интересовали деньги, ведь не скромная сумма виднелась меж этого хаоса, а так же во взломанном сейфе. Спустя 10-15 минут ни чего не изменилось, человек так же ползал чуть ли не на одном и том же месте у кровати, куча чеков, докладных писем и бумаг открывались моему взору, но ни чего путевого о себе я найти не мог. Узнал только то, что человек, живший здесь: был из ордена “Светлые Дамы” и во многих документах говорилось о городских преступлениях, о благополучии ордена, о внедрении машин и каких-то непонятных мне действиях, которые были скорей всего зашифрованы.
И тут я услышал шаги, звук доносился с лестницы. Спрятавшись в одном из нижних шкафов и приготовив на всякий случай мой пистолетик, стал ждать. Шаги непоколебимо приближались именно в эту комнату. Скрип двери обозначал то, что гость вошел сюда. Видно мне его не было, ведь все что я мог разглядеть это половину тела ползающего бедняги, и скромный кусочек пола. Несколько секунд стояла тишина. И вот наш неизвестный прошелся по комнате к столу. По звукам шагов можно было понять где он находится. Порывшись немного в бумагах, вернулся обратно и встал спиной ко мне, явно разглядывая нынешнего хозяина этой комнаты. Одет он был в черное на голове находился грубый цилиндр, в руках держал трость. Лицо разглядел плохо, но точно видел короткие черные усики. Пнув толстячка грязным сапогом, на, что тот просто промычал. Жутко надругался над ним, после чего быстро покинул дом. Я только и слышал, как он сбегал по лестнице.
Дождавшись полной тишины, вышел из своего укрытия, подошел к столу, где обнаружил письмо с печатью изображенной в виде непонятного зверя. Не мешкая, я открыл его и прочитал все, что было написано.
“Наш орден отсекает голову всем врагам, и устраняет тех, кто допустил ошибки. Наши действия жестоки, но только такими методами этот город еще не поник в пучину войны. Все происходящие ваша вина, вскоре пошатнется перемирие между Дамами и Орлами, и мы займем в этом городе место за королевским троном.”
Больше здесь задерживаться было нельзя. Забрав почти все деньги, что нашел, направился к выходу. Но мой взгляд упал на длинную черную коробочку, стоявшую на верхней полки шкафа, который был совершенно не тронут. Тут хранились призы грамоты и подарки. В коробке оказался прекрасной работы пистолет, с длинным стволом, черный с серебряными вставками на рукояти и переходящими в цветы вдоль всей нижней части. На рукояти так же была высечена серебром буква L. Я не мог оставить здесь столь изящное оружие и прихватил эту коробочку с собой.
Покинув дом, как можно стараясь меньше привлекать внимание, отправился на поиски жилища. Я все еще присутствовал в этом городе, все было как то знакомо, но моя память ни как не желала открываться и давать хоть какие-то подсказки. Удалившись на приличное расстояние от основной массы дворцов, нашел желанное. Весь день ушел на поиски. Но результат был приятен. 3х этажный узкий дом, темного цвета, который зажато, стоял в линии длинных домов, в которых жила основная масса жителей. Справа за углом была площадь возле маленького замка какого-то графа, в одном из проулков был базарчик с кротко стоящими антикварными лавками. Ни чего не выделяло это место и оно спокойно таилось между всем здешним разнообразием. Хозяин квартир был старик очень нуждавшийся в жильцах. Почти облысевший, с морщинистым лицом и острым длинным носом, чуть ли не в пижаме показал мне уютную квартирку на 3м этаже. И полностью согласившись со всеми его условиями, я внес плату за неделю проживания здесь.

Глава 3. Первые шаги.
Что? Опять это странное ощущение, все как и было? Ни какой возможности, ни чего не происходит. Все просто длится. Ни чего не нарушает эту затяжную тишину. Вечность я тут, ни чего не могу сделать. Я даже не понимаю, что все это. Но внезапно я почувствовал прохладный ветерок, легко посвистывающий, и как к руке едва прикоснулось, что-то холодное. В этот же момент я понял, что ощущаю себя и свое тело. И просто где то стою. И снова моей кисти, что-то коснулось, и сверкнула маленькая снежинка, которая быстро погасла и растаяла. Пошел снег, я явно чувствовал, как меня всего нежно облепляют эти маленькие, хрупкие фигурки. Каждая из них начала со временем сверкать и спустя какое-то время все блестело, даже те льдинки ссыпающиеся откуда-то сверху из той непроглядной темноты. Я чувствовал все. Этот прохладный ветерок и эти маленькие холодные уколы, которые оставляли эти жгущие следы, но превращались в нечто теплое и нежное расходящееся по всему моему телу.
Снова потолок передо мной и четыре стены. Сверху люстра, совсем обычная. Серо зеленые обои, во многих местах подранные и виднелась голая покарябанная стена. Я думал этот сон следствие наркотического влияния на мой организм. Но теперь я чувствую себя вполне свежо. Пришел в себя. Находясь в своей съемной квартирке, приведя себя в порядок, уставился в зеркало.
Я смотрел на человека в возрасте 20и лет, карие глаза, обычные, но с какой-то глубиной, красивые скулы, слегка пышные брови, нос обычной формы, верхняя губа чуть тоньше нижней, но правильной формы, кожа светлая, почти бледная. Наверное последствия больницы. Волосы темно-русые. Щеки, чуть впавшие, но это почти незаметно, только лучше выделяет скулы, хороший ровный подбородок, тонкая улыбка скользила по красивым немного треснутым губам, волосы слегка взлахмаченны, но уже без хаоса, постарался. Тоненькая черная ухоженно выбритая бородка делит подбородок пополам, слегка худ, но это все последствия больничной койки. Сняв бинты с тела, открываются чуть ли не истощенные мышцы, но имеющую кое какую форму, несколько едва видимых шрамика на груди. Да, и этот человек был я.
Все же глаза… в них было, что-то непонятное и странное хоть выглядели они почти обычно.
Что касается тела оно помогло расправиться мне с тем здоровяком, но было кое, что еще, что всему так удачно поспособствовало: Это-то странное ощущение, которое окутывает меня, чуть ли не с первого вздоха. И в критические моменты вырывается, чуть ли не агонией. Тогда в больнице пока я не добрался до города, и когда вошел тот незнакомец и присутствовал возле безрассудного.
Мое сознание почти полностью пришло в себя. Ну, по крайней мере мне так казалось. Что, можно было от себя ожидать не знал. Но, что я мог уже собрать свои мысли это уже огромный плюс. Одевшись в ту одежду, что купил вчера. Покинул свою квартиру и вышел на улицу.
Было раннее утро и тучи сгущались вверху, от чего все было так серо и угрюмо. Ко мне тут же подбежал маленький мальчик и пришлось купить газету, моя голова была забита своим и выслушивать этого назойливого парня желания не имел. Спустившись чуть вниз по улице и завернув за угол очутился в небольшом кафе. “Вчера вечером я немного изучил местность” заказав кофе и булочку с корицей, стал завтракать, пролистывая газету и погружаясь в себя. На одной из страниц было фото вчерашнего места преступления и того толстячка, сувенир от которого, удачно был вложен за пояс. Ни чего толкового там написано не было. Только какие-то липовые улики и ни чего, что могло говорить о мотивах кроме как кражи весьма не маленькой суммы, хотя они были мне ясны, как мне кажется, развивалась война между “Элитой” сего города или может даже страны и похоже я играл какую-то роль здесь. Ах да, еще вчера я посетил второй адрес с этой фамилией, но это оказалась бедная лачужка и открыла мне дверь маленькая девочка в лохмотьях. Поэтому я скоропостижно ушел и не придал этому событию, ни какого значения. Теперь мне следует найти работу ведь нельзя прожить на взятые ни кому не нужные деньги. Попробовать вернуть себе свой титул, хоть и под другим именем придуманным мной стоя у зеркала. Лавнесс первая буква была взята с рукоятки пистолета, а остальное придумал мой больной разум. Сон… совсем забыл о нем. Я думал это все те же, пост эффекты наркотиков. Неужели они длились так долго? Прошлую ночь я ни чего такого не помню. Но эта. Было, что-то тянущее меня туда, что я пока не понял, но надеюсь это было не последнее, что я видел, хоть и какой-то непонятный страх удерживал мое желание возвращаться туда. Доев и проглядев газету, вышел в чистую жизнь маркиза Де Лавнеса.
К чему у меня были навыки я не имел понятия, так, что было не много вариантов случайная работа, которую думаю не сложно найти в таком большом городе, и попробовать найти то, что понравится, будет получаться — это было на много сложней как кажется. Все же нужно было искать случайный заработок, чтоб в будущем не повлияло на мою репутацию. Повернув от двери направо начал спускаться по улицам в темные кварталы и закоулки. Да дело опасное, но ведь именно в таких местах можно было легче всего найти неофициальную работу. Однако я заметил интересную вещь, пока я шел, я не смотрел на окружающих просто шел до точки своего назначения, погруженный в себя и наблюдающим только за небом и какой-нибудь разновидностью архитектуры. Я только запомнил дорогу сквозь шумные и одинокие, роскошные и узкие улицы, крохотные закоулки и огромные площади с сотнями живописных статуй. Мне были безразличны окружающие, как и я им. Целый день прошел просто зря. Согласен уже более был знаком с некоторыми окрестностями и примерно знал, куда следует ходить, а куда бессмысленно. Но все же обойдя ни одно заведение по найму случайных работников не нашел ни чего. Посыльный, мелкое разбойничество, охрана и все такого вида. Все было так скучно и банально, ни какого искусства и утонченности. Дело приблизилось вечера. Погода все так же не радовала, угрюмый небосвод не давал ни единого шанса пробиться солнечным лучам, и иногда боязливо пробегал кроткий маленький дождик. Оживления на улицах не присутствовало, все занимались своими делами. Уже стемнело, похолодало. Меня очень интересовало, что происходит в местах скрытых от глаз. Ведь богатство часто доводит до порока, особенно тут. Где графы и бароны саранчой поглощали местные бары, клубы и разные заведения подобного характера. Я просто это знал, вдобавок к этому прибавилась картина из дома Де Криньеса.
И так в одном из тех неблагоприятных районов с черными мостами и несколькими одинокими башнями, где каждый был готов растерзать ближнего, я забрел в какой-то клуб под названием “королевская кобра” еще с наружи оно выделялось кротостью, но неким шармом. Дизайн в восточном стиле, меня сразу же встретили, чуть ли не обнаженные девушки, и я присел к барной стойке, для того, что бы выпить виски и изучить обстановку. Здесь было все утонченно, и владелец явно имел деньги но, что я мог ему предложить? Этот вариант был не очень уместен. Нужно было приглядываться к посетителям, врятли сюда ходят простые нищие и разбойники, заведение не для среднего класса, хотя снаружи могло показаться иначе. Здесь я решил вести поиски, ведь необычность сего места была не просто каприза хозяина.
Общий язык можно было всегда найти с барменами, особенно со здешним: веселый, молодой человек, с широкой и доброй улыбкой, который отвечал дружелюбно и внушал доверие, хоть он был крепко сложен и голова гладко выбрита, что и казалось немного редким в наше время. Но это заведение было явно другой сферы, дорогие шелка, прекрасные жизнерадостные девушки, успокаивающие благовонья, все это говорило об изысканности этого места и ожидало оно всегда нужных гостей. Когда я попытался узнать что находится на 2м этаже то мне приятно объяснили что это клуб частых посетителей и попасть туда получится имея титул не менее уважаемого горожанина. Титул этот был не столь велик, но все же туда просто так не попасть.
— Нужны ли вам работники? Поинтересовался я.
— Честно сказать даже требуются.: Ответил мой собеседник так же широко улыбаясь, что получалось у него откровенно без капли лести. – Если вы знаток этих дел и найдете общий язык с хозяином заведения и нашими посетителями, то мы будем рады вас принять.
— Что вы имеете в виду?
— Ну, у нас только, что уехали на родину месье занимающийся кальянами. Вы знакомы с этой профессией, у нас сегодня будут гости и было бы кстати, если бы нашелся человек с этими навыками.
Мне нельзя было терять мой единственный шанс.
— Да, и хочу заметить даже не плохо.: Ответил я бармену, его же улыбкой.
— Ну, что могу сказать, если хозяин согласится взять вас, то добро пожаловать. А вот, кстати, и он.: Молодой человек указал на широкую, изогнутую лестницу.
Увидев что ему машут, новая фигура вовлеченная в наш диалог подошла к стойке и произнесла.
— Дорсе ты опять мучаешь посетителей своим общительным красноречием?: Сказал человек восточной внешности, в фиолетовой шелковой одежде напоминающей чем-то халат с желтыми воротниками.
— Можно сказать и так. Просто наш посетитель интересуется работой.
— Да? С минуту на минуту прибудут очень важные гости. Могу поинтересоваться, кто вы и какой опыт работы имеете?
— Прошу прощения я не был представлен. Маркиз Де Лавнес, занимался этим у себя на родине.
— Могу по интересоваться откуда вы маркиз? И почему интересует столь скудная работа?: Посмотрел на меня с недоверием тот которого мне нужно было во, что бы то ни стало убедить в выдуманной мной историей.
— Думаю моей родиной можно назвать четверть мира. А так же мой внешний вид вызвал сомнения. Ведь столь небрежная одежда не позволена моему титулу. Купил ее, чтоб не привлекать внимание, ведь много слышал о вашем заведении от знакомых и о месте, где оно находится. Так же хочу заметить, что моему рангу не свойственно прислуживать, но так как в этом городе я впервые, и хочу задержаться тут надолго, мне не помешал бы небольшой заработок, а так же необычное знакомство в котором я мог бы себя проявить, с другой стороны моей личности высшему свету.
— Много слышали?: лицо азиата пронзила задумчивая улыбка. — Однако очень интересно, с тем фактом, что нам нужен работник я позволю вам сегодня попробовать, если справитесь, то добро пожаловать к нам. Он слегка улыбнулся и велел жестом идти за ним.
Мы прошли на 2й этаж, все тут было практически, как и внизу, но имелись различия – тут находилось несколько маленьких комнат и вместо стен были колонны между которых проходил занавес, все имели свой цвет лишь в нескольких тонах и линиях были совершенно одинаковы. Вместо стульев были пуфики и большие подушки того же цвета что и комнатка, все было легко и матерчато кроме красных деревянных столов по центру и колон. В воздухе витали благовонье и легкий туман вызванный игрой света и какими-то неизвестными мне парами. Мы свернули налево и прошли в дверь, оказались в убранном помещении заставленного кальянами, на стенах весели полки с коробочками каждая была подписана, видимо с табаком, небольшой столик на котором лежала дощечка и стальная печь округловатой формы. В углу стоял мешок с углем (квадратиками).
— И так вот ваше рабочее место. Вас позовут, когда будете нужны. Все что вы видите, можете использовать как угодно, но выносить за пределы клуба запрещено, а так же после рабочего дня все должно быть убрано на места. Остальное обговорим в конце рабочего дня. Заканчивается он в 4 часа ночи.
Сказав это он ушел. А я уселся на красную подушку возле стола и стал ждать и надеяться на удачный случай. Внутри меня, что-то праздновало по поводу того, что я нахожусь здесь хотя и понятия не имел как все правильно делать и чем можно было бы удивить клиентов.
Спустя какое то время вошел мой работодатель, тем самым я понял, что пришло время принимать гостей и они желают меня видеть.
— Ну что ж, надеюсь я принял такое решение не зря.: Он улыбнулся. — Ах да я забыл представиться, меня зову Тадаши Куроки. Среди графства меня называют просто барон Куро. Ну, что ж, пройдемте к гостям.
Обменявшись любезностями, мы прошли в синюю комнату, где нас ждало 4 господина. Увидев одного из них я обомлел. Это был тот незваный гость в квартире обокраденного мной толстячка. Худой в той же одежде с вытянутым цилиндром, изящно подрезанными усиками, острым крючковатым носом, серыми глазами, на указательном пальце блестел красный драгоценный камень, голос был сух и жесток, немного правда спущенного тона. Он что-то спокойно обсуждал со своими спутниками.
— Добрый вечер.: сказал мне он столь же ровным голосом. – Нас оповестили, что сегодня нас обслуживать будет некий маркиз из-за границы.: На его лице скользнула довольная издевка.
— Увы, я должен вас поправить месье. Я тут не с целью вам прислуживать, а для того чтоб изящно и тонко удовлетворить некие ваши желания, в данной степени я не нуждаюсь в богатстве, как вы нуждаетесь в приятных ощущениях от сегодняшней ночи.
Было весьма резко и не правильно с моей стороны ведь это могло повлечь обиду и не видать тогда мне ни каких денег и работы. Однако он улыбнулся в ответ на это, хотя трое остальных вельможи затаили дыхание от услышанного только, что и терпеливо ждали, чем это все обернется.
— Довольно смело. Могу ли я узнать, как вас зовут?
— Андриан Де Лавнесс.
— Что ж, рад познакомиться, я граф Гюстав Де Франсе. Думаю я позволю вам и дальше удивлять нас, так, что сделайте на свой вкус, думаю, он не дурен. Оправдаете ли вы ожидание положенное на вас?
— Мне приятно не менее, но снова поправлю вас, такого, что сделаю я, вы ни как ожидать не смеете. С этими словами я откланялся и покинул маленький шатер.
Вот теперь незнание охватило меня. Идей у меня почти ни каких не возникало, и как мне следовало поступить и, что сделать для гостей, ведь времени у меня было совсем мало. Принявшись разглядывать и опробовать ароматы табака я не заметил, как некий силуэт прошел ко мне в комнату. Обернувшись я узнал его по улыбке.
— А это вы Дорсе? Чем могу помочь?: поинтересовался я.
— По мойму помощь тут нужна вам. Так же широко улыбаясь ответил он мне. – ведь как мне кажется вы ни чего не смыслите в этом.
— Да вы правы, помощь бы мне не помешала.
— Что ж, тогда наберу воду, а потом, что-нибудь придумаю.
— Могу ли я поинтересоваться по поводу табака?
— Конечно, спрашивайте.
— Сочетаются ли цвета вместе? Ведь каждый запах имеет ассоциацию с цветом.
— Интересный вопрос, ни когда не задумывался над этим, но могу предположить, что да. У вас возникли идеи?
— Да. И могли бы вы добавить в воду вишневого сока и немного красного сухого вина?
— Сию минуту маркиз.: С этими словами он взял колбу и закрыл за собой дверь.
Меня пленил аромат розы, и следуя ассоциации цвета подобрал нужные мне ингредиенты, которыми я хотел удивить гостей. Через пару минут мой помощник вернулся с тем чем я просил, уже заполненным в колбу. Он забил вместо меня табак как следует т.к. этого делать я не умел. Дождавшись когда разгорятся угли до красна, стали готовить для гостей и распробовать. Сначала виднелась тонкая грань вкуса но после того как дым начал выходить струей и занимать помещение мы вкусили истинный вкус и на свою удачу хочу заметить получилось превосходно.
Осенний сад, тускнеющий, но все еще держащий в себе былую силу, вдыхаешь поблекший аромат роз, которыми был наполнен сад, имеющий свой редкий вкус, медленно наслаждаясь мягкой вишней спелой и сочной, падающие сухие листья, придавали свою небольшую горькость, что делало все произведение контрастней, напряженный воздух пребыванием скорой грозы, было что-то еще, но этого передать не могу спокойно ибо будоражащие ощущения вызывало все это. Пришло время относить гостям, но нам так не хотелось прощаться с этим. Поднеся и поставив на столик, передал трубку Гюставу и стал ждать его ответа.
Раз, два, три, он не говорил ни слова, только курил, обогащал свои легкие дымом, ни с кем не хотел делиться. Хотя жадные товарищи пытались вырвать трубку у него из рук, но стоило ему на них лишь посмотреть, как они тут же затыкались. И тут наступила пауза, — Ну что? Спросил толстенький человечек по правую руку Гюстава.
— Блаженство, вам удалось дорогой маркиз, удивить мои желания наслаждений я ни когда не испытывал столь приятного вкуса дыма у себя в нутре.
— Это всего лишь один из тысячи которым я могу порадовать вас снова и снова.: вырвалось у меня.( У меня появился драгоценный шанс, нужно было поддать пылу, хотя не нужно было рассчитывать еще раз на удачу, мне просто повезло)
— Рад это слышать. Думаю мы найдем с вами общий язык, мы позовем вас когда придет время: граф улыбнулся. — И познакомимся по ближе, а пока свободны, не забудьте по чаще подходить.
И они продолжили свою беседу. Я же ликующе отправился в свою коморку. Первое маленькое знакомство с элитой прошло как ни странно отлично, однако этот человек был очень интересен, как минимум можно взять за причину, то его пребывание в доме, узнав больше о нем узнаю больше и о себе, нужно вести себя спокойно и обычно. Обменявшись поздравлениями с барменом, который меня ждал, поставил новые угли и раздумья захватили мой разум. “Кто был этот граф? Что делал он в том доме? Какое отношение имел к моему заключению в психушке? Встречались ли мы раньше? И если да, то как он мог меня не узнать, а если же узнал, то играет? Или же все совсем не так и он просто посредник, но иметь на побегушках такую важную фигуру дорого стоит. Ах! Все прочь, не нужно это все мне сейчас. Главная цель завести диалог и как бы, не навязчиво заиметь знакомство со всеми 4мя. Но о чем я смогу поговорить? Нынешнее положение дел политики я не знал. Религия? Нет для меня это чуждо, но пофилософствовать на эту тему я мог. Не знаю откуда, но имелись у меня четкие представления некоторых вещей. Ладно, зачем загружать разум он должен быть чист, что бы легко подхватить тему”.
И вот угли снова красны, взяв их в железный, изящный ковшик понес к моим клиентам. Беседа была в самом разгаре, но как только я вошел в комнату, голоса стихли.
— Ах вот и вы, как раз вовремя мы не перестаем восхищаться вашим вкусом думаю теперь пришло время более ясно познакомиться, примите участи в нашем небольшом кружке интересов?
— Да с удовольствием, думаю немного культурных диалогов мне не помешает.: улыбнувшись, сменив угли, я присел напротив графа.
— И так начнем знакомство, хоть ваш титул наивысший среди нас всех, и мы очень польщены, но все же должен вас расспросить, почему столь благородный человек принялся за такую работенку?
— Господа. Прежде чем полностью представиться хотелось бы узнать с кем веду беседу.: спокойно ответил я.
— Ах да прошу прощенья за наши манеры.: и подав головой знак сидящим людям за столом, замолчал.
Толстячек лет 48 сидевший справа от Гюстава, одетый в необычный костюм с красными вставками и рукавами, с зеленым перстнем, выглядел он спокойно хоть и весь взмок, круглый приплюснутый нос, пухлые щеки и шея, что иногда и свойственно вельможам не имеющим меру. Волосы неаккуратно прилизаны и закрывают большую лысину.
— Я фогт Франсуа Лунье, занимаюсь поручениями герцога Фернандского, рад знакомству.: четко сказал этот надутый шарик на мое удивление.
Сидевший справа возле меня мужчина, одетый строго как и граф, не двигающийся по мойму с самого прихода, лет 26 также с крохотненькими усиками но менее густыми, чем у своего ‘близнеца’ с меня ростом и тусклыми глазами, выглядел он хоть и скучно, но где то глубоко внутри, что то ярко горело. Было не сложно догадаться….
— Барон Август Дю-Сентре, покорный слуга графа Де-Франсе, моя семья уже не одно поколение служит его величеству королю, и мой титул говорит о самой чести моих предков.
— Что же вы Август опять распалились своими предками?: Усмехнулся Гюстав. – сейчас не время для семейных историй и реликвий.
— Прошу прощения уважаемый.: тот откланялся и сел.
— Ну, мое имя Антонио Браун.: сказал мужчина в черном фраке с бабочкой, лет 35. И остался столь неподвижен.
Пришло время представиться мне. Немного выждав паузу я проговорил, так как к нам присоединился мой работодатель.
— Рад со всеми вами познакомиться, как меня зовут вы уже знаете, родом я не отсюда и люблю путешествовать, и берусь за все, что интересно и приятно, делаю я это потому, что мне приятно это совершать, и тем более это закрытый клуб. Моей репутации это ни как не навредит, думаю же совсем наоборот.: я откашлялся все меня внимательно слушали, а граф просто пронзал взглядом до костей, смотрел я так же на него, и не показывал ни каких эмоций лишь любопытно разглядывал. – Побывал я много где, ближе всего мне был восток ведь моя родина близко к нему.
— Простите, но я не слышу вашего акцента.: заметил Антонио.
— Вы правы этот язык как родной мне. Мой титул позволяет мне получить достойное образование. Ну что ж продолжим. Занимаюсь я исключительно всем, что доставляет наслаждение, мой ранг перешел мне по наследству от отца.
— Какие страны вы посетили и на долго ли задержались у нас?: прозвучал вопрос.
— Ох, где я только не бывал, четверть мира, но то, что было ранее не совсем уж важно главное то, что происходит сейчас. Не знаю на радость или же обратно, но пробуду я тут долго есть некоторые дела, которые нужно завершить. Думаю, закончим этот скучный разговор и приступим к действительности. Как вы смотрите на это господа?
— Соглашусь с вами.: ответил Де Франсе. Но прежде не забывайте вашу работу, ведь если угли потускнеют, то наш прекрасный вечер будет испорчен.
— Прошу простить за мою память, я сейчас же исправлю это, желание клиента закон.
Улыбнувшись, я удалился и поставил новую порцию углей. Вроде все шло хорошо, мне стоило еще немного продержаться и держаться правдоподобно, стоило ждать любых неожиданностей. Вернулся я опять в самый разгар беседы, в этот раз они не обратив на меня внимание яростно обсуждали куда в нынешнее время более выгодно вложить инвестиции.
— Нет, хоть банки и заслужили наше доверие в последнее время, но все же там столько крыс, которые так и жаждут пустить свои грязные лапы в чужие богатства.
— Как по мне я лучше доверюсь системе, чем какому-нибудь партнерству, или же новым махинациям, какого-нибудь нелепого графа или барона незнающий наших хищных друзей. А, что вы думаете по этому поводу Андриан, вы человек новый здесь, что скажите?
— Ну я еще не знаю нынешнего положения дел, по вашим словам я тот нелепый граф.: Все усмехнулись, я же продолжил. – тут уж каждого свое дело, если система хорошо проверена, то можно и последовать, но ведь не все же отдавать, думаю следует иметь немного и своих идей. Так сказать небольшой план на будущее.
— Вы же только что говорили о вере в настоящее. Не противоречите ли вы себе?
— Нет, хоть я и живу сегоднейшним днем, все же небольшая страховка на завтра не повредит. Нужно браться за то, что будет вечно или же за то, что вскоре востребуется.
— Думаю вы правы. Может прислушаюсь к вашему мнению.: Улыбнувшись ответил Франсуа.
— Не знаю как вас, но меня так не беспокоит наша экономическая система. В данный момент не думаю, что нам следует волноваться, сейчас идет то время когда вельможам и уважаемым господам ни чего не грозит, кроме как внутренней политики.: Глаза графа блеснули.
— Да положение сейчас натянуто, но думаю графини и герцог Сантьяго разберутся со всем.: откашлявшись заметил толстячек.
— Три графини?! Очень мило.: Съехидничал я.
— Можете и не сомневаться уважаемый. Я введен в курс некоторых дел. И хочу сказать иногда восхищаюсь их идеями.: Его взгляд невежественно упал на меня.
— Простите. Но увы я не в курсе дел нынешней внутренней политики. Не могли бы вы пояснить уважаемые?: Спросил я. Чем притянул к себе просто терзающие взгляды моих собеседников.
— Хм, ну вы же знаете, бунт то здесь, то там, некоторые междоусобицы между богатеями. Хах, а ведь все так лживо улыбаются друг другу на приемах и балах.: Сказал граф.
— Думаю вскоре я вовлекусь в светскую жизнь, пока мне достаточно будет таких маленьких кружков по интересам, я тут всего лишь неделю и было бы не кстати сразу являться в гости к добрым и вежливым маскам.
Произошло недолгое молчание.
— И что же вы собираетесь делать сейчас маркиз?: поинтересовался один из гостей.
— Думаю просто, по присутствую. Не люблю лишнее внимание, когда оно некстати.
Все одобрительно кивнули.
Остаток вечера прошел спокойно ни кто не усомнился в моей истории. По крайней мере мне так показалось. Немного по философствовав на темы религии, любви, семьи начали прощаться. К моему удивлению они оставили мне достойную сумму, прибавив к ней слова, что довольны, что встретили сегодня столь интересную персону и придут еще ни раз. Хозяин заведения так же был доволен и объяснив мне рабочий график, который начинался с 10 вечера до 2х или же 4х ночи, пояснил так же мою заработную плату. И провожая взглядом кареты моих новых персон, я удачно отправился в свою маленькую квартирку. Добрался без особых происшествий, хотя ночная атмосфера здешних мест немного смутила, но так же придавала некие темные мысли и возможности.
Все время работы я испытывал некое невежество по отношению к гостям хоть и не проявлял его. Общался спокойно, уверенно задумываясь над каждым услышанном и сказанном слове, хотя большая половина следовала без всяких раздумий. Однако я так же успевал справляться со своими обязанностями. Все, что я говорил я считал верным, и упирался на те факты, которые говорят о некоей части моего характера. Заглушив все идеи и настроившись на сон, закрыл глаза.
Я опять здесь? Или же я не покидал это место? Нет. Все изменилось. Много ли времени прошло? Снег так же идет, но он изменил ко мне отношение. Льдинки стали остры, и после каждого прикосновения оставляют неприятные красные пятна. Их яркость мерцания потускнела, ветер стал грубее и более холодным, ему стало плевать на то, что с каждым его дуновением я ознобевал. Все сгустилось, и та же непроглядная темнота наступила в округе, сквозь которую тлели искры льда. Однако теперь вдалеке передо мной, виднелось крохотное пятнышко, которое освещало мостовую…
Ох, этот сон. Потерев глаза, отправился дальше пробуждаться от ночи и встречать новое утро. С каждым днем я все четче ощущал, что мои мысли собираются в плотную кучку. Что ж нельзя было понапрасну растрачивать время, ведь теперь у меня есть работа и нужно выглядеть подобающе моему чину.
Погода была теплее вчерашней, этому соответствовало выглянувшее из-за пик башен и угрюмых туч зябкое осеннее солнце. Меня так же встретил мальчишка и вручил мне свежую утреннюю газету. Я посетил то же место, что и вчера, отзавтракав, решил пройтись за покупками. Первым в моем пункте был магазин одежды. Нужно было деликатно выглядеть и со вкусом, он как мне показалось у меня был, и вот, что я выбрал: темный костюм с утепленным внутренним покровом, весьма прочный и хорошо исшитый, светлую рубашку, с тонкими серебряными полосами на рукавах и вдоль нижней части поясницы. Сверху покрывала темная кофта очень тепло связанная, все же сейчас погода приближалась к зиме, и мой организм был еще ослаблен. На ней четко виднелось два ряда пуговиц с каким то гербом, шли они спереди по четыре штучки находясь на равном друг от друга расстоянии тем самым закрывая мое тело, правым краем и левым накладывалось друг на друга. На заказ я решил взять новые пуговицы с инициалами в такой же стилистике, как и нынешние, Д.Л. думаю вы поймете о чем они говорят. Так же у нее было на подъеме горло, что отлично защищало мою шею спереди и поднималось к задней ее части чуть ли не до затылка, что создавало иллюзию шарфа. Мне присмотрелись некоторые головные уборы, но все же я решил заглянуть в мой небольшой антикварный закоулок, думаю я бы нашел там, что-нибудь интересное. Что касается обуви, то довольное удобные туфли с островатым концом и крохотным каблучком, так же черного цвета. Вернувшись домой переоделся и хочу заметить выглядел превосходно, мне полностью все подходило не хватало лишь некоторых мелочей, за которыми впрочем, я и отправился в выше упомянутый переулок. В первый день я всего лишь украдкой заглядывал туда, но в сегодняшний солнечный день я был поражен. Различные необычные вещички. Тут было все, что ты хотел бы себе найти и на оборот, было и то, что ты не мог вообразить и представить, наверное не зря мой дом был так близко отсюда. Чем то таинственным здесь веяло, не для всех было это место, может поэтому было так неприглядно. Хрупкие и одновременно прочные деревянные шкафы с вырезанными узорами, и различными фигурами, всяких мифических созданий, диковинные статуэтки, фарфоровая посуда из разных уголков мира, множество всяких рукотворных драгоценностей настоящих мастеров своего дела. Но вот что я выбрал себе: изящную трость из величественного дуба, вскрытая каким то веществом для прочности. К рукояти расширялась, но для этого была своя причина – тонкое лезвие было внутри, длинной с короткую тонкую шпагу. Вытаскивалось оно легким нажатием на небольшой крючок и клавишу под ним, было довольно удобно и не мешало утонченности самой трости. Рукоять была округловатой формы, и место где было удобно держать лезвие состояло из стали. По ней спокойно поднимались небольшие узоры в форме цветов, и в итоге покрывали этот овал, и одна прелесть была в темно синем драгоценном камне, который властно блестел сквозь петляющее цветы у самого начала трости. Хоть цена была и велика, но я не мог пропустить это мимо своих рук. Тем более она отлично подходила мне, а секретное оружие в эфесе думаю очень мне пригодиться. Так же с собой я унес несколько картин, на которых были изображены: 1я – темные морские волны, тянущие убаюкивая маленькую лодочку, парус которой склонялся вниз от дуновения ветра и морских волнений, отражая в себе месяц и освещенный им ясное небо по, которому плыло несколько синеватых облаков, 2я – та же ночь, все же луна пленяла меня своей загадочностью, она так величественно возвышалась над каменной мостовой, бросала свой туманный свет на улицу по краям, которой были изображены сонные дома, лишь в некоторых был зажжен тусклый свет, и два одинокий фонаря расположенных вдали друг от друга помогали луне освещать весь пейзаж, не позволяющий сумраку поглотить эту ночную атмосферу наполненную спокойствием. Еще мою ношу увенчала черная записная книжка и несколько интересных книг на, которые я случайно наткнулся. И как я и говорил, шляпа красовалась на моей голове, черная цилиндром возвышавшаяся на 15 см. вверх с темно синей полоской, из нежного бархата, идущая вдоль основания.
Вновь вернувшись домой, повесил картины на стене перед кроватью, они висели над изорванным креслом-качалкой. Отойдя поглядел и принял несколько решений по поводу будущего оформления моей спальни. В этой части стояло всего лишь одинокое потрепанное и в некоторых местах даже порванное кресло – качалка и мирно свисали старые тихо тикающие часики. Взяв с собой блокнот и ручку, поправив шляпу, вышел навстречу дню.
До того как придти в клуб на работу, у меня было еще около 3х часов, есть время отправиться на небольшую экскурсию. Но куда идти? Просто отдохнуть или же поставить определенную цель? Думаю, просто получу наслаждение от прогулки, ведь погода благоприятствовала этому. Таким образом, решил не отдаляться сильно от местности, где предстоит провести вечер, однако более в благоприятных местах, врятли бы я был рад сейчас от нескольких диалогов с мошенниками бедняками или простыми бандитами.

******************
Открыв двери и войдя внутрь, окликнул бармена. Тот подняв голову, улыбнулся всей своей широкой улыбкой.
— Это вы маркиз? Очень удивлен. Новый образ вам очень идет.: его улыбка прям так и расплывалась по лицу.
— Добрый вечер Дорсе. Да это именно я. Очень приятно слышать, а вы как всегда поражаете своей харизмой. Куро здесь?
— Конечно я тут.: раздался голос за спиной. – как я мог пропустить ваш 1й официальный рабочий день у меня в доме?
— Очень польщен. Сегодня тоже особые гости?
— Увы но нет, я не был оповещен о визитах, но может какой-нибудь господин случайно заберется в мою скромную обитель. Так, что все равно я не дам вам скучать.
— Мне почему-то кажется, что это не единственный ваш клуб.: поинтересовался я.
— Да вы правы, их несколько и все разные. Ну, может вам повезет, и вы побываете в одном из них. А сейчас прошу меня простить, меня ждут дела. Он скрылся за шторами, я же прошел в свою комнатку, плюхнулся на подушку и достал блокнот. Открыл где то в середине и записал все ингредиенты того кальяна, что сделал вчера, как нужно по пропорциям, чтоб не забыть. Для начала нужно было поэкспериментировать, и знать, что следует делать, а, что нет. Пока решил заняться подборами табаков, своеобразных миксов, выучить ароматы и пр., уже позже буду добавлять “специи”. Просидев несколько минут в размышлениях сделал себе кальян подбирая по цвету и, в общем по придумывать, что-нибудь.
Вечер прошел очень спокойно. Распробовав 5-6 вкусов, скажу честно половина из них была ужасна, по расспрашивал у Дорсе о классических и стандартных вкусах которые он знает, внимательно выслушав и записав, выполнил 2 заказа, простым богатеньким горожанам так сказать “не титулованных”. Думаю, им понравилось, ведь одним я сделал то, что просили они. Вторым один из более удачных опробованных мной за сегодня. По окончанию рабочего дня добрался до дома с небольшим чаем за сегодня, разделся, и лениво разлегшись на кровати, вскоре уснул.
Ох. Сегодня проспал больше обычного т.к. на часах стрелки медленно тянулись к 2м часам дня. Одевшись и выйдя на улицу, прошел в свое утреннее кафе за бодрящим завтраком. Увы, сегодня без газеты, но просто наблюдая за прохожими в окне и попивая кофе, расслабился на стуле. Погода была чем то средним на примере 2х прошедших, однако укутавшись в воротник от ветра прошел в антикварный закоулок. Побродив в этой куче драгоценной рухляди, сумел отыскать красивые карманные часы, правда они нуждались в небольшой чистке и полировки. Времени у меня снова было предостаточно, расплатившись с торговцем, отправился, найти место, где можно это сделать.
Сегодня я отправился в портовую часть города. Ведь именно там, по словам антикварщиков проживает много мастеров, торговцев, да и просто насладиться бурной водой и величественными кораблями не было бы лишним. Пройдя по тонким петляющим улицам, вышел на поднимающуюся ввысь, отходящую прямо от порта длинную улицу. Наверное, если посмотреть с высоты птичьего полета, то город будет практически исполосован этими дорогами от берега ведущие во многие основные районы. Взглянув на карту, увидел, что “резная” именно так называлась это широкая улица, по которой носились повозки, поднимались и спускались рабочие, везя за собой тачки, или просто, несущие мешки или же другие тяжелые предметы. Вела она прямо к площади “белой конницы” где стоял именной дворец герцога и герцогини Иконских, думаю весьма уважаемых в народе, ведь сам дворец был одним из трех главных в городе, весь сиял, во внутреннем дворе виднелся сад, пару дней назад я проходил там, когда искал себе жилье. Прямо в площадь упиралась центральная улица города, делившая его пополам, по горизонтали. Думаю, завтра пройдусь там перед работой, сейчас же возобновлю свой путь к кораблям. Чем ближе я приближался, тем яснее мне были видны паруса. Да именно паруса, хоть сейчас и были популярны и более эффективны паровые машины, но т.к. это имперский город и здесь очень чтилась культура прежних времен, для власти было более важно сохранить величественность своего порта, и огромное количество деревянных кораблей, до сих пор отстраивающихся искусными корабельщики, просто ввергали в потрясение иностранцев, для которых это было чуждо. Да эти строки я вычитал вчера во время нудных посиделок на красной подушке, в книге “история города королей Тулэ — Ла — Гранс”. Ах нужно собрать всю информацию в едино, а то какой то сумбур в голове, толи от чрезмерного сна, толи от восхищения. И так: Чем больше я приближался к набережной, тем сильнее был поток людей, теперь встречались не только рабочие и редкие экипажи, но уже множество торговцев, чьи дома сковывали дорогу по краям радостно открывали свои двери перед посетителями, рыбный запах сменялся пекарным, или резким ароматом духов, или же еще различными запахами прибрежной рыночной части. Толпа горожан крутилась везде, изредка виднелось платье какой-нибудь дамы в сопровождении надутого мужчины, или же своих подруг, но в основном тут был простой народец. Становилось прохладней с каждым моим шагом и вскоре сквозь весь шум, начали пробиваться удары волн о каменный берег. Теперь запах рыбы выделялся основным фоном вместе с корабельным. Огромное количество матросов, путников, торговцев, капитанов кораблей бродившие среди толпы и рассматривающее какой-нибудь необычный товар или же советуясь со своими спутниками на какую либо тему, уже больше вельмож тут находилось и как истинные балваны и ценители редкого и всего иностранного, собирались в кучу, возле какой-нибудь новой безделушки и яростно спорили. Много усталых лиц встречалось, замученных долгим путешествием, или же простых рабочих, пытающиеся как можно скорей угодить своим господам. В общем, здесь были собранны все. Мошенники, богатеи, бедняки и серая масса, шедшая сюда от нечего не деланья в желании найти, что-нибудь новое. Однако с первого же мгновения как я тут оказался меня начало все раздражать. Не то, что бы все, а окружающая толпа, хоть иногда раздражение заменялось восхищением новенького корабля прибывшего из долгого плаванья или же теми, уже парадно красовавшиеся или снаряжающиеся в плаванье. Да и товар порой восхищал, приближаясь к лавкам, слышался тонкий аромат различных вкусностей. Но рыба встречалась почти везде. И вскоре раздражение переросло в забаву. Каблуки отстукивали по набережной, развлекаясь со своей тростью, я перестал заботиться об окружающих, однако внимательно разглядывал вывески магазинов и различных лавок, было так же много и обычных домов, но в основном рыбацкие. Даже отделение гвардейцев тут было, да наверное не редко возникает какая-нибудь возня среди народа из-за споров или же простых воришек. Проведя с час за разглядыванием набережной. Я отобедал в одном из прибрежных, накрытых небольшим навесом и закрытых по бокам деревянной оградой, однако со свободным передним входом заведений. В них было полно народу, я с трудом нашел место где сесть. Найдя, наконец мастерскую поспешно вошел туда. Старичок в тоненьких очках сразу встретил меня. Меня окружало много все различных часов и в их тиканье, я находил, что-то забавное. Сразу же отвлекшись от уличной суматохи, я достал из кармана часы, нахмурив лоб старичок взглянул на них потом на меня. Я уверено кивнул и вручил их ему. – Вам придется подождать минут 10.: сказал он задумчиво и внимательно разглядывая вещицу которую вертел в руках. Я ответил, что подожду здесь в обществе этого веселого тиканья. Улыбнувшись уходя он бросил: что с ними не соскучишься, ушел в небольшую комнатку откуда хорошо мог видеть, что происходит в основной зале, уселся за столик с ярко включенной лампой направил ее свет ближе к инструментам и принялся за работу.
Довольный работой и видя, что мне осталось всего полтора часа, я вновь очутился на улице, где происходила такая же суматоха, что и ранее. Дойдя до уходящей прочь от берега дороги поднимающейся круто вверх и имевшей название “серофонарная” достал карту. С трудом найдя ее, выбрал наиболее интересный путь к “королевской кобре” пошел вверх. Было здесь довольно тихо, пройдя наверно метров 200-300, оказался возле вывески кабака с изображенными тремя бутылями и разбросанным рядом виноградом, оглянулся. Как я был глуп, из-за всей этой толпы я не заметил самого важного. Горизонтная линия была прекрасна, вдохнувши в себя прохладный морской воздух, стоял и наблюдал, как это крохотная дорожка спускалась к волнам темного моря, был невообразимый пейзаж, без людей, тут было намного лучше они ходили внизу всего лишь фоном и основной прелестью всего были, не те товары привезенные с различных уголков мира, не те надутые бароны, которые жадно на все глазели и несходительно бросали взгляд на простолюдин. А Одинокие корабли обнявшиеся друг с дружкой стоявшие, вольно покачиваясь на волнах. Каменная набережная которая удерживала на себе эти товары, казавшиеся мне отсюда безделушкой по сравнению со спокойным морем стирающем вдалеке границу между темнеющим небом. Каменные домики, тесно прижатые друг к другу вдоль этой улочки на которой я стоял, своими хрупкими стенами загораживали это тихое, спокойное место от безумной суматохи, только сейчас мне была понятна вся прелесть этого города. Места как это, с их маленькими разнообразными по форме, но так тесно прижатых друг к другу домиками, что вызывали иллюзию одной сплошной неровной стены, имели тонкую грань, с огромными дворцами и необхватными площадями, места, где можно посмотреть на все только своими глазами и видеть только то, что должен. Где можно побыть в размышлениях, с которыми можно поделиться секретами, и спрятаться от безжалостной реальности. Во многих из них происходит разврат, убийство, обманы, воровство, но так же и радость, спокойствие, отвлечение от чего либо, рождение нового, и все эти тайны делают их драгоценными. Бродя по ним и выходя на площадь, начинаешь понимать разницу, фрагменты жизни от бурных восхищений и эмоций переплетаются с одиноким раздумьем. Самым важным было поддерживать порядок между всем этим. Быть только собой и сражаться за свои цели, каждый по свойму воспринимает действительность и свою я видел ясно. Найти свое место среди окружающего, делать то, что мне по нраву, получать наслаждение от всего, быть собой и если меня не посмеет принимать действительность общества то это не столь важно я имею свою… Мое раздумье пронзила молния. И в моей голове воцарился туман. Что-то явно мне не понравилось в моих последних изречениях, и я отправился к клубу, чуть ли не забыв все, что только что произошло, и яростно копался в памяти, кто же я был такой? А в округе уже стали зажигаться вечерние фонари.
Вечер прошел почти, так же как и вчера. Эксперименты со вкусами и записывание наиболее удачных, а так же одинокий посетитель нуждающийся в дивном сладком кальяне с персиком. Под конец рабочего дня, или точнее будет сказать ночи, Дорсе свободный от работы разделил со мной время, за раскуриванием яблока с корицей, а так же нескольких интересных тем. Хозяина кобры в это день не было, был он в одном из своих других заведений. Узнал я о том, что Дорсе всегда любил работы в этом направлении, был женат и имел золотоволосую дочурку 7и лет, а так же очень гордился своей нынешней жизнью и большего не желал. Спорить мне не хотелось с этим добродушным человеком, и мог только порадоваться за него, ведь как мне кажется, он нашел свое место.
Утро встретило меня сурово. Сильный дождь обрушивался на крыши домов и жителей города и меня уже успела испачкать карета. Но разносчик газет, как обычно встретил меня с улыбкой, видно этого мальчика ни что, не могло расстроить. Войдя в мое постоянное место для завтрака, где я спокойно мог почитать и поесть, ведь здесь было не очень людно и излюбленные мною столики у окна были почти все свободны. Обстановка этого кафе была очень мила, кафельный пол, белая мебель, все это напоминало маленькое пироженное с разноцветными конфетками, взбитыми сливками и воздушным кремом. Да все предвещало необычность сегодняшнего дня.
Дождь все ни как не останавливался и пришлось избежать прогулок по городу. Ко всему прибавлялся холод. Поэтому я остался в своей квартирке за чтением книг. Ко мне пришел держатель квартиры, был он одет как и прежде в пижаму. Угостив его чаем, он начал интересоваться моей личностью. Старичок очень удивился, и его очки задрожали когда я сказал, что являюсь маркизом. Но сразу же исправил ситуацию историей, что в данный момент являюсь простым путешественником, который решил по гостить здесь очень долгое время.
— Хм, очень интересно. Наверное вы захотите занять место полагающееся среди вершин вам по чину?
— Вы правы, но пока если честно я не совсем знаю как это сделать. Хоть я уже успел завязать контакт с неким графом Де Франсе.: его лицо связало некоторое отвращение. – вы его знаете?
— Нет всего лишь наслышан, откуда бедному старику зарабатывающем на сдаче своих квартир в аренду знать пылких графов. Могу сказать, что это очень скользкий человек, думаю много коварства скрывается в его делах, будьте осторожны с ним, у этого человека дурная слава.
— Думаю ваш опыт прожитой здесь жизни может мне, что либо посоветовать?
— Ох, в сложное время вы посетили наш город. Его раздирает война между важнейшими и богатейшими домами “Светлые Дамы” и “Гордыми Орлами”. 1е хотят сохранить мир такой как он есть, не очернять и верно служить королю, за процветание нашего города, герцог Иконский является правителем сей провинции и является приближенным и представителем короны здесь. 2е хотят власти и взять все под свой контроль, молодежь, она столь порочна и не чиста в своих намереньях, пытаются быть ближе к королевской семье и меть прямое влияние на государство, взять полный контроль над столицей всей буржуазии, т.е. над Тулэ – Ла – Гранс. Ну, еще имеются их сторонники и малые фракции, которых можно не воспринимать в серьез. Ведь этих самонадеянных аристократов здесь тьма тьмущая.
— Думаю я стал бы сторонником 2й, но и вполне ясно понимаю привилегии 1й, я наверное тот, который хочет занять свое место среди буржуазии, но врятли иметь контроль над делами страны.
— Что ж, право ваше. Да и это не мое дело, тогда Граф Де Франсе поможет вам в этом, но все же опасайтесь его.
— Врага нужно держать ближе, чем друзей.: усмехнулся я.
Мы продолжили пить чай. Вскоре он ушел, пожелав мне лишь удачи и то, что еще забежит ко мне на чаек, другой.

Глава 4. Новый друг.
Пришлось взять экипаж, чтоб добраться до работы, да я немало растратился в последнее время, нужно было придумать, что либо иначе моя история прыгнет в крах бедности, и мне придется наблюдать за этой милой междоусобицей из далеких темных деревянных лачуг, видневшиеся отсюда на том берегу реки. Прибыл я немного опоздав, хочу заметить я все время задерживаюсь на 5-10 минут но существенно меня в этом ни кто не упрекал, в следствии чего, я и не заморачивался. Куро ожидавший на первом этаже вместе с Дорсе, радостно встретил меня.
— Добрый вечер Куро, вы удачно справились со всеми делами и надеюсь хорошо провели время?
— Добрый. Можете в этом ничуть и не сомневаться, я ни когда не теряю возможности и всегда выполняю свою работу.
— Хочу заметить, вначале вы сказали про то, что удовлетворили желания, а не работу.: пошутил я.( но хочу заметить в каждой шутке есть доля правды.)
— Ох вы несомненно правы. Я получаю удовольствие от работы, ведь она и заключается в наслаждении.: он гнусно прохихикал. – Но довольно, меня оповестили, что сегодня к нам прибудут гости. Могу сказать более, ваши новые знакомые.
— Несомненно рад этой новости. Надеюсь они оставят такой же хороший чай, что и в прошлый раз.: Все втроем засмеялись. Мы с нашим восточным другом прошли наверх, он ушел прочь, а я же отправился на свою красненькую подушку и стал готовить все к приходу гостей.
Ко мне раздался стук, Куро знаком показал мне, что пора принимать заказ у посетителей. Когда покинул комнату, хозяин подвел меня к синей, зашторенной комнатке. Я прошел вслед за ним, три гостя ожидали нас.
— Рад вас видеть дорогой маркиз.: привстав радостно мне махая рукой сказал Франсуа. — Сегодня мы пришли только ради вас, мой молодой друг очень хотел с вами познакомиться.: и рукой он мне указал на господина слева, расслабленно сидящего рядом. Когда я вошел то окинул взглядом все помещение и хочу заметить глаза этого человека, как то странно блеснули. Выглядел он не плохо, думаю чуть выше меня, но худощав собой, волосы кучерявились, глаза зеленый с грязно-желтым оттенком, одет был как и свойственно вельможам, но скромновато, темный серый сюртук, брюки под стиль, черные туфли, коричневая бабочка и неряшливо вытащенная рубашка. Был он умеренно красив, тонкие губы, гладко выщипанные брови, немного усохшие щеки, правда нос курносый немного, что делало его забавным. Он встал, поклонился и пристально посмотрел на меня.
— Добрый вечер, хочу сразу представиться. Граф Серхио Элнес. Для меня честь познакомиться с вами.
Я был ужасно удивлен. Мне было не понятно его поведение, может ненароком судьба подкинула мне одного из тех, кто закинул меня в ту злосчастную больницу? Не время было паниковать, пусть все просто продолжится, будем исходить из ситуации.
— Что ж и я рад, вы либо исключительно вежливы либо у вас скрытые мотивы. Вы хотите обокрасть туриста?: Неудачно пошутил я, ведь в голову не пришло ни чего более интересного. Он изящно улыбнулся и глаза его вновь блеснули. В разговор вмешался фогт.
— Ох, что вы, хоть наш дорогой Серхио и способен на такое, но не в 1й же день знакомства.: он расхохотался на всю комнату. А граф сев на место затянулся сигаретным дымом, и едко бросил. – Зря Франсуа, не следует раскрывать все мои секреты сразу, ведь в некоторых вы заключены и сами.
— Да вы истинный ценитель пороков дорогой друг, именно этим вас прельстил наш новый испеченный кальянщик?: толстячек не переставал смеяться. – Ах Андриан вы помните нашего дорогого военного? сегодня он тоже решил прогуляться с нами.
— Конечно. Здравствуйте Антонио.
— И вас рад видеть маркиз, сегодня более спокойный день, чем минувшие, хотелось бы получить от вас нечто расслабляющее и приятное.
— А тот, который был ранее не подойдет? Думаю в этот раз он будет так же отлично вписываться.: веселым голосом попросил толстячек.
— Моя работа как можно лучше угодить вам господа.: я поклонился с мелкой улыбкой. – А что изволит попросить наш новый гость?
— Думаю я соглашусь с Лунье.: решивши в итоге и остановившись на последнем отпустили меня. Однако граф напоследок сказал, что после выполнения задачи я должен присесть к ним.
Спустившись на первый этаж я попросил у Дорсе все необходимые ингредиенты, теряясь в догадках кто же этот вежливый человек. Быстренько и тщательно все сделав, и вынес моим клиентам свежий ароматный кальян, замечу он получился ни чуть не хуже предыдущего может даже и лучше. Поставив на стол и передав трубку жадно перетирающему ладони толстячку, уселся на мягкую подушку, напротив Серхио.
— И так о чем вы хотите поговорить?: начал я.
— Ну излюбленная тема нашего молодого друга это пороки и мученье людей.: вновь смеясь сказал Лунье.
— Франсуа где ваши манеры? Я не спорю вы сегодня перебрали, но нужно держать себя в руках, я бы и сам бы мог начать разворачивать нужные мне темы для разговора, а вы как всегда опережаете события.: сексапильная азиатка в синем чуть ли не распахнутом халатике с обнаженными ножками, зашла к нам в шатер расставила алкоголь, виски со льдом поставила передо мной. Лунье схватил девушку и начал с ней играть, однако Куро на это практически и не обратил внимание, он стоял передо мной упершись на колонну. Она пыталась избавиться от его лап все более распутнее и распутнее себя ведущих. Распутник начал ее бранить за непослушание.
— Угощайтесь, сегодня мы должны расслабиться, и позволить себе роскошь. Вы ведь любите ее маркиз? он не обращал внимание, на мелкие козни пока тот не перешел все рамки со словами “грязная девчушка, я уже распален, а твоя задница изрядно подходит для снятия напряжения”.
— Господин Лунье нам до боли известно обоим, что вас прельщают больше мужские задницы.: после этих слов лицо графа исказилось в хитрой улыбке, а Лунье весь покрасневший и остолбеневший от услышанного не мог проронить и слова, Антонио лишь раздражительно скривился. – Ох прошу прощение но я не мог сдержаться. Эта маленькая месть за мои секреты дорогой друг.: чем больше он говорил тем улыбка становилась причудливее. Франсуа весь покраснел и неряшливо продолжил потягивать из трубочки какой то красный коктейль.
— И так продолжим.: он вновь прицепил свой взгляд на меня. Чем именно вы занимаетесь Андриан? Я слышал о вас немного, однако ваши высказывания меня изрядно удивили. Думаю в этом мы схожи.
— На счет мужских задниц я не согласен.: все рассмеялись кроме Лунье он только пуще стал окрашиваться в красный цвет.
— Ну, это желание каждого. Вы как всегда не согласитесь? Он мельком посмотрел в сторону.
— Вы как всегда правы и не правы граф.: Резко отрезал Антонио. — Меня раздражают подобные разговоры, все должно быть по правилам, а это уже крайности переходящие за все позволенные рамки. Таких бы людей в пушку.: он яростно бросил свой взгляд на Лунье.
— Эх вы все ни как не прекратите. Рамки, границы? Да кому они нужны? Кто свойствен мне запрещать то, что мне нравится? Общество? Думаю, у него есть более важные дела. Например завязать какую-нибудь новую войну или же пустить слухи и осрамить честь какого-нибудь уважаемого человека. Я живу среди всего этого, смирившись с этим миром так как будто он меня не касается. Каждый вправе ответить за себя. В меру моих возможностей я довольствуюсь всем, конечно же во благо только себе.
— Ох, как вы не правы сударь. Если бы не ваш титул я тут же отсек вам голову за такую дерзость. Мы служим королевству и истине. Все во благо народа. А такие как вы являются всего лишь преградой верным.: и он потер серебряную саблю висящую у него на поясе. (ранее я не обращал на нее внимание.)
— Вы как всегда твердите друг другу одно и тоже.: Икая, сказал Франсуа.
— Да я не случайно завел этот разговор. Мне интересно какую точку зрения поддерживает маркиз.
— Я пока воздержусь. Хочу более ясно видеть тему.
— Она более чем обширна. Во благо народа?? Хм, какое ему значения до меня? Хочу сказать такое же как и у меня к нему. Только исключительно деловой подход. И что значит это ваше “Верным” увы я не понимаю вашу завышенную любовь к нашему обществу и прогнившей стране. Вы тут всего лишь живете, вы и они, и каждый занят своим делом. Я не собираюсь прозибать и ходить в вечных муках неудовлетворенного сознания во благо пресвятого будущего.
— Мы должны иметь отчет о содеянном. Ведь делая зло и не принимаемые обществом подвиги мы отвергаем от себя все. Ради чего трудятся другие. Создавая жизнь такую как она есть, куда же вы без людей, еды, воды, алкоголя, блудных женщин. Своими поступками вы только разлагаете все.
— Но если бы не такие как я, то блудниц не существовало бы, а те прекрасные заведения в которых я излюбленно бываю. Я не отрицаю, что завишу от окружающего, но вокруг столько соблазнов и не прыгнуть в них я считаю самой большой ошибкой.
— Вот в этом я вас поддержу.: наконец заявил я. Хладнокровие графа меня поражало, он блистал в своих словах, чем больше он говорил тем увереннее становился. Казалось, что этого человека ни что не может остановить. Он сразу же радостно взглянул на меня.
– Мы живем в обществе, но именно оно дает возможность нам быть такими какие мы есть. Богач может стать бедняком и наоборот, все зависит от нас, развратник может попасться и быть наказан, а если хитер ни кто и не пискнет о его злодеяниях. Все мы разные и у каждого своя жизнь, мимолетность мгновения, вот, что самое важное, упустив его мы не вернем, нужно наслаждаться жизнью сейчас.
— А как же душа? Ведь за все содеянное вам придется заплатить.
— Знаете мой дорогой друг, религия уже слишком стара, в одной книге я прочитал, что все создано природой, ее вы можете именовать как бог. И по ее желанию происходит все, каждый кусочек жизни происходит, в зависимости от содеянного людьми, у нее свои законы и им противиться глупо, она создала тебя таким какой ты есть. И мешая ее планам, ты делаешь только хуже себе. Эта точка зрения мне нравится больше чем, огромное количество запретов религий. И уже давно ясно, что религия это самое способное средство управлением толпы.
Я был поражен, к его словам было трудно придраться. Указав еще несколько аргументов, было нечего противопоставить ни чего кроме одного.
— Я восхищен. И полностью согласен. Природа сделала меня таковым, кем буду я, если буду противоречить себе из-за границ общества. У всего свое место, и все окружающее так же зависит от меня, а если меня ограбит завтра воришка, или же собьет экипаж, то фрагменты жизни так стали, и врятли я смогу это исправить не зная своего будущего. Вот именно поэтому, именно из-за скоротечности мгновения я не хочу терять наслаждения сегодня из-за обещанного вечного света в будущем, которое может просто и не свершиться.
Серхио встал и заопладировал. – Мы с вами замечательно сдружимся мой милый друг.
Все оставшееся время мы провели за анекдотами, трапезой, выпивкой, покуриванием кальяна и глазением на девушек которые нас обслуживают, Франсуа уже более спокойный но так же яростно смеявшийся и сердитый Антонио, невежественно кидавший свои взгляды, но все же они учувствовали во всем этом. И завтра с утра каждый займется своим делом.
— Прошу меня простить, но наверное с меня на сегодня хватит. Уж завтра на работу торопиться нужно будет, а время позднее.: Лунье выкатился из-за стола. И направился к выходу, оставив деньги на столе как оплату
— Думаю вы правы.: заметил граф. – Мы тут изрядно задержались, не беспокойтесь Андриан, сегодня я вас угощаю и думаю вы не откажитесь провести со мной остаток вечера. А наш уважаемый хозяин столь прекрасного заведения позволит вам уйти раньше с работы?
— Ох ваша лесть ни к чему дорогой Серхио, раз вы желаете провести время с моим подчиненным вас будет трудно переубедить, скажу даже больше сегодня в “Нежных Грезах” вас ожидают скидки, ведь я отправлюсь вместе с вами.
— Рад это слышать. Антонио вы с нами?
— Нет, я поддержу Франсуа и отправлюсь домой.
— Что ж тогда на этом и распрощаемся, а мы продолжим погружение.
Каждый из нас отправился своей дорогой, как только мы дождались экипажи. Наш путь вел в еще один клуб Куро, однако он был совсем другой. Да, только вводящий в транс восточный дым был прежний, только в нем чувствовались оттенки порока. Именно, мы прибыли в его личный публичный дом. Нас тут же окружили дамы, на любой вкус, фантазия и ослабленный разум алкоголем тут же ввел в туманную реальность и в сопровождении трех похитительниц мужских грез которые манили меня своими утонченными прелестями и вожделенным ароматом, забрел на огромную кровать. Их ласки были так нежны и будоражили кровь и как только я начал падать на спину проваливаясь куда то вниз отдаляясь от города в наслаждения. Но в комнату врывается Серхио в сопровождении двух обжигающих красоток держа в одной руке бутылку(не разглядел чего именно.) а в другой руке, что то блеснуло, и он накинулся на меня со словами. – нет дорогой друг я должен оставить маленький подарок который будет напоминать о сегодняшней встречи каждое утро, когда ты будешь разглядывать свою душу утром!!
Открыв глаза, был распластан на огромной кровати, меня окружало несчетное количество подушек и прекрасных ведьм ночи, которые еще видящие сновидения обнимали мое тело. Кровать была столь обширна, что приподняв голову, край не было и видно. Но как только я начал привставать, чтобы попытаться понять, что произошло в конце ночи, по простыням поползи движения. Сонные создание пробуждались, некоторые из них уже пытались вернуть меня обратно, но воспротивившись их ласкам я наконец встал. Ночные спутницы потягиваясь на постели ото сна, все еще пытались меня к себе прельстить нежными соблазнительными словами и движениями. Некоторые уже поднявшиеся обнимали, хотя кое кто уже выходил, долго упрашивать меня не пришлось и я снова сел, более или менее прейдя в себя. Тут в комнату зашел Серхио.
— О! Доброе утро.: улыбнулся он мне одетый в какую-то пижаму. — Вы уже проснулись? А я только собирался будить. Как вы себя чувствуете?
— Доброе однако. Как оно может быть плохим?
— Что ж тогда попрошу спуститься по скорее вниз нас ожидает завтрак.: он покинул комнату и девушка вошедшая вместо него подошла к окну, и распахнула его. Поклонившись мне, отдала мне мою гладко выглаженную одежду и хлопком выгнала всех девушек. Она была очень милая личиком. Но взгляд ее был строг, видимо она была одной из смотрительниц дома, но этот взгляд только прибавлял ей некоторую сексуальность, в моей голове сразу зашуршали мысли по этому поводу. – Я ожидаю вас в коридоре, наши гости уже сидят за столом, думаю вам следует по скорее к ним присоединиться.: в знак одобрения я кивнул и она вышла за дверь. Накинул по быстрее брюки и застегивал небрежно пуговицы смотря как свет утреннего солнца льется в спальню, подойдя к зеркалу был шокирован, в моем левом ухе блестел маленький бриллиант, чертов Серхио. В моей голове мелькнули воспоминания о сегодняшней ночи.
Спустившись вниз по лестнице и пройдя за милой горничной с которой я завел разговор узнав, что ее зовут Мериди. Ее зеленые глаза меня прельщали. Но вот мы оказались в комнате, сюда заливался нежный свет, все было аккуратно, оформлено все деревом, с красивыми коврами и длинным столом, прям возле огромный окон идущих вряд чуть ли не впритык. Мои друзья уже завтракали.( друзья?)
— Вы все же решили к нам присоединиться.: поприветствовал меня Тадаши.
— Да доброе утро и приятного аппетита, после восхитительной ночи.
— Вы правы именно за это я и люблю это заведение, ведь тут после разврата просыпаешься в нежных объятиях подушек, девиц и в белоснежных простынях.
— Немного порочно мой милый друг.: заметил я.
— И вы снова правы, именно я это и хотел сказать. Нет ни чего более прильщающего невинной нежности и чистоты, которая и выглядит иногда столь порочно.
— Портить чистюль почти всегда так будоражит. Это одно из ваших любимых дел дорогой граф.: улыбнувшись сказал Куро.
— Да я восхищаюсь от этого.: я сел за стол, и хозяин борделя сказал Мериди, что она свободна, та откланявшись пожелала приятного аппетита и ушла. – Как вам мой маленький подарок дорогой друг?: в его ухе висело черное колечко на которое я вчера почти не обратил внимание.
— Не помню, чтобы давал согласие но довольно приятно. И даже в какой-то степени нравится.
— Это всего лишь маленькая крупица того, что последует далее. Вы не против завтра со мной отобедать?
— С удовольствием. Как туристу вы подскажите достойное место?
— Хоть сейчас погода не столь и благоприятствует иногда посиделкам на улице, но думаю небольшое крытое кафе у фонтанов, которые выключаются в холода, будет удачным выбором.
— Соглашусь с вами и с честью приму ваше предложение.: Налив себе молока из кувшина, и принявшись за омлет продолжил беседу.
Они были очень вежливы и добры, вчера и сегодня все по разному, чуть не разные люди с большим количеством схожего с прежними. Однако граф все время поражал меня, хоть он и был помолвлен, и по его словам любил невесту это же не запрещало ему быть собой и не получать удовольствие от своей жизни в подобных заведениях. Куро же всегда внимательно слушал и очень мало говорил, думаю его позиция была мне предельно ясна, но почему они щедры ко мне? Что-то было странное в этом, может мне просто повезло? Это не мания, осторожным не помешало бы быть. Все же я имел причастие к здешним заговорам и каким-нибудь образом я должен все узнать, сейчас складывалось все хорошо, посмотрим за обстоятельством времени.
После завтрака все распрощались и каждый удалился по своим делам. Вернулся домой уже в середине дня, по дороге зайдя в один книжный магазин. Не знаю зачем Серхио пригласил меня на обед, может просто из любезности т.к. мои взгляды были схожие с его и он нашел более интересного компаньона чем Лунье, или же, что то более важное, этого увы не знал, но я уже зашел далеко и мою предысторию нужно развить и подкрепить некими фактами и аргументами. В этом мне помогли книги, которые я начинаю собирать, посмотрев карты и выбрав наиболее подходящую мне страну, прочитал краткую историю, придумал несколько жизненных ситуаций и вовлекся в политику страны, была она расположена на приличном расстоянии и была связующим звеном с востоком, однако популярностью большой не отличалась среди здешней буржуазии. Думаю, мне будет удобно петлять среди вопросов и иногда уклонятся от ответов. Все же это не столь сейчас важно, для общего знания о моей личности достаточно, я не собирался рассказывать свое фамильное древо и пр. следовало указать откуда я родом и чем занимался. Немного отлежавшись на кровати, отправился не спеша в кобру. Погода позволяла идти медленно, наслаждаясь последними теплым днями осени. В клубе все было как обычно, следов вчерашних буянств и бесед не было. Ожидал меня всего один заказ, да скудно, но все же пока я мог наслаждаться жизнью и большего не требовал, мне слишком повезло. Обслужив посетителей которые собой представляли трех богатеньких горожан, сел в коморку и покуривал виноград с лаймом, однако оставил открытую дверь и четко видел своих клиентов. Но тут я заметил странную вещь, в моей голове ясно представлялись ужасные картины. Я бы воспринял это просто как дурную шутку если бы делал это специально. Разум начали сокрушать линии гнева, создающиеся из пыли, моя голова стала самопроизвольно отклонятся в сторону и чуть ли не доходила до 90 градусов. Я чувствовал как глаза наполнялись безумием и бедные гости просто разрывались по кускам. Кого-то из них поднимали за лицо впившиеся в него крюки, кому то снимали скальп, а последнего просто вспарывали, от этих мыслей меня передергивало, но это не то ощущение когда ты видишь, что либо мерзкое, а порог восхищения, возбуждения и эйфории, сложно описать. Я все конкретно понимал, но все же ход мыслей протекал медленно и это состояние казалось мне как минимум странным. Неужели я все же не просто так попал в психушку. Стоило мне отвлечься и дурная фантазия пропала однако это очень сильно насторожило меня.
 
Проснувшись утром как обычно привел себя в порядок. Но на долго задержался у зеркала вглядываясь в таинство своей души через взгляд. Все было спокойно, погода радовала уже 2й день. Читая газету в своем любимом утреннем кафе, допивал кофе, каждый день новая статья о каком-нибудь мелком ограблении, некоторые описания выставок здешних музеев (нужно зайти.), афиша театральных постановок, кажется в каждом районе города была даже своя газета. И по оформлению было видно, что место где я живу больше принадлежало интеллигенции. Может я и психопат, сбежавший из больницы, но у меня есть определенные цели и возможности к чему-либо, что я не утерял. Какое-то время я сидел и размышлял о первой моей ночи. Неужели все сошло мне с рук? И ни какой погони, нет объявлений о розыске или каких либо сбежавших сумасшедших или же преступниках. Наверное отсутствие розыска было из-за трусости и жадности того врача. Ведь если ни кто не узнает, что я сбежал, ему так же будут отсылать деньги и не последует наказание за то, что такой особенный пациент сбежал.
Меня радовало, что ресторанчик о котором говорил граф находится совсем неподалеку, и отправившись вверх по моей улице свернув на площадь(о ней я упоминал ранее.).
Она была не очень большая, маленькие круговые узоры расходились по камню. В общем я был прав, это было еще одно тихое местечко, очень необычного формата, тут находилось много статуй, они были в разном порядке разбросаны. Тут был и ангел читающий книгу и девушка кротко держащая букет цветов закутанная в платок, в основном фигуры людей, очертания, образы, в центре всего играл фонтан. Точнее в конце, площадь имела форму четверти круга и смыкалась у высокой лестницы. Я поднялся по ступеням уходящих с площади, которые вели в небольшой парк где сбоку меня сразу встретила еще одна скульптура девушки, она сумбурно от кого то убегала, на ее лице был изображен страх и волнение, на несколько секунд задержался, разглядывая изгибы тела и очертания платья. Глубоко дыша, приятным запахом осыпающихся листьев и какого-то отвлечения, от приевшегося городского запаха, не спеша гулял дальше по аллеи, ведь в конце мне виднелось огромное количество фонтанов. Именно там у меня в скором времени встреча с Серхио. Пока у меня был запас времени я петлял между различными фонтанами, разглядывал и наслаждался. Людей было много, погода делает свое, много детишек бегало, так же молодых пар и старичков. Звук струящейся воды раздавался на далекое расстояние. Все это, делало меня каким то веселым, я начинал радоваться, но все же мою голову опять начали посещать бредовые мысли с садистическим наклоном. Был бы я нормальным человеком, не понимающим мои нынешние вкусы гнал бы такого далеко и в шею, или бы просто посмеялся или же сдал в психушку, но на данный момент думаю нет ничего плохого если мысленно я убью одну другую сотню людей. Мое нутро стало разлагаться по каким причинам я не знаю, но четко ощущаю разницу.
Пришло время встречи, сделав круг и вернувшись в начало этой аллеи, остановился возле кафе, о котором мне рассказывал граф. Да оно и правда было мило, крошечные столики упирались в длинный фонтан, все на свежем воздухе и под навесом, посетители были соответствующие обстановке. Меня уже ожидали. Он сидел задумчиво, глядел как брызги волнуют воду и как бушует это все в своей маленькой клетке. Обменявшись любезностями мы сели, каждый заказал себе салат и бокал вина. Обменявшись впечатлениями и некоторыми шутками с позапрошлой ночи и последующего дня, принялись за беседу.
— И так у вас ко мне какое-то дело? Или же вы из любезности пригласили меня?
— И то и другое. Вы очень заинтересовали меня маркиз. Не только своими взглядами, хочу заметить схожими с моими, но и как вы понимаете новым лицом.
— Не совсем ясно вас понимаю. Могли бы вы мне все конкретно объяснить?
— Вы тут человек новый и наверное не знаете нынешнего положения дел. Ведь так?
— Да вы правы.
— Новый человек сейчас как ни как кстати. Понимаете нынешнее положение дел натянуто. Вам известно, что либо о “Гордых Орлах” и “Светлых Дамах”?
— Думаю не особо много, но достаточно, для общего представления.
— Дело вот в чем, так как вы человек новый да еще вельможа из-за границы, то любой из этих орденов захочет вас к себе приблизить. Это очень ценимо в этаком положении. Предрасположение к себе человека из другой страны пошатнет равновесие.
— Хм. Могу ли я поинтересоваться какие вы разделяете взгляды в этом отношении?
— Ну я разделяю нейтральность, хотя оставаться в таком положении я долго не смогу. Видите ли, мне нравятся и я разделяю взгляды Орлов, но имея заурядную часть плодородных земель в этой провинции зная их методы, потеряю все.
— Простите? Их методы? Какие же у них методы?
— Они стремятся к полной власти и подчинению, некоторые уже приблизились к королевской семье и льстительно облизывают их пятки. С мелкими же буржуя разделываются без жалости и отбирают себе все, что принадлежит им. Так постепенно жирнеют. Такими методами и я окажусь на задворках.
— Что мешает Орлам расправиться с вами и поддерживать дружеские отношения?
— Я нахожусь под некоторой защитой дам, прибавить то, что я разделяю обе позиции просто не даю окончательного ответа. Ах да слишком много Орлов повязло в грехах в которых принимал участие ваш достопочтенный слуга.
— Вы наверное представляетесь кем то в виде, вечного хозяина гостиницы порока в которую пленяете всех.
— Ахах, можно сказать и так. Вы же ничуть не лучше меня. Ведь я прав?: Он хитро улыбнулся.
— Дорогой граф, вам надоел господин Лунье и его мужские забавы? И хотите, чтоб я почетно занял его место?
— Я и не сомневался в ваших возможностях. Вы несомненно правы. Не то что бы занять его место, таких как он много в моей коллекции, скорее же стать напарником.
— Какая выгода мне с этого? Ведь я могу примкнуть к более сильным фракциям.
— Думаю ваше нутро не позволит выбрать такой путь, мне кажется для вас более излюбленно наблюдать за грызущимися псами, а не быть одним из них. Тем не менее думаю врятли вас интересует политика.
— Интересует, но всего лишь как тема размышления. Да я лучше буду богом в своем мире, чем королем в чьем-то. Думаю вы понимаете о чем я?!
— Да, и так, я могу вам предложить мою защиту финансовую выгоду в будущем, знакомство с нашей буржуазией, рассказ их секретов, ну и конечно же лучшие забавы которые могут найтись здесь. А с вашей стороны лишь сотрудничество и думаю в будущем полезные связи: он весь сиял гордостью и протянул мне руку.
— Ну только из-за забавы ради утех я согласен.: улыбнувшись пожал его руку и прибавил. – но заметьте я вам не Франсуа.
Расправившись с остатками обеда, мы договорились о новой встрече, завтра в 3 часа, в его особняке. Он снова расплатился вместо меня и всего лишь махнул рукой на мои отпирания. Очень интересный персонаж этот Серхио Элнес, очень весьма, что этот граф подвернулся мне и так щедр. Считать это совпадением, судьбой, или чем-то другим смысла не имело. Просто нужно было не отрекаться от нынешнего положения дел, все идет так как идет, я не упущу ни единого шанса даже если он имеет свой подвох, нужно будет всего лишь выкрутиться, я буду тем кем смогу, и под угрозой смерти я не отрекусь от своих идей.
Время уже поджимало начинало темнеть и я поспешил на работу. Вечер прошел как обычно без всяких приключений в этот раз, несколько заказов и дегустация новых вариантов вкуса. Хочу заметить поддавалось все намного легче, я немного стал вести себя уверенно, наглее, и уже с удовольствием заигрывал с работницами Кобры.

Глава 5. В гостях и последующие шалости.
Легкий, маленький, отстраняющийся свет от уличного фонаря виднелся мне в дали, снег продолжал идти. Ветерок цеплялся за мою одежду и пытался потянуть за собой ближе к свету. Но чувство внутри меня подсказывало, что еще не время, и да оно было право. Сквозь рассеивающуюся пелену тумана, мне виднелась мостовая, однако только малая ее часть на которую таял свет. Расположена она была левее меня. Темный двухламповый фонарь возвышался и давал мне хоть какую-то видимость. Но вот, что смущало, все это время я чувствовал полное одиночество, не было ни единого намека на живую душу, но теперь темная фигура стоящая прям на границе света и тьмы так, что был виден всего лишь силуэт. Опершись на ножку светилы, неподвижно стоял, и маленький огонек сигареты раскалялся и потухал вновь. Возникло желание крикнуть ему, но желание оборвал холод исходящий оттуда, это был точно не ветер, он тянул за собой нежели отталкивал. И тут я почувствовал страх перед этим силуэтом, не важно кто это, важно то, что он меня пугал и настораживал, а его безымянность делала его больше похожей на тень, нежели на человека.
Доброе утро, моя комната… Это опять был сон. Не может он так просто сниться, в такой четкой последовательности, он явно, что-то значит. Немного полежав пытаясь придти в себя, стал медленно одеваться. Приведя себя в порядок после глубокого сна, захватив все нужные вещи, вышел на улицу. Погода пасмурная, но дождя еще не было видно, взглянув на часы увидел, что уже пол 11. Мальчик как всегда ожидавший новых прохожих, чтоб продать газету, подбежал ко мне.
— Здравствуй. Ты каждое утро будешь меня встречать?: улыбнувшись протянул ему монетки.
— Да сэр, доброе утро.: Он вежливо со мной поздоровался и взял мои монетки, однако очень недоверчиво видимо не ожидал, что я с ним заговорю. – Это моя мелкая работа и она мне очень нравится.
Был он мальчиком веселым и простым, из бедной семьи скорей всего. Радостно, что эта мелочь уже зарабатывает на жизнь. Но скорей всего отдает деньги, чтобы помочь родителям, жаль, если бы скопил для себя, может толк бы и вышел.
— Очень приятно. Но трать эти деньги с умом. Лишь на себя, если пойдешь дальше может и станешь уважаемым человеком.
— Огромное спасибо.: Ответил он. И остался стоять на месте, видимо думая о моих словах.
Я прошел в двери моего излюбленного кафе, и вновь уселся у окна. Заказав кофе и несколько бутербродов, открыл газету. Немного пробежавшись глазами закрыл, в мою голову заползли интересные мысли, открыв свой блокнотик ближе к концу начал писать. Перезачеркнув много раз привел до идеала и вот, что у меня получилось.
Безмолвие.
А снег идет, фонарь тускнеет.
И силуэт бросает тень.
Тут ветер тянет за одежду,
И темнота схватила в плен.

Тут нет ни солнца, ни огня.
Тут только ночь, граница сна.
Туман плывет у фонаря,
Тут рядом пропасть. Тишина…

Вокруг гуляет снег,
Кружится и петляет.
И лишь на маленьком пятне,
Под фонарем, безмолвно тает.
Да, я решил записать свой сон в стихах, все таки поэзия меня восхищает, но не во всех ее моментах. Пока я записывал, мне уже принесли завтрак, но я так был вовлечен, что и не заметил как он оказался предо мной. Пару раз перечитав написанное, убрал книжечку и принялся есть.
Выйдя на прохладу, выдохнул весь воздух паром из легких, и наблюдал как он исходит. Меня это почему то забавляло. Поправив воротник и склонив шляпу чуть вперед, повернул налево и начал спускаться вниз. Самое интересное, что тут было, это наверное повторы. Все было как-то одинаково, дома чуть ли не полностью копировали друг друга. Цвет менялся лишь оттенками, темный, серый, черный. Умеренные улочки и улицы, такой небольшой лабиринт, думаю здесь легко заблудиться. Но для слишком запутанного места оно было мало. Крохотное пятнышко на всем массиве города. Многие квартиры пустовали, более похожи были дома на общежития, изредка попадался крохотный домик зажатый длиннющими стенами. Прохожих здесь так же было мало, ни кто не прогуливался и не торговал. Это место только для пребывания во сне и каких-то вечерних раздумий. Несколько зашарпанных и замусоренных тупиков, пара магазинчиков, чуть ниже от кафе была портейная и магазин одежды, антикварский закоулок, 6-8 маленьких одиноких домов. Остальное же стягивали черные грани. Обойдя все достопримечательства, вернулся, зашел в серые двери. Я совсем забыл, ведь чуть ли не в 1й день я заказывал здесь пуговицы. Продавец только бурчал, пока искал, разгребая кучу хлама у себя на полках. Вот наконец он спустился с маленько лесенки, протянул мой заказ в руки, на нем была написана моя фамилия инициалы. Завернуты в легкую бардовую тряпочку. Из него я достал восемь пуговиц соответствующие тому, чего я хотел. Быстро расплатившись покинул это место. Погода была все та же, что и утром, тучи сгущались, и лишь придавали тишину данному месту, прохладный ветер пронизывал, шел я медленно осматривая чуть ли не каждый камешек. Ведь должен же знать где живу. Вот и мой район – все то, что увидел сейчас, вчерашняя площадь и фонтаны, с одного края переходил в другой район более цветастый и красочный, с другого мост и река ведущая в другую часть, на которой часто встречалась бедность, ну, а с 3го окружал небольшой дворец какие то музеи и театр, туда схожу позже. Сейчас же отправлюсь к графу который меня в скором времени ожидает.
Проехав сквозь цветастые дома, чуть ли не вдоль всей набережной оказался в другом конце города, недалеко от красных флагов. Улица Дебру была маленькая, но все же тут красовались интересные дома. Вот тот в котором жил Серхио: похож на мой, но более красочный, серого цвета с мастерскими скульптурами, вырезами и фресками. Над каждым окном находился рисунок скорпиона. По сравнению с квартирой в которой жил я, в его расположении были три этажа и очень много комнат. Подойдя к двери позвонил. Через секунд 30 она отварилась, передо мной стоял высокий усатый мужчина в черном одеянии в белой рубашке с бабочкой
– Добрый день. Вы наверно Маркиз Де Лавнес? Господин ожидает вас, следуйте за мной.: я вошел в небольшой коридор с выходом в холл, через которую был проход в зал и лестница на второй этаж, куда и повел меня дворецкий. Пока я шел вслед за ним по коридору, на мои глаза попадались статуэтки и картины, обои были зеленого цвета с более светлыми узорами на которых повторялись три лепестка над вазой. Несмотря на обширность дома коридоры были весьма узкие, тут с трудом бы прошло 2ое слуг с подносами. На пути нам встретилась горничная, слегка улыбнувшись мне, вернула лицо в прежнее положение какой-то задумчивости или печали быстро скрылась за углом. Мы вошли в библиотеку. По сравнению с коридорами она была огромна, все стены украшали полки с книгами, высотой была около 3х метров, здесь так же присутствовала и другая мебель: небольшие скульптуры людей на подставках, справа от нас длинный письменный стол за которым пылал камин и давал небольшое освещение, ведь темно красные шторы скрывали комнату от слабого солнечного света, крохотные картины, перед нами расстилался ковер повторяющий темно-зеленость окружающего нас интерьера, на нем было достаточно места, слева же стояли два маленьких столика, за ними же располагались еще длинные полки книг, все окружающее было весьма интересно. Граф ждал меня за одним из столиков, на которых стоял горячий только принесенный обед.
– О! Вот и вы. Здравствуйте. Вы наверное голодны? Я взял на себя смелость уже подать кушанье.
— Добрый день Серхио, прекрасный дом. Да я уже успел проголодаться.: я присел к нему. Передо мной стояли серебряные предметы аккуратно вложенные в столовую тряпочку. Кушанье было таково: в фарфоровой тарелке был налит какой-то грибной суп, его окружало еще несколько весьма искусно украшенных салатов, в салфетках был аккуратно сложен хлеб.
— Ооо, это старая семейная рухлять. Вы не видели мое загородное поместье. Думаю в скором времени я буду там прибывать вследствие некоторых дел, если вы соизволите присоединиться, мы могли бы там провести уикенд.
— Рано еще загадывать мой дорогой друг, но я польщен от столь великодушного предложения.: он лениво скривил лицо.
Все было ужасно вкусно, сразу видно класс хозяина дома, ведь так не готовят в простых столовых. После удачно съеденного 1го нам принесла та служанка которую я встречал в проходе хорошо прожаренное свиное мясо с гречневой кашей, еще порцию хлеба и довольно приятное красное вино, которое тут же разлилось по бокалам. Разговаривали мало. Мы были поглощены в трапезу и уж только после того как было все съедено, завели разговор.
— Как вам наш прекрасный город? Ужасен не правда ли?
— Нет, что вы, мне даже он очень нравится, но может потому, что я знаю его поверхностно и не так как вы.
— Наверное это так. Где же вы прибываете?
— Ой я снял очень скромную квартирку, на улице “Туманных Теней”. и тут в моем разуме промелькнула тоненькая полоса ассоциаций моих снов со всем окружающим.
— Почему то я думал вы любите роскошь, а получается совсем наоборот.
— Вы правы я ее люблю, но в следствии сложившихся обстоятельств я не могу позволить себе лишнего, да и сейчас мне важен покой.
— Кхм, очень интересно, ну что ж вскоре подадут десерт, что вы предпочитаете чай или кофе?
— Я больше любитель кофе но от кружечки белого чая я бы не отказался.
— Ну, что ж в скором времени вам удастся его испить. А пока у меня есть одно интересное предложение. Ренальд!: Дворецкий стоявший у дверей все это время, кивнул, прошел за дальние полки книг и вынес две шпаги. Мы встали из-за стола. – Вот мое пари. Если выигрываете вы, то сегодня ночью угощения за мой счет, ежили я, то соответственно наоборот.
Это было предложение двух концов. С одной стороны отличный шанс проверить себя, выяснить умею ли я сражаться и получить вознаграждение в хорошем исходе. Но с другой, я мог полностью опозориться и попасть на большую сумму денег, думаю граф не скупится в своих утехах в данной ситуации.
— Ну что ж, отказывать было бы не очень вежливо, но хоть я давно и не практиковался, пощады не ждите.
Он радостно передал мне оружие, я снял с себя кофту, оставшись в рубашках и в полном освобождении, мы встали в стойки. Мое положение было весьма интересно и сильно отличалось как на мой взгляд от его стандартов, он держал лезвие прямо перед собой направленное на меня немного покачиваясь на ногах. Моя же шпага крепко держалась чуть ли ни у самого моего лица, рукоять находилась чуть выше лба и клинок стекал вниз, стоял же я ровно, немного отведя левую руку назад, было весьма удобно. Первый выпад был его, я удачно отклонил и начал наступление, чувствовал я себя легко, как будто всю жизнь фехтовал, все движения были привычны, но все же меня сковывала небольшая неуклюжесть, думаю я знаю из-за чего. Однако граф был тоже хорош, складывалось впечатление, что он знал каждое мое движение, и весьма умело отбивал все мои попытки. Так продолжалось наверное на протяжении пяти минут, но хочу заметить эти яростные минуты казались вечностью, было видно как мы оба взмокли. Все же мне это надоело и я стал более нахалист, тем более чем дольше проходило сражение тем увереннее я себя чувствовал. И вот после очередного выпада конкурента, круговым движением сбил клинок и едва коснулся наконечником его плеча. Да выигрыш был мой, но могу с уверенностью сказать что Серхио намеренно позволил мне это сделать, хотя было так же заметно, что его защита стала уступать моим атакам.
— Ну что ж, могу вас поздравить. Сегодня вы снова на моем попечении.: он отставил шпагу назад и выпрямился, после чего слуга забрал наше оружие.
— Да очень даже не плохо, но думаю последний удар не сложился бы так удачно, если бы мне не подыграли.: Я отклонился и облокотился на письменный стол.
— Не могу сказать вам. Но было бы не очень вежливо дать гостю проиграть. Сложилось бы впечатление о плохом приёме. Да и думаю огорчать вас перед приятным вечером, было бы некстати.
— Я же думаю наоборот, проиграть стоило лишь из вежливости, но увы не по мне оставаться побежденным в гостях и в своем доме. Непростительно поддаваться. Даже из уважения к своему сопернику, как ни как все было оговорено, мое дело предупредить и если вы согласны то пусть будет так, я себя не остановлю.
В дверь постучались, спустя несколько секунд, вошла та же служанка несущая чай и несколько воздушных пироженных, вслед за ней прошла новая персона: девушка молода возрастом где то так же как и мне. Одета она была больше по-домашнему, но все же была она очень симпатична и это ни как не сковывало ее изящность.
— Я вам не помешала?: Робко поинтересовалась девушка.
— Виктория, что привело тебя сюда? Я ведь говорил, что буду занят.: спросил граф слегка раздраженным тоном.
— Прости дорогой, но мое любопытство перебороло меня. Так вот он каков наш гость, о котором ты так много рассказывал. Здравствуйте.: Она немного присевши поклонилась мне.
— Добрый вечер миледи.
— Это женщина моя невеста, прошу прощения за ее нетерпеливость.
— Что вы? Извольте, все хорошо, я люблю компанию прекрасных дам.: меня удостоили холодного взгляда.
Все остальное время прошло в знакомстве, распиванию чая, обсуждении мелочных тем и небольшого повтора моей истории. Хочу заметить тот факт, что граф вел себя совершенно иначе, его серьезность ушла, появилась глупость и ребячество, а так же маленький тон нежности, но все же стойкость и упертость держала его в себе. Мы расстались и на прощание мне было сказано, что в ночное время около двух часов за мной заедут.
Весь вечер прошел в предвкушении ночи, я решил изрядно по наслаждаться кальянами, немного взбудоражить и невольно расслабить себя. Ни чего особенного не происходило. Если быть честным мне стало это надоедать, останавливало лишь несколько фактов: мне безумно нравилось втягивать в себя ароматный дым, делать вкусовое разнообразие, вести любопытные диалоги с клиентами, соблазнительные, легко одетые, работницы этого клуба и небольшой доход который по дольше мне поможет вести нынешнюю жизнь. Да, я стал циничней.
Граф приехал за мной без пяти два, Куро с неохотой отпустил меня, видимо его не очень радовало это, тем не менее за мою хорошо деланную работу он находил снисхождение к этим маленьким шалостям.
— Ну, что вы готовы снова пуститься в маленькие утехи?
— Как у нас было оговорено ранее, я должен быть вашим партнером во всем. В добавок к этому, я сам только рад принимать в этаком участие.
— Тогда начнем.: экипаж двинулся, мы помчались по свободным, тихим, ночным улицам вдоль реки. – Сигарету?
— Нет извольте, я любитель только кальянов, меня как то не прельщает подобное. Но знаете, что, сейчас я не хочу отказывать, эффект ветреного сиюминутного наслаждения так искушает.
Мы закурили, ароматный табак погружался в меня, немного не привычное ощущение.
Прибыв на место нового дома, где нас станут ублажать и исполнять наши капризы, (увы не все) дружественно, совместно вошли внутрь. Нас встретила хозяйка и несколько распутных девиц укрытые ( не везде) в легкие одежды. Схватив нас за руки, а девушки тут же нас окружившие, потащила за собой показывая нам свои “товары”. Грязно желтые и коричневые тона были вокруг, они явно говорили о характере данного места. Сделав свой легкий выбор каждый удалился в свою апочевальню. По моему усмотрению меня окружало три девицы, две брюнетки и блондинка с рыжеватым оттенком. Все они были прекрасны, их формы округлы, кожа нежна. Утянув меня за собой на постель, начали порочно разглаживать тело спуская мою одежду. Каждое прикосновение было блаженно, и лишь только будоражили мой разум. Я начал прибывать в новом забвении себя, становясь грубее и порочнее. Не смотря на все желания которые хотел воссоздать, глаза девушек все так же соблазнительно манили, в них не чувствовалось ни страха ни других эмоций лишь наслаждения и интерес моей персоны горел в них. Хватания за волосы, вожделенные поцелуи, разъяренные языки разврата блуждали по моему телу. Я давал спуск этим зверям, которые впивались меня от удовольствия доставляющее мне не меньшее. Все дурманило и пьянило, с их тел стекал алкоголь который мы вместе распивали, лишь больше погружаясь в пучину. Я был рад, я смеялся, я бесновал, гордился, я прибывал в возбуждении. Как будто был в огне, я весь пылал, выпуская демонов из себя, но моим еще предстояло ждать своего часу. Все же были рамки из которых еще нельзя было выходить, но от этого только слаще становилось ожидание, но и пока меня все удовлетворяло и от таких мыслей кружилась голова, вновь появлялись образы безумия, и понемногу я начинал терять контроль. Их спасло только мое извержение в этот момент. Пребывая еще некоторое время в усладах скоропостижно уснул.
Думаю опущу 4 пролетевших дня. Ведь в них не случилось ни чего интересного. Все повторяло 1й день моего визита к Графу Элвинскому. Лишь некоторые мелочи: как плата за услуги моего жилья,( снова оплачена неделя.) пари превратились в тренировки,(с каждым днем мне становилось все легче и легче фехтовать, стали появляться новые движения которые еще не позволяла мастерски делать моя неуклюжесть, но граф начинал уступать все больше и больше.) после чего мы беседовали, несколько раз в разговор вступала его невеста,(но тогда они становились более скучными. Мне было о чем по рассуждать, ведь я очень явственно впитывал информацию из утренней газеты, которую продавал мне мальчик, и как только речь касалась какой-нибудь от туда темы, я быстро собирал пазл от прочитанного, услышанного и добавлял фрагменты своих мыслей.) каждую ночь мы с Серхио отправлялись в наши странствия, так же менялось и место посещения. И в каждом услады отличались от предыдущих (но скажу одно, из рамок допустимого в этих домах не выходило, один раз всего лишь я испугал молоденькую проститутку слегка начав ее душить в порыве вожделения.) еще меня смущал маленький факт, который обрушивал всю мою нынешние сложившуюся жизнь и это деньги находившиеся в мешочке сделанном из одежды доктора и аккуратно лежавшие под кроватью. Дело было в том, что по моим ну не совсем точным подсчетам, ведя жизнь такую как она есть, денег мне хватит чуть меньше чем на месяц, не беря вдобавок скромную зарплату, на которую я прожил бы так всего лишь пару дней. Внимание стоило обратить лишь на вечер 4го дня. Именно на то, что Серхио на протяжении 10и минут обсуждал, что-то с моим работодателем после чего вышел с довольной улыбкой сказав мне: — Будьте готовы провести завтрашний день не так как обычно, я начну исполнять свои обязанности.: После чего мы пустились в новые приключения в новом доме наслаждений.
Наутро я очнулся в доме графа, ведь после ночных услад мы отправились к нему, ибо так было удобнее всего. Проснулся я от того, что меня будила Мирелла.( так звали горничную которая работала в этом доме. Именно она всегда приносила кушанья на наши встречи с Серхио. Была она молода, глуповата, иногда неуклюжа, но все же симпатичной.) Первое, что я увидел был ее маленький курносенький носик, веснушки которые были рассыпаны по нему и большие зеленые глаза. Она испуганно отпрянула от меня, неряшливо проронив слова. – Простите синьер, я просто..
— Просто разглядывали меня?: играющее спросил я. На что ее светлые щечки тут же побагровели.
— Ммм, нет, вы совершенно не правильно поняли, мне показалось, что по вам полз жук.
— Жук? Хм. Очень интересно, думаю я потом разберусь и по ругаю своих насекомых в голове.
Такого ответа она не ожидала, выдержав короткую паузу от растерянности, она вежливо сказала, что меня ожидает завтрак, поклонилась и ушла. Моя одежда была выстирана, поглажена и аккуратно лежала на стуле. Было очень необычно, что за столь короткое время она успела высохнуть. Быстро одевшись и сходив в ванную комнату, спустился в зал. Именно там был накрыт завтрак и хозяин дома вместе с невестой увлеченно разговаривали и поглощали молочную кашу со свежим хлебом. Поприветствовав их сел напротив и так же разделил с ними утро.
По тренировавшись немного сражению на шпагах,( в этот раз мы договорились на ничье, так как бой проходил весьма на равных и длился большое количество времени.) сели пить чай.
— Я задам вам до банальности глупый вопрос. Вы прочитали все здешние книги которые у вас имеются?: мой собеседник, весьма широко улыбнулся.
— Ох, что вы, хоть я и излюбленный читатель, но все постичь невозможно. Хорошо, что вы напомнили.: он встал прошел к стеллажу, который находился чуть ли не напротив от него и проведя пальцами по коркам книг, достал одну из них.: — вот возьмите, очень интересная книга, мне досталась она не легким путем. Многие из своих мыслей я черпал отсюда, думаю, вам она будет не мала интересна.: на красной обложке золотыми буквами красовалось число 120.
Около 4х часов вечера мы отправились в центр. Погода была пасмурна, и робкий дождик капал на окна кареты. Проехав сквозь большую главную площадь, на которой находился дворец, здание парламента, несколько огромных памятников. Доехав почти до дворца свернули налево, улица была не маленькая и кишила народом. Над головой, было что-то вроде фонариков и гирлянд. Экипаж остановился, и мы начали пробираться сквозь всю эту толпу. Было много всяких лотков с безделушками, игрушками и всякой такой чепухи. Вокруг витал дух праздников. Пройдя несколько минут над домами, зашли в магазин. Он отличался от уличного разгула. Тут было все аккуратно и строго. Меня быстренько приодели. Все по стандарту, но весь мой внешний вид подходил под трость и шляпу с синей полосой. На все отговорки от покупки, граф всего лишь вилял носом и говорил, что это всего лишь еще один скромный его подарок. Он же был при наряде.
Дождь усиливался, мы все так же пробивались через толпу народа, пока не дошли до золотистого маленького магазинчика, за витринами которого красовались карнавальные и все возможные маски, куклы и прочее. Долго мучая продавцов я наткнулся на то, что подходило именно мне. Черная маска закрывающая почти все лицо, лишь с краю у левой щеки был как будто отколот кусок на расстоянии от глаза, до губ и конца уха. Вдоль же правой щеки и подбородка были вырезаны тонкие золотые и серебряные закругловатые полосы. Мой сопровождающий же купил простую серебряную маску с пером.
Было уже двадцать пять минут 9го на моих часах, когда мы вышли из кареты перед входом в большой серый замок, чуть выше главной площади. Дождь уже был в ярости и с силой заливал терассу, по которой в ускоренном шаге проходил я с графом. Свет мерцал, все было ярко освящено, входная дверь была украшена пестрыми цветами, на ней весело, что-то вроде лица покрытого маской в шапке шута. Остановившись Серхио спросил: готов ли я к новым ощущениям? На мой кивок головой отворил дверь. Шепнув, чтоб я далеко от него не отходил.

Глава 6. Бал.
Мы оказались в большом белом зале, все просто было безупречно, отовсюду лилась легкая музыка, хрустальные люстры были огромными облаками над головой, свет от которых ослеплял и затекал даже в самые темные уголки, но казалось таких здесь и нет. Множество людей, в разных пестрых, необъятных платьях и костюмах. На всех были надеты маски, основная масса делая круг, общалась, смеялась, выпивала, другие же танцевали внутри этого круга. Везде мотались слуги с подносами так же в масках, все они были похожи образно. На заднем плане была огромная белая лестница покрытая красным ковром ведущая вверх. Нас встретило несколько молодых людей которые тут же забрали нашу верхнюю одежду и я пошел рядом с графом играя тростью. Сначала к нам притянулось лишь малое количество взглядов, тут же начиная шептаться. Взяв полные бокалы шампанского с мимо идущего подноса и сделав глоток, остановились и начали осматриваться. Все гудело от разговоров и музыки, ближе к лестнице свисали клетки, они блестели и были украшены шарами и различными завитушками, по некоторым проходило, что-то вроде веток и листьев. В них танцевали люди в шутовских нарядах, по одному или двум человек. Клеток здесь было около десяти штук.
К нам начали подходить люди, здороваться и расспрашивать кто скрыт под масками. Серхио узнавали почти сразу же, но как только речь доходила до меня, и я начинал представляться, люди как то странно реагировали, но довольно дружелюбно знакомились, почти все после знакомства расходились в стороны, и, я стал замечать как к нашим персонам начали притягиваться все больше и больше взглядов и шептания, понемногу нас окружали, и вот…
Я почувствовал ослабление, перед глазами промелькнули силуэты людей, это был бал, вокруг все кружилось в танце, а я просто на все это смотрел с улыбкой, на мне не было маски и в руке я не ощущал ни свою трость ни бокал шампанского. Впереди смеялась группа людей, некоторые мне улыбались и я явно знал их, несколько придворных дам, художник и какой-то мелкий барон, звали его вроде Орландо. Меня окликнули. Все на секунду осыпалось и передо мной были все вновь наряженные люди в масках, а те пропали, я вновь очутился рядом с графом держа в одной руке трость в другой бокал.: Что? Это временное остолбенение видимо нечто из прошлого, я бывал тут, скажу даже больше все это казалось очень знакомым. Нужно быть осторожным. Увидев, что немного озадачен, Серхио быстро увел меня на второй этаж и мы встали возле колон идущие отсюда к потолку. Они были тоже украшены разными блестящими украшениями, но в основном шарами и ленточками. Возле каждой стоял небольшой круглый столик, со всякими сладостями. Мы расположились тут в покое на некоторое время.
— С вами все в порядке?: озадачено спросил меня граф.
— Да простите, я немного отвык от такого. Все нормально.: мы запили конфеты шампанским.
Свет немного потускнел, что бы попасть к месту где мы находились, нужно было подняться по лестнице вверх, свернуть на право, спуститься на несколько ступеней, и пройти по полукругу до второй колонны. Люди здесь были поделены на более четкие группы от 2х до 5и человек. Ни кто не собирался в большие группы. Обстановка здесь была поинтимней. Каждый вел свою тему, громкого смеха и не слышалось, так небольшое хихиканье.
— О граф. Вы ли это?: Это сказал мужчина лет 50, обычного телосложения, с морщинистым лицом и немного обвисшей кожей, глаза скрывала черная маска. Он направлялся к нам с дамой чуть младше, пухловатой, с грязнорыжими волосами, но весьма красиво уложенными наверх, в желтом пышном платье. За ними тащилась молодая девушка, видимо дочь, лет 18и 19и, темные с золотистым волосы уложенными как и у матери, на них красовались бирюзовые, блестящие камушки, платье было так же похоже, отличалось немного лишь в пошиве и тонах. На лицо вроде была мила, (чертовы маски!). Сложив ручки внизу спрятанные в белые перчаточки, грустно оглядывалась по сторонам.
— Да вы правы, достопочтенный судья, это я. Добрый вечер мадам и милая миледи.
— Я вас узнал почти сразу. Но вот вашего спутника нет, сначала думал, что это Барон Конский, но вот вижу, что не он.
— Марк не на долго покинул нас, ему захотелось побывать не далеко от фронта. Но заверяю вас скоро прибудет. А это мой новый друг, Маркиз Андриан Де Давнес.
— Здравствуйте. Рад познакомиться. С вами, и вашими молодыми цветущими спутницами.: Я низко откланялся разводя в стороны руки.
— Благодарю вас молодой человек очень приятно слышать, от новых членов нашего общества столь приятные слова.: Протянув руку, тут же вмешалась в разговор жена судьи.: — А это скромняшка наша дочь, ну же, ну же не стесняйся, подойди, поздоровайся. Она у нас впервые на таком крупном шумном мероприятии.
Девушка осторожна подошла ближе, смущенно поклонилась нам и робко проронила.: — здравствуйте господа.: и немного смущенно отошла. Однако я успел схватить ее руку и притянуть к своей маске( ведь мои губы были закрыты.): — приятно познакомиться миледи, вы очень хрупки и милы.
— Ссспасибо.: протянула испуганно и покрасневши еще больше. Но как только наши взгляды пересеклись, ее глаза наполнились ребячеством и игрой.
Наш разговор пресек звонок, музыка стихла и все притянули свои взгляды к вершине лестницы. В колокольчик звонил мужчина, в черном костюме, через плечо проходила алая лента, на голове был парик и золотистая маска прикрывающая только глаза. Громким голосом он начал говорить.
— Добро пожаловать. Уважаемые господа и дамы, наши дорогие графы и бароны, художники и писатели, банкиры и прочие гости высшего сословия. Всех рады видеть в этом доме сегодня. На нашем празднике и маскараде. Надеюсь вы хорошо проводите время. А теперь пришло время встретить наших замечательных хозяев и тех благодаря кому мы здесь все собрались. Наша уважаема герцогиня Габриэль Санчес и её супруг Карлос Санчес.
Скрипка еле слышно зазвучала и из парадных дверей второго этажа, вышла молодая пара, и начала спускаться к гостям. Мужчина одетый в белый парадный камзол с желтыми поясками, литыми белыми пуговицами. Его грудь украшало несколько орденов. На глазах белая маска с длинными кончиками. Волосы темные, я их хорошо видел отсюда, поэтому заметил даже легкую небритость на лице. Весьма строен и подтянут как это и должно было быть у мужчины такого класса. Девушка же, на нее стоило обратить внимание. Длинные черные волосы, были чуть ли не распущенны, и свободно стекали с ее головы, на которой была надета красная маска с золотыми рисунками. Платье тоже было красное, пышное, с кружевами, алыми и солнечными вставками, для нынешнего времени очень необычное, т.к в таком ходили девушки стеснявшиеся свое фигуры, этой же леди жаловаться было не на что. Была ростом она не высока, ниже своего мужчины, но меня привлекали такие больше всего. Стройна, красива, платье лишь придавало ей шарму, небольшие каблучки на которых она благородно спускалась, были почти незаметны, грудь подтянута и весьма утонченной формы. Кожа нежна и немного смугла, настоящая сеньера. Из всех нынешних дам она была прекрасней всех, весь зал любовался как они идут нежно улыбаясь и приветствуя гостей.
Спустившись и присоединившись к одной из групп, которые тут же их окружили. Зазвенел 2й звонок и человек с колокольчиком вновь заговорил.
— А теперь рад вам представить Герцогиню Эвелину Алинскую.
Из тех же дверей вышла девушка на много отличавшаяся от предыдущей пары. Грудь пышной формы, низкого росточка, весьма вульгарное чернокрассное платье, на глазах черная маска, с которой спускалась сетка к губам. На высоких серебристых каблуках, но они были очень заметны. По красоте она уступала 1й герцогини, эта была самая настоящая самка и даже в ее походке не присутствовало ни капли нежности ни женской легкости. Она так же присоединилась к группе рядом. Прозвенел 3й звонок, скрипка так же сонно пела свою нежную песню которая рассеивалась по залу словно туман.
— К моей большой радости представляю вам еще одну прекрасную даму, Герцогиня Люциана Эгонсьер.
На мое большое удивление в этот раз двери не распахнулись, дама вышла из левого коридора, немного быстро и торопливо. Что-то внутреннее шепнуло мне, и я немного отошел за тень колонны, почувствовал ослабление, перед глазами вновь случилась каша игры света, различных людей и образов. Все потемнело, но вновь вернулось в нормальное состояние, едва устоял на ногах, хорошо, что это ни кто не заметил. Худенькая, в тонком узком фиолетовом платье, волосы немного короче чем у первой герцогини, на глазах была маска того же цвета, на ней красовались цветы, скрывающая пол лица и поднимающаяся чуть ли не короной вверх, по лестнице шла она немного неуклюже но все равно из-за всех сил пыталась скрыть это. Уже отсюда мне было видно, что она хрупка, ростом, лицом и фигурой так же походила на Габриэль, но на много худей, хоть грудь так же гордо выставленная вперед, на много красивей чем у остальных. Она кротко выглядывала из под платка накинутым вокруг шеи. Она присоединилась к 3й компании.
— Ну а теперь пришло поприветствовать хозяина этого замка герцога Дамиана Марнетто.
Наш вечер продолжился, в окне продолжила бесновать гроза, а мы все продолжали понемногу знакомиться с людьми. Здесь были и старые знакомые: граф Де Франсе, который по приветствовал меня всего лишь тихим кивком в мою сторону и продолжил слушать беседу между его группой в которую входила 2я герцогиня, рядом с ним крутилась его собачка по имени Август, здесь же был и толстенький Лунье, который как всегда громко хохотал, и чуть ли не зацеловал когда встретил меня. Был он в обществе финансистов, все как на одно лицо: пухлые, маленькие, толстозадые одетые в отличный черный сюртук и постоянно озирающиеся по сторонам, пахло от них сильно спиртным, хоть они и очень старались вести себя не вульгарно, тихо, обычно, из-за чего и походили на небольшую стайку молчаливых пыхтящих пингвинов. А так же еще один человек, которого я видел недавней ночью в одном борделе в объятиях двух мальчиков и девицы. Был он так же толст как и уважаем в своей церкви. Немного насладившись шампанским, шоу и вкусностями пригласил одну особу на танец. Танцевал я очень хорошо даже ни разу не споткнулся, им и еще несколькими приемами расположил девушку к себе и она стала на много ближе ко мне притягиваться. Серхио наблюдал же за всем этим со стороны, и после очередного танца сказал мне.
— Дорогой маркиз, может немного пустим услад в наше время?
— Что вы имеете ввиду дорогой друг? Спросил я немного запыхавшись.
— Ну думаю вы понимаете о чем я. Замок большой, укромных местечек и комнат тут полно, а девушек хоть отбавляй. И хочу заверить вас высшего класса, не то, что девицы в домах. Хотя я знал 2х богатых и чтимых дам, которые специально наряжались проститутками и имели услады с первыми встречными в домах, хотя все это держалось в тайне. Устроим небольшую охоту?
— В тайне? Ну да мой дорогой друг, от вас подобное не скроешь. Хотите заключить пари?
— Ах вы знаете чем меня дразнить, не откажу. Какие вы предложите условия?: Он поправил маску у носа, засмеялся и хлопнул меня по плечу.
— Ну, я пока пройдусь, погуляю, посмотрю как, да, что. Вернусь и мы это обсудим.: если честно мне ужасно надоело его постоянное присутствие. Складывалось впечатление, что я был его маленьким талисманом на удачу, он представлял меня, что-то рассказывал, хвастался. Не все разговоры я слышал, многие были скучны. За прошедшие два часа, что мы тут находились я ни чего интересного не узнал, как бы так сказать, дальше знакомства и нескольких банальных тем дело не шло. Вот и пришло время побыть в вольности, может где, что выслушать, может как то себя проявить. В общем мне нужно по наблюдать за всем без чьей либо помощи. Я покинул графа, все же мне ни как не переставало казаться, что он, что-то скрывает, его поведение выдавало себя, он нервничал сегодня, и когда я вел с кем-то разговор, Серхио внимательно вслушивался в него. Загрузившись такими мыслями, я осматривался и не торопливо бродил среди радующихся, празднующих дам и кавалеров. Тут я на кого-то наткнулся.
— Извини… Ты?
— Прошу прощения, я вас случайно задел.: передо мной стояла та прекрасная замужняя герцогиня, я был прав, коснувшись ее в ту же секунду ощутил нежность ее кожи. Только в последний момент, из-за секундной растерянности вдумался в слово “ты”.
— Ой, я наверное ошиблась. Кто вы?
— Маркиз Андриан Де Лавнес.
— Хм, впервые слышу это имя, может более ясно представитесь?: девушка любопытно меня разглядывала, но всего лишь короткий промежуток времени, после чего, ее красивенькие большие глазки устремились на мою маску, и как будто пытались снять, чтобы увидеть лицо. Наши глаза встретились, она не оторопела и взгляд ее даже не дрогнул. Он стал спокойным, нежным, уютным. Не отводя наши глаза, мы продолжили разговор, голос теперь ее стал легче, в первых словах слышался немного противный писк, но сейчас голос вполне мне нравился.
— Ну скромному туристу и гостю нечего рассказывать, ну лишь только то, что я прибыл в эту страну и этот город по некоторым делам. В этом же замке я очутился вместе с моим знакомым графом Элвинским.
— Хм.: вновь протянула она.: — очень интересно, думаю сейчас не время расспрашивать всякие мелочи и причины. Я рада с вами познакомиться.
— И я госпожа.: мы поклонились медленно друг другу. Но наши глаза не отводились. В ее мерцал маленький огонек и иногда поблескивали, будто, что-то искали. Мои же просто любопытно и жадно впитывали красоту, глубокость и пытались разглядеть хоть маленький намек. Вдруг вновь зазвонил колокольчик, все и мы не исключение повернули голову туда, откуда доносился звон. Это был тот же мужчина, примерно на том же месте, когда представлял герцогинь.
Ее, что-то искали. Думаю они пытались вспомнить откуда меня знают. Все же я не знаю сколько пробыл времени в больнице и сильно ли изменился.
— А теперь дорогие друзья пришло время снять маски и показать наши лица. Это маленький сюрприз, а так же после этого нас ждут много танцев и угощений. Когда я хлопну в 3й раз, мы обнажим наши лица.
В зале воцарилась тишина, даже скрипка смолкла. Лишь эхом разразилось три хлопка прошедшие громом по всему залу, ведь почти все начали повторять эти удары. Но как только раздался последний, к белоснежному, золотому небу устремилась сотня масок, лишь немногие гости спокойно сняли их. Особенно радовались дамы, они кружились смеялись и кокетничали. Герцогиня наблюдавшая как ее маска порхает где-то в высоте обернулась на меня. Я был прав. Красивые нежные глаза, немного пухленькие щечки и губы, придавали её изящества, длинные тонкие брови, яркий взгляд, небольшая горбинка на носике, высокий красивый лоб на котором красовалась родинка.
Наслаждаясь ее внешностью, я взял и медленно снял маску, подняв после этого глаза и взглянув прям на нее, спокойно и с наслаждением.
— Прошу прощения, но когда я вас случайно задел, вы сказали “Ты”, что это значило?
Она медленно обглядевшая меня с ног до головы еще раз взглянула в глаза и мягко сказала.
— Простите я вас спутала с одним моим хорошим знакомым. Вы просто похожи на него. Но увы сейчас его со мной нет.
Ее глаза стали мокры и на лице скользнула печаль.
— Ах вот где ты мой заграничный друг.: к нам подошел Серхио и взял меня за руку.: — Добрый вечер миледи, прошу меня простить но я украду вашего собеседника, а то он так и норовит проиграть пари.: не дав сказать мне ни слова и не дождавшись ответа девушки он быстро утащил меня за собой.: — Я конечно понимаю ваши не дурные вкусы. Но вы слишком высоко метите. Излишне внимание к нам сейчас ни к чему. Вы бы видели как вас сверлил ее супруг, так, что скажите мне спасибо. Я спас вас от ненужной дуэли, которая могла окончиться весьма плачевно.
— Я конечно понимаю ваши опасения. Но у меня не возникло ни одной пошлой мысли на ее повод. Что хочу заметить очень странно. Наша встреча произошла случайно. И даже под таким предлогом я не собираюсь себе отказывать. Я привлеку столько внимания сколько нужно, хоть и буду осторожен. А теперь прошу меня извинить, я продолжу свои поиски.: Я отдернул руку и пошел по своим делам.
Я был немного раздражен. Граф слишком уж был напорист, неужели он рассчитывал, что моя роль тут всего лишь как его марионетки. Нет уж извольте, у меня есть свои идеи, замысли и задачи. Но сейчас ко всему этому прибавилось хорошее провождение вечера.
Музыканты играли на своих местах разнообразные танцевальные мелодии, иногда прерываясь на несколько минут, люди в клетках уже уставшие сидели в них, лишь немногие из них еще веселились и играли с публикой. Иногда им даже просовывали сквозь решетку сладости. Центр зала с каждой минутой пустел и желающих танцевать было все меньше и меньше. Я увидел знакомую фигуру. Да это была дочь того судьи, сейчас она одиноко сидела слева от зала, возле длинного стола со вкусностями и грустно смотрела куда-то. Я решил подойти и завести разговор.
— Почему же вы сидите одни в столь красивый и приятный вечер юная леди?
— Ох маркиз это вы?: растерянно спросила меня. :- мои родители удалились к господину Дамиану и оставили меня здесь, что бы я не была обузой.
— Что вы моя госпожа, я уверен вы совсем не обуза. А ваши родители не взяли вас потому, что ваша красота отвлекала бы герцога от важных дел.
Она вновь покраснела. Мы нашли несколько банальных но интересных тем для разговора. Девушка была совсем еще юна. Речь ее была образована и чиста, без всяких украдок, коварства, лжи, она не видела причин для скрытностей, поэтому и была полностью со мной открыта. Она даже и не могла представить к чему может привести наш разговор. Ведь она все больше наполнялась доверием ко мне. Начинал проявляться интерес к моей персоне. Иногда словами так легко манипулировать, строить сложные системы того, какие действия в дальнейшем нужно совершить. Иногда это легко, нужно всего лишь окунуться в свои мысли и быстро подбирать из них то, что нужно. Прошло всего несколько минут и простой разговор превратился в легкое заигрывание с обеих сторон. Краем глаза я увидел, что середина зала где все это время танцевали гости опустела. А музыканты окончив играть хотели разойтись на короткий перерыв. Это был отличный шанс оказать впечатление на мою собеседницу и на окружающих.
— Вы умеете танцевать?
— Да, я занимаюсь танцами. А что?
— Подождите меня тут, я скоро вернусь.
Она кивнула. И я отправился к музыкантам и начал упрашивать их, чтоб они с играли еще одну композицию любую на их выбор. Они долго мне пытались сопротивляться, но увы успех ждал только меня. Я вернулся за Галистиной, так звали эту молодую особу. Взяв нежно ее за руку помог встать, потянул за собой в центр зала. В нем оказались только мы, я близко прижал ее к себе и мы стали в положении начала танца. Я был немного удивлен, она покорно слушалась меня, наверное это ее привычка хорошего тона, но если подумать..
Заиграла быстрая музыка, с большим акцентом на скрипку и ударные инструменты, тут так же присутствовал рояль. И я направил нашу пару в танец. Музыка была сексуальна и поэтому моя душа полностью отдавалась всему танцу. Думаю всего через несколько секунд от начала танца на нас смотрел весь зал. На лице девушки играло очень сильно смущение, она немного растерялась. Но мое ведение и ее неплохие данные и способности помогли ей не убежать и довольно гордо и хорошо держаться в танце. Она была молода и свежа, плюс ко всему очень хорошо двигалась, мы полностью отдались танцу и нашей фантазии. Она обхватывала меня ножкой, обнимала, тянула к себе, отталкивала, играла. Мы очень распалились и всего лишь через несколько взрывов в музыке уже тяжело дышали. Но это было почти не заметно мы увлеклись друг другом. После окончания танца нам аплодировали. Довольно большая группа людей захотела нас окружить, но я утягивая за собой запыханную девушку ловко спрятался от их глаз. Мы поднимались вверх по лестницам и блудили по темным коридорам. Наконец оставшись наедине начали смеяться и игриво хватать друг друга за одежду. Спустя несколько минут мы уже застыли в поцелуе. Кожа ее была нежна, ростом не высока, лицо кругленькое нежное, еще совсем юное. Глаза немного смешные, зеленые, щечки слегка пухловаты, что делало ее лицо еще милее. Понемногу мы становились распущенней мои губы тянулись по ее коже у шеи, она гладила мою голову. Во мне бесновались два чувства. С одной стороны не хотелось портить столь юную особу, но с другой от этого становилось только слаще. Добавим к этому мое пари с графом. Да, я не собираюсь отказывать своим желаниям из-за совести. Доведя до пика соблазна наши ласки, я подхватил ее и медленно шагая к двери находящейся сзади открыл ее. Тут было совершенно темно. Но вроде это была одна из спален. Как ни как кстати. Уверив и обнадежив мою спутницу стал снимать с нее одежду.
Ладони скользя провели по ее щекам, спускаясь ниже к ропотливо подергивающейся шеи. Ниже набухшая, желающая и вздымающаяся грудь. Корсет был распущен, сорван, тело обнажено. Губы от губ, вниз по шее, язык пустился гулять по нежной коже растляя бедняжку в моих кольцах желаний. Платье скинуто к ее скромным ножкам, а тело уже пылает. Желает меня. Меня внутри. Ее руки дрожа и торопясь вцепились в ремень, пуговицы рубашки легко выскользнули из своих петель. Вздох, стон, непорочность растлена. Похоть танцует своей веселый танец от резких толчков до искушенных воскликов и стонов. Полностью отдавшись мне, мы скрасили пикантными удовольствиями этот и на то не плохой вечер.
Да граф был прав, имелись некие отличия между дамами и блудницами в домах, но их друг от друга ограничивает лишь шаг. Мы уже были внизу, видно было, что ряды гостей поредели. Клетки были пусты и музыка уже не играла, все близилось к окончанию. Вид у моей спутницы немного взъерошен, а походка смущена усталостью. Она немного краснела когда на нас бросали заинтересованные взгляды и вновь шептались. Я отыскал Серхио и кивнул ему. Он же улыбнувшись мне продолжил пить вино. Не прошло и пяти минут как к нам подошли ее растерянные родители.
— Маркиз куда вы увели нашу дочь?: гневно и обеспокоено спросили.
— Понимаете, после танца юной леди стало жарко, немного дурно, и огромное внимание ей было не к чему. Поэтому мы сбежали, гуляли по дворцу и дышали свежим воздухом у окна. Вам не о чем беспокоиться.: говорил я спокойно, добродушно. А последние слова сказал очень нежно. Вдобавок Галистина смущенно кивала. Поэтому грозный судья и его супруга успокоились и стали мягче.
— О простите Андриан, мы просто, ну вы понимаете. Да это похоже на нашу милашку. Мы видели ваш танец, не полностью у нас было очень важное дело.
— Ни чего страшного, я понимаю вас как любящих родителей которые беспокоятся за своих детей, особенно за столь юную красавицу. Просто я увидел ее одну скучающей. Поэтому решил немного ее развеселить и чем-нибудь занять. И хочу заметить она у вас прелестна. Я прошу у вас одобрения и разрешения встречи с ней.: мне нужно было быть мягким и дать намеки, а то эта глупышка в обиде могла и все рассказать, да и мне следовало задобрить ее родителей. Проблемы с судьями мне были не к чему.
— Ох маркиз вы истинный джентльмен. Думаю если наша дочь согласится то это можно было бы устроить на следующем балу, он будет довольно таки скоро.: сказала миледи, они взяли Галистину под руку и удалились. Оторвавшись от своего места ко мне начал подходить Серхио, но вдруг моего плеча коснулись. Я обернулся.
— Вот значит как вы отлыниваете от работы? Тс- тс- тс, не хорошо.
— О здравствуйте Куро. Не ожидал вас здесь увидеть. Однако у меня и нет оправданий. Думаю весь сегодняшний свет собрался тут. И поэтому я решил присоединиться к нему.
— Не волнуйтесь граф Элвинский предупредил меня вчера и упросил вас отпустить. Так, что ни чего страшного. Развлекайтесь. Но завтра, снова вас жду.
Он ушел, в сопровождении двух его красивых спутниц, они были одеты как и он, в восточные праздничные костюмы. Но в отличие от моего работодателя, их платья были очень коротки. Ко мне подошел Серхио. Немного расспросив и отдав мне мой скромный выигрыш. Собирались провести остаток вечера спокойно. Еще несколько знакомств комплименты и вопросы в мою сторону. Нам все хорошо удавалось до тех пор пока с нами не решил познакомиться один господин.
— Здравствуйте. Так это вы тот человек, которого все сегодня так бурно обсуждают.
Я обернулся, это был хозяин замка. Он явно меня оценивал слегка со скептическим тоном. Серхио ужасно напрягся и занервничал. Это было видно. Ведь он оторопел, побледнел и волосы слегка вздыбились. Поэтому пришлось ответить мне.
— Не знаю, кого и, что обсуждают сегодня здесь. Но если это так, то я буду польщен.
— И так, как вас там? Маркиз Де …?: Его карие глаза показывали всю его бесчувственность.
— Андриан де Лавнес.: Холодно ответил я.
— Ах да. Что вас привело к нам? Да и тем более на мой праздник?: он недовольно сложил свои утонченные губы.
Тут вмешался граф.
— Ох добрый вечер господин Дамиан. Мой друг здесь проездом. Его очень заинтересовала нынешняя жизнь и он попросил меня, ее немного показать.
— Вдобавок у меня еще есть несколько дел здесь, на самом деле.: вставил после я.
— Хм, и каких же? Думаю они имеют отношение к нашим окрестностям и политике, поэтому можете обсудить их со мной.: Он не переставал обглядывать меня, его взгляд цеплялся за каждый шов на моей одежде и в каждый клочок кожи.
— Я привык разбираться и узнавать обо всем сам. Поэтому я на милость откажу вам. Не хочется портить нынешний прелестный прием и удручать хозяина вечера мелкими забавами, идеями и трудностями.
— Ну что ж, думаю сам город приведет вас ко мне. Но не могу ручаться за мое расположение духа в тот день. А пока отдыхайте рад слышать, что гостей из-за границы заинтересовала наша жизнь.: он криво улыбнулся и ушел.
Остаток вечера прошел спокойно и без сюрпризов. Распрощавшись с графом я отправился в экипаже домой. Обдумывая и анализируя нынешний вечер.
Утро прошло как обычно, да и наверное последующий остаток дня тоже. Лишь некоторые мысли по поводу вчерашнего маскарада, общества и прочих подобных тем. Как обычно тренировки с Серхио. Мои силы как мне показалось уже окрепли. Пока все шло ровно. Новостей не было. Мне нужно было думать, что делать дальше.
Вечером в клуб пришли Гюстав и Франсуа. Заказ был прост, яблоко, корица – классика. Быстро сделав то, что они хотят как всегда присоединился к их дискуссиям. В начале темы были обычные. Все склонялось к банальному и мне стало весьма скучно. Потом снова разговоры про вчерашний вечер. И наконец, речь зашла обо мне.
— Ну что дорогой маркиз? вы уже обустроились?: спокойно перевел тему и свой взгляд на меня Гюстав.
— Можно сказать и так.: я понимал, что этот человек попробует разузнать обо мне максимально. Что касается господина Лунье, его роль врятли была важна. Он приходил сюда лишь под мотивом отдохнуть. – Хотя я еще не нашел четкого баланса для долгого пребывания здесь.
— И что же вас тут так заинтересовало, или же вы гонитесь за определенными целями?
— Пока моей единственной целью является твердое положение в обществе вместе с моими прихотями. Об остальном я позабочусь позже.
После нескольких едких расспросов, мы вновь заладили обычные темы. И остановились на семье и родстве.
— А как у вас обстоят дела с семьей Андриан?: Спросил меня Лунье.
— Я один. А за делами на родине следят мои подопечные. Каждый месяц я получаю отчеты. Так что сильно из-за этого не волнуюсь. Я привык быть одиноким и всего добиваться сам. Мое же положение я как всегда отношу к случаю и возможностям жизни. Так, что мысли родства и семьи меня не притягивают.
— Да знал я одного господина.: Задумчиво протянул граф. – подарив сыну жизнь, отправив его в школу фехтования и еще на несколько мелких занятий. Думал, что он заслужил почтение у своей семьи. Ведь как ни как отец, и его только в следствии этого должны уважать. Но как он сильно заблуждался. После того как его дела пошли неладно из свирепого человека превратился в неженку. Было противно на него смотреть. Он постоянно жаловался слугам, пытался найти отвлечение. Но все безуспешно. Решил вновь вернуться к семье. Но было уже поздно, им он был совершенно не нужен, то, что было сделано ранее, уже давным-давно прошло. И ясно, что этого было недостаточно для сейчас. Он пытался найти поддержку у семьи но от этого становился только более жалок. Затем дела пошли еще хуже. Ему отказала любовница с которой он видел новый свет и думал с ней уйти от прошлой жизни. Постепенно финансы тянули его к нищите. Этот граф стал ставить сопоставления с жизнью других и думал, что его родные так же несчастны как и он. Позже на него совершенно перестали обращать внимание. Так он и зачах. А все остальные продолжили жить как будто его и не существовало.: Он прокашлялся. – кхм простите бросило в воспоминания.
Прошла недолгая пауза, мы поели, я сменил угли и Франсуа снова ко мне обратился.
— А как на счет женитьбы? И детей?: нахмурившись спросил он. Граф молчал и медленно потягивал вино.
— Ну брак обременяет. И врятли будет та девушка которая меня на столько заинтересует, мне свойственно быстрое надоедание во всем.
— А как же любовь? Вы испытывали ее?
— Испытывал. В последствии нее я и начинаю все иначе рассматривать. Мне не свойственно однообразие и на вечность у меня ни что не затягивается. Но повторюсь, здесь дело случая. Дети бы пришли как опыт и получение удовольствия от обучения не больше.
Проводив вместе с Куро гостей, и дождавшись Серхио мы вновь отправились в дома услад. В этот раз я решил немного по экспериментировать.

Глава 7. Услады.
Уже сильно похолодало. Но меня спасал мой ужасно теплый свитер с высоким горлом и пуговицами сшитыми на заказ. Уже прошло больше двух недель с того маскарада, в котором как я узнал позже от Серхио принимали участие почти все “гордые орлы”. Управляли ими герцог и три герцогини. Именно они вели войну. Но думаю, тут принимало на много больше людей значения. Граф Элвинский отправился как он сказал по делам в провинцию. И уже четыре дня я без его попечительства. Еще в последнее время я зачистил в “Нежные грезы” это был клуб Куро, в который меня впервые отвел Серхио. На это была особая причина. Не то, что бы меня сильно интересовали жрицы любви, которые там были. Я перепробовал почти со всеми все, что можно было придумать не нанося им ни каких увечий. Но хочу заметить иногда я себя не сдерживал и мне приходилось выплачивать небольшие штрафы за мои гнусности. Меня интересовала тамошняя горничная по имени Мериди. Мы стали близки, очень часто по утрам вели разговоры. И мне стало заметно, что с каждым днем она все более гневно выгоняла девиц из моей ложи.
Вот сегодня после очередного рабочего вечера, я вновь отправился туда. Дорогу я уже хорошо знал. И быстро добравшись пешком, дыша морозным воздухом и наблюдая за несколькими разбоями, которые будоражили мою кровь, однако для них я был незаметен. Прибыл в клуб. Сегодня вдохновившись тайными желаниями и сводящими с ума идеями заказал юношу и девушку. Мериди проводила нас молча, ее не сильно интересовали мои шалости. Закрыв за собой дверь оставив ее по ту сторону разврата. Меня окружили пороки, я уже не первый раз экспериментировал с такими удовольствиями, обычные наслаждения стали скучны. Хоть девушки и прильщяли меня больше, я не был привередлив и хотел выполнить все свои желания. Вновь и вновь мое тело окружалось поцелуями, ласканиями, я обрушивался вниз, мне нравилось это, я не испытывал отвращений, меня трусило лишь от вожделения, безумства, испробывания нового, шаткого чувства эйфории, когда грань между мерзостью и привычным стирается. Сложно представить, что творилось внутри меня. Полнейший хаос жажды. А мои спутники и спутницы пороков пытались утихомирить моих демонов, которых с каждым днем становилось все больше и больше. Но уже и этого полового разнообразия мне становилось мало.
Меня разбудил свет бивший мне в глаза. Моя горничная открыла шторы и утренний свет влился в комнату. Как обычно выгнав людей из моей спальни, собиралась уйти. Но я попросил ее остаться и предложил присесть рядом. Поблагодарив ее за роптания надо мной начал жаловаться, что мне ужасно приятна ее компания и, что утро она встречает со мной. Ее глаза начали дрожать от этих слов и она прильнула ко мне. Она начал говорить что неравнодушна ко мне. А мои приходы ранят ее, ведь не она дарит мне тепло и наслаждения. Что вместо того, что бы приходить в эту спальню она хотела бы просыпаться здесь рядом. На эти слова последовал мой ответ поцелуем, после чего она растаяла в моих руках. Проведя рукой по ее нежным ножкам скрытым в чулочки, уложил ее на постель с которой только поднялся. Руки скользнули под юбку, затем перекинулись наверх и коснулись молодой груди, тут же стиснув ее. Девушка трепетно простонала, а я вновь растворился в желаниях. Она позволяла мне все. Но в некоторой последовательности, грубый порок, привязывания, что на кистях остались легкие следы, ведь ее тело было натянуто, а запястья вдавлены в мягкую постель, шлепки, укусы, сжимания, которые нравились нам обоим, был нежен.
Задержавшись на пару часов опоздал на завтрак. Мериди рассказала мне полезные вещи, которые в скором времени мне бы очень пригодились. Один ее знакомый, который был из тех типов которые чувствовали себя как рыба в воде среди этих темных закоулков. Помимо своих темных дел с незаконной купле-продажей диковинных вещиц очень хорошо и качественно подделывал документы. Именно по этой причине ей быстро удалось заполучить такую хорошо оплачиваемую работу. Ведь Тадаши позволил работать мне без лишних вопросов по факту моей знатности. Однако к своим же остальным работникам, особенно к девушкам он был строг. Ну наверное кроме своей свиты, которая была исключительна из азиаток и которые почти постоянно окружали его в своих пестрых коротких халатиках. Мы оставили этот разговор между нами, как и все сказанное прежде.
Мой день был свободен как обычно до восьми. Поэтому я неспешно стал прогуливаться по улицам, разглядывая вывески магазинов и всякие объявления. Затем я повернул в парк, проходивший между моей квартирой и клубом. В последнее время я очень часто стал проходить через него ведь по его окончанию стояла длинная аллея, которую закрывали различные дома поставленные в линию, бывшие: то магазинчиками, то какими то студиями, или же газетными редакциями, несколько кафе, очень удачными по своему местоположению. Ведь оттуда открывался прекрасный вид, на почти осыпавшиеся деревья, но еще зеленую траву, которая сопровождала всю аллею в своих небольших садиках. Иногда встречались памятники писателям или же фонтаны ждавшие своего времени и прибывали в запустевшем состоянии. В последнее время меня стало окутывать ощущение дежаву. Похожее было на балу, и еще в нескольких местах. Добравшись до дома заглянул к старику, мы как обычно выпили чашку чая и по рассуждали немного о дальнейших планах на будущее. Его радовала нынешняя жизнь, после бурной военной молодости. Почти все время он вдавался в воспоминания и рассказывал о той жизни, о разных людях и о разных жизнях которые присутствовали в его памяти. Иногда останавливались на какой-нибудь теме, рассуждали и рассматривали ее. Я впитывал все его рассказы как губка. Иногда их можно было перефразировать на свой лад и воспользоваться.
Кальяны давались мне уже легко и я не испытывал затруднений в работе. Хотя сегодня меня ждал ожеотаж и большое количество людей, в их ряды входили и несколько моих знакомых преобретеных в домах, и судья, отец той милой девушки, с которой я провел несколько сладких моментов на маскараде. Он пригласил меня на обед, послезавтра и я с удовольствием согласился. Заработав небольшую суму на чае, я спросил Куро есть ли где-нибудь такие диковинные места где будоражит кровь и есть, что-нибудь необычное и интересное. Немного по размышляв, он сказал, ему знакомо одно такое место которое меня заинтересует. Пока мы ехали туда в карете он рассказал откуда ему о нем известно. Что именно тут мой работодатель берет травы, табак и еще несколько пикантных добавок для своих заведений. Это было не так далеко, снова за мостом. Местность была неприметная, недалеко от рынка, в зашарпанных от бедности домах, где отходы выкидывались на улицы из окон, где так и веяло нищетой, тухлостью и еще какими-то невежественными запахами. Мы вошли в один такой неприметный дом. Немного по петляв в здешних лабиринтах, однако я хорошо запомнил дорогу. Тут было темно, нас ни кто не встретил и мы прошли дальше по коридору, выйдя в небольшой зал. Тут было много диванов несколько столов, на всех сидели девушки в черном белье, с блестящими серебряными каплями у глаз и с большими ресницами. Вместе с ними были несколько темнокожих и почти все забавились, шептались, пробовали и вкушали те пикантные удобрения, про которые мне рассказывал Куро. С разных сторон выходили комнаты, в них находились люди рисующие машинками татуировки и делающий всевозможный пирсинг. Иногда раздавались стоны и тихие разговоры. Свет здесь был красного оттенка и весьма приглушенный. На нас обратили внимание всего лишь секундно. Поздоровавшись кивком, Куро прошел дальше и открыл подвал, который находился позади этих людей и спустился вниз. Я последовал его примеру и очутился в огромном, просто гигантском зале. Тут было, что-то вроде рынка, некоторые лавки толпились рядом, другие стояли по одиночке. Людей здесь было много. Интересно как они умудрялись все отовсюду выходить незамеченными? Здесь было наверное все, что только можно придумать: драгоценности, клинки, оружие, фрески, животные, картины, тут даже умудрялись торговать людьми. Несколько знакомых лиц встретилось мне тут. Они подбирали себе краденные вещички и еще разные запрещенные вкусности. И поэтому не очень возжелав входить в контакт быстро терялись среди толп и лавок. Некоторые же не обращали внимание, либо делали лишь вид.
В скором времени Куро оставил меня здесь одного. Сказав лишь то, что он приобрел в чем нуждался и, что б я был осторожен здесь. Я поблагодарил и он потерялся из моего виду. Меня же привлекла лавка с различными насекомыми. Продавец был взрослый мужчина с костяшками в носу. Заметив меня предлагал различных букашек, пауков и скорпионов. Все они казались прекрасными но банальными и скучными. Но вот я заметил одну интересную штуковину которая с удовольствием пережевывала небольшую ящерку.
— Кто это прекрасное создание?: Поинтересовался я.
Заметив мои блестящие глаза и довольно улыбнувшись взял ее в руки и она нехотя поползла по ним.
— Это сколопендрия гиганская, очень интересный хищник. Впрыскивает яд и парализует жертву. Очень популярное домашнее животное среди любителей таких созданий.
— Ее яд опасен для человека?
— Обычных нет, а этой красавицы даже очень. Вызывает жжение в месте укуса, и параличь на несколько часов того места и конечности куда был произведен укус, вдобавок она на много быстрее и подвижней своих сородичей.
— Чем она так необычна и не боитесь ли вы ее?: Все с большей заинтересованностью разглядывая красный панцирь и ее белые ножки, которые медленно передвигались по руке торговца.
— Нет, что вы. Она привыкла ко мне. Ну она единственная в своем роде по причине некоторых скрещиваний и досталась мне нелегким путем.
— Что ж понятно. Позволите?: и я протянул свою руку к его.
— Будьте осторожны. Она не любит незнакомцев.: и поменяв ее направление в другую сторону перевел свои руки к моей.
Многоножка быстро переползла на мою руку, немного испугав продавца, он было хотел ее схватить, но я остановил его. Тот только изумленно поглядел на меня. Создание свернувшись клубочком и полежав так немного переползла через круг своего тела и немного приподняла голову наверх якобы взглянуть в мое лицо. Прошла небольшая пауза мы как будто вглядывались друг другу в глаза. Мне было сложней у нее они были маленькие черные, расположившиеся над красной головкой, под которой величаво находились ее челюсти с коготками. После чего она начала медленно ползти по моей руке. Постепенно добравшись до плеча она продолжала идти. Мне было очень интересно, что она будет делать дальше. Однако испуганный продавец говорил мне, что нужно закончить этот маленький эксперимент и лучше он уберет ее обратно в аквариум. Я же не обращал внимания на его предупреждения. Тем временем маленькое немного скользкое и щекочащее меня тело, обвило мою шею. Замкнув кольцо впилась лапками в кожу и улеглась. Мне было приятно ее ощущать и мое тело подергивало от того маленького хрупкого ощущения эйфории. Мужчина продававший это милое создание глазел на эту картину с вытаращенными глазами.
— Впервые вижу такое поведение. Обычно она агрессивна и сразу же кусает тех кто ее взял в руки, а тут и в общем уснула.
— Беру!: не задумываясь сказал я.
Да эта малютка стоила весьма дорого. Но она так крепко спала у меня на шее, что я не мог ей отказать. Приобретя еще одну интересную, как мне сказали расслабляющую штуку, поднялся в дом. Через, который мы вошли сюда. Подложив под язык тот красный кислый но приятный по вкусу корень купленный только, что внизу. Узнал про возможность здесь отдохнуть. Увидев в ответ лишь кивки согласия, присел на один из диванов. Меня тут же окружили две смуглые красавицы, прильнули и жутко завизжали, увидев мою новую зверушку тихо спящей на моей шее. Их успокоили, но ко мне уже ни кто не осмеливался подходить и в мою сторону кидали нервные обеспокоенные взгляды. Мою голову склонило жуткое расслабление, и тело почти пришло в негодность. Выбросив уже использованный корень, я с трудом встал и начал разглядывать комнаты рисовальщиков. Из одной такой комнаты вышла девушка и громко смеялась. От этого смеха меня бросило в дрож. Не то, что бы он был ужасен. Немного противен и забавен, но тут было нечто другое. Я обернулся в ту сторону. И да это была та герцогиня в фиолетовой маске. В тот вечер я ее больше не видел. И странная тьма стянула мое тело. Она однако заметив меня, немного остановилась перестала смеяться но улыбаясь, подошла ко мне.
— Мы случайно ни где не встречались?: голос был ее так же забавен как и смех.
— Думаю, мы виделись на празднике. Я Андриан, но у нас не было возможностей переговорить.
— Ах! Вы тот маркиз который весьма разбавил своим присутствием нашу обстановку.: улыбаясь ответила мне она. Хотя было видно, что она мыслями где-то в другом месте. Наряд, как и в прошлый раз был интересен, что-то на подобие мужских брюк, тонкая рубашка черного с фиолетовым оттенком цвета, расстегнутая так, что бы с достоинством виднелась ее красивая грудь. Мелкие черты личика. Была она очень хрупкая, худенькая, с тонкими губками и глубокими глазами, с длинными волосами и челкой, которая скрывала ее лобик. Очень красива, я затаив дыхание разглядывал ее.
— Очень приятно было вас увидеть. Но прошу прощения, меня ждут дела.: и она удалилась перед этим немного проиграв языком своими сережками находившимися на нем.
Попрощавшись с девушкой, решил тоже немного кое, что изменить в себе, зайдя в одну из комнат разделся и попросил пробыть мне язык.
Деньги я потратил все, и мне пришлось идти пешком. Язык болел, на шее по прежнему спала сороконожка, а я размышлял. Ведь после рассказа того человека, который сделал маленькую дырочку в моем языке и просунул туда сережку, мне было ясно как остаются незамеченными все те люди внизу. Все было довольно просто. На самом деле этот дом был не единственным входом и выходом. Их было куча, каждый охранялся и за каждым следили. Меня бы не пустили туда не будь со мной Куро, когда я уходил мое имя записали в книжечку, и сказали, что в следующий раз мне будет лучше если я возьму свои документы. Мои размышления остановил голос.
— И куда это вы идете господин? В такое то время.
Я прошел сзади базар, и совершенно не заметил, как меня окружило трое человек. Я был задет врасплох. Ведь ответить я не мог, язык очень болел, да и говорить было бы очень сложно, но я все же решил договориться.
— Здластвуйите госпада. Меня пливели сюда дела.
— Глянти кА! Да он еще смеет издеваться и шутить. Как не культурно! Придется нам исправить это. Ведь так друзья?: Каждый из них стал приближаться, довольно смеясь, один из них достал нож, двое других палки и как мне показалось, в них были вбиты гвозди. Отбив выпад одного из них бросился бежать. Бандиты устремились вслед за мной. На улицах не было, ни единой души. Поэтому ждать помощи было неоткуда. Я был быстрее своих преследователей, но в полную скорость мне мешала бежать одежда, добавляла мне скорости лишь та небольшая боль у шеи от маленьких лапок животного. Немного оторвавшись от них, я уже стал радоваться, но вдруг оказался в тупике. А бандиты уже зашли вслед за мной. Бежать было некуда, пришлось принимать бой.
— Добегался кривляка!: сказал запыхавшись один из них.
Я достал клинок из своей трости. Нападающие остановились, немного поглядели и принялись нападать. Приняв удар палки на мою маленькую шпагу противника находившегося слева, немного отступил ведь он пытался меня прижать. Ему это удалось ведь по физическим качествам он был сильнее, потянулся к моей шее, чтобы придушить. Но как только он за нее схватился, быстро отдернул руку с криком. И выпустив палу, схватился за нее другой рукой. На моей шее я почувствовал движение. Видно непрошенный гость нарушил сон моего маленького опасного зверка. Более плотнее стиснув мою шею чуть не придушив вновь замолчала. Это меня немного придушило но я не стал вредничать по этому поводу. Мне даже это немного нравилось в этот интересный момент. Двое других преступников, смотрели на корчившегося в агонии несчастного.
— Ах ты сволочь!: Сказал второй человек с дубинкой и с криком меня атаковал. Спокойно отбив удар пронзил его тело как жирную свинью штыком. Он поник и я пнул его ногой. В глазах третьего наблюдался страх и неловкость. Его нож смотрелся зубочисткой на примере моего орудия. Но наверное дело было не в этом. Я приближался к нему с широкой улыбкой и чуть ли не смехом, который меня раздирал изнутри. Разобрался с легкостью и с ним. Немного поиздевавшись над всеми тремя и сделав небольшую рану на руке первого нападавшего, перед этим проткнув его ноги, пригвоздив раздраженную руку к земле, наступил на тело. Снял с шеи моего нежного питомца и положил рядом с раздвинутой раной. Его глаза были наполнены страхом — он стонал, кричал, визжал, просил помилования. Но, что с ним было, когда челюсти членистоногого впились в его плоть. Я смотрел на него и восхищался этой картиной. Было прекрасно наблюдать и за его судорогами, за его криками и за тем как небольшие челюсти впрыскивают яд в мясо, а потом пожирают его.
Вернулся я домой уже под утро. Жутко замерз, больше ни чего интересного в пути не было, да как и в квартире… Согревшись чаем, вспомнил, что мне негде оставить мое новое животное. Но не долго по размышлявши оставил ее на своей кровати, лег сам. Она забралась на мою грудь и уснула вместе со мной.
Теперь я мог прекрасно разглядеть как кружится снег у фонаря. Мне очень нравилось за этим наблюдать. Пальцы рук онемели от холода. Таянье одиночества меня окутало, но мне не было плохо от этого, скорее наоборот. Не так как обычно. Я был на много ближе к тому месту где стоял темный человек. Он не замечал меня, просто стоял. Вдыхал воздух и сигаретный дым. Оставался бездвижен. Отношение у меня к нему было странное. То страшно, то близок, то равнодушное, то безумный интерес. Ни чего не происходило. А становилось только холодней.
Утром меня немного удивил обглоданный труп крысы в углу мой спальни. Не то, что бы утром. Я проспал здоровски до четырех часов дня. Разговаривать я почти не мог, ужасно картавил и язык опух. Написав на бумаге извинения и рассказ, что я сильно простужен, с просьбой небольшого отпуска пока не выздоровею. Сходил в ближайшее почтовое отделение и отправил это послание Куро. Моя Люция( так я назвал свою сороконожку) все время моих хождений держалась на шее. Из-за ее впившихся ножек я не забыл и зайти в мой антикварный закоулок где прикупил для нее деревянный ящичек. Еще зашел в один магазинчик и накупил себе йогуртов, ведь нормальную еду я есть не мог. Вернувшись улегся на кровать и принялся за чтение книги, которую мне все время советовал прочесть Серхио. В таком режиме прошло несколько дней. За это короткое время я прочел полностью книгу и весьма многое узнал. Мне очень понравилась философия, там присутствовавшая, в такой-то пучине разврата. Вдобавок я изголодался по удовольствиям, ведь все это время я почти не покидал свою квартиру. Еще во второй день такого лежания и полудрема, к вечеру я вспомнил про приглашение на обед и мне вновь пришлось сходить на почту.
От Серхио все не было вестей.”Интересно, по каким, таким делам он выехал из города. Хм, а может я просто ему надоел?” С улыбкой размышлял я.
В сегодняшний вечер, ни было ни чего интересного. Мы с Куро сидели, общались за курением моего кальяна. Он узнавал про мое здоровье и как я провел ту ночь в подпольном рынке. Я поведал ему мое интересное приключение. Он любопытно выслушал меня и сказал, что в следующий раз он останется со мной, но не для страховки, а лишь бы в таком по участвовать.
Ночью я отправился к Мериди. Она встретила меня почти сразу, как только я вошел. Мы прошли только вдвоем в спальню в которой я обычно прибывал. Немного поласкав меня и посюсюкав, была она очень нежна. Мы принялись за разврат. Ей понравилась моя сережка. Это было видно даже в ее возбужденном дыхании, когда я решил по ублажать за такую нежность. Она стиснула мои волосы и прижимала мои губы к сочному плоду задыхаясь от наслаждения. Интересный факт, в этом плане многие девушки остаются признательны и благодарны, что дает особую выгоду. Наутро она довольно потягивалась на моем плече, когда другая служанка распахнула шторы. Пока мы были заняты одеваниями, я попросил ее о маленьком одолжении. Я решил разузнать по поводу документов которые делал друг Мериди, цену, качество и на сколько все это конфиденциально. Заверив, что об этом ни кто не узнает, она сказала, что поможет. И сегодня же ночью скажет мне. Покинув дом я вновь прогулялся по парку с аллеей. И зашел на почту, что бы отправить письмо судье, что бы оповестить его в том, что готов придти к нему на следующий обед. Если буду конечно желаемым гостем.
Придя домой печально взглянул на тоскливую сумму денег которая была в развернутом мешочке из одежды. Да роскоши осталось совсем чуть-чуть в моем окружении. Потом задумчиво глядел как Люция поедает маленькую ящерку, принесенную ей из одного зоомагазинчика стоявшего на аллеи. Затем улегся на кровать глядя в потолок, и начал записывать в свой блокнотик мысли из моей головы.
Под конец рабочего дня ко мне вновь зашли мои знакомые из борделей, о которых я упоминал ранее. Венсанче Нирон — это был молодой солдат, прибывший из-за рубежа, темноволосый, довольно симпатичный, чуть ниже моего роста, немного смугл. Мы быстро нашли общий язык, у нас было несколько общих тем и оргий. И Антуан Дэволь это был местный комиссар, присоединившийся к нам совсем недавно. Примерный семьянин, хороший отец, порядочный гражданин. Но видно ему надоела банальная жизнь и он решил попробовать себя в неких удовольствиях. Как не повезло его бедной душонки, когда он наткнулся на меня в одном из борделей. Хочу заметить он почти сразу влился в нашу грязную похотливую компанию, в которой увы не хватало Серхио, а так же этот усатенький комиссар был одним из членов”Светлых Дам”.
Немного засидевшись с ними на красных пуфах в шатре, испив виски и закуривая его кальяном, дразнил своих гостей некоторыми пошлыми историями, иногда брал на пример то, что уже случалось иль то, что вычитал в 120. Наконец я дождался предложения, куда-нибудь пройти и попробовать то, что я только что рассказывал. Я начал жаловаться на нехватку финансов, что, увы, не прихватил с собой лишних денег. В ответ я услышал лишь шутки в этом направлении и заверение меня, что сегодня угощают меня друзья. Я стал мучить Куро расспросами. Он долго ерничал и не хотел мне ни чего рассказывать, я уже было хотел его стукнуть рукоятью трости, что была всегда со мной, но он одумался и выложил мне интересующую меня информацию, заверив, что я буду очень доволен и благодарен. И так я со своей компанией отправился по указанному адресу.
Заведение было не далеко от черного рынка. И поэтому я предположил, что здесь возможно есть один из проходов туда. По своему внутреннему стилю он был похож и на тот салон тату. Но то, что тут происходило, изрядно отличалось. Да тут был настоящий бал разврата! начинающийся цепями и кончающийся небольшими садистскими проявлениями. От этих пикантных картин мои глаза наполнились безумием и хотелось смеяться. Мои же спутники стеснялись и немного с отвращением смотрели на все это.
— Ахах, спокойней друзья, ведите себя естественно, не задумывайтесь о содеянном, ни кто про это не узнает. Думаю нужно подгорячить ваш напал вином. Ведь я знаю на что вы способны дорогой солдатик.: с задиристым смехом и кривой улыбкой дурачил я их.
Нам вынесли бокалы вина. Испив несколько из них, а потом и разлив еще несколько на ползающих вокруг девиц всевозможного сложения и внешности, мы вошли в кураж. Я был самый жестокий из нас троих, наверное, по этой причине после кровопускания у одной красотки, Венсанче остался без безымянного пальца, я незаметно отрезал его. Его крики и притупленная реакция, казалась мне очень забавна. Задобрить мне его не составляло труда. Еще один бокал вина, который он выпил почти залпом. И шутливый рассказ, что это всего лишь небольшой подарок, что бы он никогда не забыл эти ночи, меня и все остальное. На последок скрепил свои слова поцелуем пригвоздив за грудь пухленькую леди, которой наслаждался комиссар.
Утром я проснулся от непонятного ощущения. Мое лицо было в лужи крови, которая капала с красивых пальчиков брюнетки спавшей на кресле. Я немного недолго думая дотронулся до нее языком и лизнул. Как только вкус наполнил меня и жидкость оказалась у меня в нутре я пришел в себя. Нет! Я взбодрился! Реальность словно изменилась. Будто выпил несколько порций наикрепчайшего кофе, меня аж дернуло от этого и я подскочил на ноги. Более того я почувствовал новый непонятный прилив сил и шея скосилась в бок. Я осмотрелся, все дышали и были живы. Хотя дама с руки которой стека кровь была немного бледна, но спасать ее я не собирался, уж очень подобный “натюрморт” меня обрадовал и на мгновенье оставил завороженным. Но опомнившись, я нашел в куче этих тел Антуана и Венсанче с перевязанной кровавым бинтом рукой, разбудив их и отыскав нашу одежду, покинул этот дом греха.
Перед тем как разойтись мы отправились в небольшой ресторанчик. Завтракая обсуждали нынешнюю ночь. Оказывается, не каждый помнил все хорошо. Я был доволен ведь все это произошло совершенно не навредив моим финансам.
 
Я вошел в дом и старый хозяин передал мне письмо. Поднявшись к себе в квартиру, я его распечатал. Это было письмо от судьи. Он был рад, что я поправился и приглашал на сегодняшний обед в четыре часа. Взглянув на время, увидел, что еще успеваю отдохнуть и приехать к нему. После блуждания моего разума я собравшись тут же отправился по адресу про который он мне говорил.
В пути, я стал немного обдумывать, что вообще происходит, ведь кроме нескольких знакомств, мест всевозможной коррупции и запрещенных препаратов, я ни чего не имею. Я все так же не знал кем являюсь, кто мои враги и, что мне предстоит сделать. Шел какой-то непонятный процесс, я избавлялся от моралей и закрепощенности, все сильнее погружался в сны и какие-то абстрактные идеи моего разума. И разврат, разврат приманивал все сильней, не состраданий ни чего, лишь безумная пляска собственных желаний.
Если быть честным я уже знал это место. Дом находился по соседству от того места где я наблюдал картину над похотливыми издевательствами над толстячком, который оплачивал мое якобы лечение. Да это была улица “красных флагов”. Тут все сияло даже в плохую погоду, но было тут не очень людно. Всего лишь несколько господ и дам, гуляющие с детьми или идущие куда-то по делам. Меня встретила прислуга, забрав у меня верхнюю одежду провела меня в зал. Было тут довольно много людей, но я привык уже к подобным атмосферам и поэтому спокойно вошел, здороваясь с гостями. Господин судья сразу заметил мое появление и прервав свой разговор встретил меня.
— Дорогой Маркиз, наконец-то вы посетили мой дом, как я рад вас видеть!: он сжал мою руку и похлопал по плечу.
— Здравствуйте, и я очень рад. Прошу прощения за то, что не пришел в прошлый раз. Болезнь свалила меня с ног. Да и мигрень присутствовала.
— Ни чего страшного. Ведь сейчас уже вам лучше? Скоро подадут обед, а пока наслаждайтесь беседами в нашем обществе.
— Да все замечательно. Огромное спасибо. Всенепременно, но где Галистина?
— Она прихорашивается. Видите ли, у нее новый наряд.: он прислонился к моему уху и шепнул. — Скажу по секрету она хочет произвести на вас впечатление.: Он отстранился и расплылся в ребяческой, довольной улыбке, от чего морщины довольно забавно смялись на его лице.
— Могу вас заверить, это и не потребуется, я и так в восторге от вашей дочери.: лестно соврал я ему, ответив ему подобной же улыбкой.
Переметнувшись парой шуток. Он меня покинул. Прихватив конфетку с фарфоровой вазы, одиноко стоявшей на кругленьком столике, на котором имелась лампа и небольшой бюст неизвестной мне графини. Я подкинул сладость и уселся в кресло. Оно было ужасно удобное — кожаное, большое, мягкое, я бы с удовольствием тут уснул, ведь сюда поместился чуть бы и не еще один человек. Чтоб случайно не задремать, под небольшой шум бурлящих разговоров, открыл свою книжечку. И стал просматривать все, что у меня там написано, погружаясь в пучину мыслей, хотя основные идеи были порочны.
— Что это у вас?: Любопытно спросила дама лет 38, которая кинула на меня заинтересованный взгляд.
— Ох, это мой небольшой дневничек, я туда записываю всякие нелепости, кружащиеся в моей непоседливой голове. Хотите я покажу вам одну из них?
Она аккуратно подошла ближе. Как только миледи оказалась на достаточном расстоянии, я уловил ее приятный запах, глаза были нежны, но я с долей соблазнительности ее рассмотрел. Была она стройна, полна сочности, но видно, что годы ее все же не пожалели. Лицо покрыло большое количество мелких морщинок, платье немного пышновато, сероватого цвета, возле ножек, свободно гуляя немного щекоча мой взгляд. Что-то внутренне мне подсказывало, что я не просто так ее заинтересовал.
Она заметила мой взгляд и как только подошла, медленно заглянула в блокнотик, упершись рукой на спинку кресла. Тут же взглянув в ее лицо, вдохнув ее аромат, сразу представил развратные картины прижимания ее лица к этому же креслу, но немного под другим предлогом. Медленно протянув взгляд по ее телу, уже в реальности и настоящем, начал показывать небольшую запись в стихотворном формате, а затем прочитал его ей так, как представлял. Она была в восторге.
Прозвенел колокольчик и судья пригласил всех в столовую. Дама прошла вместе со мной похвалив, просила, что бы после обеда я рассказал ей, что-нибудь еще.
Все расселись, судья посадил меня рядом с собой у начала стола, а место между нами было свободно, я даже знаю для кого. Моя персона пользовалась любопытством у сидящих здесь. Пока в комнату не вошла Галестина. Была она превосходна. Пышное голубое платье подчеркивало ее молодость и свежесть. Увидев меня, девушка прям засияла, ее лицо накрыла светящаяся улыбка и небольшая смущенность. Как только Галистина подошла к столу, я привстал, пододвинул стул и сел на место.
— И так все мы в сборе.: сказал судья. – хочу вам представить моего дорогого гостя Маркиза Андриана Де Лавнеса.
Я вновь встал, поклонился гостям.
— Что вы, я слишком польщен предоставленной мне такой чести. Дорогие друзья: обратился я к сидящим за столом, разводя в стороны руками и делая невиннейший вид. – Это ошибка, я случайно забрел сюда, не было денег на обед.
Все немного посмеялись в следствии этой глупой шутки, и мы принялись за еду. Все время трапезы я ухаживал за Галестиной, но иногда улавливал на себе взгляды той взросленькой дамы, у которой вызвал интерес. Да было забавно наблюдать за ее эмоциями, нужно было получше проявить себя сегодня, а так же узнать с кем имею честь проводить время. Немного проведя время с Галестиной, гуляя с ней по дому и общаясь с ее родителями, которые яро пытались узнать мой доход на родине и мои увлечения. Я умело отбивался небылицами, ведь в этом у меня толк уже был, да и с фантазией проблем не было. К этим разговорам было привлечено еще несколько человек, интересующихся появлением моей персоны здесь, да и не только. Среди них были скучные персонажи низшего графства, пару простых богатеньких жителей, одна богатенькая пухленькая миледи и конечно же дама, которую звали Элизабет. Ни чего особо интересного я не нашел во всех этих людях, ну разве, что расходный материал, для моих безумств “Ну это само собой, искусство требует холстов”. Хозяева дома постоянно намекали на мое отношение к их дочери, видимо мои небылицы о значимости у себя на родине очень заинтересовали их. Я умело обходил все их ловушки в этом плане. Я мог поиграть и подурачиться. Но не хочу я пока портить о себе впечатления и проблемы с законом. Все придет со временем, иногда нужно выбирать более важные желания из их кучи и разглядывать, все их окружающее. Ни как не выдавая свое безразличие к Галестине я ухаживал за ней, мне было приятно конечно проводить с ней время, но это не то, что мне было нужно. Она показывала мне дом, иногда мне удавалось ее немного дразнить и соблазнять. Но все это было лишь легким дурачиньем. Она была очень рада всему, что происходило. Было легко ей управлять, я стал расспрашивать о ее родителях, и она выложила мне все, что знает. У них были тайные дела с герцогом Марнетто. Думаю из выведенный мной цепочек, что-то о нарушенных правах, тайных сговорах и каких-то земельных вкладах. Девушка толком ни чего и не знала, она была лишь как домашнее животное и врятли ей рассказывали какие-нибудь важные тайны. В истощении всей информации я быстро ее спровадил и наконец занял мое прилюбившеейся место в виде кресла. Меня тут же отыскала здесь та дама, что звали Элизабет и я обещал рассказать еще несколько историй. Присев рядом она начала внимательно слушать, лишь изредка перебивая меня расспросами и похвалой. Так нас скоро окружили, сначала это было несколько девушек, ее знакомых. В дальнейшем почти все гости слушали мои рассказы. Они интересовали всех. Мужчины иногда правда переговаривались, считая некоторые моменты глупыми. Хоть я и внимательно с загадкой, украдкой и мелкой улыбкой читал, все же успевал внимательно разглядывать своих слушателей. Дамы были в восторге, все господа расспрашивали меня по поводу моих историй и говорили, что мне можно обратиться в печатанье. На, что я лишь улыбался и спрашивал нет ли у них случайных знакомых, которые могли бы в этом мне помочь. Меня пригласили на завтрашний бал и я с удовольствием согласился. Самое интересное, что я чувствовал себя неимоверно легко в такой обстановке. Знал, что говорить, где преувеличивать и где скромничать. Я обещал Элизабет, что прибуду завтра на бал и мне очень хотелось бы видеть ее особу. На, что она лишь желанно улыбнулась, подала мне свою ручку и невольно поклонилась показав, что с большой радостью будет. Я ушел со словами, что меня ждут на работе и я буду очень рад увидеть каждого в своих гостях там.
Я вовремя успел, хоть мне и пришлось гнать на всех порах.
Ко мне пришла небольшая компания гостей с обеда и как уже привычно, мы пообщались немного в сфере размеренных тем моей личности, интересов и прочего. Многих я удивлял, но все же, некоторые скучно зевали хотя и с радостью вкушали проделанную мной работу. Заранее предупредив Куроки и взяв отгул, отправился к Мериди. По пути я думал об одной фразе, которую сказала мне та пухленькая дама, когда я несколько раз показал себя с гадкой и пошлой стороны. “Вы были бы прекрасным созидателем. Такое могут написать глубоко ранимые и чувствительные люди” тогда я не нашел, что ответить кроме “куда приятней хаос, а ранимости за собой я пока не обещал, лишь может в мире грез она и существует”.
Вновь оставшись только с ней разделил с девушкой приятное окончание дня. Как я ее и просил она рассказала мне все о поддельных документах и ее друг встретиться со мной завтра в 3 часа по полудню у входа в “грезы”. Все время проведенное с ней думал о моих затратах, ведь по словам этого серьезного, но со мною нежного создания документы стоили очень дорого. Отрезав уговоры девушки остаться с ней далее, словами, что мне нужно подготовиться перед завтрашним днем, покинул ее.
Я совсем забыл про Люцию, и поэтому мне пришлось выпустить это недовольно ползающее существо в поисках пищи. Как мне кажется, ей нравилось охотиться на мышей, ну кто из нас не любит бесплатной, легкой еды?
Утро было обычным за последнее время. Насекомое спало на мне, а погода стояла в стеклянном, поверхностном обморожении. Мальчик укутанный в слои одежды и с забавной шапкой на голове, бывшая ему совершенно не по размеру, встретил меня и продал газету. Впрочем, как всегда.
Я пришел немного раньше положенного. И пока ожидал нужного мне человека разглядывал окружающих и в основном посетителей дома. Многие из них с неприязнью и беспокойством встречали мой взгляд. Самое интересное, что почти все посетители были важными персонами. Да Куро не глупый, что создал подобное заведение. Хоть их и было огромное количество, но мой иностранный друг прильщал своей необычностью. А богатеи так любят другое, непривычное. Ведь нужно пойти куда-нибудь расслабиться после скучных заседаний или же месс. Пока я погружался в мысли обо всех встреченных мной буржуазных отбросов и элиты. Ко мне подошел человек.
— Прошу прощения. Ни вы ли Андриан?
— Да, вы правы. Мериди сообщила мне о сегодняшней встречи.
— Она много о вас рассказывала. Но какие дела привели ко мне столь благородного человека?: он прокашлялся. Глаза уверенно меня разглядывали.
— Как вы смотрите на то, что бы обсудить это за обедом? Вы голодны?: спросил я улыбнувшись.
— Я поел, но все же, не откажу вам в чести.: он улыбнулся в ответ и последовал за мной.
Пока мы шли в один из малочисленных ресторанов здесь, я внимательно разглядывал своего спутника. Он тоже себе в этом не отказал. Был одет этот человек в коричневое пальто, на голове низкая матерчатая шляпа того же цвета, с черненькой полоской. На лице выступала легкая щетина, глаза голубые. Он чем-то напоминал мне моего друга комиссара, были схожие черты. Однако ростом он мне уступал. Наверное сантиметров на семь, хотя это количество увеличивал мой небольшой каблук. Наконец придя в нелюдный ресторанчик, более похожий на простое кафе, принялись обсуждать наши дела. Мне пришлось довериться Мериди и поэтому, я рассказал почти всю свою историю этому человеку. Ох как же было бы им не хорошо если бы кто-нибудь из них допустил какую-нибудь глупость. Если честно в этот раз я не смог придумать ни чего правдоподобного, слишком много погрешностей. Мужчина внимательно меня выслушал, немного подумал, отпил вина и сказал.
— Думаю я смогу вам помочь. Будет непросто, ведь мало того, что документы данного ранга должны иметь высшее качество, вдобавок факт иностранца делает немного больше проблем, но и упрощает тем, что сразу не кинутся проверять.
— Назовите цену.: холодно ответил я ему.

Глава 8. Случайная встреча прошлого.
Все оставшееся время до бала, я как обычно прогуливался по окрестностям города, открывая неведомые мне раньше границы. Я нашел для себя несколько интересных мест. Тут где шел сильный наклон к берегу, в некоторых местах подножье верхних домов начиналось у второго, третьего этажа ниже идущих. Мне казалось это очень интересным и необычным. Ведь можно было спокойно прогуливаться между ними, смотреть на все с иного ракурса. Район здесь был бедноват, очень часто мне встречались рабочие либо мастерские средь глуши. Был одет я уже празднично, поэтому прохожие постоянно боялись меня задеть и не редко оборачивались вслед.
В отличие от предыдущего маскарада, бал проходил в небольшом дворце, окруженном небольшой пеленой богатеньких домов среди этой бедности, по которой я гулял. Меня встретили уже знакомые мне лица, многие подходили и знакомили своих спутников, другие расспрашивали меня о мох рассказах, интересуясь не написал ли я чего-нибудь еще интересного. К моему небольшому удивлению мое хобби поспособствовало знакомству с некоторыми писателями, газетчиками и художниками. Кстати с большинством из них меня познакомила именно Элизабет. Она с заботой встретила и сопровождала меня. Ей казалось, что она оказывает мне поддержку и разгоняет скуку и одиночество от меня. Ну по крайней мере на ее ощущения повлиял немного я. После нескольких веселых танцев и бокалов красного вина, я спокойно вел с ней беседу, пока меня не потянули за плечо.
— Вот знакомьтесь. Это тот маркиз, о котором я говорил дорогой барон.
Ко мне ненароком подошел один из усатеньких мужчин, присутствовавший вчера на обеде, если быть честным я даже не помнил его имя. Рядом с ним стоял юноша примерно моего возраста. Светлые длинные волосы, лежащие шапочкой на его голове, голубые глаза, высокий рост, на взгляд крепкого телосложения. Он был весьма красив и хорошо одет. Но, когда наши глаза пересеклись и я полностью повернулся к ним, молодой барон побледнел, улыбка его спала, глаза задрожали, а губы скривились в легком страхе и неожиданности.
— Эмильен! Что с вами? Вы как будто призрака увидели.: сказал одернувший меня мужчина.
— Все нормальн-н-но.: протянул юноша. — Меня немного бросило в жар по причине недавней болезни, видно я еще не совсем здоров.: он с неуверенностью протянул мне руку. – Эмильен Берлонский, рад познакомиться с вами.
— Андриан Де-Лавнес. Я тоже польщен. Вам нездоровиться?: уверен мои глаза сверкнули, от чего парень аж дрогнул. Но тон голоса и выражение лица я попробовал сделать весьма сочувствующим.
— Нет, уже нет. Не хотелось бы портить знакомство своей слабостью.: он слегка улыбнулся пытаясь скрыть свой испуг, его выдавали глаза, они расширились и судорожно дрожали. — Прошу прощения за эту нелепость, но мне наверное следует выйти на свежий воздух. Я вас покину.
— Эмильен!? Эмильен!? Постойте же… Ах, этот мальчишка сам не свой в последнее время. Снова все испортил, вот же глупец.
— Ничего страшного, все нормально. Разное случается.: мои глаза шли за этим человеком, реакция которого была как минимум странная, мне нельзя было его упускать. Не уж то, он меня узнал? Дело тут не чисто. Нужно как можно скорей догнать его. А то вдруг еще мое существование раскроется. – А знаете, этот господин подал мне хорошую идею, я тоже отправлюсь на улицу. Уж слишком замарался в танцах и знакомствах. Элизабет прошу меня простить.: дама знаком согласия меня отпустила, и я отправился по пути того барона. Как только он скрылся от моих глаз в проходе, ведущий в сад я ускорил шаг, чуть ли не до бега. Подозрительность моей персоны беспокоила меня сейчас меньше всего, лишь бы не упустить прохвоста.
Как только Эмильен услышал мое приближение он стал бежать. Как мне повезло, что в этом гербарном коридоре, по стенам которого тянулись всякие висячие растения, ни кого не оказалось. Коридор уходил несколькими угловыми поворотами от зала и свет тут был тускл. Вытащив свой клинок, догнав человека бегущего от меня, толкнул его и прижал к стенке, направил острие к горлу.
— Разве так встречают?: ехидно спросил я немного запыхавшись от напряжения. Небольшая игра слов должна сыграть свою роль.
— Алан ты ли это? Но как? % его побледневшие губы отбили дробь.
— А ты думал кто? И почему ты так удивлен встречи со мной?: мне нельзя было показывать, что я понятия не имею не об Алане, не о том откуда знаю этого человека.
— Но ведь после той аварии в поезде и твоего припадка.: свободной рукой он потянул за рукав рубашки. Я стукнул его о стену придавив тростью-ножнами еще сильней. Он заскулил и показал небольшой шрам от человеческих зубов. В этот момент в моей голове как будто, что-то сильно стукнуло.
— Алан, все не дождешься когда будешь уже дома?: Спросил меня улыбающийся Эмильен. Был он одет в красный камзол с желтеньким воротничком и платком, завязанном у шеи. Мое настроение было прекрасно. За окнами поезда пролетали висении деревья, а солнце слепило глаза. Мы шутили и смеялись. Он был моим другом. И мы все не прекращали обсуждать, прошедшую неделю в Тулэ-Ла-Гранс. После очередной партии балов мы решили отправиться ко мне в имение, покататься на лошадях и просто насладиться прекрасной погодой за стенами массивных городов. Вдруг произошел ужасный грохот и скрежет метала. В моей голове снова, что-то стукнуло, и я моргнул. Перед моими глазами все вновь перемешалось, реальность разлетелась на несколько тысяч клочков, и картинка вновь сменилась, все было немного мутно, но со временем проявлялось. Моя одежда была порвана, я лежал на земле посреди обломков. Ко мне подполз окровавленный Эмильен и дрожащими руками достал шприц. Из его рта доносило скрипение зубов и повизгивание страха и боли. Он вонзил мне иглу в руку. Снова стук и снова смена картинки. Я ничего не пойму, в голове полнейший хаос, мои руки хватают моего друга за клочки одежды, он прибывает в истерике, а я в пучине гнева и безумия, наконец схватив свою жертву я вонзил зубы в его тело. Прозвучал крик, и мне хотелось разорвать его на куски лишь бы заткнуть. Но тут удар по голове обрушил мое лицо в теплую траву.
Я снова очутился в коридоре, прижав своего друга к стенке. Мои руки сильно сжались и напряглись. А Эмильен жалобно поскуливал в своих тисках, которые жестоко прижимали его тело.
— Неужели ты думал, что тот укол лишит меня рассудка?: с нетерпеливым гневом спросил я его.
— Меня заверили, что это будет так. Да и еще пообещали, что ты никогда не выберешься из психушки после этого случая. Как тебе это удалось?
— Это сейчас не имеет значения мой дорогой друг. Не в твоем положении сейчас задавать вопросы. Мне интересно кому было так важно избавиться от меня, да и за, что мой друг предал меня. Что тебе предложили за тот цирк, что ты устроил?: я поднес острие еще ближе к шеи и коснулся ее наконечником. Из-за чего моя жертва жалобно завизжала.- Отвечай!: крикнул я, но тут же опомнившись прислушался к отдаленным звукам празднующих гостей.
— Прости, прости меня Алан, у меня не было выбора.: затараторил подлец. Как же он был жалок, пришлось все же пресечь распирающее меня желание нашпорить его как свинью на вертел. Улыбка мелькнула на моих устах и я вновь заговорил.
— Сейчас я отпущу тебя. И ты мне все подробно расскажешь. Только не делай глупостей. Договорились?: успокаиваясь вздохнул я.
Он послушно кивнул. Я выполнил свое обещание. Эмильен дрожа отряхивал свою одежду несколько нудных секунд и наконец, поднял на меня глаза.
— Граф Де Франсе вынудил меня на это. Ты ведь знаешь мое нынешнее положение. Он сказал, что все станет еще хуже, а я ведь и так по уши в долгах. Тем более после того как я выполнил свое поручение, он со всем разобрался. Да и обещал мне часть твоих земель.
— Ах ты ублюдок!: гневно возразил я. – ну и как выполнил ли он свои обещания?: вновь перейдя на улыбку поинтересовался я. Гнев конечно штука полезная, но нужно быть более вежливым и не на столько слепо-пылким.
— Не совсем. Ты ведь знаешь, что он как пес, очень влиятельный пес у ”орлов”. Они конечно же хотели сцапать все твои владения себе. И лишь маленький клочок вручить мне. Но они просчитались. Валентино как только узнал о твоей выдуманной смерти попытался взять все под свою защиту. А мне досталась лишь половина обещанного. Хоть семья нашего любимого герцога и имеет огромное влияние, но больше половины твоей земли отошла “орлам”. Как вообще у тебя хватило ума сюда вернуться?
— Ума у меня хватило, самое забавное, что узнал меня только ты. Не уж то я так сильно изменился?
— Есть отличия. Особенно эта нелепая бородка. Твое лицо было всегда гладко, да еще голос, поведение. Ты раньше был другим. Не могу сказать, что узнал тебя сразу. Я решил, что мне померещилось из-за духоты в зале и легкой слабости после болезни. Вот занервничал и решил по быстрее выйти на воздух, чтоб привести свой разум в порядок. Но это и правда оказался ты!: он паниковал, голос дрожал, а глаза бегали из стороны в сторону. О черт как же он был жалок.
— Хм. Вот как мы поступим.: и я рассказал ему свою интересную идейку заключавшуюся вот в чем: Он вернет мне мои владения, составив бумаги по отдаче земли на мое старое имя через четыре месяца. По причине старой дружбы и прочей нелепости. Наша встреча состоится в тайне и если хоть одна душа узнает о ней то моему другу несдобровать. Завтра ночью он должен придти с подписанными документами ко мне на аллею, от которой я постоянно добираюсь пешком к дому.
Немного жалобно простонав, Эмильен согласился. Я же пообещал, что совершенно забуду обо всем, что между нами произошло и ни как не буду влиять на его дальнейшую жизнь. А он будет просто существовать не мешая мне в остальных моих планах.
Я вернулся в зал. Дрожащий барон сказав, что ему вновь нездоровиться покинул дом. Теперь нуждаясь в расслаблении и отдыхе я вновь продолжил прогулку среди гостей пытаясь отыскать Элизабет. Меня немного колотило, но присутствовали и приятные ощущения. Мой взгляд пал на более интересную персону чем моя “пассия”. Это была Герцогиня Габриэль Санчес. Она как и я прогуливалась по залу легко улыбаясь и вот остановилась у столика, чтобы взять конфетку. Я подошел к ней сзади и мягко коснулся предплечья, выглядывающего из под платья. Она обернулась.
— О! Это вы Маркиз. Здравствуйте.: спокойно продолжая улыбаться ответила девушка мне.
— Добрый вечер госпожа. Почему столь высокопоставленная дама прогуливается здесь одна? На месте вашего мужа я бы постоянно присутствовал рядом с вами.: я так же ответил улыбкой.
— Мой супруг занят более важными делами, чем простые светские вечера.: она как-то потускнела, но через секунду опомнилась. — Вы считаете меня бунтаркой если так говорите?: Ее лицо сменилось в недовольной ухмылке.
— О что вы!? Вы совершенно неправильно меня поняли. На счет бунтарства я не знаю, лично считаю это хорошим качеством души. А вот на счет важности я бы поспорил. Как по мне, нет ни чего важнее, чем присутствовать рядом со своей дамой сердца, особенно если она так прекрасна.: Мои губы сложились легкой, нежной улыбкой, а голос исходил плавным облаком. На все это, моя собеседница ответила тем же.
— Да вы подхалим.: с той же легкостью продолжала Герцогиня. – Мы тогда не закончил наш разговор. Так, какая судьба привела вас сюда Маркиз?
— Ах прошу прощения Герцогиня за тот случай с Серхио. Это смотрелось очень нелепо.
— Просто зовите меня Габриэль.
— Тогда для вас я просто Андриан миледи.: с той же присущей легкостью ответил я ей.
У нас завязался спокойный, радостный разговор. Я даже совершенно забыл про недавнюю встречу с предателем и про обрывки памяти. Было такое ощущение, что мы знакомы уже много лет. К моему удивлению, у меня не возникало даже пошлых мыслей по отношению к этой девушке. Мы долго говорили на тему нынешней жизни, моих делах тут, да и просто шутили, чуть ли не задумываясь о сказанном.
Весь мой остаток вечера прошел спокойно. Встреча с семейством судьи, его нудные рассказы которые клонили меня в сон. Галистину как обычно раскрасили в новое платье. Казалось, что ее специально наряжают как новый дом выставленный на продажу. Хоть я и не показывал, что их сильное внимание к моей персоне уже начало меня раздражать. Но я как можно быстрее пытался избавиться от них. Ко всему прочему добавилось несколько бокалов шампанского, испитых мной вместе с Элизабет, которая так же проявляла некий интерес ко мне. Задавала глупые вопросы и пыталась казаться нежной. Еще один из недавно познакомившихся со мной художников, успел пригласить меня на выставку состоявшуюся послезавтра в одном из местных музеев. Я покинул бал как только на часах пробило двенадцать. Мне еще следовало хорошо выспаться и все тщательно продумать о завтрашнем дне. Люция как обычно была недовольна, что я оставил ее совершенно одну, и мне пришлось пообещать, что теперь я не буду с ней расставаться и стану носить с собой. Как ни как она может быть очень полезна в некоторых нелепостях и случайностях.
Я как обычно сделал заказ завтрака в моем утреннем кафе, предварительно купив газету. Раскрыв ее, стал перерывами читать, смотреть в окно на замерзшую улицу. Ветра почти не было, но все же стоял жутковатый мороз. Было довольно неприятно находиться на улице. Я стал погружаться в свои мысли за чашкой кофе. Но уже создавая определенный план.
И так посмотрим что я уже имею:
Небольшое количество знакомых в светских кругах. Если поставить себе задачу, с помощью этих людей можно узнать много интересного. Особенно думаю нужно влиять на Габриель, она является одной из основных личностей. Из-за этого нужно быть аккуратным и все делать тайно. Но по поводу этой девушки у меня были хорошие предчувствия, между нами промелькнула нить доверия, по крайней мере мне так показалось. Хм, что еще? Ах да! Господин Куроки, думаю его персона тоже может сыграть свою роль. Теперь мне нужно более тщательно изучать всю эту золотую буржуазию, что меня окружает. Принимать активное участие во всем, но делать это не привлекая внимания к своей персоне. Точнее сказать, привлекать, но всего лишь как нового человека этого общества, который хочет стать значимым и, что б его приняли здесь как подобает. Через 4 месяца мне уже не придется думать о том, какими способами искать деньги. Но есть небольшой минус. Я поставил себе рамки времени, ведь мне придется к этому моменту вернуть свое старое имя. Что насчет Эмильена и Гюстава? Если этот трусливый предатель сделает все как я ему сказал, в чем почти полностью, почему-то уверен, то по поводу рамок времени я прав. Есть только один минус, он может проболтаться о моем существовании. В этом я даже и не сомневаюсь. Но давайте-ка взглянем с другой стороны. От этого человека мне врятли, что еще понадобиться, да и помеха мне не нужна. Так, что теперь делать с Графом Де-Франсе? Все решит время, просто нужно как можно ближе подступить к этому человеку, нанимать убийц или простой яд не в моем стиле, я сам со всем разберусь. Ах да по поводи личности как Алан, нужно по искать где-нибудь о нем сведенья. Все, что от меня требуется найти больше информации и не привлекать внимание.
Еще немного все хорошенько обдумав и доев свой завтрак отправился в квартиру и начал все подготавливать. Люция не давала мне скучать и шустро ползала вокруг меня.: — Что ты милая, сегодня я тебя тут одну не оставлю.: ласково говорил я ей. Закончив с маленькими деревянными каблучками на старых ботинках начал складывать вещи в сумку. Все принадлежности я купил по дороге. Вдруг мое занятие прервал, негромкий стук в дверь. Я решил, что это хозяин квартиры решил зайти ко мне на чай. Но открыв дверь я был озадачен. Передо мной стоял дворецкий Серхио.
— Добрый день Маркиз. Мой господин прибыл домой и желает видеть вас у себя в гостях.
— Это отличная новость. Я отправлюсь к нему сию же минуту.: спокойным тоном но с ноткой радости ответил я слуге.
— Тогда я ожидаю вас у входа, в экипаже.
— Вы не против если мы заедем в одно место, совсем на чуть-чуть? Мне нужно предупредить, что я не выйду на работу.
— Как вам угодно Господин Де Лавнес.: он откланялся, я закрыл за ним дверь, слыша как его ноги спускаются по лестнице.
********
Я почти сразу же нашел Куро. И начал его уговаривать еще в одном отпуске надень. Мой работодатель уже с недовольством фыркал и начал грозиться, что найдет мне замену. Но ему пришлось мне уступить. Ведь, что он может сделать? Куроки зависит от меня, так как в последнее время именно из-за моего умения делать кальяны, стало больше посетителей, еще конечно же роль играл мой титул.
Теперь наш путь лежал к Серхио. Все время, что я сидел в кабине повозки я играл с Люцией. Она ползала по моим рукам, большего я не позволял. Вглядываясь в ее длинные оранжевые усики, о чем то думал, как то странно, но в пустую. Через секунду уже и забывал, что только, что было в моей голове. Ренальд смотрел на все это с неким отвращением, и отказал в предложении подержать мою красавицу. Наконец мы прибыли и как только я вошел, дворецкий тут же забрал мою верхнюю одежду. Проведя меня в гостиную сказал, что бы я ожидал его возвращения здесь. Люция уже была на своем привычном месте на шее, а я усевшись в кресло стал смотреть в зажженный и пылающий камин. Прошло всего несколько минут, как я услышал обращение ко мне.
— Господин Элнес ожидает вас в библиотеке, прошу следовать за мной.
Мои ноги тут же привстали и отправились за этим мужчиной в черном. Они шли по уже привычной и знакомой дороге, а мой разум был еще в тех потрескивающих от жара углях. А вот передо мной уже открыли дверь, я так же покорно вошел, слуга прошел вслед за мной и закрыл двери. Мужчина впереди во фраке тут же обернулся, на его лице сразу засияла улыбка.
— Андриан, наконец-то! Здравствуй.: он подошел ко мне и чуть ли не обнял.- Вам было не совсем тоскливо в городе без меня?
— Приветствую пропавший друг мой. Нет, что вы? Разве могу я скучать? Хотя письмо или какая-нибудь весть о вас мне не помешала бы.
— Прошу прощения, было полно дел, многое вам следует рассказать и даже понадобиться ваша помощь, но пока я желаю лишь отдыха. Ах да, познакомьтесь.: он указал рукой за мою спину.
На стальном стуле сидел человек. Через секунду как я обернулся он встал с него ( кстати сказать, этого сиденья здесь раньше не было. И если честно я пока и не понял подходило ли оно ко всей этой обстановке.)
— Барон Марк Конский. Очень приятно с вами познакомиться, я многое о вас слышал.: он протянул мне руку. Это был мужчина чуть старше меня, наверное, даже и Серхио. Одет он был на много скромней чем мы оба с графом. Скажу даже большее на фоне нас, он сразу показался как-то ни, к месту. Худой, очень коротко подстриженный, волосы вроде были светлы, нос очень крупен для лица, оно кстати было жирно, глаза большие. В общем я уверен популярности он не достигал своей внешностью, однако с первого взгляда показался образованным и много знающим господином.
— Мне тоже, увы Серхио всего лишь упоминал о вас лишь в нескольких словах, но думаю это можно исправить.
После обеда и нескольких увлекательных рассказов моего друга графа, он предложил сыграть в покер. Я сразу же согласился, нужно было узнавать, к чему у меня есть таланты. Крупье был дворецкий и мы втроем разложились несколькими партиями. Да они были очень неудачны для меня, но как только ставки стали денежными я набрал обороты. Во время всего этого и я успел рассказать несколько забавных историй приключившихся со мной за это время, на пример как побег от бандитов или же некоторые фрагменты моих наслаждений, еще же я успел похвастать людям, которые присутствовали в этой комнате, моей красавицей Люцией. Она очень поразила двух моих знакомых, но все же играть с ней желания не выявил ни кто.
Теперь когда сумма на мои прожиточные расходы немного увеличилась, я мог расслабиться за чаепитием. Серхио был серьезным соперником в картах, как минимум его тонкостью ума я был немного восхищен, а если сказать точнее то испытывал заинтересованность и некое соглашение с его взглядами. А вот уже с первых минут Марк показался мне слабым во всех своих чертах, в нем ни присутствовало ни чего из того, что могло меня заинтересовать, единственное наверно то, что этот человек был приближен к Графу.
— Марк, ты не мог бы оставить нас с Андрианом на некоторое время, наедине. У меня есть одна интересная новость, которой нужно поделиться, не волнуйся вскоре я и тебе расскажу.
— Что ж, раз ты просишь, то я предоставлю тебе такую возможность.: он встал со своего кресла у круглого столика с пироженными и покинул библиотеку, закрыв за собой дверь.
— И так, если быть честным, во время моего небольшого путешествия помимо основной работы я успел провернуть одну успешную аферу. И вы маркиз примите главную роль в ней.
— Я? Довольно таки интересно.: на губах растянулась усмешка. – Думаю, нет выбора и придется выслушать вас.
— Дело в том, что я приобрел некое имение. Еще конечно оно не мое, но договор уже составлен, небольшое поместье с хорошими владениями и кондитерской фабрикой, она правда ущербна и почти не приносит должного дохода. Но есть одна небольшая проблема – В силу окружающих мою персону факторов, я не могу увеличивать степень своих доходов и владений. На меня и так уже косятся некоторые из “орлов”, не хочется усугублять, поэтому я придумал выход из данной ситуации.
— Хм, довольно интересный выход. Если вы приобретете поместье то к вам притянуться косые взгляды, а если же владельцем окажется иностранец не вовлеченный еще ни в один круг здешней знати, то это вызовет любопытство к моей персоне. И желание приблизить, это выгоднее.: ответил я, закончив за него.
— Вы читаете мои мысли, добавим и то, что ранее он принадлежал “дамам”, и эта новость очень задобрит наших друзей. Но не бывает ни чего бесплатного. У меня с вами будет договор, по которому, ровно половина от доходов будет идти мне, я беззаботно буду богатеть не привлекая к себе лишнего внимания, вам же думаю будет лишь в выгоду данное предложение, ну и конечно же я рассчитываю и на дальнейшую помощь от вашей персоны.
— Да, такому предложению сложно отказать и поэтому я с удовольствием соглашусь. Думаю нет ни чего более удачного в настоящее время. Но когда мы воплотим желанное в настоящее?
— Скорей всего даже очень скоро, может через пару дней, мне нужно кое, что еще обдумать.: капашась и рассматривая свои идеи и извилины протянул он. – но сейчас не для этого время, я прибыл, и я хочу хорошенько отдохнуть в домашнем уюте или же приятно провести с вами время.: отвлекшись от размышлений продолжил граф.: сменив нотку раздумий на улыбку веселья на своем лице и тоне голоса.
Отпив чай из кружек, мы дождались пока к нам вернется Марк. И продолжили беседу уже на другие темы.
— Ну, что вы узнали, что-нибудь новое для себя во время моего отсутствия?: поинтересовался Серхио. – вижу вы и язык прокололи.
— Если быть честным, то да. Один из примеров — это мои прежние рассказы про мою точку зрения по поводу 120и. А по поводу языка, да его сложно было заметить, я постоянно им играю и показываю, в какой-то степени глупая привычка. А причина для совершения этой глупости, есть лишь интерес, какое-то новое ощущение, опробование себя, и своего тела в чем-то не естественном и необычном, добавим к этому то, что им и правда иногда бывает весело играть. Думаю примерно понятно? Еще же, следует добавить то, что я не видел причин не делать этого, есть риск потери вкуса, но риск так веселит и интригует. Затем думаю нужно еще сказать про некоторое ощущение боли, что не так уж и плохо как о нем говорят. А так же от скуки.: я взглянул на часы, было уже около 8и вечера, поэтому данный разговор следовало бы закончить. И приступить к роду других занятий. – Прошу прощения, но у меня есть еще несколько интересных важных дел. А нынешний разговор мы сможем продолжить позже.
— Надеюсь вы после работы расскажите про них?: Поинтересовался граф.
— Увы, но я сегодня не работаю. Буду в нежных грезах, но дверь в мою комнату будет закрыта, лишь если все мы согласимся я присоединюсь к вам. Конечно, если вы тоже навестите это заведение сегодня.
— Думаю мы с Марко присоединимся. Но лучше будет если вы соизволите поделиться своими удовольствиями.: он не громко рассмеялся.
Я вежливо откланялся и покинул библиотеку.
Прибыв на место я тут же похитил Мери, в темную пещерную комнату для очередного разврата в котором я нуждался. Стараясь как можно быстрее влиять на ее усталость. Для быстрейшего наступления крепкого сна. Сегодня в отличии от обычного, комната была выбрана мной с первого этажа. Девушка очень испугалась моей зверушки, но доверившись моим словам она все же с некиим отвращением косилась на мое живое ожерелье. Люция ползала по нам и между, иногда царапая своими лапками нашу кожу, но большего себе не позволяло. Но как мне показалось это маленькое существо испытывало как будто какую-то ревность. Все же Мери упрашивала избавиться от нее, иногда раздражает, что в такие моменты человек не может опуститься да моей глубины пошлости разврата. Это так сковывает мои желания. Шлепок, руки стягивают запястья, прижимают их к мягкой постели, и желанные вздохи твоей жертвы в тисках от каждого усилия и судорожного сжимания мышц придают уверенности и наслаждение. Спустя час как заснула моя спутница ночи, время ожидаемой встречи наступило. Я развязал мой мешочек, который все это время был рядом со мной и принялся менять облик. Было очень тяжело вести себя тихо, я как-то к этом еще не слишком приловчился и приходилось, постоянно останавливаться и вслушиваться в сонное дыхание девушки.
Взглянув на себя в зеркало, очень удивился. Это был совершенно другой человек. Нет ни изящества, ни красивой грани образа, какое-то непонятное создание. Аккуратно приоткрыв окно вылез на улицу, животное снова вцепившись в мою шею, было рядом.
Добрался до места встречи я с легкостью, было на улице темно. В парке уж подавно люди бы не встретились, да вдобавок тут была кромешная кромешная тьма, встречались изредка тусклые фонари, город будто решил мне немного помочь. Оказавшись на аллеи ведущей прямо к указанному месту. Прошел по краю, ибо тут фонарей не было, в отличии от центральной ее части, что делало меня более скрытным, ведь падали на мою фигуру лишь отблески света. Добравшись до фонтана, что был в центре дороги, являющимся небольшим кругом для разнообразия прогулки по прямой стал ждать Барона. Он должен был придти с минуты на минуту.
Лицо нервно подрагивало в судорогах. Конверт был протянут медленно. Глаза бегали из стороны в сторону. Речь в большинстве неясна и несвязна. Хотя нотки привычного его тона в ней чувствовались. Стандартное желание показаться умнее всех, или же просто опустить собеседника, как было досадно наблюдать за его тщетными попытками. Документы были сделаны правильно, в момент прочтения всего полностью, Эмильен пытался отвлекать меня вопросами, торопил, выказывал нетерпение. Удостоверившись, что все в порядке и через четыре месяца, что-то из прошлого, прежние мои владения окажутся вновь у меня, прошлое начнет возвращаться. В момент моего согласия и кивком в сторону моего старого друга, на его лице выступила улыбка радости.
Но если после пробуждения я был еще как ребенок, нелеп и столь не слажен в желаниях и мыслях, то сейчас все по другому. “Кхи! Я готов!“
Ветер обволакивал прохладой, какие- то воспоминания прошлого охватили всего меня, надежды, улыбки, фрагменты той, беззаботной жизни, что-то теплое привычное, из носа вышел сгусток пара, лето – запах цветов, осень – прогулки под дождем в своем саду, разные картины, пейзажи, эмоции закружились в танце, все это смешалось в бурлящую жизненную кашу. Как то странно, но именно в этот момент разрывая реальность, рисуя довольную ухмылку прозвучал выстрел.
Тело Эмильена стало падать назад, а с лица еще не успела сойти его улыбка, однако в глазах уже виднелся страх, страх смерти и исчезновения. “Все ли одинаковы в такой момент?” Упав на холодный пол из его уст вырвалось лишь – Ты обещал…
Ухмылка некоего презрения и радости, была у человека ровно стоящего над теплым, бездыханным телом. Срезав маленький кусочек тела клинком из трости для подкормки Люции немного ускоренным шагом стал убираться с места преступления. Было немного прохладно, ведь шея была распахнута, а многоножка довольно обсмактывала кусочек мяса, сжимаясь в кольцо. Я уверен, выстрел привлек внимание, поэтому нужно по скорей уйти по дальше отсюда. Каблуки сковывали немного мои движение, да и через чур суматохи будет излишним, поэтому моя скорость была, чуть быстрее ускоренного шага. Свернув в пустой закоулок, отправился к парку по другой дороге. До края моего уха донесся, мельком и лишь с далека взволнованный шум, затем звонкий раздражающий женский визг. Большего я не слышал, ведь убрался уже совершенно прочь. На пути мне совершенно ни кто не встретился. Или же может я просто ни кого не заметил? Хоть я и прислушивался к каждому звуку, и следил за каждым движением во тьме деревьев и кустов. Все совершенно туманило и путало мысли о содеянном, дрожь в теле, какие-то пустые воспоминания не наполненные актерами и совершенно бессюжетны, да вдобавок ко всему было это странное ощущение, которое я испытал в ту ночь в психушке, в доме толстячка-овощя да и в каждый раз когда перед моими глазами вставала картина грязного разврата, либо просто чего-нибудь непонятного, что простой человек посчитал бы верхом мерзости, однако это искривление было не поводом этой самой мерзости и отвращения, скорей наоборот, все это ужасно прильщало, хотелось большего, хотелось испытывать вновь и вновь, только капля и мой разум загорался, ужасное возбуждение, и уже все мысли поглощались этой темой и идеей. Мои пальцы коснулись собственных губ, немного приоткрыли их, и в каком-то забвении начали водить по ним, через секунду нежно спокойно раздвигали их, смачивались слюнкой. Делал я это с пустой головой, как будто просто прикусил губу от недовольства или соблазнения. Еще несколько мгновений спустя, концов пальцев коснулся кончик язычка, еще секунда и язык провел по двум пальцам, теперь я почувствовал легкую забаву. Именно в таком состоянии добрался я до окошка, в которое быстро впрыгнул, и с легкостью приземлился на пол в комнате. С моего ухода здесь ни чего не изменилось, лишь Мериди поменяла несколько поз сна, быстро чуть ли не дрожа однако пытаясь сохранить гробовую тишину царившую в комнате переоделся и в страсти кинулся на спящую, она была ошеломлена и перепугана, но я быстро успокоил ее страхи и она подчинилась страсти вновь нахлынувшей на меня. Спустя двадцать минут мы вышли вместе ласкаясь. Моя задача была присоединиться к Серхио, и он оказался как ни как кстати прибыв пару часов назад сюда. Его немного удивило мое странное прибытие, потому что я прям весь пылал от страсти и это пламя перекидывалось на окружающих. Спустя какие-то четверть часа к нам с Мери и к Серхио с тремя девушками присоединилось еще человек семь, все разные это были работницы и посетители данного заведения. Мы были в огромном зале, увы происходящее не вместилось в обычные комнатки дома. Люция сначала ползала по моему телу, однако всех окружающих она раздражала и скажу более она чуть даже не покусала нескольких персонажей. Так, что теперь ползала у стола недалеко от входа в этот зал, наша же оргия была в центре комнаты на большом круглом ковре. Я чуть не придушил грубияна который от отвращения чуть не раздавил милашку, но нас быстро растащили, а точней сказать оторвали меня от него чуть ли уже не теряющего сознания от удушения. Все были в ступоре, здоровячок еще лежал тяжело дыша и видно, что еще не полностью пришел в себя. Я же лишь еще более разгоряченный шлепнул по заднице близ стоящую девушку, осушил пол бутылки вина стоящей на столе.
Руки вниз, рыкнул высунув полностью язык. стал выкрикивать порывы веселья, хихикать и побуждать всех на глупости. Немного успокоившись и пленившись моим фразам и поведению продолжили на том, на чем остановились, правда без одного человечка которого вывели, что бы конфликтов более не последовало. Больше ни чего интересного не произошло, однако все заметили мою жесткость, блудливость и невозможность успокоения, ибо мне всего было мало. Все были на столько пьяны, что я успел побывать во всех. Любовницы, посетители, Серхио и я создали огромную стонущую кучу, кипящую наслаждениями, бурлящую от толчков и всевозможных жестов, когда ты тут над всеми это добавляет странную иллюзию, а может и нет, но власти. Уснул я с мыслями, что нужно найти нечто новое и более интересное, хотя соображать четко был и не в состоянии.
Наутро все потихоньку просыпались, я был не первым, кто открыл глаза после ночи. Взяв стеклянную коробку, где ползала Люция засунутая сюда посреди ночи, вместе с Серхио отправились по собственным комнатам, где нас ждала чистая одежда. Только заметив мой маленький мешочек я вспомнил про вчерашнее убийство. Странно но я даже и не придал этому ни какого значения, всего лишь как радость своего развращения ведь мой мозг страдал от больных уколов воспоминаний вчерашних переживаний на ковре. Быстренько одевшись отправился в столовую комнату, в которой постоянно заседали и ели после ночи господа, что не плохо платят за услуги. Как было хорошо, что блаженства с Мериди были бесплатны ибо она не являлась распутной девой а всего лишь горничной. Да и ей были только радостны эти моменты, ну кроме вчерашнего, ревность и не приязнь к окружающим свойственная ее характеру быстро сыграла роль и она удалилась. Так, что вчерашнее безумие вышло не в плохую сумму. Но так как было много и самих посетителей мы разделили на всех поровну, хотя и не без щедрости Серхио. Однако некоторая сумма все же осталось на моем небольшом счету.
За завтраком мы были не очень многословны. Наверное еще не пришли полностью в себя, хотя я чувствовал себя вполне отдохнувшим. Спустя некоторые скучные предложения и диалоги, разговор зашел про поместье, что Серхио решил приобрести. И после вопроса о моих документах, я задумался. Что если не успеют сделать или же они будут неправильны и заметят, какую-либо ошибку, что будет тогда? Хм, а что мне сможет предложить граф если я отвечу правду на счет документов, нет, нельзя это вызовет подозрения.
— Да, с ними все в порядке.: В его лице я прочитал некоторое недоверие.
Все же есть, что-то странное в этом человеке. Нужно будет по лучше разобраться с этой загадкой. Но оставим это на потом, сейчас пора отправиться домой. По дороге в киоске я купил газету “Хроника Буржуазии”, именно ее продавал мальчик на моей улице, но врятли бы я его сейчас встретил. Еще на пути, забрел в один зоомагазин и купил маленькую белую мышку, ведь слегка болезненное покалывание медленно передвигающихся ножек Люции не давало мне забывать про нее и намекало на голод животного. Поднявшись по лестнице в свою квартиру, уселся на диван. По руке насекомое спустилось на пол, и стало внимательно наблюдать как моя рука подносит за хвостик бедную жалобно пищащую мышку. Мои глаза с наслаждением и восхищением наблюдали как эта изящная девушка впивается челюстями в жертву и разрывает маленькую мохнатенькую плоть, поглощая затем ее. Оставив сытно накормленное животное дома, отправился в излюбленное кафе и сел за столик у окна, за ним я сидел почти каждое утро.
— Вы сегодня поздно господин Андриан.: улыбнувшись, ко мне подошла официантка.
— Да, ночка была весьма тяжела. Пожалуйста один капучино и какое-нибудь шоколадное пироженое. Благодарю.
Наконец я смог открыть газету, и мои глаза тут же прочитали надпись на первой странице “Еще одна загадочная смерть барона, убийство или случайность!?” в основном все списывалось на несчастный случай, позднее время, богатый молодой человек, грабители. Но все же мельком проходили факты долгов, связи с незаконными и подпольными организациями. Еще пару аргументов, а если все и правда так как я думал, ведь: Что связывает меня как Андриана Де-Лавнеса с этим мелким баронишком? Ровно ни чего, случайная встреча и неудавшееся знакомство. Думая забрав все, что на нем будет, можно сделать намек на старые долги, либо же на простое нападение. Главное не оставить своих следов, или не быть замеченным. Все в этом отношение отдать случаю, и я был прав, случайные прохожие мне не встретились, да и небольшое изменение вида сыграло свою роль, хоть может и нет, не сейчас судить, но по крайней мере это было предосторожностью. Мог ли я в чем-то проколоться? Немного обдумав, с уверенностью сказал себе, что нет. Следующей моей мыслью возникла идея моего внешнего вида. Что если меня еще кто ни будь, узнает? Или уже узнал, но не дает повода проявлять это, имея какие либо причины, да и сама моя личность дает повод сомнений и размышлений. Вдобавок я заметил некоторый накал среди окружающих, нужно немного развеять их сомнения. Поэтому я отправился в ближайший салон и над моим внешним видом немного потрудились. После чего решил еще немного себя порадовать, хотя это и сильно повредило моим нынешним финансовым делам, ведь я прикупил себе новый наряд. В примерочной долго разглядывал свой новый образ. Темные брюки и вновь сапоги-туфли до черного блеска налакированные. В этот момент надевал белую рубашку, я сильно изменился с первого моего разглядывания. Прическа стала аккуратней и спасибо за это парикмахеру, по бокам коротко центр чуть больше, да и темная краска на этой полосе разделения смотрелась на мне шикарно. Тело чуть покрепчало, стало более рельефным, скромные тренировки с Серхио на это повлияли.
Несколько дней прошли во взрыве, мало того, что теперь все прохожие казались мне ингредиентами для моей пошлости и разврата, так и еще финансы стали заканчиваться. Теперь все лица и фигуры которые попадались на мои глаза, тут же были раздеты, осквернены, подвешены, загрезняны, избиты, убиты, разчленяны, только разврат и наслаждения которые будоражили меня, больше и больше веселья! Тут шло все, не важен пол, возраст, ценность в обществе, все это окружающее материал, вопрос в том, кто и как будет этим пользоваться. От этого, мои ночные радости стали еще страшнее, да впрочем почему только ночные, даже утром и днем, круглые сутки. Теперь было полное разнообразие, от легкого подглядывания за различными ни чего не подозревающими клиентами, до чистой содомии. Еще веселей становилось, когда жертвами того же подглядывания становились персоны знакомые мне. Я делал это в тайне, лишь некоторые знали об этом, на пример два моих друга развратника, над которыми я просто глумился в этом ракурсе.
Кроме наслаждений были еще интересные моменты, на второй день после бурности моего экстаза, из-за которого я стал рычать от наслаждения, вырывать эти звуки прямо из моей груди, изнутри меня. Когда я спускался по лестнице, в сопровождении двух пар(м и ж ), что провели со мной ночь, в дом с улицы вошла Мериди, она была на меня обижена в какой-то степени из-за ревности и чувства собственности, но все же только завидев меня, быстро подошла прогнав моих манекенов наслаждений и отвела меня в мою обычную комнату, со словами “нам нужно поговорить и есть одно незаконченное дело”. Тут я и узнал, что человек которому была дана работа над моими документами, ожидает меня сегодня в 3 часа в том же ресторанчик, где мы с ним сидели при прошлой нашей встречи. Больше она ни чего не сказала, лишь легко улыбнулась и покинула меня. Я же быстро собрался, скоротал время в квартире играя и кормя Люцию очередной мелкой зверюшкой. В 3 часа я был на месте, мы даже встретились с господином чуть ранее на пару минут. Он ни чуть не изменился, и заказав еду я принялся его выслушивать.
— Ну, что ж, все в лучшем виде.: ликующе заявил он мне. – Не скажу, что все было легко, но сделано в лучшем виде, очень быстро и прилежно.
— Думаю, мне станет все ясней, если я сам взгляну, прежде чем вручу вам оплату.
— Конечно, вот, пожалуйста.: с этими словами, он достал из кожаной сумки сверток из жесткой коричневой бумаги и гордо передал его мне.
Упаковка была аккуратно сорвана. В моих руках оказалось несколько гладких белых листов. На них красивым шрифтом были выписаны титулы, имя, заслуги, владения. Много подписей и печатей. Если быть честным я ничегошеньки в этом не понимал, но было видно как грамотно все было составлено, тут говорилось о многом и не о чем. Меня это вполне устроило. Господин же уверил меня, что все сделано отлично, и он сам гордиться проделанной работой, что заподозрить обман практически невозможно, только если взять в пример подобные настоящие документы.
Еще немного побеседовав и поев. Мы распрощались, я остался с документами, которые почти делали меня законным маркизом, а он со своей оплатой.
Что ж, вернемся к наслаждениям. Не считая того, что я успел встретиться с Галистиной, по собственному желанию отправив ей письмо. Днем в одной из кабинок Куро, под предложением просто расслабиться и приятно провести время, я сделал свои темные дела, хотя и пришлось немного на нее повлиять. Все же девушкой она была порядочной, но таких как она очень манит небольшое безумство и глупости. Ее аппетитные ножки призывали во мне радость даже простого созерцания, а когда платье было вскинуто вверх, руки касались кожи, а пальцы сжимали расслабленные мышцы, возбуждение тут же охватывало меня. Робкий страх в глазах, заставлял лишь сильнее усилить натиск, а губы свободно прогуливались по ее телу, от кончика ножек до мягких ушей, от чего в спину вонзались ее ноготочки, больно скребли, заставляя мои зубы смыкаться, оставляя многочисленные следы, на ее молодом и сочном теле.
Однако же я и преуспел с Элизабет, на одном из вечеров отца Галестины я снова с ней встретился. А куда, одинокой, изголодавшейся, взрослой леди от моих соблазнов и комплиментов. А так, как мне наглости не отбавлять, уже вечером она задрав свое пышное платье, упершись хрупкими ручками на деревянный старинный комод демонстрируя мне свою восхитительную попку в соблазнительном белье. Меня сводят с ума сексуальные обнаженные попки, сытенькие, утонченные, да наверное как и всех мужчин. Я сразу же расцеловал ее безупречные ножки, затем выше, я уже чувствовал по дрожи ее кожи, всю похоть которая хочет вырваться из нее. Проведя руками с основания ног вверх, и схватив, сжав, укусив ее попку, поднялся вверх, и начал ласкать шею, волосы, уши, щеки. Она задыхалась от наслаждения и возбуждения. Платье было тут же скинуто на пол. Мой язык вперемешку с поцелуями стал гулять по ее ногам, телу, везде. Нас бросило в жар и мы сошли с ума. Я думал, я знаю свой предел разврата, но глубоко в этом ошибался. Я осознал это когда, искусанные губы моей обожаемой фигуры пустили кровь. Я раскрыл эти раны еще больше повторными укусами, мешая их с поцелуями. И когда я открыл глаза и увидел, что почти пол ее лица измазано в собственной же крови я обезумил, масла в огонь подливал еще и сам вкус крови. Он был так порочен, так сладок. Вскоре она стонала от наслаждения в моих руках, пыталась вырваться, но я не отпускал, натянув ее волосы, я с ужасом пожирал всю ее слабость, высасывал все силы. Множество поз и движений. Стоны, крики, мои порывы гнева, страсти, похоти, все выплескивалось на нее. Жаль, что во многом она все же меня останавливала. Не исключалось огромное число шлепков, укусов, пощечин, иногда властные женщины, хотя, чтобы власть брали над ними. Комоду изрядно досталось, мы конечно успели побывать у самой стены. Элизабет была прижата к обоям, а я сжав ее в объятиях, шептал на ушко всякие сладкие и грязные нелепости, порой даже подобная чушь способно ввести в большее возбуждение. После была постель, и тут я дал себе возможность немного расслабиться пока это мадмуазель яростно старается довести меня до оргазма, сгибая ноги. Пришлось все же помогать, схватив за бедра покачивая из стороны в сторону. А вот комоду досталось все же и правда сполна, особенно когда после моего порочного языка вошел орган сзади, правой рукой я натянул волосы, сжав их в ладони, а вот левой, после того как со всего размаху шлепнул по ее заду, и стукнув резко пальцами вниз и вверх, прям по возовому возбужденно торчащему бугорку, вдавил поясницу вниз, прижав ее тело, создав ровный угол, прямо к этой диковинной мебели. После того, как мы уже еле стояли на ногах, а она пыталась оправить свой внешний вид и остановить кровь проронила лишь четыре слова “Андриан вы змей искуситель!” да с этим были правильные ассоциации и далеко не только в моем искусстве обольщения и открывания соблазнов.

Глава 8. Поместье белой лилии.
На остаток своих финансов, я приобрел вместе с Серхио билеты на поезд, в маленький городишко, под названием Блеквунд. Не далеко от которого и находился мой новый дом. Проснувшись рано, позавтракав в кафе и прочтя газету, отправился на вокзал, на который прибыл впервые всего лишь, каких-то полтора месяца назад.
Поезд, медленно покачивался, по словам Серхио путь наш состоял всего лишь из четырех часов, поэтому мы решили приятно провести все эти часы в вагоне-ресторане с крохотными чемоданчиками вещей, за столиком окутанным в белые скатерти. Иногда наш разговор смешивался со звоном бокалов, эхом тоннелей, или же вопросами официанта, молодого и быстро привычно бегающего по вагону. Было довольно много интересных бесед между нами: обсуждение вчерашнего вечера, приемы и размышления в игре покера, еще несколько рассказов со стороны моего апонента по поводу нескольких карточных игр, одна из них меня прям очень заинтересовала, особенно то, что очень часто выигрышем являлись не только деньги, но и различные запрещенные забавы богатеев. Тут еще было несколько моих расспросов про поместье и владения, которыми мне нужно будет управлять. И еще несколько обсуждений наших знакомых и наших пороков. Поэтому первая половина пути, в которую еще было по мимо разговоров добавлено поедание пищи и нескольких салатов запитыми бокалом вина прошли довольно быстро и приятно. Теперь же мы ожидали когда нам подадут чай.
— Как думаете дорогой граф, те двое позади вас просто так поглядывают на нас всю дорогу со входа на вокзал?
— Не знаю дорогой друг, но мне кажется, что тот здоровяк так же находящийся за вашей спиной, не просто куски жаркого в нас разглядел.: Тут же проинформировал меня Серхио.
— Если быть честным, то мне уже немного наскучили их любопытные взгляды, вы не против позабавиться немного дорогой друг и узнать персон, что так заинтересовались нашими вполне обычными личностями.: я довольно улыбнулся и задумчиво погладил подбородок.
— Я полностью с вами соглашусь. Каждый возьмет себе свое блюдо или же желаете поменяться?: и он указал взглядом мне за плече, я спокойно обернулся и увидел, за несколько столиков у правого ряда: Большого мужчину в потертой шляпе и видно небогатом костюме, который как только поймал на себе мой взгляд привстал и направился к нам. Вернув свой взор на моих друзей, последовавших примеру своего крупного и тостокостного напарника.
— Думаю в этот раз каждый останется при своем.: легко улыбнулся я, и мы оба привстали и всего лишь на шаг оказавшись друг от друга спины, встали лицом к лицу, к нашим соперникам. — Добрый день господа: сказал я, слыша за спиной другой диалог, который пытался завести Серхио.
— Здравствуйте, отойдите, нам нужен граф, не мешай и тебе не навредят.: сказал мужчина в коричневом пиджаке и тертой шляпе, но даже этот почти ухоженный вид не скрывал запах его гнилых зубов. Ботинки были грязные и помятые, наверное это были люди из рабочего класса, внешностью тоже незавидной, но вот остальная одежда пыталась показать, что эти люди, что-то из себя представляют.
— Увы но мне придется вам отказать, ибо мне еще интересен этот человек.: с этими словами я стал вытаскивать свой хорошо заточенный и острый клинок из трости. За спиной я уже услышал какую-то возню, наверное из-за этого мои соперники криво улыбнулись. Ближайший в коричневом пальто попытался достать пистолет, но быстрым движением и выпадом вперед. мой клинок проткнул его руку. Брызнула кровь, а пистолет выпал из его руки. Второй тут же достал, большой, зубчатый, охотничий нож, за плечо отодвинув первого неудачно напавшего, решил попытать удачу в ближнем бою, но куда ножу до короткого, тонкого, изящного меча!? Хоть было и очень тесно я ловко парировал его атаки, и в один момент сбив его клинок вниз самой тростью-чехлом клинка, проткнул живот где то на уровне печени. Затем подсек его разворотом под ноги и ударив в висок той же тростью, проткнул упавшее тело прямо в сердце. Я уже совсем разгорячился, а цвет и вкус крови как обычно меня завел. Выстрел зацепил всего лишь мою рубашку, “видно с левой руки не очень хорошо получилось выстрелить, ибо правая была очень сильно повреждена и по ней текли стройки алой крови”. А может мне просто повезло, но я не стал задумываться на эти темы, и стал наступать на жертву, которая судорожно пыталась достать нож, правая рука дергалась от боли.
— Кхи! Какая ирония! Теперь улыбаюсь я!: мои глаза блистали, я уверен они просто искрились, улыбка и правду расплылась на моем лице. Если поначалу меня сковывала легкая дрожь, то после того как я увидел кровь, почувствовал запах смерти и нанес раны своим соперникам, я вовсе оживился.
С этим противником было на много легче. Проткнув легкое, разрезав левый рукав, и проткнув бедро противнику совершенно оставил его беспомощным, и всего через пятнадцать секунд, тот уже лежал на спине, слова вымолвить он не мог, так как дыра в легком уже усложняла ему дыхание. Как же ему не повезло, когда с очередной попыткой захватить глоток воздуха, он поперхнулся собственной кровью и она брызнула у него из орта. Моя шея скривилась как обычно бывает в моменты полнейшего разврата, боли, наслаждения или какой-нибудь картины в моей фантазии или жизни от которой я испытывал возбуждение, вожделения и сводила с ума. Мои глаза явно расширились, простой смерти мне было мало. Шея еще сильнее наклонилась, выступила улыбка, ухмылка, кривая линия безумного наслаждения, и рукой как будто черкаю кистью по холсту. Лезвие носилось в лево и вправо, вверх и вниз, рука была чуть ли не расслабленна и легка, как безумный дережер я с воздушностью дережировал тонкими ранами на лице бедняги, что корчился в болях от этих тоненьких линий музыки фрагментами хаоса. С каждым плавным движением из моего рта доносилось тихое хихиканье, я ликовал, радовался, наслаждался этой картиной, штук 30 ран уже ярко искрились на его лице, но мне было все мало, простым движением лезвия была спорота шея, и из нее брызнула кровь, так сильно, так будоражащее, так соблазнительно, так сладко, слов не хватает. Дальше я проткнул хрупкую шейку по которой лились багровые волны насквозь, я даже не слышал звуков вокруг, лишь свое тихое хихиканье, играющее странную игру тонами, то тонок то хитер, то грубоват, то задумавшийся. Распоров щеки, я подошел ближе к бездыханному телу, и только когда стал выдавливать второй глаз своей тростью, меня отдернули за плечо, немного потрясли, и прижали к себе.
— Андриан, оставь его, он мертв. Прекрати! да, что с тобой черт возьми?! Остынь парень! Он ни чего такого не сделал, достаточно!: говорил мне Серхио, слегка запыханный, обнимавший меня, а я прижал его к себе руками за спину. — Все? успокоился? можно тебя наконец отпустить?: я кивнул. — Ну хорошо.: с этими словами он меня отпустил.
Вокруг оказалась куча перепуганных людей. Трое из обычных переезжающих, четверо из обслуги стояли прям возле меня и еще в другом конце вагона стояла дама которой явно только, что было плохо и над ней склонился какой-то еще мужчина. Все были до жути перепуганы, и пялились выпучив глаза то на два оставленных мной трупа то собственно на меня, а колеса поезда так же без волнения постукивали по рельсам.
— Эй ты?! Видел, что он сделал с твоими друзьями?! Сам расскажешь или последуешь из примеру?: сказал Серхио поверженному здоровяку, с расцарапанной шеей и видимо сломанными парой ребер через минут наверное пять после того как я отошел. Взглянув на него и распахнув воротник показывая лежащему свое живое украшение я стал приближаться. Тот стиснув зубы зашипел и попытался ерзать на месте.
— Стой, стой! Убери этого психа от меня, уж лучше смерть от зверя крылатого, что кровь пьет, чем от этого…
Больше он ни чего не сказал, лишь стонал про крылатого зверя, о котором ни я ни Серхио толком и не знали, а окружающие так и в помине. Мы скинули этих троих на ближайшей станции, отправившись в путь дальше под монотонный стук колес.
Всю оставшуюся дорогу на меня косо поглядывали и сторонились, даже тот шустрый юноша сразу ускользал от моего взгляда. Странно, я ведь ни сделал ни чего такого, это даже не отпечаталось в моей памяти. Ах! Нет. Вру! Вспомнив те два тела у меня потекли слюнки, музыка все играла, поезд покачивался, платье дамы было встрепано.
Городок в который мы прибыли был непонятный, походил на большую деревню. Все постройки чуть ли не из дерева, даже дом властей был похож на заросший старый маленький замок, именно от него начинали расходиться домики, какие-то подобия баров, магазинов и прочего. По словам Серхио, это был небольшой городок лесорубов, основная масса жителей состояла из них, несколько десятков крестьянских семей, несколько частных предпринимателей, несколько из представительства духовенства в ближайшей церкви, ну и в принципе все, смотреть тут было не на, что. Поэтому мы быстро покончили все дела с оформлением, подписью документов и прочих дел по поводу приобретения земли, все было уже подготовлено, из-за чего на долго мы не задержались, несколько подписей, внимательное разглядывание моих поддельных документов и дело в шляпе, когда вышли из дома парламента нас уже ожидал экипаж. На самом деле все и правда быстро произошло, время как-то быстро пролетело. Ощущения вызванные в поезде плюс некое волнение и доля страха, хоть совсем малого но все же присутствующего в моих жилах, я пытался скрыть и высокомерно поглядывал на документоведов ожидая когда меня законно назовут Маркизом Андрианом Де-Лавнесом.
********
Всю дорогу я глядел в окно, городишко окутывал проглядный лес, лишь в некоторых местах он сгущался, ну это с юга, на севере и востоке, были непроходимые леса, с вырастающими под ногами буграми и опушками. Несколько открытых и кукурузных полей, но и простой спокойный ландшафт с редкими деревьями и пустынными долинами. Так как была только середина дня, и солнце ярко освещало обмерзшие стволы деревьев, вполне легко можно было представить какая красота здесь царила в теплые времена года: блестящее нежное солнце играющее на густой траве, росинки падающие с листа на листок, благоухающий свежий ветер, аромат распускающихся цветов, быстрые, тонкие лесные речушки, некоторые из которых вьются и в падают в какое-нибудь озеро, или же просто небольшими водопадами разбиваются на десятки ручейков, или же все вместе. Иногда можно увидеть пробегающего оленя с потомством, а вот и кролик вылезает из маленькой норы рядом с одной из таких речек, осыпающейся водопадом вниз и пробегает дальше совсем рядом от норы. Лесорубы занимающиеся своей ежедневной работой, звуки природы, стук топора по еще свежим стволам, пение птиц, все спокойное можно было здесь услышать. Особенно прекрасными моментами можно считать когда засыпающее солнце кидает свои затухающие силы на зерновые поля, и колосья весело переплетаются между хрупкими оранжевыми лучами. Подует ветер сорвав несколько ярко зеленых листочков, пустит их к колоскам и они утонут среди этого золотого океана будущего мягкого свежего и теплого хлеба который изготавливается в городке. Где-нибудь кружит ворон наблюдая, как будто охраняя покой этого богатства, и усевшись на ограду будет спокойно ожидать и прощаться с уходящим солнцем встречая теплую осеннюю ночь...
Эти картины сплывали в моей голове, так ярко, будто части воспоминаний немного перемешивались с бурной фантазией. Но мои размышления о природе были прерваны, длинным черным забором с каменным основанием. За ним виднелась обмороженная земля, дорожки, одинокие деревья, какое-то здания. Потом появился серый сад, одинокий но ухоженный, много кустов и деревьев.
Наконец экипаж остановился. Серхио молчал всю дорогу, видимо не хотел тревожить меня, да и сейчас я даже не дернулся, поэтому он так же хранил тишину. До моих ушей донеслись лишь шаги кучера, потом они замолкли и раздался скрип стальных ворот. Вновь шаги по хрустящему грунту, и вновь движение, объехав пустой фонтан, и еще несколько десятков секунд вперед мы остановились. Хлопнув меня по колену, граф покинул кабину. Я же укутавшись в свое черное пальто последовал за ним. Почувствовав твердую землю под подошвой ботинок, тут же поднял глаза, теперь уже на мой особняк.
Герб в виде цветка, лилии, нежной белой лилии, фрески с ее изображением были над входом, и округлыми выпуклыми карнизами-окнами в основной передней части поместья. Выложен красивой коричневой каменной кладкой и кирпичом, с черной черепичной крыши ползли висячие растения и обволакивали почти весь дом, точнее ту часть которую я сейчас видел, но думаю остальная часть не поддастся исключению. Три этажа, солнце только показалось из-за крыши. Небольшая мраморная лестница при входе. Рядом с ее подножием тропинка от места где мы стоим, до ступеней. Вдоль нее клумбы различных цветов, что из-за всех сил пытались противостоять холоду. От основной части дома, выпирала вперед, как и ее окна на втором и третьем этажах, отходили влево и вправо другая часть. Два этажа, окна квадратиками, с белыми рамами, очень изящно и нежно смотрятся. Остальную часть мы решили посмотреть потом. Поэтому немного по озиравшись вокруг пару минут, мы зашли внутрь.
Как только дверь захлопнулась, раздался лай. Из коридора который проходил под лестницей выбежал большой пес, завидев нас остановился, встал в позу броска, нос подвижно втягивал в себя наш запах. Вдруг его глаза расширились, хвост завилял и он ринулся прямо на меня. Я уже хотел отбить от себя животное тростью, но, странное, хорошее ощущение остановило меня. И вот прыжок передними лапами, что чуть не сбили меня наземь, руки обняли пса, а тот стал лизать мое лицо.
— Рой, мальчик, привет. Соскучился?: Эти слова вырвались у меня сами. Не знаю, что произошло, откуда я знаю имя этого пса и почему была такая реакция у животного, но боковым зрением я увидел как у Серхио немного дернулись глаза, и кажется даже пробежали мурашки по спине, однако он тут же приняли вид обыденности. Пес же уже слез с меня и радостно крутился рядом повиливая хвостом. Через пять секунд появилась обслуга: дворецкий, молодой человек с темными волосами, красивым, ровным взглядом, чуть выше меня, опрятно одетый, за ним крохотными шажками скромно вышли три девушки и еще один молодой человек со стариком.
Юноша в простой, немного распахнутой рубашке, отозвал пса. На его испуганный взгляд, я лишь спокойно улыбнувшись, кивнул.
— Прошу прощения господин, что мы вас не полагающее встретили.: подойдя ко мне сказал мне дворецкий. — Мы рады приветствовать вас в поместье "Белых Лилий". Вы не против если я проведу небольшую экскурсию по дому?: дворецкий управлял речью и слова слетали с его уст очень ловко и приятно.
— Извольте, я буду только рад осмотреть то, что так желанно было куплено.: я ответил ему ровно тем же.
— Позвольте представиться, я Себастьян ваш покорный слуга.: он низко поклонился, после чего добавил. – А вот все остальные слуги этого дома, а собственно теперь и ваши.
С этими словами он прихлопнул в ладоши и из маленькой очереди ко мне стали подходить люди представляясь и знакомясь. 1ым был пожилой человек смотрящий за угодьями и человек стряпанье которого, кормило здешних обитателей, его звали Стюарт Балс. 2ым юноша, конюх и по совместительству садовник, шустрый, немного смешной, в простой одежде, обычный крестьянский парень, Генри Педлон. Закончив краткое знакомство с остальными горничными, вслед за дворецким мы перешли к осмотру дома.
— На первом этаже находятся комнаты прислуги, кухня, столовая, небольшой зимний сад с выходом во двор и гостиная с камином и старинными диванами из Жерианской оленьей шкуры, поставленные здесь при постройке поместья первым Герцогом из ордена белых лилий, если вам будет интересно позже наш мудрый Стюарт сможет вам рассказать об истории Ордена и этого дома по подробней.: Говорил Себястьян провожая нас возле лестницы на 2й этаж, заводя в ту самую гостиную о которой говорил. Была она и правда по-старинному оформлена. Под большой картиной пейзажа здешних лесов горел камин, на деревянном полу лежали ковры и шкуры. Несколько тех самых Жерианскх диванов, рядом с которыми стояли фарфоровые вазы с цветами, во многих из них находились лилии. Стены были украшены картинами, и чучелами оленей и волков, еще тут находился орел висевший на противоположной стене от камина, под ним висели две немного пыльные шпаги с ружьем. В комнату вливался обширный свет из огромных окон, что были почти одним светлым полотном вдоль всей стены.
— Прошу, проследовать на второй этаж господа.: вновь вежливо предложил Себастьян.
Мы поднялись по лестнице, от нее вел короткий коридор, за ним поворот и еще один но уже более длинный коридор, усыпанный вновь различными холстами и чучелами по правой стороне и многочисленными тоненькими окнами по другой. Дворецкий проводил нас в спальню, дверь находилась в конце этого коридора, пройдя в нее мы оказались в маленьком закуточке, из которого виднелась вся комната. Изумрудные шторы с тигровыми вставками, на двух округлых окнах отличались, от тех прозрачных, что были развешаны по всему дому. Большая белая кровать у стены, рядом с ней комоды из красного дерева, напротив, возле места где стояли мы, находилось кресло, а рядом небольшой круглый столик. Напротив окон стоял большой роскошный шкаф так же из красного дерева. Было довольно просторно и не совсем скромно.
— Вот ваша спальня господин Андриан. Следуйте за мной я покажу вам оставшиеся комнаты.: вновь приятный голос дворецкого.
Мы быстро осмотрели оставшиеся несколько спален, библиотеку в которой на одном из кресел с округлыми выпуклыми спинками спал похрапывая еще один пес, английский бульдог рыжеватого цвета которого звали Дельзи. После осмотра ванной комнаты второго этажа мы спустились в трапезную и опробовали мастерство готовки старика Балса.
Немного отдохнув в гостиной обмениваясь впечатлениями с Серхио, мы покинули поместье и отправились на фабрику.
Находилась она всего в полу часе езды от дома. Сразу было видно, что дела идут ни к черту. быстро ознакомившись с персоналом, и осмотрев дальнейшие планы производства попросил одного из тамошних секретарей выслать мне все нужные бумаги и продукцию, что бы я смог более лучше быть введенным в курс дела и исправить сложившуюся ситуацию.
По приезду в новый дом, мы с Серхио решили провести поздний вечер в моей спальне. Вместе ознакомиться с документами и провести несколько бесед, темы которых меня очень интересовали. Но перед всем этим, я отправился в ванную на втором этаже. Она была роскошна. Погрузившись полностью в воду, совершено позабыл о том, кто я. Испытывая истинное наслаждение от расслабления в горячей воде, отправился в какую-то собственную нирвану. Я провел в игре с водой и собственным разумом около часа. Покинул эту комнату укутавшись в полотенце немного пошатываясь и изредка теряя равновесие находясь в своеобразном бреду.
Порывшись в запасах поместья Себастьян принес мне белый душистый чай, графу Элвинскому же простой черный. По моей просьбе прислуга так же принесла и небольшой стол с креслом. Поставив его рядом с кроватью подле окна, удалились. Усевшись за него разбирая конверты и свертки принесенные гонцом в момент моего пребывания в ванной, обсуждал с Серхио нынешнее положение фабрики и дальнейшие планы.
Покончив с работой, откинувшись в кресло, допивая остатки чая завел такой разговор :
— Теперь, когда нам не будут мешать всякие мелкие факторы, я бы немного хотел узнать, о наших общих друзьях.
— К чему вы клоните дорогой друг?: изумленно взглянув сказал граф сидя у круглого столика.
— Ну что вы уважаемый, ведь вы ходячая книга пороков жителей нашей культурной столицы. Именно так о вас отзывались, если мне не изменяет память!?: добродушно улыбаясь уточнил я.
— Да вы правы. Но, что именно вы хотите знать?: его бровь начала свой долгий путь вверх.
— Все и обо всех, но придержемся скромному списку созревшему в моей голове.
Немного собрав все воедино, вытащив все имена на поверхность плавающего разума, наблюдал за Люцией нервно ползающей в коробке. Она была голодна, все время поездки проспала на шее, в экипаже ползала по моим играющим рукам, пока я не увлекся рассматриванием пейзажа. Я совсем забыл покормить бедное создание.
— Франсуа Лунье для начала, что можете о нем рассказать?
— Нуу, если учесть его семейность, маленькую дочку, то в принципе все хорошо. Но при всей видимой добропорядочности, не плохим финансовым уровнем, как мной было сказано ранее он приверженец мужских задниц. Очень часто его можно увидеть в объятии двух мальчиков, или какого-нибудь мужлана. Он пытается это скрывать но все же…: пауза, глаза весело сверкнули. — От услад ни куда не убежишь.
— Ну раз начал, то по порядку с этой четверки. Антонио Браун, непонятная личность. Что о нем?
— Ох я знаю ни чуть ни больше чем вы, вояка, поговаривают тайный агент. То ли на службе короля, толи заграничный. Несколько посещений “Свободного Реше” и все. Ни чего интересного. Следующий?: бровь все выше.
— Их даже двое, Гюстав Де Франсе и Август Дю Сентре.: на этот раз бровь быстренько вильнула.
— На счет графа ни чего сказать не могу, он скрытный человек, уж и мне далеко не все известно. Наслышан лишь, что он жесток, и любитель издеваться над несчастными. Август же всегда за ним, ну обычные услады, ни какого разнообразия хотя уверен он не раз подставлял зад своему хозяину и наверное мечтает себе тоже кого-нибудь в пешки, либо же ему приятно пресмыкаться.
— Так, а что-нибудь про нашего горячо любимого Тадаши вам известно?
— Ох дорогой друг, вы интересуетесь личностями которые таят в себе неизвестность. Не любят они раскрывать свои пороки. Он известный предприниматель удовольствий в Ла-Грансе, шли слухи о работарговле даже, и наркотической зависимости, а так же снабжением дурных и бесполезных трав знати. но это всего лишь вздор, зависть толкает на многое.
— А как насчет господина судьи? Того с маскарада, если вы помните.: я жаждал большего от Серхио, не уж-то все о чем он говорил, было лишь тоненькой прослойкой кожи к нему не относящейся.
— Ну ни чего особенного, у него есть какие то дела с орлами, но я нахожусь в безызвестности. а на счет пороков, тоже ни чего заурядного.
— Жак Ганьер и Мигуль Гарсиа? эти имена вам о чем-нибудь говорят?: Я был уже немного недоволен, так сказать.
— Наслышан, наслышан. Довольно известные личности в светских кругах, хоть я и не очень интересуюсь их искусством, но не могу подметить, что у этих молодых людей есть таланты. Ганьер вполне обычный человек, вроде много времени проводит за работой и любит путешествовать по мелким городам в поисках уединения и вдохновения, но все же пишет он больше о буржуазии. Из света ни куда не девается, всегда желанный гость на мероприятиях. Его речи аккуратны и интересны. На счет пороков мне ни чего не известно, что до его друга, то он очень любит мужское внимание, и очень часто его можно увидеть в окружении его мальчиков.
— Довольно сильно все изменилось за прошедший год.: задумчиво протянул я.
— Ты прав, много воды утекло. Стоп, о чем это ты?
— Да я про положение фабрики, ее доходы очень снизились за этот год. Очень странно, что на это повлияло… ведь по этим древним отчетам в куче бумаг видно, что ее дела шли стабильно, правда без подъемов.
— Ах, дорогой друг, как ты переходишь с темы на тему. Хозяин этого поместья скончался, вот дела и не пошли в гору, а светлым дамам нет дела до этих мелочей. Их заботит другое.
— Светлые дамы? о чем ты?
— Ну ведь именно у них я прикупил эту чудную землю, им нет дела до фабрик и каких-то мизерных доходов. Политика вот, что важно им сейчас. Но думаю я доверил эти земли в хорошие руки, и ты поможешь встать ей на ноги.
— Да, нужно будет поднапрячься.: заметил я. — но дело пустяковое, у меня уже созрело несколько идей.
— Мы немного отвлеклись, мне нужно еще кое, что рассказать и кое о чем спросить.
Остаток вечера Серхио рассказывал мне про самых влиятельных лиц в городе и с кем стоит иметь дело а кого наоборот сторониться. и так огласим список, вначале положительных лиц: Семья Иконских, являлись главой парламента Тулэ-Ла-Гранса. Герцог Филип и герцогиня Олеара. так же у их был и сын Валентино, который в данный момент был в столице и гостил у королевской семьи, по словам Серхио, он должен был получить титул герцога от самого короля. Он был вреден и сам добился почетного титула и увеличил владения семьи не взирая на право наследства. Так же имелся и старший сын, уже давно служивший в столице у короля. Их приближенными в городе были супруги Верротти. скучные старички, но влиятельные союзники Иконских, их родственник был генералом городской армии, что придавало мощи, ордену светлым дамам большое могущество.
— Один из самых непонятных мне приближенным к Дамам является маркиз Люсен Сайлено. Мой напарник, но если мне известна не вся обширность грехов, то он истинный искуситель и знаток своего дела. Однако дел иметь я с ним не желаю, столько слухов вокруг него, все они ужасны. Но в большей степени возможно правдивы, чего стоит то, что его можно увидеть в объятиях нищанки или же то, что у него с катострафической скоростью меняются служанки. Является он дознавателем и пыточного промысла мастером. Когда физические пытки не помогают на допросы вызывают его, и уж его подопечный тогда расскажет абсолютно все, развяжет он язык любому, даже без применения насилия. Хоть среди общества он весьма значимая персона, прямо в дела он не вмешивается, делает лишь то, что ему будет выгодно и сделает ему чести или же совсем наоборот. Остерегайтесь его, не позавидовал бы я его врагам, да и друзьям кстати тоже.
Серхио много говорил и об орлах, но ни чего конкретного, лишь то, что они уже несколько лет пытаются подмять под себя эту часть страны, влившись в окружение королевской семьи облизывая их своими лестными речами и планами. Однако не все любят новое и придерживаются старым традициям, поэтому власть закреплена у дам. Но за последний год чаша весов стала клониться в другую сторону. Много тайн окружало эту тему для разговора.
Лег я обнаженным, и еще долго смотрел в потолок. Но все же обширная кровать, и мягкое постельное белье сделали свое дело, и разум отправился в царство Морфея не закончив с отчетами сегодняшнего дня.
На утро меня разбудило легкое прикосновение — это была рука дворецкого: — Господин, время просыпаться, желаете кофе или дождетесь завтрака, он состоится через пол часа.
— Да, черный с молоком и каплей карамели: невдумываясь ответил сонный рассудок.
Услышав мой ответ Себастьян, чуть стянул с меня одеяло обнажив спину и левую часть таза, отдернув шторы, покинул комнату. Наконец когда глаза сбросили пелену сна, увидел чистую утреннюю рубашку из нежного батиста, с забавными завязочками у шеи. Быстро приодевшись и умывшись в соседней ванной вернулся в спальню. Дворецкий уже ожидал меня с подносом. Усевшись вновь на кровать, ждал, пока мой слуга поставит и оформит мой первый легкий завтрак. Серебряный высокий столик на колесиках был украшен разнообразными цветами, в основном фиолетового, синего и желтого цвета, они были еще свежи и создавали приятное благоухание. Кофе налитое в высокую, расширяющиеся к верху кружку-вазу испускало легкий пар. Помимо всего этого стояла еще небольшая вазочка с конфетами привезенными вчера, некоторые из них я еще не успел попробовать, и салфетка расстеленная по всему столику с вышитым гербом-лилией. Жестом я указал дворецкому покинуть комнату, он откланялся и ушел со словами: Завтрак ожидает вас внизу через 15 минут, господин Элнес уже проснулся, и он сказал, что разделит с вами утро.
— И так, каковы ваши планы на грядущий день?: вдруг спросил меня Серхио за трапезой.
— А ты, что то хотел предложить?
— Ну Сегодня после обеда, я собираюсь отправиться в свое поместье, помнишь я о нем тебе рассказывал? Оно находится по соседству, всего лишь час пути. Ко мне должен прибыть Барон Конский с Викторией. Ты поедешь?
— Думаю нет, я могу присоединиться через пару дней к вашей компании. А пока хотелось бы обосноваться здесь получше, со всем ознакомиться, ну ты понимаешь, отчетами, конкурентами, поставщиками, нужно создать бизнес план. Да и еще прижиться к новому дому.
Граф легко улыбнулся. После чего ответил. — Да вы я смотрю бездельничать не любите, но слишком не переутруждайтесь. Что ж дело ваше, но мы все будем ждать тебя в скором времени.
— Конечно.: пусто ответил я.
До отбытия Серхио мы еще долго с ним переговаривали на различные темы, в основном я делился идеями по поводу фабрики, почти все из них. Он одобрял, и все не переставал удивляться, как ловко такое заползает в мою голову.
За четыре дня успел сделать не много, ведь в основном я прогуливался по дому, разглядывая все предметы и комнаты. Еще я узнал, что не плохо держусь на коне и разбираюсь в сладостях и их ингредиентах. Я быстро привык к новой постели и поднимался с нее только к обеду. До поздней ночи же я сидел и рылся в документах. Оказалось не совсем трудным поставить на ноги эту испустившую дух фабрику, несколько договоров, хорошее оформление, настройка вкуса и торговых отношений и дело пойдет в гору. Контакт со своими подчиненными нашел сразу, и на третий день прибивания успел соблазнить одну из горничных, была она нежна, и доверчива. Ни чего опасного с ней не сделал, но то, что она покорно меня слушалась мне очень понравилось. Все, что должно происходить в моем доме, должно оставаться в его стенах. С мужчинами тоже все было легко, были они довольно интересны. Я открыл в себе еще одну интересную вещь. Я очень люблю блуждать по ночам в больших пространствах. Переходить из одной комнаты в другую, бродить по коридорам. Из-за этого я даже один раз напугал бедного Стюарта, что откликнулся на ночной шум и решил проверить все ли в порядке.
К Серхио я прибыл как и было обещано. Прибыл я один и верхом. Уж очень мне нравилось разъезжать по ближайшим угодьям. В моей памяти ярко выскочили слова сказанные графом по поводу этого поместья. Все было более ухоженно и утонченно чем в поместье белых лилий. Это было уже заметно со двора. Множество цветов и лужаек. Сейчас все было не так пышно как в теплое время. Но от увиденного сейчас можно было смело сказать, что весной все зацветет в самых необычных и ярких контрастах. По обочинам главной дороги стояли высокие острые деревья. Само здание было массивным и увенчано огромным количеством колонн, основная часть дома была полукругом, хотя на мой взгляд не сильно отличался по стилистике от моего собственного нового дома. Уверен, если бы мой особняк не пустовал долгое время, а за его садом ухаживали знатоки, то эти плантации захлебнулись от зависти увидев красу распустившихся белых лилий, стоит лишь сорвать с них пелену забвения.
У дверей меня встретил Ренальд. И как обычно, спокойно поклонившись и поприветствовав, сказал следовать за ним.
— Ренальд вы и здесь прислуживаете? Я думал в вашей юрисдикции только дом в Тулэ-ла-Грансе.
— Я служу графу и графине везде куда бы они не отправились. Я прибыл сюда вместе с госпожой Викторией. И хочу заметить, здешняя прислуга весьма распоясалась от долгого отсутствия хозяев. Но я быстро все привел в порядок.: на его лице выступили черты собственной гордости и значимости, я ответил ему лишь нелепой ухмылкой, на, что получил укоризненный взгляд. – Прошу сюда.
Мы вошли в светлую комнату с длинным столом где сидели Серхио, его супруга и барон Конский. У стены под округлым, интересным зеркалом стояли две служанки. Пока дворецкий вел меня за собой я увидел не мало слуг.
— О! Вы пришли. Как и обещали. Очень приятно Андриан. Мы вас ждали.: с улыбкой привстав приветствовал меня Серхио.
Все находившиеся в комнате обменялись со мной любезностью.
До вечера мы в основном вели беседы по поводу здешних мест, и моих планов на развитие фабрики. Барон пытался давать умные советы, но мне они казались больше банальными чем полезными. Однако я подчеркнул его умение говорить, кажется он мог найти выход из любой ситуации различными и даже нелепыми способами. Серхио заигрывал с супругой, и это не редко отвлекало нас от дел. Я даже деликатно попросил их удалиться, хоть немного и в повышенном тоне. Уж слишком эти сентиментальности раздражали. Я все же не привык видеть графа в состоянии любовного отупения, да и дельного в такие моменты он сказать ни чего не мог.
Мое внимание привлекли собравшиеся тучи на вечернем небе и Барон заметив это сказал.
— Маркиз, и Серхио, а может и его супруга. Не желаете ли поехать в город? Там сегодня бои устраивают, я бы и сам хотел поглядеть.
— Прошу прощенья господин Конский, но там собирается нагрянуть гроза. Не советовал бы я отправляться в это крестьянское захолустье.: вмешался Ренальд с умным видом.
— Довольно вам Ренальд. Быть может гости хотят развеяться. Да и я не против, провести на простолюдных мероприятиях времени с друзьями. Хах, думаю Андриан не откажется присмотреть себе приключения в здешних домах.: он хитро улыбнулся, хотя тут же отхватил подзатыльника от супруги.
— Нет, я не пойду, и вам советую того же. Нечего нам делать среди простого люда, да еще в такое время.: строго заявила графиня. — И тебе советую остаться.
Я видел как обидой наполнились губы Графа, но все же в карете ехали втроем. Мы проехали где то пол пути, как с прокатившимся громом хлынул ливень. Пока холодные капли пытались ворваться в экипаж, а лакей свирепо подгонял лошадей. Мы, трое буржуа, немного обговаривали нынешнюю экономику. Но со временем, диалог повернул и речь зашла про место куда мы направляемся.
Это поселение, до сего времени касавшееся меня лишь немыми стенами домов, тусклыми огоньками в окнах, простыми движущимися людьми, и местом где я восстановил “законно” свой титул, хоть и на других основаниях.
Маленький городок, основными жителями которого являлись лесорубы и крестями приближенных полей, куча мелких деревень в округе. Тут чуть ли не весь народ кому-то да родственник. Данная местность находится почти под самоуправлением, она не очень богата и влиятельна, чтобы привлечь чье-то внимание. Но вот то, что этот мелкий город находится связующим местом нескольких влиятельных и богатых имений, чьи крестьянские семьи тесно связанны с горожанами. Да еще и противоборствующих сил, иль находящихся в смирительном ожидании.
Карета остановилась возле длинного деревянного дома, и мои ноги плюхнулись в грязное месиво, а цилиндр тут же был усеян сверху каплями дождя. Серхио сказал слуге, чтоб тот дождался его в местном баре, и пару часов может отдохнуть. Под звук топочущих лошадей, мы втроем вошли в здание.
Звезд не было видно, дождь все свирепствовал на улицах города и по всей округе. Деревья Шердона взволнованно шумели, и было очень тихо в округе, хотя быть может ливень загораживал все звуки.
Пробираясь сквозь восклики людей разгоряченных зрелищем кулачных боев пробрались прямо к арене. Здесь было душно, шумно, толкались. Правда если, кто-то смел задеть нас, на него тут же обрушивались высокомерные взгляды из под растянувшихся бровей.
Здесь был старый хлев, очень замудренно переделанный под бойцовскую арену. Здесь так же был и бар, и “удобные места” в виде наваленных кубов сена. Спокойней всех, себя тут чувствовал барон. Ну во первых одет он был на много проще чем мы с графом, да и по его словам, он не впервые находился в таком месте: Следите за своими кошельками. – Отправляясь за выпивкой шепнул он нам.
— Вы гляньте, кто у нас сегодня тут.: раздался громкий голос в центре арены, после очередного законченного боя. – Трое из светских кругов. Интересно, как это столь достопочтенных и важных господ могли заинтересовать, наши маленькие простые развлечения.
Шум голосов сомкнулся, можно было ощущать на своей спине несколько дюжин глаз. Но все же легкие ухмылки не слетали с наших лиц, по крайней мере с моего, Серхио напрягся, и его рука тянулась к пистолету спрятанным под пиджаком.
— Может, кто из вас желает принять участие? А, что? Было бы смешно увидеть, как простой сельский мужлан начистит морду какому-нибудь богатенькому отщепенцу. Что скажите? Иль что? Вы можете прятаться только за своими слугами и мешками с деньгами?
Граф чуть ли не сорвался, но барон вовремя его остановил и перепрыгнув через ограду, оказался рядом с обидчиком.
— О! как интересно, видно биться с простым людом уж слишком низко для вас матерчатые господа. Ну что ж, кто желает сразиться с нашим богатеньким гостем? М? – эту фразу восприняли оглушающим ором.
Барон уже стянул с себя верхнюю одежду, и открыл тощее жилистое тело. А вот его противник был здоров. Крепкое тело закаленное тяжелой работой с топором, грубые черты лица, с маленьким намеком на “заостренный” ум.
Каждый хлопок от удара по телу нашего друга сопровождался радостным “Оооу” но мы с Серхио не смогли отказать себе от небольших ставок, тем более когда процент соотношения так велик.
Казалось у нашего тощего друга не было и шансов, но время проведенное в западных полках дало свой толк. Хоть бой был выигран очень смешным способом но все же честно. Катаясь на спине противника держа его за волосы настукивая по голове, что больше вызывало свирепости у противника, и насмешек у зрителей. Несколькими сильными ударами по шее, затем нехитрым удушением сзади, прилипнув к телу здоровяка как слизняк отключил его, и еле стоя на ногах от перенапряжения с трудом перелез через ограду к нам, уже мысленно считавшим сколько денег мы получили.
Через несколько минут, промокнув под дождем, дотащили раздетого барона до бара, где тот тут же осушил несколько бокалов.
— Андриан, мне нужно отвести Марка к себе домой, он слишком вымотан, да и делать тут нам двоим больше нечего. Вы снами или же останетесь?
— Нет, я порой останусь, уж слишком я еще неудовлетворен. Тем более вы говорили, что тут имеются и другие услады.: я был разгорячен зрелищем и самому хотелось поучаствовать в нечто подобном или же просто удовлетворить свои затихшие на время желания.
— Конечно.: прихлопнув по плечу, сказал мне граф. — На верх по улице, там будет острый трехэтажный дом, развлекайтесь, вам там же и представят ночлег. Но все же будь осторожен друг.: с этими словам граф хлопнул дверью кареты и лошади заскакали от нескольких ударов кнута

Глава 9. Волчьи стизания.
Слушая каждый хлюпающий шаг, прислушиваясь к лесным звукам ночи и самому дождю, почти добрался до желанного места. Но в месте где огни, горящие в окнах острого дома, отчетливо виднелись на возвышенности, мое внимание привлекли два человека. Быстро приблизившись, и встав за дом, я внимательно вгляделся в них. Да мне не показалось, эти двое были очень похожи на тех троих из поезда, похожая одежда, те же шляпы, кажется это были те же люди, вот только одному из них я изрешетил лицо. Они о чем-то увлеченно говорили, слов я не слышал, докурив сигареты они прошли между домами. Я последовал за ними.
Тонкими проулками мы добрались до окраины города. Я оставался незамеченным, шел аккуратно, эти двое часто оборачивались. Дождавшись когда они пересекут открытую местность и войдут в лес, медленно отправился туда же. Моя одежда промокла насквозь, обувь скользила по грязным лежащим на земле листьям. А гроза только усиливалась.
Где то в полутора километра от города, эти двое скрылись из моего вида за небольшой скалой, где взбудораденно стекал крохотный водопад. Здесь были только черные деревья и поросшие травою скалы. Спустя 10 минут, когда я потерял все надежды, сквозь шум от водопада, я услышал приглушенный вой, рычанье, лай и восторженные возгласы, будто бы сквозь сон. Прислушавшись к звукам, подошел к месту откуда они доносились, проведя по свисающим растениям со скалы, моя рука провалилась вперед.
В конце небольшого темного туннеля, где свободно могли пройти полтора человека, горел слабый дергающийся свет. Я оказался в небольшой каменной комнате. На стенах горели свечи, разные полочки, с костями и черепами различных существ, жухлой травой и перьями. Шум стал отчетливей, теперь не мешал дождь и грохот водопада. Спустя несколько завитых коридоров, я чудом не попался на глаза людей, стоявших в беспорядочном порядке и смотрящим, куда-то вниз перед собой, думаю догадаться было не сложно, что там, ведь помимо голосов, и восторженных криков, здешние звуки насыщались рычаньем и взвизгами, а вдалеке виднелись клетки со скалящимися волками. Простояв так несколько минут, свернул куда то налево. Двое мужланов приближались в мою сторону, и это вынудило меня спрятаться. Но мое любопытство слишком увлеклось, и петляя по лабиринту здешних туннелей, я оказался у тяжелой, прочной деревянной двери с железными вставками. Под нелегким усилием, дверь дрогнула и отворилась.
Деревянный стол, свечи, аккуратно сложенный каменный пол, стопки книг и бумаг, роскошное кресло и чучела животных, несколько ружей, и огромное количество топоров. Видимо я забрел в чей то кабинет, звуки шагов приближающихся к этому месту почти заставили меня покинуть эту комнату, но мое внимание привлекло развернутое, свежее письмо со знакомым гербом лежащее в центре стола. Сдернув платок с кресла, и спрятав за ним лицо принялся читать.
“ Наши ордены были раньше тесно связанны. Много времени прошло, но мы считаем, что можно восстановить былой союз. Ваши люди хорошие воины, а так же земли, наше влияние и богатство, отличный фундамент для создания нового времени, с наименьшей активностью и силами противника. Ваши люди, из городских парламентов близ Шердона имеют свои голоса. Присоединитесь к Гордым орлам, и тягость политики светлых дам исчезнет. Вскоре большая часть земель и их приверженцев, присоединится к нашим рядам. Советую обдумать наше предложение, покажите это письмо ближайшим из совета, а после сожгите.
С уважением орден Крылатый зверь”
Как только мои глаза прочли последнее слово, тяжелая дверь скрипнув отворилась и в нее прошли два человека, о чем то переговариваясь. Они были изумлены увидев меня. Первый, овальный мужчина со свиными чертами лица и усами срастающимися с бакенбардами тут же кинулся к стойке с оружием и схватил первое, что попалось в руки, “благо это был топор”. Прогнувшись в спине я ловко увернулся от летящего в меня оружия. Второй, по выше и более крепкого телосложения, кинулся на меня. Тростью, упершись ногами ткнул его в грудь, что откинуло неприятеля наземь.
Медлить было нельзя! Огрев здоровяка рукоятью по голове, пока тот еще не успел встать, быстро стал надвигаться на следующего врага. Странное ощущение я испытал, увидев направленное на меня дуло. С силой кинув в ноги целившегося трость, отпрыгнув в тот момент, когда эхом прогремел выстрел. Благо! Удар в ноги, сбил моего противника столку и пуля лишь оставила маленькую царапину на моем плече, порвав одежду. Перекрутившись на спине, подбежал к двери и бросился в шею, перезаряжавшего ружье. Сопротивлялся он не долго, лишь пытался ударить рукоятью оружия мне по лицу. Но вновь это чудесное чувство, когда голова склоняется влево, по коже бегут мурашки, а тело жалостно подрагивает. Тяжесть некомфортность промокшей одежды и сырости на теле стали неощутимыми, легкая сонливость исчезла, а язык забил радостную дрожь шариком по зубам. От этого, мои пальцы лишь сильнее стянули горло лежавшего, а все мое нутро восхищалось бешеными и беспомощными глазами моей жертвы. Даже когда мужчина не мог мне уже сопротивляться, его легкие не могли более впускать в себя воздух, а по каменным коридорам раскатывался шум приближающегося топота и взволнованных криков, мои руки с силой сжимались на горле поверженного толстяка.
Погруженный в экстаз, зарядив близ лежащее ружье, подняв трость с пола, размахом отворил дверь. Мое тело покачивалось в этом опьяняющем состоянии. Заставлявшего шею склониться на бок, улыбки выступить на губах, зрачкам безумно расшириться, темнокарим глазам впустить в себя грязно кровавый оттенок и смешаться с желто-зеленым, болотистым цветом, а из своего нутра выпустить тихий истеричный смех.
Выстрел! И первый из бегущей толпы опрокинут назад. Шаг в сторону покачиваясь. Перезарядка, выстрел! Уже второго постигла та же участь. Толпа остановилась. Кто-то держал дубину, у кого-то в руке сверкал топор, многие стояли с обнаженными руками. Мне было плевать, что они могут растерзать меня живьем. Я по крайней мере успею забрать еще троих выстрелом, кого нить прирезать и еще у одного, от боли, гнева, истерии – вырвать кусок горла. Шаг, перезарядка, смех.
— Ну?! Кто еще?! Сколько еще храбрецов готова расстаться с жизнью?: краем глаза, когда мои пальцы дважды коснулись курка, а двое набегающих лежало молчком лицом в пол, увидел еще один узкий коридорчик слева.
Ширнув туда, как только из толпы в мою сторону направилось дуло пистолета. Быстро стал искать пути к отступлению, пробегая по каменным плитам, слушая за собой, столь неугомонный грохот преследующих ног. Преимущество было на моей стороне, коридор был уж очень узок, с трудом бы тут прошел мужчина весом более 85и килограмм, а по моим визуальным выводам, процентов 70 из преследователей имели именно такой вес и более. Я мог орудовать своим тонким клинком без проблем, и создал бы груду трупов в этом проходе, но вот шальная пуля, ах! Она могла сыграть свою дурную роль. Мысли шустро метались по моей голове, как я по коридору от стены к другой. Наконец передо мной показалась черная решетчатая дверь, которую я с силой выбил плечом.
Быстро закрыв ее и затянув цепью, висевшей на стальном крюке и закрепив ее небольшим железным замком, висевшем на одном из прутьев этой решетки, огляделся.
Глаза… Безумно красивые глаза… Наполненные яростью, животным желанием свободы и жизни. Прекрасные глаза, в которых изображена сила, красота, дикость, огонь и холод одновременно. От этого зрелища отвлекал дуратский звук.
Мне пришлось убрать взгляд от скалившегося серого волка, в агрессии стоящего в клетке. Он был не единственный здесь, клеток здесь было полно, но моему обзору виднелось только три с этими возбудившимися животными. Но мое внимание привлекло совсем не это. Улыбка, наполненная гнилыми зубами, криво улыбалась мне. Отвратительный тип держал дубину в руках, с тяжелым железным круглым набалдашником и постукивал ей по своей ладони. Я был готов засадить последнюю оставшуюся пулю этому мерзавцу, в грязной порванной одеже, но удар, сбивший замок с одной из клеток, заставил переменить мое решение.
Пуля ударилась о каменный, грязный, пыльный пол. Совсем недалеко от зверя, чьи глаза так пристально смотрели в мои. В них было почти тоже самое, что и в предыдущих, но желание вырвать мне лицо, выместить свой гнев, на моем хрупком теле, было выражено намного сильнее. Они наполнились кровью от потрескавшихся сосудов. Тем более ему мешало лишь маленькое препятствие в форме приклада от ружья и моей трости находящихся в моих ладонях и толкающих животного в горло. Эта тварь прыжком сбила меня с ног. И жадно, клацая пастью пыталась коснуться моего лица. Он был тяжел, но я не чувствовал его веса на себе, лишь тяжесть его горла на прикладе, ведь именно он не давал моей жизни прерваться. Я более чем восхищался этой картиной чем боялся, или пытался убрать с себя этого волка, и пока к моему счастью не только я этим занимался. За решеткой слышались оживленные переговоры на счет ставок, чьим поводом была моя продолжительность жизни. Число отвратительных типов увеличилось. Теперь их было четверо, один из низ держал перед собой вилы, двое других постукивали топорами по пустым клеткам. А тот, кто решил поиграть со мной в эту веселую игру, направился прямо к первому существу привлекшему мое внимание.
Если он откроет ее раньше чем я успею прервать его жизнь, то сегодняшний вечер закончится очень плачевно для меня. Чертовы переговоры на счет поднятия ставок, так меня озадачили и рассмешили, что я не удержался! Не сегодня!
Большим усилием, пихнув волка в горло с правой руки, вырвал из трости клинок, и проткнул шею этого существа насквозь. Прогремел рев, а челюсть убитого животного чуть ли не сомкнулась поцелуем на моих губах. Оттолкнув с силой бездыханный труп зверя. Отбросив кровавые пятна с клинка на камни. Кинулся на того с гнилой улыбкой, остолбеневший от удивления, опомнившись, он издал непонятный отвратительный звук, смешанный с криком и ревом. Мой соперник был в гневе, и поэтому я с легкостью парировал его неумелый удар, а взмахом клинка, полоснул по его гнелуму рту, разорвав ткани губ и щеки. Ревя и захлебываясь от собственной крови, он начал пятится назад, после чего с силой влетел головой в замочную скважину клетки. Где обезумивший волк от запаха крови, пытался отведать хоть кусочек, от упавшего рядом хозяина. Так же легко разобравшись и с тремя остальными, я позволил животному порадоваться, и грубым ударом отворил дверь его темницы, клацнув зубами, будто это мне предстоит впиться ими в сладкий череп… Мои быстрые шаги направлялись к выходу под крики мук поверженных, и злобные восклики, грохот в туннелях преследующих. А слюнки то, так и текли.
Гроза кончились, в усталости, в грязи, я вошел в острый дом на вершине холма, в который и направлялся до сложившегося приключения. Здесь было тепло, как всегда в воздухе витали вульгарные ароматы соблазняющие любую даже скромную натуру. Подойдя к хозяйке дома я представился, сказал от кого пришел и поведал легко выдуманную историю о своем неряшливом виде. Взрослая дама, сохранившая пышность своих форм, легкий шарм и еще страстное пылающее теряющее молодость лицо, проводила меня в небольшой зал с камином мягкими креслами и восточными коврами. Я был опоен сначала приятным чаем красного цвета с кусочками лесных ягод. Затем две обаятельных в открытых платьях девушки принесли кушанье и выпивку. Ожидая момента, когда на мои устах появится довольная улыбка удовлетворенного голода, играли друг с другом и дразнились. Когда же мой желудок был приятно ублажен. Они взяли меня за руки и провели наверх. Усадив в широкое мягкое красное кресло, улеглись на кровать и заставили наблюдать за собой. Их игры продолжались около пятнадцати минут, я уже не смел сдерживаться. Девушки были и правда мастерицы и остры на язык, у них многому можно было научиться, ведь губами и пальцами они довели друг друга раз по шесть и всего-то за такое короткое время. Отвыкший немного от подобных мест, где бывал почти каждый день, с наслаждением отдохнул. Немного теряя контроль от предыдущих стизаний с волками и тех кто был занят этим смертельным азартом.
На утро меня уже ждал экипаж, в воздухе витала злоба, но не смотря на это я отлично выспался, сытно позавтракал в клубе и отправился в свое поместье.
Еще несколько дней я прибывал здесь, готовил отчеты, встречался с различными предпринимателями, банкирами, деловыми
Покончив со всем этим, я решил вернуться в Лагранс, уж были некоторые вещи вызывавшие у меня безумный интерес и ответы следовало искать именно там.

Глава 10. Возвращение в Тулэ-Ла-Гранс. Сбор информации.
Новости обо мне разлетелись быстро. Но тем лучше. Молодой Маркиз, иностранец, который имеет здесь скромную собственность с кондитерской фабрикой, чьи доходы значительно усилились с приобретением, меня как хозяина. Притягивает лестное внимание к моей персоне.
Думаю много состоятельных родителей уже прожужжали ватные головы своих дочерей о перспективе некоего Андриана. Ах как сладостны эти мысли. Ведь теперь я ровно стою, можно приступать к задуманному. Стоп, это чуть позже. Я ведь приехал, я снова в Тулэ-Ла-Гранс, голодный и истосковавшийся по здешним порокам, которые ползут изо всех щелей. Кхи, ждите и бойтесь, я хочу наслаждений, что будут ублажать всех моих демонов, желающих с удовольствием поглотить вас.
Для начала, решил посетить мой старый обитель. Не хотелось терять столь чудное место, да и вдруг старик расскажет, что ни будь интересное. Вновь была оплачена неделя проживания. Хозяин дома был очень рад меня видеть, и мы как обычно стали обсуждать нынешнее положение Тулэ-Ла-Гранс за кружкой чая.
— Я слышал вы приобрели некое имение в здешних краях дорогой друг.: Старик очень часто читал газеты и слушал сплетни, так сказать небольшой сборник информации.
— Да, именно так. Теперь меня вполне могут считать представительством местной буржуазии.: улыбнувшись сказал я.
— Ну не то, что бы, но среди светских кругов, к вашей персоне будут более значительно относиться.
— Ох, на сколько я помню, вам хорошо известно об этих кругах. Может вы сможете мне помочь в некоторых вещах?
— Конечно Андриан. Я помогу вам всем чем смогу.: он добродушно кивнул.
— Как мне не оплошатся при этом значительном отношении к моей персоне? Дурные слухи разносятся быстрее, что бы не выявилась неприязнь. И еще меня заинтересовал некий орден, я уже несколько раз натыкался на намеки о нем, однако толкового мне о нем ни чего не рассказали.: Множество намеков и образов всплывали у меня перед глазами. — Я имею ввиду Крылатого зверя. Да и вообще я хотел бы ознакомиться со здешними орденами и знатными персонами.
— Крылатый зверь?! Не уж то!: старик очень удивился, и кажется даже чутка помолодел. Могу я поинтересоваться, какой герб принадлежит этому ордену?
— Что-то похожее на морду летучей мыши, помню я его смутно, и видел лишь вскользь.
Старик удивленно смотрел на меня, а после задумчиво откинулся в кресле. Произошла некая пауза молчания, потерев подбородок, он вновь заговорил.
— Мне понятно ваше любопытство, об этом ордене мало кто знает. Его дела темны, тайны и коварны. Не знаю какая удача столкнула вас с ним, но толкового я вам ни чего не расскажу. На моей памяти есть несколько книг, в которых упоминается этот герб и собственно название. Но эти книги связаны с черной магией, и тайными древними сообществами, тень их еще преследует наш город.: он вновь стал копаться в своей памяти, и что-то явно обдумывать, от чего его морщинистый лоб стал более выразительным.: — Думаю вам стоит сходить в библиотеку неподалеку отсюда, скажите, что пришли от меня. Попросите книги, я сейчас напишу их названия на листе. Ах да! И еще думаю вы найдете там книги и о нынешних орденах и семейных древах лордов. Таксссс, а по поводу как вам себя вести, думаю вы и сами справитесь. Будьте собой, вы очень интересный, молодой человек. Пытайтесь соответствовать знатности своего положения.
На этом разговор был окончен. Я подождал в коридоре пока старик рылся в своих вещах и пытался вспомнить названия книг. Взяв аккуратно сложенный листок и откланявшись, быстро отправился по указанному мне адресу. Мне нужно было вооружиться информацией!
Библиотека находилась в двадцати минутах ходьбы от моей квартиры. Найти ее не составило труда. Войдя в большое здание на перекрестке улиц “Старый бульвар” и ”Древесная” стал искать работающий там персонал. Мужчина в очках и в коричневом одеянии был приятно удивлен услышав, что я от старика Грессана и поклонившись, повел меня среди комнат и полок книг.
Мы остановились в небольшой комнатке для чтения. Небольшие стенные шкафы, старинный стол со стулом, зеленая настольная лампа, чей свет придавал некую таинственность этой комнате. Все, больше ни чего тут не было, кроме книжных полок, полки были везде! Мой спутник вновь внимательно прочел записку и сказал, чтобы я ожидал его здесь.
Через несколько минут, он вернулся со стопкой плотных книг в руках, положив их на стол.
— Вот книги которые вам нужны. Не волнуйтесь, вы можете прибывать здесь столько, сколько вам угодно.: поклонившись он ушел, закрыв за собой дверь.
Теперь я был наедине с собой и надеюсь с ответами на мои вопросы. 1я книга лежавшая в самом верху называлась “История орденов Тулэ-Ла-Гранс” состояла из двух томов и это был первый. Серая потертая обложка, страницы уже покрылись желтым налетом старости. Первые 10 страниц увенчались развилистым древом орденов, берущее начало до 300 лет назад. Многие не проживали более ста лет, я с любопытством просматривал всех их.
Светлые дамы имели свое начало как раз из первейших, но первую сотню лет не имели особого значения, лишь после войны, когда семья сблизилась с королевской семьей вследствие героических поступков семейства, стремительно вырвались в лидерства уважаемых орденов. А вот Гордые орлы, все время плавали где-то рядом, переформировываясь из одной семьи в другую, но только как 70 лет назад набрали свою силу и смогли конкурировать с дамами. Фамильные древа, небольшая история о каждой выдающийся личности, идейности и союзники.
Все это тщательно прописывалось. Я даже смог найти герб увенчанный на моем поместье. Старый и постоянно идущий где-то в стороне орден. Мне кажется я не зря поселился в этом доме.
В общем, этот том продержался в моих руках не долго, уж как-то все это было нудновато. Поэтому я быстренько взялся за 2й. Вот тут было на много интересней, вдобавок к остаткам информации из 1го, в придачу шел фрагмент, с зачерненными, имеющими свое собственное древо именно те ордены, о которых знать простому люду не следует. Я нашел здесь и Крылатого зверя, идущим одним из 3х основных и главных тайных сообществ, и еще видимо тот, где совсем недавно я побывал прочитав письмо о сговоре. Было весьма интересно читать о них, в принципе сказано толком было мало, лишь небольшие догадки. Но мне уже вдоволь этого хватило. Тем более я переписал себе наиболее часто упоминающиеся места, где могли находится эти семейства. И кстати одно упоминание было о Шердоне.
Следующие книги были в стиле, сказок, мифов, легенд, слухов. Все, что было связанно с крылатым зверем, так это черная магия, убийства влиятельных господ, вампиризм, торговля людьми, массовые поджоги, отравления, пытки. Считалось, что чуть ли не каждый 3й палач являлся представителем этого ордена. Две вещи показались мне любопытными. 1я так это интересные истории с работорговлей, и если даже некоторые слухи были правдивы, то я знаю кто сможет мне в этом помочь. И 2я это башня Мюрестре она уже дважды попадалась мне на глаза. Погрузившись в этот мир я окончательно потерял счет времени.
Возвратился в квартиру поздно ночью, уж слишком много провел времени за чтением и сознание склоняло в сон. Только сейчас я заметил царящую в моей комнате тьму. Слабый свет от лампы не спасал от этого, только казался одиноким маяком на холме морской ночи. Немного повглядывавшись с кровати в темноту спокойно уснул переваривая прочитанную информацию.
 
Я вновь здесь, ни чего и не изменилось, двери широко распахнулись, только один шаг, и мои ноздри наполнились запахом разврата здешних услад. Так давно мои клетки кожи не ощущали эту атмосферу, поэтому по ней тут же пробежали мурашки и легкая дрожь.
Время как будто остановилось, мои глаза видели как фигуры соблазна и вожделения людей, замедляются в своих движениях и становятся образными скульптурами моей вожделенной фантазии.
Мои созерцания прервала Мериди, которая вспрыгнув на меня, обняла и стала расцеловывать.
— Дорогой Андриан, как же я рада тебя видеть! Я слышала от гостей, что ты отправился в Шердон. И то, что на тебя напали. Правда ли это?: девушка была взволнована, и немного дрожала.
— Да, милая я тоже рад тебя видеть.: я добродушно постарался улыбнуться. – Дааа слухи будто саранча. Не волнуйся, эти глупцы недооценили нас с Серхио. Теперь я имею некое влияние, и значим в этом городе, не просто турист… Именно ради этого я и отсутствовал.
— Пройдем же со мной в комнату. Ты мне все расскажешь.: она схватила меня за руку и утащила за собой, мне оставалось только быстро кланяться знакомым лицам и лестно улыбаться нежным рукам, которые меня касались. Мериди буркнула на сотрудниц делающие это, и только быстрее тащила за собой.
Заведя меня в комнату, закрыла за собой дверь. Мы долго разговаривали, иногда рассказ прерывался ее вздохами и приливами поцелуев моих губ. Но всю атмосферу разрушила моя одна фраза.
— Есть ли новый товар?: улыбнувшись и набавленным взглядом из под лобья, я спросил девушку.
Она недоуменно на меня смотрела наверное с минуту. Потом опомнилась и бросила: — Да, спустись на первый этаж, обратись к мадам Шринье.
Я вновь улыбнулся, она лишь встрепенулась и отворив дверь быстро покинула меня.
Мне было мало удовольствий, которыми окружили меня сотрудницы Грез. Кое-кто был связан, другие кружили вокруг меня, неуверенно подставляясь под шлепки и унижения. Отдернув от себя одну девушку, обнаженный спустился к управительнице, кинул ей деньги за оказанные услуги и одевшись покинул дом разъяренным от ощутимого.
Мои блуждания привели меня в один из подпольных клубов, выход к нему я нашел в черном подвальном рынке.
Сразу, что мне бросилось в глаза – это дети, от 14-15 лет. Они меня очень заинтересовали, но в начале, я решил вновь себя разгорячить и поглядеть, для чего их использовали.
Толстый священишка похлестывал молоденьких мальчиков плетью для скотины, они кружили вокруг него как стадо овец. Старый распутник восхищался каждым из них, иногда выдергивая одного из стада и дергая щекотал, либо делал другие гнусности с его пахом, возвращал бедолагу наместо и вновь заводил хоровод. Следующие были два господина, как мне сказали довольно знатных, тоже дети, но тут без разбора. Мальчики, девочки, им было неважно, увлекаясь собой целовали страстно друг друга в губы, а после с улыбкой заставляли детей делать страшные вещи.
Несколько господ, которых проститутки били кнутами, или же прижигали раскаленным железом, те нередкие еще живые клочки кожи. Эти все картины полностью развратили меня.
Похоть полностью овладела мной, она родила гнев, ненасытность, раздражение, следом желание новых ощущений. Над всеми, даже над собой. Капли собственной крови возбудили сумасшествие, глаза расширились. Но все же мне больше нравилось мучить людей. Жаль истинного садизма мне не позволили, а вот отхлестать, по терзать, поджечь волосы, избить, придушить, это я все мог, и с истинным наслаждением проделывал. Со всеми, со всеми…
Наутро я решил заняться очень важным делом, которое нельзя было откладывать, как минимум по причине собственного любопытства. Приятно проведя время в кафе, где я часто засиживался по утрам, приветливо и свободно, кокетничая, улыбаясь персоналу, поднял свое настроение. И оставив как обычно полупрочитанную газету на столике. Отправился в одно место.
 
— Здравствуй Дорсе, как поживаешь?
— Добро пожаловать Маркиз, вы очень редко стали тут появляться. Мне иногда даже становиться скучно. Дела как обычно, правда кальяншиков хороших нет, нынешний и рядом не стоял с вами. В общем какими вы судьбами и так рано?
— Я ищу Тадаши, не подскажешь где он?
— Думаю я тебя огорчу, он недавно уехал по делам. По этому поводу я ничего не знаю. Думаю тебе лучше спросить у девочек.: Он добродушно, весело улыбнулся. — Они как обычно наверху. А лучше обратиться к Киори, ее можешь найти рядом с его кабинетом, в конце зала. Либо поспрашивай у девочек, она так же может спокойно где-нибудь сидеть.
— Огромное спасибо тебе.: поклонившись ответил я. – как дела у твоей жены и дочки?
Бармен весь заулыбался, и радостно занес руку за голову потирая затылок. – Все хорошо. Стабильно так сказать. Дочка все ни как не дождется снега. Иногда нахмурившись и надув губки, ходит по дому.
Мы немного разговорились. Дорсе был как обычно очень весел. Казалось ни, что не заставит этого человека грустить. Мысль о том, возможна ли у меня такая жизнь как у него, такого непонятного и по своему нелепого почти безумца, на радостную и счастливую жизнь без забот промелькнула легким вовсе ненужным уколом. Поклонившись, и еще раз отблагодарив, я поднялся на второй этаж.
Благоухание ароматов доносилось уже с лестницы. Девушки отдыхали на диванах, некоторые сидели по комнаткам, кое-кто прихорашивался в гримерной. Думаю в этой комнате в основном и сидели девушки. Странно Куроки тоже отсутствует. Интересно, по какой причине? Здесь стоял не такой богатый букет благовоний и дымного тумана таинственности как по вечерам. Было даже как то свежо.
Ко мне подошла молодая азиатка. Меня тут хорошо знали. Поэтому серьезного строго отношения как к клиентам не было. Она поклонилась и спросила.
— Вам, что-то угодно господин Андриан?
— Доброе утро милая. Мне нужна госпожа Киори, не подскажешь где она?
Девушка повернулась немного. Кивнула в сторону большого мягкого дивана, где располагалось несколько девушек. Одна из них, завидев этот жест, тоже кивнула.
— Что вам угодно маркиз?: серьезным тоном поинтересовалась девушка лет двадцати восьми в пурпурном халате и ярким макияжем.
— Здравствуйте, я так понимаю вы госпожа Киори. Мне нужен Тадаши Куроки. Вы не подскажите где можно его найти?
— Я должна вас огорчить, хозяин отсутствует в городе. Он отправился по важным делам в ближайшие портовые города, вернется на следующей недели. Я могу ему, что-нибудь передать если вы хотите.
— Нет. Спасибо. Я лучше сам зайду. Благодарю госпожа Киори.: я сделал шаг и собирался уже уходить. Но меня придержали за руку.
— Можно просто Киори, может мы сможем загладить огорчившую вас новость?: по ее губам скользнула легкая улыбка обольщения.
Меня окружили девицы из кобры, и я с ноткой должности и гордыни плюхнулся в мягкую кабинку.
Не уж то совпадение, что Куроки отбыл из города именно в это время? А еще прибавить то, что шли слухи о его замешанности в работорговле. Тесная связь с графом, непонятное место в здешнем влиятельном обществе, без всяких упреков. Нет, что-то помогло ему занять место под солнцем.
Все эти мысли посягали на мой разум, во время обнаженного массажа и оральных ласк. Слоняясь по городу весь день, побывав в библиотеке, в нескольких кафе, в трех барах и даже случайным образом попал….
Поздно вечером, вновь забрел на черный рынок, прикупил немного пороха и пуль. Мою трость почистили, а лезвие наточили до лазурного блеска, это было очень увлекательно, и мои глаза следили за каждым движением мастеров. Здесь было как обычно людно. Приобретя несколько вкусностей для лежащей на моей шее Люции, встретил одно знакомое лицо, мы как то даже говорили на нескольких балах, решил спросить, знает ли об этом месте полиция, иль почему они находятся в незнании.
Сначала, этот пройдоха всячески уклонялся от ответа, но со временем, я все же допытал ответ легкой лестью и элегантным тоном.
Как мне довелось узнать, основной контингент здесь присутствующих это пиратство, беженцы, любители редкостей, бандиты, ну и конечно представители высоких сословий любящие нечто диковинное и запрещенное.
Именно они и подкупают полицию, а некоторые из работников, этой благородной профессии и сами не прочь здесь закупиться, хотя к ним и с недоверием тут относились.
Вышел, я все через тот же клуб, через который провел меня впервые Куро. Проходя через кабинки, где на людях рисовали, или же кололи дырки для железа, я остановился у одной, где отделяли от черепа кожу, и вроде, что-то туда вшивали. Но меня привлек не сам процесс, а один из людей кто этим занимался. Черные волосы ровными черными иглами спадали вниз, тоненькие ручки напряженно держали инструменты, еще ребяческое лицо было наполнено серьезностью, а на гладком лбу выступили капельки пота, и вновь я встретил здесь герцогиню.
Лысый взрослый затутаированный мужчина с седой короткой бородкой, держащий клиента, поднял на меня глаза и спросил
— Вы, что-то хотели?
— Наврятли, я просто увидел знакомое лицо и мне стало интересно.: тут Люцианна подняла голову, взглянула на меня. Кажется под больничной маской мелькнула, тут же скрывшаяся улыбка.
— О! Снова вы? Какими судьбами? В этот раз тоже хотите уйти с лишней железякой?: ехидно с забавой проговорила девушка.
— Кхм, ну а почему бы и нет?: Заигрывая протянул я.
— Соски, соски! Вам пойдут соски!: отвлекшись от работы завопила Люцианна, забавным и дурачащимся тоном.
— Ну если вы так желаете, я соглашусь. Думаю это больно, испытаю же какие-нибудь новые ощущения.: не задумываясь ответил я.
Было не так как я ожидал, но новая железка оказалась мне даже по нутру. После проделанной работы, мы сидели так же втроем, правда без предыдущего пациента, которому под кожу было, что-то вшито. Но разговор меня весьма озадачил, мало того, что я не помню даже о чем он был. Процентов 90 моих слов были полной неосознанной ересью. Что даже взрослый мужчина отказался со мной спорить, а герцогиня так вообще замолчала с ноткой раздражения на лице.
Взбешенный сам от себя, не понимая, что происходит, опустившись в подпольщину, вновь прибыл в тот клуб с маленькими беззащитными детьми.
 
Несколько вечеров я зависал в этом клубе, и мне очень это нравилось. День я проводил, скудно. В основном за чтением. Фабрика уже приносила стабильных доход, и я все ждал, первых собственных денежек в кармане. Еще приходил дворецкий Серхио с сообщением “Что Граф ожидает, у себя через два дня. П.С готовься к балу” А вот вечером, сразу же направлялся в клуб Садос. Кое-кому из его работниц, я уже приглянулся, и довольно зрелая женщина особо любящая хлестанья, рассказала мне, что устроит небольшую экскурсию по подобным клубам, на, что я конечно же согласился.
Прогуливался по городу медленным шагом. С легким призрением посматривал на окружающих, и почти тут же воплощал в фантазии с ними маниакальные идеи. Иногда, подхихикивал, улыбался, или же задумчиво потирал бородку. Наконец мои пальцы коснулись звонка дома Серхио.
После легкого обеда, я и граф с супругой сели пить чай как обычно в библиотеке. Меня все еще забавляла эта парочка. Серхио как обычно глупо вел себя, однако уже не впервой наблюдая за этим, забава длилась около 5и минут после наступило раздражение. Вдобавок, постоянные перепады настроения моего друга, нелепая ревность не на чем не основанная, в глазах Виктории показывалась фраза “долго я так еще не выдержу”
— Думаю вы желаете приодеться дорогой друг. Не составите мне компанию в поездке за обновлением гардероба?
— С огромным удовольствием, если вы конечно угощаете, мне бы не помешало несколько вещиц.: легко улыбнувшись, взглянул на Графа.
Тот ухмыльнувшись поклонился.

Глава 11. О! Маркиз!
Потягивая за белую перчатку, наклонив свежий, мягкий цилиндр вступил в дом. Прислуга как обычно моталась меж гостей, зал был как обычно хорошо освящен, звучала музыка, шампанское и вино разливалось по бокалам.
— А вот и хозяева дома, поздороваемся, прояви хорошее впечатление, знатный маркиз.: улыбнувшись Серхио рукой указал на пухлую даму в роскошном желтом платье и седого, усатого старика в пиджаке. Хихикнув я последовал за ним.
— Добрый вечер господин и госпожа Верротти.
— О, вы все же пришли дорогой граф Элнес.: вежливо, протягивая свою жирную руку поприветствовала моего спутника женщина к которой он обратился.
— Скажу даже больше, как вы и просили, я привел моего друга Маркиза Де Лавнеса.: рукой указав на меня сказал Серхио.
Сняв шляпу и проведя рукой по гладко уложенным волосам, ибо за время моего отсутствия в этом городе они немного отросли, в салоне сделали опрятную прическу, поклонился после чего и я поцеловал, протянутую мне руку.
— Я и мой муж очень рады знакомству с вами маркиз. Мы очень наслышаны о вас.
— Я очень польщен. Слухи разносятся очень быстро, и в этом городе тебе остается лишь гнаться за ними.: расстегивая воротник моей новой белой сорочки ответил даме.
Как мне довелось узнать, почти все гости этого бала знали обо мне наверное больше чем я сам. Было множество и знакомых лиц, писатели, художники, те кто заинтересовался мной как тонкой личностью искусства. Антуан Дэволь тоже присутствовал здесь, он постоянно крутился вокруг супругов Верротти. Изредка присоединялся и ко мне, узнавал, расспрашивал. Нутро пса даже в моем присутствие ощущалось, однако он знал, что шутить со мной будет дорого стоить, ведь не зря он присутствовал так часто в клубах ночи. Все же он играл не плохую роль союзника, ведь именно от него я тащил информацию о светлых дамах. Семья Же Дюри тоже присутствовала здесь, должного внимание им не оказывал, лишь вежливость и деловой подход, но они не были обделены лестью и шутками.
— Сегодня мы увидим ваши таланты вновь дорогой маркиз, спросил один из круга Же Дюри?
— Да, может вы пригласите мою дочь и повторите свой чудесный танец?: широко улыбаясь проговорил судья.
— Я буду только рад принять столь благородное предложение.: Взяв под руку Галестину Же Дюри Отправился в центр зала, где как обычно крутились пары.
Танец увенчался успехом. Галестина все еще была мне интересна. Вдобавок ее еще детская наивность заработанная примерным воспитанием благородной семьи, позволяли мне самовольничать и среди других особ. После получаса время провождения с этой девушкой, она и ее семья удалились с бала. Я же подошел к Жаку Ганьеру. Круг состоял из пяти представителей молодых аристократов, с двумя из них я был уже знаком, точнее видел в клубе Фаренше, именно они были окружены той толпой молоденьких мальчиков, чья невинность была только поверхностна.
Темы разговора были весьма заурядны: лучший сорт шампанского, картинные галереи города, несколько интимных шуток. Я же с забавой за всем этим наблюдал, смотрел за каждым взглядом и прикосновением, как мне кажется, двое других стоящих в круге были любовниками, а именно Жадон Верре и Сантьяго Венс. Оба были управителями местных католических школ для богатеев, и их почтительный вид грамотеев полностью соответствовал этой должности. Хоть они и пытались скрыть свою привязанность друг к другу мой развратный ум уже все отъявленно представил, и в форме собственного удовольствия и насилия над ними. Мою фантазию разрушил Эдмунд Гарсия, он опоздал на бал, но быстро отыскал наш круг по интересам.
После нескольких рассказов из моего черновика и нескольких идей, которые Жак хочет вскоре воспроизвести на бумаге в очередном своем бесцейлере, было высказано приглашение от Эдмунда посетить картинную выставку в музее Лагренже, на следующих выходных. По его словам будет на, что посмотреть, да и вдобавок будут выставлены и его работы вместе с несколькими других здешних художников. Темы своих произведений он не раскрывал, но поговаривал, что мы будем приятно удивленны. Любовники поблагодарили его, но отказались, ибо у них какая-то встреча в связи с зарубежными течениями в нынешнем образовании. Жак тоже отказался, его ожидали дела и он не вылезет из редакции до позднего вечера, а может и вовсе останется там до утра. Нежно положив руку на плечо отчаявшегося художника, высказал горячее желание посетить выставку в его сопровождении. На этом прозвенели бокалы и я вышел из круга.
Теперь когда с культурными делами покончено, время пришло соблазнению, милая Галестина меня не очень интересовала. Если честно, она мне уже наскучила, милости я не хотел, только грязной страсти. И почему бы не воспользоваться первоклассным сортом дам. Я заметил довольно вульгарный наряд, и сразу же стал им любоваться. Хорошая фигура была у этой леди, правда лицо немного кривое, не мой вкус, но фигура делала свое. Она кружилась радом с седым профессором, чьи усы чуть ли не соединялись с большими круглыми очками на его глазах. В нем я узнал ученого, приверженца Орлов. Серхио упоминал его, как нелепого продвиженца их идеологий и умудрялся даже вмещать их в свои отчеты по физике. Но я не задумывался об этом, его дочь, вот чего желал мой пошлый ум.
Но проходя сквозь столпившихся гостей к этой девушке, я уловил на себе разъедающий взгляд присутствующий и во время танцев. Все ни как не мог понять кто это так заинтересован мной. Но вот сейчас наконец увидел человека, любопытно разглядывающего меня со смешной ухмылкой забавы. Завидев мой взгляд, взяв бокал у пробегающего мимо официанта, направился ко мне. Чем ближе этот человек подходил ко мне, тем его улыбка становилась шире. Я улыбался в ответ. Казалось, что он подойдет и мы разъярился в истеричном смехе. Этого не произошло, но незнакомец произнес приветствие, низким, немного странным, но приятным голосом, предварительно поклонившись.
— Добрый вечер Маркиз Де Лавнес. Разрешите представиться, маркиз Люсен Сайлено.
Услышав это имя, по спине забегали мурашки. но все же сдержав себя в эмоциях ответил.
— Бонсуарр. Чем могу быть обязан вам?
— Да свойственно ни чем. О вас много поговаривают, вот и мне стала интересна ваша персона.: все так же ненавязчиво улыбаясь проговорил этот человек.
— Да? Надеюсь слухи правдивы и не вздорны, а так же надеюсь, что слышали вы обо мне только хорошее.
— Ну скорей наоборот.: на лицо упала широкая улыбка, после чего играюще дотронувшись до моего плеча, он продолжил – Но именно поэтому вы то и привлекли мое внимание. Не желаете пройтись в место где менее людно?
— Благодарю и покорно соглашусь.: не знаю почему, но улыбка все еще сияла на моем лице, хотя внутри все насторожилось.
Мы прошли на 2й этаж. В основном, на таких мероприятиях, основная масса находилась в зале. В коридорах же второго этажа, ходили не больше чем по трое, и то изредка, в основном просто прогуливаясь. В комнатах можно было иногда наблюдать картины вульгарщины.
— Очень забавно наблюдать за реакцией этих парочек, когда якобы случайно ты заходишь в комнату, а когда приводишь с собой несколько человек, так вообще обхохотаться можно с их покрасневших щек.: вдруг смеясь выпалил маркиз, когда мы проходили возле двери за которой слышались легкие стоны.
— Так о чем вы хотели поговорить?: с каплей серьезности произнес я.
— Я?! Вы по нраву мне. Знаю я вашу загульную душу. Видел в клубах. И еще в одном, из тех, где порядочные люди уж точно не бывают. Вдобавок мы оба являемся маркизами. Высокоуважаемыми лицами. Почему бы и не познакомиться? Ведь думаю нам не будет скучно дружить. Хи. Буду открыт, в последнее время, мне весьма скучно.
— Дело в скуки?: недоверчиво переспросил я.
— Хах, да!: глаза его расширились, а на лицо выползла огромная, широкая улыбка.
Все же было нечто пленительное в нем. Волосы собранны назад в хвост. Были они черны. Темно зеленые с оттенком изумруда большие глаза. На пару сантиметров выше меня, видимо худ и жилист, хотя одежда делала образ крепкого молодого человека. Был он лет 24х, небольшой шрамик, выползающий откуда-то из под одежды к шее. Тонкие губы, если не приглядываться, то небольшое заострение носа и невидно, тонкие брови, подстать губам. Ровностоящий, высокомерный, опрятно одетый маркиз с легкими извилистыми, а так же четкими движениями тела, рук и ног.
— Тем более, я так понимаю, вы очень близки с Графом Элнесом. И как мне сказал Гюстав, по причине мифов о его любовных похождениях, и богатом опыте в здешних клубах.
Меня чуть ли не дернуло от этого имени. Я тут же понял о ком он говорит; “Может этот человек поможет мне приблизиться к одной из моих желаемых целей?”
— Могу заверить вас, его знания ни, что с моим богатым опытом. Я имею на много более интересную и полезную информацию.: на его лице вновь скользнула улыбка.
Если вспомнить слова моего друга, то он и правда ни чего не знает о графе Де Франсе. А если этот человек на нашей стороне, близок к нему, и если мне не изменяет память очень умелый пройдоха. То почему бы и не поиграть вместе с ним.
— Кхи, ну если так, то я не прочь узнать о вашем опыте побольше.: благородно произнес я.
— Отлично! Ну, что ж, тогда расскажите о себе. Иногда личностные рассказы намного интереснее слов окружающих.
Мы долго разговаривали, после короткого рассказа обо мне, мы перешли на другие повседневные темы, после чего затронули развлечения. Маркиз был азартен, порочен и будто ни чего не боялся. Так же я понял, что он владеет хорошим и стойким капиталом, плюс влиятельные знакомые. В общем этому человеку, ни, что не угрожало и он спокойно наслаждался жизнью, что он и считал наиболее важным.
Как только мы спустились вниз, к нам тут же подбежал Серхио.
— Андриан, вот ты где! А я тебя везде ищу.: как только он понял, кто мой спутник, голос немного дернулся, а волосы взъерошились. – Оо маркиз, здравствуйте. Рад вас видеть.
— Добрый, добрый вечер.: неуклюже ответил Люсен. – что ж, я должен удалиться, тут стало немного скучновато: зевнув сказал он. – Маркиз Де Лавнес я найду вас позже, не уходите не попрощавшись.
 
После бала: я, эта вульгарная девушка, Эдмунд Гарсия и Жак Ганьер со своими спутницами и Новый знакомый Люсен Сайлено отправились в клуб Куроки. Потягивая кальян, обмениваясь интимными шутками пили вино. Рассудок у барышень слегка помутнел от алкоголя и мы могли расслабиться и не давать им должного внимания. Эдмунд так же вообще почти не обращал внимания на свою обожательницу.
— Дорогой Андриан, вы любите политику? В настоящее время все ее так бурно обсуждают, а вы молчком.: вдруг дружелюбно поинтересовался Жак.
— Ах, политика для меня очень скучна, пусть тупоумцы думают, что способны править положением.
— Но как же?: недоумевающие воскликнул художник. – Не уж то вам все равно в каком обществе жить? Какие будут законы и прочее?
— Все равно, я лишь буду любоваться тем, что происходит, я не привязан ни к одному месту в мире.
— А если запретят все так, что вам привычно? Сделают всех равными, или же вообще отберут все ваши богатства? Как ты будешь ухмыляться тогда?
-Этого нет, я не собираюсь задумываться, о том чего не существует. Но все же отвечу на ваш вопрос. Можно уехать, можно приспособиться, из всего можно выбраться и найти выгоду.: я улыбнулся и отпил из бокала.
Его лицо увенчала улыбка: — Ты слишком самоуверен. И это тебе еще окупиться. Да и какая от этого выгода? Потерять все…
Люсен, непонятным образом оказавшийся здесь. Непонятным это точно то слово, ведь я даже не помню как его позвал, остальные с опаской же поглядывали на него. А этот вечно улыбающийся грязной улыбкой мужчина оценивающе рассматривал все, привязывая постоянно взгляд ко мне. Вино расслабило моих спутников, они будто уже и забыли о нем, но Маркиз, маркиз лишь делал вид и внимательно за всем наблюдал.
— Пусть так, что-то теряя ты приобретаешь новое, все идет так как должно, своей натуре я изменять не собираюсь, на любого человека можно надавить, да и вообще я буду менять, что-то лишь тогда, если это будет мне выгодней. Я циничен, и эгоист. На окружающее мне плевать.: тут же я заметил возмущение на лицах моих спутников. :- Что вы господа? Я всего лишь зритель, который ищет место поудобней. Кхи. У меня нет ни чего святого, и я повторюсь ни к чему не привязан. Ну наверное только к наслаждениям. А их можно найти во всем.. На место одних тиранов прибудут другие, все останется неизменно, лишь в мелочах сменится жизнь, вспомните историю.
— Значит, что вам можно привить чужую точку зрения?
— Не то, что бы. Если она не помешает получать мне удовольствие и будет ценна мне чем то, что я имею сейчас, то почему бы и нет, можно и подыграть в принципе. Это весело. Хотя я не собственный идеал себя, ибо его просто не существует, даже у меня есть принципы. Именно они побуждают меня хорошо выглядеть, ухаживать за собой и развиваться, тем более с этими качествами легче получать удовольствия, а они тем самым выявляют нужду в деньгах, чем их больше, тем больше услад можно себе позволить. Замкнутый круг, а точнее спираль идущая вверх. Одно могу сказать сейчас точно, я говорю крайне не серьезно, впрочем могу даже и сейчас. Я могу и специально играться. Сейчас меня только интересует забава. А вы так смешно напрягаетесь из-за моих слов.
— Может хоть, что-то скажете серьезное?
— Удовольствие единственное к чему я привязан, но штука такая. Я его могу найти чуть ли не во всем. Дайте только повод. Но все же еще иногда бывает интересно все полностью менять. Хаос очень привлекает. Делать так, что бы уничтожить все вокруг себя, что бы заново создать, ставить себе палки в колеса и проверять себя на, что способен. Почему бы и нет, инстинкт самосохранения развит хорошо, но почему бы его не сломать, что бы узнать чего именно он стоит?: После этих слов я увидел как в увлеченном и пристальном взгляде маркиза заиграли дьявольские огоньки, радостные, мерцающие, бегающие друг за другом, он улыбнулся и отпил вина.
И вот всего лишь через минут сорок после этого разговора, Насти, именно так звали девушку, ублажала меня в уборной. Делала она это нелепо, толи от неумения толи не знаю почему, но помыслы ее были так же распутны как и ее внешний вид и пышные прелести весьма утонченной формы. Мне изрядно надоели ее попытки, я был опьянен, да вдобавок странные ощущения из-за маркиза сделали меня куда более жестче. Схватив ее за глотку и стиснув в руках проник в пухлые губы, которые только и были предназначены для подобного, да это не тот персонаж, а просто мусор, что скрашивает наши иллюзии пока не сглотнет.
Это уже было третье имя в моем скудном блокноте. Именно! я решил записывать имена тех дам первого сорта, являющихся на первый взгляд такими недоступными, непреклонными, для простого человека. А на самом деле это тот же материал, что и в публичных домах, только сам процесс интересней, но и то и то меня радует.
Все же я был ненасытен, ведь после Королевской кобры я отправился к Мериди. По дороге, меня вдруг пронзила мысль. Поверим слухам, почему бы вдруг и не проверить? У меня желаемое предчувствие наведаться к Куро, уж очень долго его работа была в туманности неизвестности. Уже было слишком поздно, чтобы возвращаться и искать хозяина. Отложим это дело на завтра. Да и я с легкостью поинтересуюсь, разогрев мой интерес в Кобре. несколько лестных фраз, извинений и каплю нежности. И я уже прощен. Мериди рассказала мало. О Тадаши она толком ни чего и не знала, даже где живет, посоветовала обратиться к его ближайшей свите азиаток в легких платьицах. Уснул я в ласке и нежностях, но этого было не то, мало, совсем недостаточно. Кхи.
До выставки, на которую я был приглашен, были мелкие шалости в моих новых излюбленных клубах, практика из книги шла на успех, не сказал бы, что прям все вводило меня в восхищение, но мой разум был весьма искушен. Несколько отчетов корректирующие финансовое положение фабрики, после чего товар стал поступать в здешние магазины. Вкус и сами сладости приобрели утонченность на пикантной основе. Среди буржуазии были благоприятные отзывы о моей продукции, это увенчалось несколькими письмами с пожеланиями и предложениями.
Иногда так интересно наблюдать за увечьями на собственном теле от наслаждений…
Погода была солнечная невзирая на холод окутавший город. В музей я пришел один, здесь было не слишком людно. Через большие окна падал, приглушенный диковинными шторами солнечный свет создавая некую атмосферу безмолвия. Тут было и правда тихо, все гости выставки очень спокойно и молча бродили, по объемным комнатам и коридорам наблюдая за предоставленным здесь искусством. Помимо картин, были еще и различные бюсты, на одном из них я и заострил свое внимание. Ощущение будто это какой-то военный, наверное адмирал или кто-то похожий, гипсовые усы переходили в бороду, думаю она была седой, хотя скульптура была полностью бела. Наморщенный лоб с сединой, приплюснутый нос, но вполне нормальных размеров, тонкие губы и печальный взгляд брошенный куда то вниз, в пустоту...
Моего плеча коснулся Эдмунд, и разрушил мысли окутавшие мой взгляд на скульптуру и пропасть позади нее.
— Маркиз, вы пришли как и обещали.: радостным слегка приглушенным тоном приветствовал он меня.
— Да, я всегда стараюсь их выполнять, особенно если они отвечают моим интересам и любопытству.: улыбнувшись, поклонился я.
Мы недолго разговаривали, проходя меж рядов картин, иногда толи он толи я здоровались со знакомыми встретившихся нам тут. На том, что привлекало большее внимание останавливались, и художник воодушевленно рассказывал про стиль картины, ее автора и различных мелочах и отзывах, выражал собственное мнение.
Его картины были заурядны, но, ни чего особенного, такое часто можно было увидеть, но все же в них было нечто интересное. Особенно мне понравилось изображение замка: кусочек круглой конструкции выглядывал из леса на краю обрывистого утеса. Похож он был на какой-то храм, спрятанный за непроходимыми тропами этого мягкого на вид леса. Облака закрыли рябистую стеклянную крышу от лучей солнца. Ее темный цвет удивлял и притягивал. А вот стенам повезло больше, на них лучи еще как падали, что придавало ей ярко бежевый оттенок. Все здание было обтянуто тонкими высоченными окнами делающими похожим это здание на место, одинокую границу в глубине человеческих снов.
Именно эту картину захотел приобрести какой-то священник, из-за чего я вновь стал бродить тут один, пока Эдмунд договаривается о сделке. После наверное минут пяти блужданий по комнатам, мое внимание очень привлекли ряд картин висящих в последней комнате этого этажа. Все они были интимны, не слишком опорочены, образны, но нет было и несколько обычных странных, нелепых и совершенно непонятных.
Фигуры людей были очень приятны, это были наверное и не картины а больше рисунки, но все же. Все они, помимо фруктовых ваз были оформлены карандашной работой. И я с огромным наслаждением вглядывался в каждую деталь. В основном были изображены девушки.
— Вам понравилось?: раздался до боли знакомый голос.
— Да, очень интересно, и хорошо нарисовано.: не оборачиваясь произнес я.
— Я очень рада. Правда, правда.: Очень весело и громко крикнула девушка за моей спиной, и выпрыгнула передо мной. – А! это снова вы.: и тут ее губы сомкнулись в легкой печали.
На восклик Герцогини сбежалось несколько господ.
— Люцианна! Вы опять хотите сделать из нашего музея балаган?: строго буркнул на нее взрослый посидевший усатый мужчина в очках.
— Я? Что вы господин председатель? Это все он, он виноват, я нет, я хорошая.
Я немного оторопел от такой наглости, но даже она была немного приятна. Председатель было хотел, возмущенно упрекнуть Герцогиню в клевете. Но успел только открыть рот, чтобы набрать воздух для грозных слов, и поднять палец вверх. Раздался пронзительный хохот за его спиной.
— Вы как всегда в своем репертуаре Герцогиня. Я уж очень сомневаюсь, что господин Де Лавнес завопил бы на весь этаж, хотя это было бы забавно.: сказал маркиз, облокотившийся на стену у входа.
— А здравствуйте Люсен. И вы здесь?: изумленным тоном проговорил я. Хотя в голове вертелось “не удивительно..”
— Ну как я мог пропустить столь высоко культурное мероприятие. Хотя я уже заскучал, рад, что вы здесь.: он оттолкнулся от стены и подошел к нам. Люди столпившиеся и слушающие разговор расступились перед ним, любопытно за всем наблюдая. Окинув взглядом полотно обратился к девушке, не находящей слов для этого человека. – Люцианна, ты тоже молодец, весьма достойные работы. И так, о чем тут речь? Или спор? Введите меня пожалуйста в курс дела.: и на его лице вновь выступила его привычная улыбка.
Герцогиня покраснела. Было заметно, что она заинтересована этим человеком. Он же лишь ловко подшучивал над ней. Толпа разошлась, маркиз задобрил председателя и тот успокоившись покинул нас. Мы втроем же, стали прогуливаться и тихо разговаривать. Иногда правда юная госпожа повышала, умничая голос, или же истерично весело вопя. Люсен лишь иногда громко смеялся, упрекнуть этих высокопочтимых господ ни кто не осмеливался. Даже Жак после того как освободился не набрался храбрости подойти. Я же ходил с ними и наблюдал, за этими двумя интересными личностями. Иногда даже вовлекался в разговоры и неплохо держался. Теперь не было этого дурацкого чувства и я говорил весьма слаженно, даже заинтересовал герцогиню, что она вела себя менее строго по отношению ко мне.
— Смогу ли я вас еще увидеть Люцианна?: Поинтересовался я.
— Не в скором времени. Я покидаю Тулэ-Ла-Гранс на месяц. Есть некоторые важные дела в провинциях. Но потом, может и увидите.: девушка наморщила немного лобик.
Герцогиня осталась в музее, мы же с маркизом решили прогуляться.
— В каких домах вы бывали дорогой друг?: Вдруг поинтересовался маркиз, когда мы проходили недалеко от аллеи ведущей к прибрежным районам.
— Что вы имеете ввиду?: якобы недоумевая переспросил я.
— Ай! Да лааадно вам.: протянул Люсен. – мы ведь оба понимаем, что именно имею я ввиду.
— Кхи, вас вокруг пальца и не обведешь. В разных, так сразу и сказать не смогу. А, что? Вы желаете поделиться опытом?: игриво поинтересовался я.
— Вы правы, правы. Именно этого я и желаю. Уж очень интересно правдивы ли слухи про вашу распутность и на сколько далеко вы готовы зайти, что бы утолить собственную жажду.: тем же тоном попробовал ответить мне он.
— Кхи. Ну, что ж, врятли вы меня сможете удивить.
— Удивлю, уж вы в этом и не сомневайтесь.: его глаза сверкнули. – Ведь если нет запретов, то сложно не поддаться искушению.
До вечера мы успели приятно пообедать. В этот раз маркиз уже больше рассказывал о себе. Видимо тщательно фильтруя информацию, так и не скажешь, что этот человек любит издеваться над людьми, хотя он очень часто намекал, на это своеобразными шутками.
Вечером же он привел меня в долгожданный клуб, находился он не далеко от богатейших районов города рядом с одной из возвышающихся башен. Да с первых моментов как я зашел сюда, понял, что это не обычный публичный дом. Истинные и прекрасные королевы ночи встретили нас. Визуально все походило на то место где разгуливали дети. Но здесь было все так аккуратно и необычно, что вызывалось ощущение будто ты вообще в другом мире, однако более или менее привычном. Красно-черные тона смешивались и переходили в болотистые. Кривые зеркала, странная мебель различных размеров. Свежие, пышные, благоухающие вкусовой гаммой запахи смешивались с каким-то оттенком тухлости, старости и гнили. Маркиз вел себя спокойно и открыто. Здешние обитатели хорошо знали его, и всячески пытались угодить своей милостью, он же здесь был как дома.
Было тут несколько категорий, сами работники и работницы, были они все как на подбор чудесны, наверное во всей стране прекрасней и не сыщешь. Рабы — те кто был здесь насильно, они не доживали до следующего утра, или же были на столько измученны, что сами желали смерти. И третьи, кого я уж точно не ожидал увидеть, так это уродцы, помимо простых карликов тут имелись и те, кто имел дифформацию тел и лиц, скелеты и жирдяи не помещавшиеся и на 4х стульях. Отвратительные существа, лысые и омерзительные, я не знаю в каких уголках земли их собирали, но фантазия тех, кто это сделал, меня восхищала.
Маркиз завел меня в большую комнату с огромной постелью, на которой была распята задыхающаяся от наркотиков и страха девушка.
— Мне нужно кое, что сделать, а вы пока развлекайтесь.: Он хлопнул в ладоши и скрылся за красной шторой в какой-то небольшой комнатке. А на его зов зашли несколько жриц ведущих на поводках по двое ползающих уродцев. Они толкнули меня на постель, я обрушился на жертву. Та же от испуга завопила, но ее рот был заткнут. Девушки — отпустив поводки, впились в мою кожу длинными острыми ногтями, пустили длинные языки по телу, одновременно обнажая меня, а их яркий макияж и черные глаза все ярче впивались в мою память, с каждым оставленным следом укусов от жадных губ. Уродцы тут же принялись за вопящую девушку, у постели в стальных ведрах лежали прутья, ножи, розги, ножницы тут даже вилы были. Один из уродцев с впалой грудью и деформированной спиной, что отвратительно выпячивалась острым длинным горбом, взял несколько прутьев, и вонзил девушке под ребра — Та задергалась под тяжестью моего тела. Карлики своими мерзкими крохотными пальчиками схватились за ножницы и ножи, у кого-то было искаженно лицо, у некоторых, чуть ли не отсутствовали ребра. С жадным зловещим хихиканьем они принялись за конечности жертвы разрезая кожу.
Слезы наполнили ее глаза, тело брыкалось, отчаянно пытаясь вырваться. Крик заполнил ее сдавившееся горло. В этот момент шторы и распахнулись. Маркиз, обнаженный вышел в это безумие держа в зубах и руке зажженные, непонятные, вытянутой формы сигареты, в другой руке держал виски со льдом. Многочисленные ожоги и шрамы крючковатой и точечной формы, были рассыпаны по всему телу, по которому, текла еще чистая вода. Он отпихнул мокрой, жилистой, сильной ногой двух девушек, жадно грызущих мою плоть, доставляющих мне колоссальное удовольствие.
— Смешайте в эту прекрасную ночь, горячащий лед и разлагающее пламя!: С этими словами он протянул мне стакан, который я неутолимо осушил, и сигарету, с той же скупостью втянувшую ее яд в свои легкие. А Люсен с агонией набросился на обессилиную страдальщицу и с силой всей соей грубости сжал ее роскошную грудь. Ох, мы были пьяны, безумны, а маркиз еще и под опиумом.
Проснулся я ближе к полудню, голова трещала. И быстро распрощавшись с маркизом отправился домой. Там я откачивал себя чаем и пряностями до следующего утра, пока не отправился в кобру, Куроки уже должен был вернуться в город. С собой прихватил и Люцию, она уже пару дней не выбиралась из квартиры, да и мне хотелось ощутить ее щекочущие лапки у себя на шее.
— Доброе утро Киори, господин Куро уже вернулся?
— Здравствуйте маркиз. Вернулся, сегодня рано утром.
— Отлично: потирая руки сказал я. – Он здесь?
— Увы но нет. Сегодня он придет сюда только к вечеру. Но я могу подсказать где можно его сейчас застать.
Это был небольшой узкий домик в одном из переулков скрывающихся между пышными районами. Казалось, что он вообще был деревянный, этот фарс бросали деревянные вставки увенчанные по всему дому, за окнами виднелись горшки с цветами. Мне открыла симпатичная азиатка в шелковом желтом платье. Все же у Куро был свой стиль и привычки. Меня провели на второй этаж. Все было примерно как и в обычных богатых домах, только с различным азиатским антиквариатом, мебелью, тонкими чуть ли не одноцветными, светлыми коврами, висячими и ползучими растениями. В кабинете было почти тоже самое, только добавились картины и террариумы с различными животными, но видать самым ярким и частым их представителем являлись скорпионы.
— О! Добро пожаловать в мою скромную обитель. Чем обязан столь благородному и приятному гостю?: С улыбкой приветствовал меня хозяин дома, стоя радом с одним из тех стеклянных домиков для его любимцев. В этом находился бледно желтый скорпион с черным жалом.
— У меня очень важный разговор дорогой друг, правда с оттенком нелепости.: подойдя к креслу сказал я.
Он кивнул девушке, и она покинула нас, закрыв за собой бамбуковую дверь.
Он подошел к столу из непонятного серого дерева. – О чем вы желаете поговорить?
— Расскажите о вашей связи с крылатым зверем.
— Не понимаю о чем вы.: таким же веселым, шутливым тоном ответил мне Куроки с аежливой улыбкой на лице.
— Я знаю о том, что вы предоставляли им свои услуги в работорговле.: Нагло соврал я прямо в глаза, скользко улыбнувшись.
— Слухи и вздор.: немного неловко ответил он мне, хоть это его секундное смятение было почти и неуловимо.
— Расскажите мне о них, и какую роль играет граф Гюстав Де Франсе.: Не отступал я постепенно напирая, но делая это деликатным способом и движениями.
— Нет вы напрасно пришли сюда. Я не понимаю о чем вы говорите дорогой друг.: его лоб нахмурился. – Этот разговор вас ни к чему не приведет.
— Может заключим пари?: вновь улыбнувшись поинтересовался я. Я хотел расположить к себе этого упертого моего бывшего начальника.
— И в чем же оно заключается?: с недоверием спросил Куроки.
— Я вижу у вас в большом террариуме скорпиона.: а дом этого членистоногого и правда был огромен наверное полтора на метр. И был на много больше всех остальных, что явно показывало его превосходство и любовь хозяина. Задрав рукав правой руки и коснувшись шеи разбудил Люцию крепко вцепившуюся в мою шею. Сколопендра оживилась и заползла игриво на мою руку, играя с ней таким образом, я вновь заговорил. – Я не видел свою малышку в действии и вот, что хочу предложить. Побеждает мой питомец, вы мне все рассказываете. Побеждает ваш, и я покину вас забыв навсегда об этом разговоре.
— Кхм…: задумчиво протянул Куроки. – вам известно, что это один из самых ядовитых скорпионов в мире?: я одобрительно кивнул. – Что ж, я согласен. До смерти?
— До смерти…: мои глаза сверкнули.
Куро с помощью бамбуковой палочки отвел скорпиона в один угол, а я же поместил Люцию в другой. – Покажи на, что ты способна девочка моя.: ласково погладив проговорил я. На что, Куро лишь довольно усмехнулся. Бой как бы начался, и мы как два идиота уставились в стекло террариума наблюдая за схваткой. Сначала, животные осматривались, видимо оба были немного не в курсе, что должно происходить. Но скорпион все же от такой наглости стал вызывающе себя вести, и приближаться к сколопендре. Зигзагообразными движениями стала приближаться и Люция, не знаю почему, но агрессия стала проявляться и у нее. Приблизившись на достаточное расстояние оба создания замерли. Многоножка поднялась и застыла, скорпион немного подергивался резкими толчками. Быстрый рывок, укус, сверток, все произошло слишком быстро. Кто бы мог подумать, что у моей слабо ядовитой Люции получится так удачно победить скорпиона. Хотя наверное все из-за того, что его жало лишь проскользнуло по панцирю а сам он был стиснут, раздавлен, а хвост вырван сильной челюстью.
— Что ж, уговор есть уговор.: с ноткой растроенности проговорил хозяин дома, отталкиваясь от стеклянного жилища, бывшего питомца, переводя на меня взгляд. – Вообще странно, вы знаете об этом ордене, о работорговле, о том, что граф Де Франсе имеет какое то отношение к нему. И все еще живы…
— Как видите.: улыбнулся я.
— Один вопрос. Зачем вам знать то, от чего может зависеть ваша жизнь?
— Именно поэтому я и желаю знать это. В этом то и смысл!
— Интересно…. Ну, начнем. Древний орден этот Крылатый зверь. Всегда они из тени наблюдали за окружающим. Работают с теми, кто не в силах им будет помешать и будет хорошо платить. Всегда желали власти и ни когда не терпели конкурентов. Я попал к ним совершенно случайно, но для их встреч им всегда нужны были жертвы. А я только приехал в Тулэ-Ла-Гранс и имея собственные связи легко заполучил с их помощью влияние, а они получали рабов. Отличный способ заработать денег и получить влияние прибывшему буржуа из страны восходящего солнца на корабле в окружении большого количества слуг и девиц. Но со временем мои позиции устоялись, при помощи своих публичных домов зверь стал вербовать еще больше людей, пропажи сводили на нет подкупленные судьи и полицейские. Некоторые из них даже были членами ордена. Моими теперь услугами пользуются редко и то на крупные, свои какие-то праздники, я являюсь как бы независимым членом этой организации. Жизни моей в принципе ни чего и не вредит, я являюсь родственником императорской семьи на родине. И моя пропажа вызовет огромный переполох, даже в качестве несчастного случая. Да и меня не так уж и сложно застать врасплох, не зря ведь орден мне дал имя “Солнечного скорпиона”.: Куро, загадочно улыбнулся и блеснул глазами. В нем тоже таилось существо. Как и в нас, как и в нас…
— Зачем им рабы? Хотя если подумать не сложно догадаться.: в моей голове промелькнули ритуалы и различные истории с жертвоприношениями из прочитанных недавно книг, вдобавок еще и 120. – Но ведь их сборища должны где-то происходить, как попасть к ним? И какую роль играет там граф?
— Граф Де Франсе имеет одну из ведущих ролей. Три человека являются управителями и имеют огромную власть. Их имен я назвать не могу, но имена данные им в ордене скажу. Крылатый волк является главой ордена, очень страшный и серьезный человек, перед ним нет границ, он не активный участник и даже сам по себе редко появляется в свете. Всю работу выполняют за него, его руки: Порочный Змей и Черный Гриф, а именно граф.: он стал прогуливаться по комнате и предложил мне чаю. Вскоре нам принесли шикарный восточный сервиз и наполнили чаши душистым восточным чаем. До этого времени, Куроки просто рассказывал про время проведенное в этом ордене, но о членах он был немногословен.
— Лучше вам самому у них спросить и увидеть. Правда проблема в том, что только они решают кого принимать в свои ряды, а пробраться на их собрания без приглашения невозможно. Через три дня состоится встреча в башне крови и пыток. Странное и интересное место, издавна была вторым домом ордена, там всегда происходили различного рода важные мероприятия. Башня эта называется..
— Мюрестре…: продолжил я за Тадаши, стиснутым едва слышимым голосом.
— Да! вы знали!?: Изумленно воскликнул Тадаши. Но откуда??
— У меня свои источники, продолжайте.: Нужно было подчеркнуть некую долю собственной таинственности. Не хочу, чтоб я был понятен как открытая книга, это сулить занудством и слабостью.
— Хм.: немного редактируя информацию в своей голове промычал Куроки. – существует только один вход, о нем знают немногие. Это небольшой канализационный сток, довольно высокий, рядом со складами. В них находятся различные товары, иногда рабы, их сторожат наемные рабочие. Первый пункт, дальше следует длинный тоннель перерастающий в еще одно подобие склада. Следом главный вход, нижний уровень. Круглая лестница вверх. Множество комнат, что находится в них сказать не могу, знаю есть там лаборатория, комнаты стражей, кабинеты и пыточные. Но на верхнем уровне есть большой зал. Всегда он ярко окрашен, жесткость смягчается махровыми подушками, коврами и диванами. Здесь проходят собрания, двери всегда заперты до начала и после. Чуть выше кабинеты и галереи, в самом верху подобие чердака с небольшим окошком.
Все остальное наглухо закрыто. Редко где можно увидеть лазейку. Есть только два способа выйти. Со всеми или же прыгнув.: кривая улыбка скользнула на его губах. – Вам нужно приглашение. Или зайти под чьим-то именем. Тот, кто молчалив и на него редко обращают внимание. Все гости всегда в масках, не знаю почему такие правила, одежда всегда строга, думаю вам весьма это облегчит работу.
Какое-то время Куроки молчал, я же задумчиво разглядывал приборы на его столе.
— Барон Дю Сентре, привлечен к ордену и бывает на этих собраниях?
— Ах как вы умны!: радостно воскликнул Тадаши. – Это отличная кандидатура, но проблема в том, что он всегда носится рядом с графом, нужно поймать время когда он один, и в день до этого. На несколько секунд он смолк, видимо просчитав все плюсы и минусы, а потом продолжил. — И как раз таки думаю я смогу вам в этом помочь, приходите через три дня ко мне, со всем необходимым, Август немного выше вас, его характера я не знаю, но подумайте над этим, не забудьте о маске и не забудьте, что вас ни кто не должен узнать.
— Благодарю вас Куроки. Я запомнил. Встретимся через три дня. Прощайте.
На счет внешности я и не переживал, у меня была обувь для того, что бы казаться выше, на счет остального и думать не желал. Своему стилю одежды изменять не хотелось с Августом мы были похожего телосложения, скрыть волосы и надев маску закрывающую полностью лицо, нас в принципе и не отличишь.
Вечером я прибыл во вчерашний клуб, встретили меня здесь уже теплее. Здесь и маркиз нашелся, он прибыл немного позже и отлично влился в компанию, без его гнусностей не обошлось, чего стоили карлики кружившие хоровод на длинных поводках иногда издевающихся на парочкой жертв или девицами работающими здесь, на, что тут же получали затрещины и недовольно кряхтя вновь принимались за жертв.
— Андриан, послезавтра я покину город на несколько дней мне нужно навестить одного знакомого в больнице. Так, что вы не против если я устрою вам небольшую экскурсию по подобным заведениям в течении этих двух дней.
Я согласно простонал, от нескольких кольев в моем теле, несколько штыков вошли в меня чуть ниже лопаток, тем временем я искусывал одну работницу за ногу ласкавшую маркиза и душил от порыва экстаза и наслаждения боли приковыванию жертву, которой являлась худенькая девушка лет 16и. я ее довел почти до удушения, но вовремя карлики откинули мою руку и я накинулся на другую жертву над ранениями которой уже потешался Люсен. Почти в трезвом сне в карете я добрался до своей квартиры, мне кое, что нужно было сделать с утра.

Глава 12. Башня Мюрестре.


 
— Не хочешь ли подзаработать: спросил я у мальчика раздававшего газеты возле моего дома.
— С радостью маркиз!: воскликнул ребенок, он меня уже хорошо знал, поэтому согласился со мной позавтракать и сесть в карету. Добрались мы до площади, где одна из улиц была живым магазином. Подведя его к месту, где на свой первый карнавал купил маску сказал :
— Зайди в этот магазин, выбери маску на все лицо, на свой вкус, но только ту, что будет подходить мне, вот деньги, как освободишься приходи к месту где остался экипаж. Понял?
Мальчик радостно кивнул, взял деньги и вошел в лавку. Я же тем временем прошел в магазин одежды и прикупил себе строгий костюм, примерно такой в каких постоянно хожу, только более дешевый, это можно было заметить по внутреннему кривому шву, в остальном все похоже, только рубашка была немного ополосана блестящими линиями в стиле барона. Черный цилиндр, немного шире чем я обычно ношу, обувь подходящая у меня уже имелась, белые перчатки и мой внешний вид почти завершен.
Я ожидал мальчика не долго, наверное минуты три сидел в экипаже, он слишком уж долго там находился, небольшая доля раздражения и недоверия появились во мне, как минимум я провел около 15и минут в примерочной. Но наконец он пришел, и стал крутиться возле кареты, стукнув в окно, я дал знак сесть со мной.
— Вот! Как вы и просили.: мальчик протянул мне небольшой аккуратно упакованный сверток.
Я спокойно стал разворачивать сверток, в глазах же сиял жадный огонек любопытства.
Мальчик стал ерзать на заднице, ведь я долго уже разглядывал эту фарфоровую маску.
— Почему ты выбрал именно ее?: с любопытством, но ровным тоном спросил я наконец.
— Она вам очень подходит!: Важно выкатив губу заявил мальчик. – Вы очень часто проходите утром очень серьезным, не обращая ни на, что внимание, бываете груб в выражениях, но не придаете строгости к этим словам. Иногда даже кажетесь грустным и задумчивым. А порой очень улыбчивы, даже иногда забавны. Строите козни и вызываете удивление у окружающих, а глаза и улыбка от этого только горят ярче, поэтому и эта маска.
Я еще раз прокрутил ее в руках, черная, с кривой улыбкой, где прочерчены линиями якобы скалящиеся от забавы зубы, поддернутое вверх глазное отверстие оказывающие это непонятное и яркое выражение. Справа все наоборот, линия губ смыкалась, и шла ровной линией, цвет бел, линии черны, глазное отверстие тоже изрекало безразличие, но если лучше присмотреться это был оттенок грусти.
— Вот держи! Как я и обещал.: И в ладонях мальчика дзынькнули несколько монет. Было неважно, что у него могла остаться сдача, это была своего рода, какая-то вежливость.
До полудня, я позволил себе вольность и наведался в библиотеку. Некоторое время я бродил по ней, искал интересные иллюстрации и просто восхищался величием огромных полок и стен, усеянных бессчетным количеством книг. После, отправился к маркизу. Его дом находился на улице красных флагов, наверное на самом возвышенном месте, и тут открывалась прекрасная картина на большую часть города и площадь для казней. Дом был более богаче, правда, не так ярок как представители оставшейся улицы, но намного шире, да и двор более вместительнее.
Меня встретила робкая, юная горничная, она была здесь одна из обслуги, ну по крайней мере, больше я тут ни кого не увидел. Проводив меня на второй этаж, остановилась у широких деревянных дверей.
— Обед уже подан, господин Де Лавнес. Мой господин ожидает вас за этими дверьми.
Она поклонилась, и тяжело, но тихо вздохнула. На ее шее виднелись несколько свежих порезов. Когда проходил сквозь двери, еще раз взглянул в ее грустные, обреченные и пустые глаза и в моей голове промелькнули рассказы Серхио, но я смело с улыбкой прошел вперед.
Наверное, многие дома нынешней буржуазии были очень похожи, отличались гаммой цветов и личными вкусами и предпочтениями отображающихся в мелочах. В центре темно зеленой стены, с более светлыми узорами находился портрет маркиза, но в странном стиле – одет он был в пышный костюм примерно века четырнадцатого. Подобную одежду я видел на иллюстрациях в книгах.
Невысокие застекленные шкафы, с небольшим количеством книг маленькими статуэтками и небольшими картинами. Да картинами! Ими был увешан весь дом, над шкафами тоже они имели место быть и основной контингент это жертвоприношение, расправы над людьми, казни, жестокие фрагменты охоты с растерзанными телами, по дороге в эту комнату видел и изображения закованных рабов и комнат пыток.
Обед был весьма вкусен, правда, я не совсем понял, что за мясо было главным блюдом, но приготовлено оно было отменно. После недолгой игры в шахматы, и обсуждению за этим делом, нескольких персонажей рассказы, о которых вызывали бурные истерики смеха, мы отправились в еще один клуб, еще один из тех, неизвестных и не для всех открытых в этом городе.
Здесь было все совершенно иначе, чем во вчерашнем.
Большое помещение, склад или нечто подобное. С самодельными комнатками, похожими на отделения в морге, больнице, лечебнице…
От подобного меня даже чуть передернуло и в голове стали ярко, ощущения произошедшие совсем не давно вместе с ним, с маркизом. Что же будет сегодня?
Девушки были прекрасны, впрочем как всегда и это уже немного стало приедаться если быть искренним.
— Это место потрясает своей необычностью: Гордо пояснил Люсен, окидывая все пространство взглядом. – Девушки лишь украшение, и предназначены для снятия напряжения после этого.
Он отодвинул ткань, являющейся для комнаты и стеной и дверью и тем, что скрывало несчастных.
Тут применялись более деликатные сферы пыток, а именно химические, электрически и прочие в похожих стилях. Мой взгляд вспыхнул когда я увидел соблазнительных девушек распаленных вожделением, порочно облизывающих несчастных и смотрящих. От них так и несло желаниями, такого я просто не мог не почувствовать. Кислота, пламя, лед, животные, непонятные инъекции разъедающие само существо и душу. Маркиз и правда меня удивил, порок шел на возрастание своего безумства, что еще способно удивить меня? Как далеко я упаду, что бы возвысится и утолить жажду.
— А теперь и наша очередь.: Дружелюбно хлопнув меня по плечу маркиз указал на длинный подиум в конце помещения и несколько мест, кругом для желающих.
— Это новая разработка нашего ученого. Улыбнулся маркиз, когда мы были обнажены, стоя в кругах под струями ласкающей воды.
Меня взяли вод руки девушки, дали пузырек, и тихо прошептали “Попробуйте господин, но не глотайте, вы же не хотите, чтоб все смотрели на ваши мучения”. Я последовал их совету, и почувствовал как яд проникает в мой рот, свежий, леденящий, сковывающий челюсть и губы, мне это напомнило специи, которые я уже как-то пробовал, но эффект был другой. Он особенно изменился когда меня полностью облили этой жидкостью, я даже чуть не проглотил, что было внутри. Я стоял так около десяти секунд, получая наслаждение от освежающего ощущения пробиравшего до костей, почти в буквальном смысле, легкое беспамятство, ноги подкосились. Легкое жжение по всему телу. Я стал куда-то пропадать, меня толкнули, ударили в живот, я все выплюнул, вода, по коже, вдоль тела, смыло, хорошо…
Как мне сказал Люсен я стоял покачиваясь, был неадекватен, ни чего не осознавая минуты три, после чего меня усадили на стул. Он даже забеспокоился, ведь такого эффекта он не ожидал, но после короткого осмотра, “При чем, его собственного” Люсен улыбнулся, своей скользящей улыбкой, хлопнул по плечу и мы стали собираться изредка поглядывая на то, что происходит в округе.
Я прибыл к Куроки около двенадцати часов. Он ожидал меня в гостиной на первом этаже. Самое интересное тут было то, что все проходы были свободные, а в углу этой комнаты так вообще прорастало дерево.
Куро в окружении четырех девушек спокойно сидел за столом и пил черный чай, перед ним лежал листок бумаги и серебряное кольцо с большим круглым, коричневым камнем в центре.
— О вы как раз вовремя! Все уже подготовлено, вас не отличат!: торжествующе приветствовал он меня.
— Вы добыли для меня перстень барона и пропуск?: хитро произнес я.
— О нет! Мы сделали куда больше. На следующий день нашей встречи, я отдал приказ своим сестрам и они отравили его. У барона пропал голос и он почти не мог разговаривать. Так, что если вы не сможете вступать с кем-то в диалоги, это никого не должно удивить.
— А, что на счет вас? Это ни как на вас не отразиться?
— Ни сколько, все было сделано очень аккуратно, а судьба барона уже предрешена. Отступать уже поздно.: серьезно прищурившись взглянул он на меня.
— Нет, что вы, я не отступлю.
— Вот и отлично! Собрание сегодня в шесть, не опаздывайте. Главное ни с кем не заводите разговоров, покажите, что не можете разговаривать, Гюстав примет это, и ни кто, ни чего не заподозрит, когда узнаете достаточно по быстрее убирайтесь оттуда. Как добраться к башне, я вам объясню. В остальном вы сами по себе. Ах да! Вот еще, на всякий случай.
Он показал знак одной из девушек, и через несколько секунд ее ножки отстукивали по ветхой деревянной лестнице вверх. Она вернулась держа в руках прямоугольную небольшую коробку. Обычно в таких хранилось подарочное огнестрельное орудие. Я почти угадал, Куро с гордостью на меня посмотрел, когда странный браслет оказался в моих руках.
— Что это?: непонимающе спросил я.
— Это мой подарок. Нельзя же вам идти без оружия туда. Оденьте только осторожней.
Я аккуратно просунул руку и защелкнул на запястье.
— Оттяните вперед кисть.: посоветовал Куро, внимательно наблюдавший за происходящим.
Длинная, тонкая, черная игла выскользнула из моей руки, а мои пальцы, указательный и средний стиснули ее в плену, сжавшись в костяшках.
— Как вам?: гордо и радостно проговорил Тадаши. – прекрасная работа, кончик наполнен ядом, я обычно использовал с жал скорпионов, но, чтоб не вызвать подозрений я намазал его змеиным, в коробке вы найдете несколько пузырьков, запасные иглы тоже имеются, сталь крепкая, но все же, механизм тоже можно сменить, он не слишком замысловат, но все же… Игла выскакивает быстро и без заеданий, однако будьте осторожней, не коснитесь наконечника. Даже если просто уколоть человека, яд быстро распространится по крови. В этом то и вся прелесть орудия, не считая точных смертоносных ударов.: Он сиял гордостью и ждал, что мне понравится подарок, но потом опомнился. — Ах, вы не забыли про маску?
Из своего мешочка я достал сверток, развернул его и примерил маску, взглянув на спросившего.
— Да, замечательно. Что ж, теперь отправляйтесь. Удачи вам. Надеюсь еще встретимся.
Я отправился пешком, было облачно, прохладно, но ни снега, ни дождя ожидать не следовало.
Хорошо отобедав, и немного сбудоражив себя подглядыванием, отправился блуждать по портовой части города, следуя указаниям Куроки. Где-то в половине шестого, я наконец нашел подход к башне, она была самой темной и высокой в этой части города, и точно одной из самых высоких находящихся в городе. Накинув по началу платок скрыв лицо, за пазухой придерживал маску. Меня внимательно разглядывали рабочие, их было немного, но они тщательно были расформированы по периметру. Но видимо догадавшись кем я являюсь, приветствуя медленно кивали головой. Пройдя сквозь склады и решетку закрывающую сточную большую трубу, оказался как мне и рассказывали в длинном темном коридоре, вроде впереди слышались шаги и тихие голоса. Позади вроде тоже следовало несколько человек. Наконец темный тоннель стал понемногу светлеть и таким образом я добрался до нижних уровней разделенных сточной водой складов. Пора одевать маску!
Коробки, ящики, тряпье, какие то свертки старой бумаги, ржавые железки, скомканные сплавы, длинные, высокие, тонкие но огромные стальные полки, ведра, здесь была куча всего, ружья, сабли, наверное многому куда больше двадцати лет. Через воду были перекинуты каменные мосты, будто через реку. Я шел наверное около пяти минут внимательно разглядывая весь контингент здешнего хлама.
Ко, входу вела лестница расположенная рогаткой, у двери стоял мужчина в маске, в черных тонах, и в костюме одного из тех, кого я часто встречал у Шердона.
— Ваш пропуск господин: грозным, четким голосом проговорил мужчина, когда я поднялся по лестнице. Опустив руку в карман, я быстро нащупал и передал то, что он просил. Развернув конверт, он кивнул и открыл дверь. Не большая лестница на пролет, потом еще на пару таких же, откуда падал тусклый бирюзовый цвет, и длинная винтовая вверх.
На стенах горели огни, кое где висели цепи. Они мертво были вбиты в черных камнях уложенных в кладку стены. Тяжелые широкие двери со стальными вставками и решетчатыми окошками. После третьего пролета, ступени скручивались и превращались в тонкого червя, обвивающего и поднимающегося вверх по черным стенам к бирюзовому потолку. Впереди меня шагала женщина в пышном желто-светлом платье, с белыми завитушками. Сзади, в первой комнате открылась дверь, и из нее вышло несколько здоровяков в рабочей одежде. Видно этими наемниками был усыпан каждый угол, и это являлось комнатой охраны.
Лестница привела еще к одному пролету, сияющим синим цветом, все дело в потолке. Он был уложен синими камнями, создавалось ощущение, что смотришь на магическое треснутое в миллионах местах стекло. Над черной бездной, где лишь далеко внизу мерцали огоньки, захватывало дух под этим непонятным светящимся куполом. Пройдя по слабо освященному тоннелю, попадаешь в комнатку. Еще один пост, плиточный коричневый пол, маленькое помещение, похожее на вход в саму башню, только здесь находился шкаф с орудиями, ключами, какой-то одеждой и несколько красных диванов перед круглым столом, где была раскинута колода карт, и стояло несколько пустых бутылок. Лестница вела к единственной широкой, весьма изящной двойной двери.
Я распахнул ее, и передо мной открылся сам рай, ну или прихожая в апартаменты самого дьявола. Красные огромные бархатные шторы, прекрасная живопись на каменных стенах отделанные в твердое изящное дерево, большое количество свеч, диванов, столов, бокалов с вином, ковры украшали стены и пол, диковинные фрески и своеобразные произведения искусства, даже несколько подушек, как у Куроки в комнатках было здесь. А во всем этом контрасте красных цветов, играли в карты, кости, вели разговоры, прохаживались кругом люди в дорогих, пышных, разноцветных и строгих, костюмах и платьях одетые в разнообразные пугающие и таинственные маски.
Сначала я ходил рядом с этими персонажами, внимательно вглядываясь в них. Впереди стояло два стола где играли в карты, позади них, была небольшая, тонкая дверь. Я было хотел пройти туда, но сидящий человек в черной маске ”чумного врача”, махнул мне рукой и крикнул: — Хвост, присоединяйся, мы как раз начинаем новую партию.: По голосу я узнал графа Де Франсе. И попробовав сымитировать поведение Августа, чуть ли не подбежав к нему, поклонился.
— Так, что вы будете играть? Голос прошел?
Я сделал несколько жестов у горла и прохрипел. На что, его губы недовольно съежились и он бросил: — Ну играть вы все равно сможете. Будет хоть, что поставить?
— Да, может хоть в этот раз будет живой товар? Или вы опять только состоянием расплачиваться будите?: расхохотавшись и заразив смехом остальных сидевших за столом, выкрикнул какой–то толстяк, с маской вепря.
Ни капли не смутившись, покачал головой, и кинул мешочек с монетами на стол. Все были удивленны, Гюстав пододвинул к себе стул и пригласил на него сесть. Дело было не в том, что я решился, из-за наглости той свиньи, я просто уже приблизительно уже понял, о чем речь, в эту игру мы играли с Серхио ни так давно, да и фраза “Живой товар” весьма заинтересовала.
В карты мне обычным случаем всегда везло, да и играть я в принципе умел, сама система игры была похожа на покер, немного более веселая и использовались другие карты, было тут шесть мастей с изображением различных мистических существ и весьма интригующие комбинации.
Схватка была ожесточенной, Граф видимо ожидал, что я солью игру на первых минутах, ну или же отдамся в его управление в середине, но он очень просчитался. Мне следовало быть более аккуратным и не лезть на рожон, я же был слишком дерзок. Восклики у нашего стола собрали зрителей. Все с интересом наблюдали за игрой, однако она сложилась для меня не очень удачно в последней партии. Я проиграл деньги, статному господину у левого края, но все же оставил вепря и графа ни с чем, а цена этому была велика. Зрители восторженные игрой громко охали и смеялись такой досаде. Но распихивающий толпу горбатый карлик разрядил обстановку.
— Что здесь происходит, что за шум?: Раздраженно бормотал он на громких тонах, толкая людей своей палкой.
— Господин Алхимик! Наконец-то вы появились, а мы как раз окончили игру.: с досадливым смехом встретил его Гюстав. Это было видимо наигранно, или же здесь Гюстав был другой, иной, отличавшийся от того, несклонимого усатого извращенца, которого я впервые увидел в щелку дверцы шкафа. “Стоп! Извращенец?” Я еле удержался от смеха после подобных мыслей.
Неказистый старичок, с огромным носом и большими очками. Лысый, с горбатой спиной маленького роста одетый в больничный халат, оглядел кружась гостей и продолжил.
— Радует, но все же вы не ответили на мой вопрос!: Скривив губы поправляя очки заметил он.
— У нас была интересная партия и Хвост весьма мастерски в ней себя проявил.: Граф лишь в ответ возобновил жестокость и холод в своем взгляде.
— Хвост? Ах жалкий юнец, вечно ты тут под ногами барахтаешься! Надо будет, что-нибудь тебе подмешать в еду.: Он небрежно окинул меня взглядом, и если не манеры, наверное плюнул бы. — Но да ладно, все в сборе? Я не наблюдаю господина Крылатого волка и нашего всеми обожаемого Змея.
— Я здесь.: громом прогремели слова мужчины на небольшом балконе, где кажется за его спиной находилась комнатка. – Мы можем начинать. Наш порочный друг сейчас отсутствует в городе по личным делам.
— Что ж, ну тогда начнем. Мне многое нужно вам показать.: Присмыкающе ответил карлик. – Напитки в зал!
Из за спины господина, что стоял на лестнице показались прекрасные девушки с подносами и стали раздавать бокалы наполненные красной жидкостью всем гостям. Взяв их, все устремили головы вверх.
— Человек основавший этот культ прибыл из небытия. Быстро показав чего он стоит, разрушил все грани здешней буржуазии. Он показал, на сколько могут быть властны желания. Как, не смотря на раздор правления можно быть в верхах знати. Он открыл нам многое, показал нам силу крови и черной магии. Он сплочил многих, он показал самые черные уголки разврата и удовольствий, показал на сколько властны наши собственные желания и, что они способны сделать с человеком.
Обучив нас, он исчез, но в память его мудрости и силе, мы пьем столь благородный, чистый и скрывающий память, будоражащий разум напиток, так выпьем же до последней капли его, прочтем души несчастных и сблизимся с жертвами наших уделов.: с этими словами он прислонил к губам напиток и испил. Все последовали его примеру, и я аккуратно приподняв маску вкусил горячую и дурманющую кровь.
— Да будет велик Крылатый зверь и просторы его владений и слуг насытят реки крови!: Воскликнул, кажется молодой господин где-то в центре комнаты, и все тут же повторили его слова.
– Теперь ваш черед алхимик, удивите нас!: Вновь громко проговорил господин на лестнице, лидер, этой любопытной секты аристократов.
— И есть чем.: потирая руки сказал человек в больничном халате. Он подошел к дивану, где находилось несколько рычагов и потянул за один из них. Занавес распахнулся, а вместе с ним показалась клетка. Она напомнила мне одну из тех, где фрики веселили народ на моем первом балу. В ней на коленях сидела девушка.
— Вот мой первый экземпляр.: с гордостью произнес алхимик. – Я намазал ее одним из своих новых зелий.: Все гости собрались у нависной клетки, кое-кто еще пил кровь, некоторые алкоголь, еще немногие просто курили свои дорогие утонченные сигареты. Другие уже вцепились в клетку и внимательно разглядывали жертву. – И так, сначала эта смесь разносит приятный холод по телу, он вызывает у жертвы возбуждение, легкую слабость и опьянение, но если не смыть вовремя водой, появится зуд, кожа начнет трескаться, слабость перерастет в сильное недомогание и жертва не сможет самостоятельно передвигаться, а еще спустя несколько минут потеряет контроль над конечностями. Кожа начнет разлагаться и гноиться, обнажая мясо. В данной стадии процесс уже необратим и человек в течение нескольких дней сгниет полностью, оставив на скелете всего лишь несколько черных потрескавшихся костей. Можете потрогать, не стесняйтесь.
Тут же сквозь прутья были просунуты несколько тростей и палок. Безумцы стали тыкать обреченную жертву в местах уже распространившегося гниения, а девушка лишь жалобно, тяжело дыша, изрыгала стоны.
Вкус крови сделал свое дело, моя шея стала кривиться, держать контроль над собой становилось все тяжелей и тяжелей. Возбуждение и чувство жестокости слилось с разумом. Желание большего безумие закралось в мою душу. Мне нравилось тут, время будто замедлилось, люди вокруг стали необычными, они были странно веселы, непонятно притягивали друг к другу, вызывали восхищение и были до потрясения мистичны.
Страшный доктор вновь потянул за рычаг. Шторы развелись, жертва висела на веревках, а ее ноги были прикованы к пьедесталу, видимо не все жертвы были заточены в клетки. Алхимик стоял ближе всех и крутил в руках пузырек. По глазам девушки я прочел усталость, страх, жалобность и еще какое-то наркотическое средство. Доктор перемешивал еще какую-то гадость в склянке.
— Сейчас вы услышите рев боли, после чего мы окутаем малышку безумием.: И достав из халата шприц, выпустил из него воздух. – Это средство уже было использовано однажды на одном господине, маркизе если вы помните, его с радостью упекли в психушку. Уж с таким-то диагнозом.
В этот момент в моем мозгу, что-то стукнуло. Издевочный смех алхимика тут же вызвал раздражение. “Эта сволочь! Это его рук дело! Ублюдок!” молнией ударило по мне. За шиворот откинув впереди стоящего назад, подскочил к спине одного из виновников моего заточения. Оттянув кисть, схватив его за голову оттянув ее назад, пробил иглой правую ключицу, острие направив к сердцу. Его глаза наполнились пустотой, я запомнил это миг наверное на всю жизнь, вкус крови еще присутствовал на языке, я облизнулся и отбросил бездыханное тело на пол.
— Убийца! Отступник! Предатель! Чужой!: раздались крики вокруг. Я было бросился к выходу, но его тут же загородили, несколько мужчин и дамы в пышных платьях с бокалами.
Вспомнив еще об одной двери, кинулся к ней. Оттолкнув препятствие в виде какого-то аристократа, берущегося за бутыль. Силой обрушился и выбил с плеча мой единственный шанс. Тут горели тусклые огни, было довольно темно, но разглядев порог лестницы, пустился бежать вверх. Спотыкаясь, я добрался до самого верха, где была единственная дверь. С силой несколько раз ударив плечом выбыл ее и очутился, в каком то подобии чердака. Дверь была не закреплена, наверное здесь ни кто и не бывал много лет. Несколько наклонившихся шкафов, одним из них я подпер дверь, ящики и сундуки, свечи обвитые комами паутиной и холодный, голый каменный пол. Спрятаться было негде…
Другого выбора у меня не было. Быстро оглядев комнату, ни увидел, ни одного укромного местечка. Да и я уверен, эти садисты перероют все верх дном, что бы отыскать незваного гостя. Звуки топающих шагов приближались, решать нужно было сейчас, и как всегда мой выбор пал на безумство. Присев на окно, повернулся спиной к бездне…..
Мгновенье пролетело вечностью, как хорошо, что маска скрывала весь ужас моего прыжка, но пальцы моих перчаток замертво приклеились к черепице крыши. Под моими висевшими ногами чернели дома трущоб и складов. Взгляд тянул меня вниз, пальцы стали разжиматься, падение влекло меня. От ударов в тяжелую, железную дверь, мой разум опомнился, подтянувшись, стал ползти забираясь к центру крыши, где можно было ухватиться за черную тонкую пику, на которой развивался красный флаг. Как только мои ноги оказались в лежачем положении, в комнату подо мной ворвались люди и стали шумно обрыскивать все. Тихо, не издавая ни единого звука, я стал аккуратно переползать на другую сторону. Как хорошо, что меня посетила эта мысль. Какой-то глупец додумался, несколько раз выстрелить из окна по черепице, она с шумом треснула, но мои руки уже накрепко вцепились в центр башни.
Люди внизу были в комнате еще не долго, слышалась какая-то брань, но суровый ветер отбрасывал слова вдаль. Меня все же пугал тот факт, что мои силы иссякнут и мое ослабевшее тело просто сдует вниз.
Я пробыл в таком положении около нескольких часов, мне было ужасно холодно, а сердце уже болело от постоянного биения об мою грудную клетку. Все это время я боялся уснуть, страх было непривычным для меня делом, но сейчас была не та ситуация, наверное мне помогло бодрствовать, мысли о том как я спущусь и покину эту чертову башню. Конечно же, я все это воспринимал нормально, но все же я не птица, чтоб спокойно относиться к такой высоте. Крепко обняв черную иглу в центре крыши, ждал.
Уже стемнело и думаю время пришло покинуть, это до жути неудобное место под легким наклоном. Меня окутывало странное ощущение окружающего меня пространства так и сохранившееся и возможно даже усилившееся с первых глотков крови. Аккуратно перебравшись на ту сторону, где находилось окно, немного полежал, тело у меня отекло, двигаться было сложно. Место откуда надо было спускаться указали мне разбитые черепки. Спуская постепенно ноги вниз, сползая, держался руками, вдруг я ухватился за разбитую черепицу. Она на скорости соскользнула вниз, вместе с моей рукой. Моя левая рука согнулась в локте и еле удерживала мое покачивающиеся тело. Немного переведя дух и вновь крепко схватившись, стал спускаться дальше разгибая руки. Теперь я полностью висел, пока мое тело раскачивалось для прыжка, глаза снова пустились рассматривать черную бездну. Набрав нужную скорость, отпустил пальцы. Вновь долгий полет маленького расстояния. И вот, я уже ввалившись в окно лежу на полу. Ноги жутко ослабели, и они были не в состоянии меня удержать после падения. Еле встав на дрожащих коленях, стал прислушиваться к царившей тут тишине. Было совершенно темно, аккуратно ступая по хламу, валявшемуся здесь повсюду, направился по памяти к двери. На лестнице темнота еще сильнее сгустилась. Чувствовал себя в ней спокойно, ну или же, я просто себе это выдумал. Продолжая аккуратно ступать с ноги на ногу по ступеням.
Зал был пуст, в нем горело несколько свеч и бардак после недавнего хаоса царившего здесь. Дверь наружу была заперта, за ней слышались голоса. Немного поломав голову, сбросил свечу на подушки, прикрыв лицо тряпьем. Дым быстро распространился в замкнутом помещении. Послышались взволнованные крики, желанная дверь отворилась, в комнату вбежали пятеро. Один из них, тут же ринулся обратно к выходу, видимо за помощью или водой, остальные принялись тщетно тушить пожар. Глотнув свежего воздуха, огонь кинулся к выходу. Он пытался пожрать несчастных, будто бы сами демоны управляли его порывами. Скользнув за спинами тушителей между тлеющими шторами, за которыми все это время скрывался. Оказался в другой комнате, где была недопитая бутылка бренди, остальное не изменилось. Скользнул по тоннелю, и бросился вниз. У самой двери я нагнал охранника и было хотел проткнуть, но он заметив меня дернулся в сторону, я лишь оцарапал его, после чего удачно огрел по голове. Отперев дверь, вышел из башни.
 
Проходя коридор складов, наконец снял маску. Вытер лицо тряпкой, от сажи, поправил волосы. Погода в доках стояла чудесная, набрав полные легкие холодным воздухом, с наслаждением взглянув на вырвавшийся из груди пар, отправился домой. Толком я ни чего и не узнал. Но зато, один из виновников моей мести пустил слюни на каменном полу. Надеюсь, я не был узнан. Переодевшись, ведь я оставил запасные вещи в одном из закоулков, немного прогулялся по улице. Холодный ветер обдувал мо лицо, полная луна освещала мой путь, часто я останавливался и подолгу наблюдал за небом и горящими искрами звездами.

Глава 13. Считая чешую.
Какое-то время было все спокойно. Лишь в утренних газетах, видел новости о пожаре в Мюрестре, пропаже барона Августа и грядущей смене власти. В основном, я был погружен управлением фабрикой, да и как обычно зависал в клубах. Возникла правда небольшая проблема, видимо после долгого висения на шпиле башни я простудился, и иногда мной овладевали приступы кашля. Вместе с Серхио, мы делили прибыль, и как то я поинтересовался у него.
— Как обстоят дела с пекарнями в городе? Я вот очень редко натыкаюсь на кондитерские, и заведения со сладостями.
— Не густо, ты знаешь какие заведения пользуются спросом. Где можно сыто и дорого отъесться и то, что приносит услады. У тебя появилась идея?
— Вполне. Вот думаю как бы ее реализовать….: задумчиво протянул я перебирая знакомых.
— Думаю я знаю, кто вам сможет помочь в этом. Через несколько дней возвращается Герцог Валентино из столицы. Вам непременно нужно познакомиться.
— Будет бал?: Прищурившись спросил я.
— Куда без него.: Ухмыльнувшись, заметил граф.
Маркиз сблизил меня с графом Де-Франсе, он даже стал ходить вместе с нами в клубы. Его надменность и желание власти выражалась даже в пороке. Иногда я даже подшучивал над ним из-за этого, и даже спросил про его “собачку”. На, что он сильно озлобился и ушел.
В день бала, чей повод был возвращение Герцога Валентино с его новым титулом. Я наткнулся на Лунье в портовой части города, он запыхавшись куда то спешил.
— Бонжурно достопочтимый фогт, куда-то спешите?
— Ооо! Маркиз, давненько не виделись.: переводя дух, поздоровался он. – Фух, я уже опаздываю. Один наш общий знакомый пригласил меня на встречу с его зарубежным другом.
— Общий знакомый? И кто же он?
— Граф Де Франсе, слышал, вы очень сблизились в последнее время.
— Ну раз слышали, думаю он будет рад видеть, что я буду с вами.: Льстиво улыбнувшись, заметил я.
— Брх…: задумчиво прокашлялся тот. – Ну, что ж, пойдем те, тем более думаю, вам там понравится и мне не помешает ваша компания.
Мы спустились почти до набережной, но Лунье шмыгнул в один проулок и пройдя между домов, мы оказались на небольшой площади. Вошли мы в центральный дом, выделяющийся от остальных. На нем висели рыболовные сети, был он просторен и открыт, внутри пили пиво несколько моряков, наверху же сидел Гюстав и еще несколько человек, среди которых был уже знакомый мне Антонио Браун. Внизу было, что-то похожее на таверну, наверху, кабинет.
Зал был пуст, здесь была приятная свежесть небольшого холода, в камине у стойки потрескивал запачканный серой камин. Лишь двое моряков, пили пиво и о чем-то переговаривались сидя за круглым кривоватым, в жирных пятнах столом. Ветхие прогнившие ступени вели на второй этаж, легкий ветер задувался сквозь трещины и в некоторых местах сонно посвистывал, тихое поскрипывание стен укачивало, немного прокашлявшись, мы поднялись наверх, и зашли в первую комнату, дальше шел открытый коридор с зазором на 1й этаж. В комнате царил небольшой кумар, господа тихо вели беседу, но скрип двери их отвлек.
— Всем добрый день.: радостно поздоровался с сидящими Лунье.
— Бонжурно господа.: ответил и я.
Все спокойно поздоровались с нами. Казалось, что я не был незваным гостем. И все с легкостью приняли мою компанию. Разговор велся о повседневности. Антонио рассказывал о военной службе в качестве новой должности Лейтенанта при королевской армии и здесь он прибывал по некоторым поручениям, а так же про гордость патриотизма, хотя и был он иностранцем. Другие господа рассказывали о своей семье и работе. Еще одной интересной личностью был взрослый иностранец с густой черной бородой с серыми прорезами, во лбу сиял камень, на голове фиолетовый тюрбан, в руках он держал трубку и покуривал ее. Иногда хриплым, уставшим голосом он говорил, что думает по тому или другому поводу, или как обстоят дела у него на родине и зачем прибыл его купеческий корабль. Кожа была смуглой, морщинистой и потрескавшейся, глаза глубоки и мутны, как и дым от его трубки.
— Гюстав, вы за все время не вымолвили ни слова.: озадачено я спросил у графа, который серьезно сидел смотря в пустоту и о чем то явно думал. Он фыркнув, кинул газету на стол.
— Откройте 6ю страницу.: раздраженно сказал Гюстав.
Эта газета была из другой редакции, нежели моя утренняя. Здесь больше было о политике и преступности. Открыв указанную страницу я чуть не вскликнул “Ого обо мне написали в газете!” но вовремя пресек эту идею и продолжил читать статью с заголовком “Таинственный убийца в маске ведет расправу над аристократами” История в башне была исковеркана под простой ужин с элементами карнавала на дому. Гость прибыл в маске под именем барона Августа Дю-Сентре ни кто и не догадывался, что под этим именем скрывается убийца, из-за недавних проблем барона с голосовыми связками. Убийца совершил ужасное преступление убив непонятно кого непонятно для чего “Это место я просмотрел в скользь”, после чего бесследно скрылся. Так же в отчет попала расправа над всеми влиятельными гражданами за последние несколько месяцев, казалось след мог попасть и на меня. Но человеку в маске были приписаны еще с десяток убийств и возможных пропаж полугодовой давности. А одним из первых являлась смерть Алана Ла Сенса вместе с несколькими пассажирами потерпевшего крушения поезда. Это был весьма тонкий ход ордена. Ведь жертвами были не только участники Гордого Орла, но и Светлых Дам. Это давало предпосылки в поимке этого преступника всем членам светского и простого люда.
— Ах, вот из за чего вы такой задумчивый в последнее время: Обдумывая прочитанное, произнес я.
— Да! эту сволочь нужно поймать и герцог Дамиан возложил на меня данную ответственность. Вдобавок он убил Августа, что задело мою гордость!: и граф изложил историю, отредактированную историю произошедшую в башне Мюрестре.
— Бесшумно хихикающий змей.: Чуть ли не шепотом выронил индус и все сидящие в комнате перевели на него удивленный, заинтересованный взгляд. Тот же, не пошевелив ни одной мышцей лица, продолжил потягивать свою трубку.
— О чем вы это уважаемый?: Раздраженно спросил его граф.
Продлилась еще небольшая пауза. Расфашит сделал еще один вдох, расслабляющего дыма и на выдохе заговорил.
— В моем детстве, да и сейчас, в моем родном городе можно услышать одну очень старую легенду, про безмолвно хихикающего змея.: В воздух вновь были выпущены клубы дыма. – Когда моя страна только начала расцветать, был построен белоснежный дворец из чистого мрамора. На троне восседал, благородный и добрый Раджа. Под его покровительством город только быстрее стал процветать. Было у него еще четверо сыновей, каждый красив, молод, и хотел приносить богатство любимой родине. Но как-то на одной охоте, Раджа вместе с сыновьями на болоте встретили путника, он показался им очень смешным, веселым, речи его были диковинные, голос сладок и он с легкостью рассмешил благороднейших. Немного обсудив, было принято решение, взять странника во дворец, чтобы он и дальше мог приносить веселье. Проходили месяцы, и не было ни одного праздника и торжества без этого шута. Каждый день шутки его менялись, да вдобавок он был мудр не по годам. Поэтому за быстрое время, его стал уважать весь дворец, а королевская семья прислушиваться его советам. Быстро увидев слабость и скромность четверых братьев, шут приблизился к ним. Его советы становились все необычнее, искушеннее, но он так легко все объяснял, так быстро находил плюсы, что вскоре молодых людей и вообще перестало смущать происходящее. Стали ползти интриги, город еще больше расцвел, все были радостны, но однако все замечали, что братья стали хотеть все больше и больше, они отстранились от отца, и только россказни шута в его комнатке за троном их веселили, они захлебываясь эмоциями делились с ним своими гнусностями, усладами, аферами, хитростями и восхваляли то, что получали сами и королевство. Плут лишь тихо хихикал и придумывал новые глупости и шутки для молодых принцев, звеня своими колокольчиками. Ни кто не знал как он выглядит. Маска одетая на нем была всегда весела, ни кто не мог и подумать, что вечно счастливая улыбка сгубит принцев. Старший был растерзан в схватке с тигром на глазах у братьев, был он слишком уж самоуверен, второму вспороли шею, когда его уличили во лжи в одной денежной игре, третьего убила одна из его любовниц в порыве ревности. Остался лишь младший, в скорби им было легко управлять, и единственный кто остался ему близок, был шут. Тот его веселил, утешал, оправдывал смерть братьев их слабостями и выгодой, что он теперь единственный сын. Разбаловав его своими россказнями и надеждами, уговорил глупенького свергнуть отца. Но молодого человека охватил страх. А вот маска шута не опечалилась, ее улыбка лишь стала шире. И принцу был предложен договор: плут сам убьет Раджу, а принц займет его место, но будет так же слушаться его советам, или же он покинет сей дом, разочаровавшись в силе братьев. Юноша поспешно согласился, он не хотел терять верного советника и друга. Все же принца терзали сомнения, в словах шута, что убийство будет несчастным случаем.
В тихую, жаркую ночь, Раджа плавал, среди висячего излюбленного сада, он часто любил выходить сюда один, молиться богам и прибывать в расслаблениях и раздумьях. Принц знал, что время наступило и следил за отцом из темноты. Вот наконец появился и убийца, как всегда в праздничной одежде и маске, Правитель был озадачен, но хитрец как обычно рассмешил его хихикая стоя над плавающем господином. Однако через мгновение лицо старика пронзил страх, улыбка еще висела на его лице, но искривленная от ужаса. Маска пала на мраморный пол, и под колпаком показалось криво улыбающиеся лицо, огромного черно-зеленого змея, его пасть распахнулась, показались острые зубы и клыки, похожие на черные иглы, вмиг они сверкнули, и вода окрасилась в кроваво темный цвет, и лишь колокольчики на колпаке весело звякнули. Принц был в ужасе от увиденного, но змей вылез из своего радостного тряпья, подполз к мальчику, склонил ему голову на плече. Лазского промолвив – Моя работа выполнена о мой великий Раджа. Старик был отравлен сладким ядом коварства и силы своего младшего. Твоя очередь друг мой, я твой слуга, примешь ли ты трон на моих условиях?: — Да, советник.: тягостно ответил новый Раджа.
Старого правителя недолго оплакивали, радость нового Властителя охватила жителей. Шута позабыли, ведь молодой повелитель был остроумен, хитер, а город распирало от богатств и почести склонившихся в округе побежденных и падших. Иногда можно было услышать в стенах тронного зала безмолвное хихиканье и шипение. А говорят и по сей день можно услышать ползанье в саду, бульканье испитой воды и веселый звон колокольчиков.
Расфашит кончил, его взгляд был устремлен в воспоминания и еще какие-то миры, невиданные нам. Раздался звук цокающего языка, и все устремились к месту его создания.
— Эта история больше подходит под мое описание, а не какого то там вашего загадочного масочника.: маркиз был очень недоволен, и это со всей ясностью выражало его скривившееся лицо. –Нет. Ну разве я не прав? Я шут! мне им быть! И нет других, я недоволен! Кто знает толк в утехах светских? Кого забавит даже боль? Покорный ваш Маркиз Сайлено. И усмехнется даже моль.: произошло небольшое молчании, дабы разрядить обстановку я пару раз хлопнул в ладоши. – О Андриан и вы здесь? Рад видеть добрый друг. Не ожидал увидеть вас тут.
— Что нужно тебе Люсен?: Гавкнул на него Граф.
— Ах! Мне то? Да я так на секунду. Уж очень увлекся рассказом. Уже ухожу! Маркиз Де-Лавнес вы со мной? Думаю эти пройдохи, вам наскучили, а вот я могу предложить много интересного. Так что?
Я откланялся всем присутствующим, поблагодарил Лунье и вышел в дверь. Маркиз сопроводил деликатным жестом руки мой выход.
— Не желаете ли немного развеяться перед вечерним балом?: играющее спросил меня маркиз.
— Вполне. Хотите, что-нибудь предложить?
— Может, изъявите собственное желание?
— Мне если честно все равно.: я невинно развел руками.
— Тогда: его улыбка широко расплылась на губах. – Порадуем простые клубы нашим посещением. Я как раз знаю один по пути.
Мы прошли по центральной улице поднимаясь с гавани, и не далеко от того места, где спуск превращается в плоскость свернули в закоулки. Я уже бывал в этом месте, ни какой жестокости и безумного разврата, мы просто расслаблялись. Сутра я был уже подобающе одет, как и маркиз, поэтому мы аккуратно повесели одежду в деревянные шкафы насыщенного коричневого цвета и пустились в услады. Я взял двух девушек, маркиз себе умудрился достать и молодого человека, а ему я очень не позавидовал.
 
— Вы так забавно постанываете в процессе. Очень мило.: Улыбаясь и хихикая бросил мне маркиз, когда мы застегивали у небольших шкафчиков с зеркалом рубашки.
— Да?: смущаясь проговорил я.
— Да, весьма трогательно. А вот рычите во время разрядки как истинный развращенный демон. И в самые горячие моменты, или же при адской боли, очень интересно гремите языком.
— Я польщен.
— О! Точно! Теперь буду называть вас Гремучка. И думаю ты не против.
— Думаю нет. Но разве это звучит не слишком не серьезно?: С небольшим невежеством подчеркнул я.
— Серьезность это одно, а развлечение другое. Пусть для других вы все так же будите интеллигентом Маркизом Андрианом Де-Лавнесом. Но для тех, кто разделяет с вами услады и знает о вашей распутности и маниакальных нравах не приветствуемых обществом вы будете Гремучкой.
— Может больше извращенец? Хотя я не настолько извращен как вы мой друг. Думаю, я соглашусь с этим наименованием.
— Вас сравнивали со змеем, как и меня, ну и еще несколько моих личных доводов назвать вас так. И думаю, вы с гордостью примите эмблему гремучей змеи.: ухмыльнувшись своей наиширокой улыбкой сказал маркиз.
— Да, я соглашусь. Вы готовы?
И мы вышли из клуба, наполненные энергией и легкого дурмана похоти, что лишь разгорячило наше веселое настроение. Именно в нем мы прибыли на бал.
Здание само по себе уже вводило в восторг. Мне доводилось бывать тут раньше, но лишь смотреть издалека. Ворота были распахнуты, у них стояли стражники, внимательно осмотрев нас взглядом, они даже не пошевельнулись и позволили нам спокойно пройти. Пешими добирались не только мы, но кареты на много были востребованы и можно было наблюдать, за высаживающимися господами и дамами у ярко освященного входа во дворец, после чего кучер звонко хлестнув лошадей, удалялся по лужайке из других ворот. Уже на улице хорошо была слышна громкая хорошая музыка, кое-где слышался смех. У огромных колонн у ступеней мы поздоровались с несколькими молоденькими дамами в пышных платьях и ярком макияже, и свободно прошли внутрь. Зал был полон людей. Уже в просторном холле, где раздевались гости ощущался богатый букет ароматов. Как сказал мне Люсен, здесь не будет практически ни кого из ордена орлов, лишь их пешки. Герцог Дамиан не очень горел желанием наблюдать за триумфом отпрыска противника.
— Будьте начеку. Хоть мы с легкостью можем назвать всех тут присутствующих друзьями. Но таких как мы здесь не очень любят.: шепнул мне маркиз когда мы вошли в центральный зал.
Белый цвет здесь превосходил все. Умелые архитекторы смогли показать всю мощь этого здания в извилистых лестницах, объемных комнатах, сверкающих люстрах необъятной формы, гигантских колоннах. Все окружающее подчеркивало строгость и серьезность обитающих здесь людей. Но все же тонкая нотка изящества здесь была ощутима. Огромное количество картин, икон и бесценного антиквариата.
Вверху купольного потолка были подвешены длинные жердочки, на, которых с энтузиазмом перескакивали акробатки. На улице было темно, но здесь будто сияло солнце.
— Маркизы! Как приятно вас здесь видеть!: Очень громко и радостно Сказала госпожа Верроти.
— Добрый вечер госпожа, я знал, что встречу вас здесь.: Вежливо, льстиво, но со своей ноткой издевки протянул Люсен. Я же лишь спокойно поклонился улыбнувшись.
— Вы тоже пришли поздравить нашего молодого Герцога в его успехах?
— Можно сказать и так. Мне хотелось бы расспросить его о столичных делах.
— А вы Андриан? Чего же вы молчите?
— Задумался.: озираясь по сторонам проговорил я. – Мне кажется, что интересным молодым людям лучше быть знакомым. Вдобавок граф Элнес советовал мне с ним познакомиться.
— Ах да! Я не наблюдаю здесь его. Я слышала у него проблемы с супругой и он не смог придти.
— Да? Увы мне не известно.: сухо сказал я, прищурившись.
— Теперь вас Андриан чаще видят вместе с вами Люсен. Наверное это даже к лучшему.: Задумчиво протянула она.
— Да. Такие как мы должны помогать друг другу. А всяких скучных личностей держать подальше.
— Что верно, то верно. Вы даже похожи на братьев.: Ее глаза не доброжилательно и немного надменно сверкнули. На, что маркиз грязно улыбаясь поклонился и мы прошли за выпивкой.
Постепенно зал заполнялся гостями. А мы попивая красное сладкое вино обсуждали входящих, или же уже тех кто был тут давно. Близко к нам ни кто не подходил, лишь кланялись и здоровались, иногда можно было уловить чей то разглядывающий взгляд. Мне стало интересно чем вызвана подобная популярность.
— Люсен, вы вроде почитаемый гость в здешних кругах. Почему все так настороженно себя с вами ведут и не приглашают в свои круги?
— Дело в том, что таких как мы не любят в здешних кругах. Мы желанные гости только из-за титула и своих возможностей. Вам ведь известно чем я занимаюсь?
— Да, но хотелось бы лично услышать об этом.: я льстиво улыбнулся. – Но все же, почему “таких как мы не любят тут”?
— Намеренья и помыслы здешних обитателей и гостей, слишком благоверные и чистые. Ну по крайней мере им так кажется и они твердо на этом стоят. Все должно происходить строго, равномерно и “правильно”.: Его глаза блеснули. – А мои методы и стиль жизни кажутся им неправильным. Хотя имею возможностей и власти я намного больше большинства из них. А в будущем еще больше, я ведь не настолько стар как их виденье мира. А самую главную неприязнь вызывают мои слова. Ведь я говорю то, о чем они и подумать не смеют. Их “чистые ручки” и “голубая кровь” не позволяет им это делать и порождает зависть и недовольство. Вдобавок я слишком высокомерен и горд, что бы прислушиваться к их нелепым упрекам. Но в отличии от них я не лижу задницы. Ну именно в относительном смысле. А так…: и мы громко засмеялись во весь голос, чем вызвали неодобрительные и пугливые взгляды.
— Но вы ведь не любимы здесь.
— Той любви, которой я нуждаюсь, я добьюсь. А здесь же мне вполне достаточно и нынешнего положения дел.: и мы хлебнули еще вина. — А вон видишь тех двоих, окруженных надутыми вельможами? Это хозяева этого дворца. Хорошие и чтимые люди, по крайней мере в народе. Кто знает, какие они на самом деле. Могу лишь сказать, что они строги, справедливы и добры. Наверное многие мечтают о такой жизни – Почет и богатства, любовь среди окружающих, во многом наигранная но все же, крепкая семья, два успешных сына, один казначей у короля, второй добился собственного наивысочайшего ордена, свой дворец и власть. Все бы такого себе хотели, но не я. Мне ближе совсем иное.: Какая то мутность влилась в его зеленые глаза, а голос перестал издавать нотки забавы. – Уж куда приятней быть грешником разумным, нежели благодатным глупцом с мелочными злодеяниями и надутым фарсом.
Наконец зал заполнился, и спустя десять минут после этого музыка смолкла, а по дворцу разнесся торжественный гул труб. По мраморной лестнице оббитой красным ковром спускался он – Герцог Валентино.
Мужчина ростом с меня, наверное, чуть даже ниже, весьма роскошно одет, в яркие цвета, но больше преобладали светлые тона. Легкая щетина покрывала большую часть его лица, волосы ее были рыжеваты, ближе к голове становились более темного оттенка. Весьма худощав, даже слишком, большой лоб, густые брови. Был он весьма красив и вкус одежды радовал взгляд. Он спустился вниз под бурные овации гостей.
К нему сразу же стянулись со всех углов люди, мы же спокойно пили и стояли наблюдая, как молодые дамы, стесняясь заявляют о своем присутствии, кокетливо виляя бедрами. А те кто возраст ценный потерял свой, предоставляют на показ тех первых, собственных дочерей. Напыщенные мужички, уводят друг у друга молодого господина, интересуясь, брызжа слюнями, пытаясь подобрать слова для разговора. Было отсюда замечательно видно, как от назойливых банкиров и стареющих графов, кто не вселял, надежды на успех, в глаза герцога вселялась скука, тем временем как они искали, что-то интересное. Он проходил сквозь всю толпу, пытаясь найти, именно это, что-то. Увидев меня, он остановился, после чего с легкой улыбкой направился к небольшому фонтану окутанному какими-то растениям, где стояли мы с маркизом.
— Добрый вечер.: улыбнувшись мне, немного склонив голову и взглянув мне в глаза своим добрым взглядом произнес он.
— Здравствуйте уважаемый герцог Валентино.: торжественно произнес Люсен, опередив меня.
— А здравствуйте маркиз.: либо не заметив его ранее, либо сделав вид сказал Герцог. На, что тот, раздражительно прищелкнул языком. Все же внимание Валентино было приковано мне.
— Вы ведь маркиз Андриан Де Лавнес приехавший сюда из-за границы? Я много наслышан о вас.: Герцог вновь добродушно обратился ко мне, а в его и так добрых глазах играла какая-то непонятная радость.
— Да все верно, а кто вам рассказал уже? Вы ведь только вернулись из столицы.
— Наш общий знакомый Граф Серхио Элнес.
— Как рад я это слышать. Что же говорил он обо мне.
— Что вы интересный человек и весьма способны преуспеть, если вас направить. А так же, что у вас есть несколько интересных идей, думаю он упоминал, что знает кто сможет с ними вам помочь.
— Ах да, было нечто подобное, как жаль, что нет его сегодня здесь.: Улыбнувшись солгал я.
— Вы знакомитесь с нашим молодым маркизом?: Ворвавшись в разговор сказала госпожа Верроти. Она была очень увлечена идеей похитить молодого герцога на свои расспросы. Поэтому он успел лишь бросить мне: — Приходите лучше ко мне завтра, чтоб без этой суеты. Скажем так часа в четыре? Договорились?
— Нам тоже стояло б развлечься.: Прихлопнув меня по плечу, сделав залпом несколько последних глотков своего вина, сказал маркиз.
Больше мы с герцогом не пересекались. Лишь взглядами, он все время был где-то рядом, было такое ощущение, что он просто наблюдал. Было даже жаль, что маркиз иногда увлекал мое внимание за своими рассказами и кознями, он все время с трепетом рассказывал про какой-то сюрприз. Было полно всяких вкусностей на столах, а в зал зашло несколько слуг с экзотическими цирковыми животными, тут даже был медведь. На небольшом поводке он расхаживал по залу в забавном колпаке, а зрители боязливо сторонились его с широкой улыбкой забавы. Иногда особо храбрые, пытались его погладить, но только он к ним повернется, так те сразу же, отскакивали от него. А вот маркиз Сайлено, потряс его шкуру, хотя когда тот отряхнулся, то маркиз боязливо отдернул руку с неким вскриком, что заставило всех смеяться, но как мне показалось, это было слишком уж наигранно на публику, Люсен все так же был улыбчив, и слишком уверен в себе после этого. Мы успели сделать многое, даже пофлиртовать с акробатками, мы даже договорились встретиться с двумя из них после бала. Когда всех позвали в роскошный сад с небольшим травянистым лабиринтом. Из-за холодов он выглядел немного потрепанным и мрачноватым, однако мне почему-то казалось, что в теплые времена это сооружение согревает и чуть ли не усыпляет своими сладкими ветвями. Внизу у лестниц, куда спустились большинство гостей стояли клетки, меня аж немного дернуло, когда я увидел, что в них находятся волки, а шею немного скривило в сторону как обычно в те самые моменты. Но вместо того, что я ожидал, что клетки раскроются и они устроят здесь то, что я видел тогда в пещере у водопада. Произошло нечто непонятное и забавное. Это был сюрприз маркиза, о котором мне прожужжал он все уши в тот вечер. Четыре взрослых волка вышли из своих клеток в Розовых ночнушках, в которых обычно засыпают дамы, и несколько дрессировщиков устроили между ними чаепитие, а после небольшое трюковое представление. Все аплодировали и нашли в этом нечто занятное. После Люсен откланялся и за его спиной, поднялся вверх и загремел салют. Дальше гости чествовали нового герцога в Тулэ-Ла-Гранс и прошли вновь во дворец по своим делам, или же дальше праздновать. Мы же с маркизом, что радовался как дитя и все хвалился своим представлением и идеей, похитили тех двух акробаток.
Мы прокатались в экипаже где-то с час, после чего вышли на улице и зашли в небольшой клуб неподалеку от главного дворца правителей гордых орлов. Там мы встретили старых знакомых Графа Гюстава и Антонио Брауна, а так же с ними был какой-то священнослужитель, видимо приближенный из Орловщины, ибо он показался мне знакомым.
Это место было похоже на бар Тадаши Куроки, отдельные комнатки, мягкие перины, приятные ароматы, девушки, очень похоже, но атмосфера сильно отличалась.
Мы все заняли свои места, к градусам выпитым на балу прибавилось еще немного. Тело уже полностью расслабилось, а язык развязался, и ждал момента, что бы пуститься в пляс.
По началу, как всегда темы были скудны, маркиз все хотел похвастаться своим шоу, однако Гюстав не желал и слышать об этом, а вот святоша порой очень громко хохотал заливаясь смехом. Но он все же с любопытством меня разглядывал, кажется он знал то, чего не знаю я.
— И так, господин Де Лавнес. Что привело вас в наш тесный круг?: После очередного смеха, задорным голосом спросил церковник.
— Ну, меня…
Тут меня перебил Люсен, видимо у него были другие мнения на это счет.
— А это все я, дорогой падре. От скуки я взял его себе в ученики и хочу сказать он умело справляется.: Их глаза встретились и они молча, что-то друг другу сказали. — Вот как раз и следующий урок. Дорогой Андриан, что вы думаете о религии?
Мои глаза не вольно дернулись в сторону святоши, ибо мне уж очень хотелось поспорить на эту тему, но маркиз вновь опередил меня. — Расскажите-ка тогда, нашему новому другу про религию.: ехидно сказанул Люсен.
— Религия?! Пхахах!: яростно захохотал святой отец. – Да это все срань господня!
— Религия существует только для фанатиков или же глупых людей, нуждающихся в вымышленной поддержке. Вы бы слышали как они рыдают в этих черных шкафах. Я еле сдерживаю смех выслушивая их россказни и страдания. А как мы обхаживаем прихожанок, омываем их милосердные падшие души восторгом и порочностью. Сколько я знаю тех, кто приходит в церковь лишь когда их дела плохи, плачут и рыдают, а когда у них все хорошо, то и вовсе забывают, это как минимум неуважение!: Его губы брызнули слюной, а лицо исказилось детской невинностью. – Сильным и мудрым людям не нужна религия, они знают, что сами в ответе за себя и ищут новые пути. Святые трактаты сделаны для того, что бы сделать слабых еще слабей. Они ждут отмщения, что их пожалеют бедных несчастных, а сами ни черта не делают! Ждут, что за их мучения заплатят, что все будет у них лучше, если они поставят свечечку. Ждут, что за их благие дела, кто-то и, что-то решит.
— Кхм.: задумчиво протянул я, опьяненным тоном. – Но ведь это придает им надежду и своего вида силу.
— Хахах, что вы говорите молодой человек. Да это единственное, за, что они хватаются, ведь на другое не способны, точнее ни чего больше нет. Да, они конечно на многое способны ради своей веры, они так сказать живут ради нее, хотя считают, что для нее. Но очень часто, другие редко иду наперекор своим правилам, что придумал трус, ради себя или ради этой же религии, одно противоречит другому.
— Я тоже не люблю фанатиков, или когда уж слишком часто не в попадя употребляют слово бог. Но почему же правила придуманные трусом?
— Ну как же!? Он боялся за свою жизнь, что заберут его жену, имущество, обманут, либо будут злы, что вокруг будут пользоваться тем, что он позволить себе не может, или же на оборот будут завидовать его успеху если вдруг, что. Сначала он думал о себе, а лишь потом о других. Ведь сама суть, того, что человек имеет разум уже чуть ли не делает его самым высшим существом. Хотя это глупо, это глупо. Одни противоречия черт возьми.
— Как вижу я вы говорите о грехах. Но какая же, польза в них объясните.: Маркиз довольно крякнул, когда слова донеслись до его уха.
— А вот в них плюсов куда больше чем минусов. Думаю про блуд говорить и не нужно: Монах окинул нас двоих маркизов взглядом. – Ведь помимо всех услад, порочные люди куда общительней. Гнев является одним из сильнейших стимуляторов, ну кроме страха конечно же. Однако его куда легче вызвать. Гордыня говорит сама за себя, гордый человек всегда достигнет большего. Думаю если провести параллели с остальными грехами, то вы тоже убедитесь в том, что плюсов куда больше.
— А, что на счет уныния?: Спросил Антонио, этот разговор его весьма заинтересовал.
Святой отец задумался. Но, что-то в моей голове, что-то помутнело, вызвало реакции глубин океана и топи болот, черного неба и светящихся звезд, нечто теплое и холодное разлилось по разуму и я сам нашел ответ.
— Чувствительность!?
Все недоумевающее посмотрели на меня.
— Я все объясню. Человек в порыве грусти и скорби более раним и чувствителен, а так же способен многое создать, это очень сильный источник вдохновения, фрагмент жизни когда человек остается лишь наедине с собой. И тут встает вопрос. Сгубит ли его это чувство, растворится ли он в нем, или сделает выводы, переборет и трансформирует свою душу, увидит и почувствует ли он прекрасное. Вновь борьба, вновь увидеть, кто ты есть на самом деле, в глубине души.
Произошла довольно длительная пауза, кажется все задумались, даже толстячек. Тем временем, я так глубоко проник внутрь себя, что мог сказать точно, что я знаю, что это за чувство, я хорошо знаком со всеми этими ощущениями, я слишком много раз пробовал подобное и испытывал другое. Но конечно же первым кто нарушил молчание был…
— Огого! Ну ни чего себе! Такого от вас Андриан я уж точно не ожидал, видимо я все же не зря выбрал вас! Но да ладно, не будем гадать и считать собственные грехи, ведь это такое же бессмысленное занятие, как считать чешую у змей!

Глава14. Сплетение двух змей. Иль эпилог декаданса.
Я уснул крепко и сладко, но все же присутствовали тревожные сны, жаль суть их я совсем не уловил.
Свежий день, свежий морозный воздух в легких, солнце лишь изредка скрывающееся за пепельными облаками.
Такая же молочная ненавязчивость присутствовала и в замке, особенно в кабинете Герцога, куда я и пришел.
Все воздушное, легкое, место где можно одновременно расслабиться, подумать и зарядиться энергией. Объемные белые кресла с мягкими перинами в цветочных узорах, светлые прозрачные занавески будто нити паутинок. Кошерный поднос с чайничками, печеньями, сладостями и кубиками сахара.
— Кофе? Чай?: Дружелюбно предложил Валентино.
— Чай. На улице весьма прохладно, если можно, то белый или же зеленый.
Он вежливо улыбнулся и сам налил две кружки чая.
— Так о чем вы хотели поговорить со мной Герцог?: обычным тоном и улыбкой поинтересовался я.
— Давайте сначала начнем с вас. У вас были какие-то идеи или мысли, мне сказали вам нужен совет. Так, что?: герцог был немного все же озадачен, но оставался так же вполне дружелюбным.
— Думаю вы знаете, что недавно я приобрел некую фабрику и имение, дело пошло в гору можно сказать.: мои глаза дернулись на поднос, все же свою продукцию я знал. – И как вижу это не только мои помыслы. Так вот, я хотел бы открыть в городе пекарню или же кондитерскую, для аристократических особ, да и не только.
— Ммм. Думаю я могу вам с этим помочь. Введете меня в курс дела? А я пока, что-нибудь для вас присмотрю.
— Договорились, я составлю для вас полный список. А теперь ответе на мой вопрос.
— Я люблю помогать людям.: Его лицо заискрилось в искренней улыбке.
— Я не удивлен, но на самом деле?: с холодным безразличием ответил я.
Он странно прикусил губу и все же ответил на мой вопрос, хорошенько обдумав диалог.
— Думаю вы знаете, что я был в столице, по важным делам. Я многое, что увидел и получил бесценный опыт, но я так же в полном курсе, что происходит и здесь.: герцог многозначно посмотрел на меня, я же лишь ждал, чего он хочет. – Наш город просто самый эпицентр заговоров, распутства, бедности и богатств в неразрывной связи, и город все больше и больше утопает в этой омерзительной жижи из сетей злобных людей.
Внутри меня, все стало улыбаться, однако я пытался скорчить гримасу понимания.
— В скором времени произойдут изменения. И я хочу, что бы вы поддержали меня и были со мной. Я уверен на вас можно положиться и в этом меня заверил Серхио.
— Что именно от меня требуется и, что вы хотите сделать?
— Закрыть все публичные дома, запретить распутство, мы же цивилизованные люди! Изловить всех тех, кто наживается за чужой счет, и еще многое, что бы вытащить город из этого бреда и прекратить резню между уважаемыми орденами избавившись от предателей.
“Даааа. У этого молодого человека слишком счастливое виденье будущего, хороший видимо человек. Но от его замыслов на счет домов в моем органе и сердце, что-то аж екнуло”
— Я буду готов помочь, если вы поможете мне. Деловой подход так сказать. Я тоже не сторонник орлов, так, что в симпатии к вашему ордену можете не сомневаться.: Я льстиво улыбался допивая чай. А потом как можно скорей унес оттуда ноги. Мысли о светлых планах общества меня уж чересчур смущали.
 
Прошло несколько дней. Не знаю почему, но ее выразительный бюст я узнал сразу же. Мы не встречались, да и как то, меня косвенно задевала эта персона. По слухам, да и по рассказам Серхио эта девушка пользуясь своим сочным телом была верна только славе и пороку, присущими подобной фигуре.
Герцогиня Эвелина Алинская была окружена пол дюжиной мужчин, я наткнулся на нее случайно, у входа, точней, когда вошел. Была она почти раздета, лишь сетка укрывала ее грудь. Черны были веревки сплетенные на теле, вульгарный аромат включал гормоны в моем теле, а взгляд искрил желаньем, что завлекал в пучину, тьму? мужчин.
— Здравствуйте госпожа.: поклонившись низко поцеловав ее руку сказал я.
А дальше я присоединился к ее свите. И вдоволь насладился ее сочным телом. Наверное, не знаю почему, но я был очень рад подобному распутству, толи еще из-за одного имени в блокноте, толи потому что удовлетворил ее лучше всех, толи почему то еще…
Странно, но всего лишь на следующий день пришел последний пункт нашей экскурсии с Люсеном, и я был очень заинтригован и взволнован. Куда больше чем светлым будущим Тулэ-Ла-Гранс.
Это заведение, если его можно было так назвать, уж очень отличалось от всех других. Здесь не было той пышности и прекрасных ароматов, тут был просто кошмар. Само строение походило на заброшенный завод, школу, больницу…
Стены были потрескавшиеся, оббитые, обсыпающиеся, запах грязи глубоко пропитался в их нутро. Но не та привычная нам грязь на улице, здесь было нечто совершенно другое. Пот, смешавшийся с грязью вожделенности многих из здешних посетителей и его работников. Кровь и страх, жир будто капал с потолка, прогнившие доски добавляли весь ажиотаж. Сам хаос был бы здесь бессилен.
Холод окутавший все улицы города смешался с жаром топившихся печей внизу. Зной придавал еще более яркий оттенок всем томившимся здесь ароматам. Мы прошли по длинному коридору, запах едкого спирта разъедал мне ноздри. За нами увязалось несколько грязных проституток, многие из них были уродливы, другие тонули в собственном жиру, тут даже старость имела свой вкус. Маркиз пинал ногами ползающих по полу пьеньчуг, пока мы не добрались до интересовавшей его комнаты, двери которой были обветшалыми и чуть ли не скатывались со своих петель, грустно отклонившись в бок. Мы прошли вовнутрь, интерьер ни чем не отличался, из углов к нам потянулись грязные руки в лохмотьях. Маркиз яростно отбил напор с криками: — Да дайте же нам раздеться и сложить вещи! И позовите нам юнцов, да по моложе! И пару разбухших дам от мяса! Или, что вы тут едите? черт вас подери!: несколько женщин выбежали, мы же разделись и аккуратно повесели одежду на единственную кривую вешалку. – И вина! Да, что по крепче!: не угасая в себе гнев, прокричал тонким голосом от нехватки воздуха Люсен.
Спустя некоторое время все было как он и желал.
— И? Это последнее место? Согласен здесь омерзительно, но в чем же будет для меня урок?
— Сначала мы посмотрим на сколько вы щепетильны.: улыбаясь ответил маркиз.
Я нашел, единственный стул более или менее устойчивый и принялся наблюдать за Люсеном.
— Ах ладно. В первый раз бывает, ни чего. Нужны стимуляторы.: он достал опиум, из кармана своего пальто. Видел я всего второй раз подобное, но все же я решил спросить.
— Вы не слишком уж подсели на опиум друг мой?: спросил я Люсена. – Это ведь наркотик, до добра он вас не доведет.
— Знаете ли вы, что за все приходится платить Андриан?
— Конечно. Но при чем здесь это?: в недоумении спросил я.
— Наркотики это самая сильная иллюзия счастья. И поэтому плата за него столь велика. Но кроме денег, за эти ощущения и расплачивается наш организм. При чрезмерном употреблении мы заживо сгниваем. Я ни когда не был сторонником фанатичности, она вызывает зависимость, а из-за нее мы теряем контроль и рациональное мышление.
— Да, но ведь это все искусственное.
— Именно, поэтому и цена столь же высока, иногда порой легкий выход требует куда больше платы, чем длинный.
— А, что вы скажите о человеческой доброте, рациональному счастью, дружбе. Это тоже имеет свою плату?
— Вполне.
— И что же требует это взамен.
— Добротой пользуются, становишься так же зависимым. Доброго легче обмануть, легче опустить и подняться с помощью его, вдобавок он делает все, что бы окружающие были счастливыми и ему от этого становится хорошо. Но стоит его разочаровать, избавить от этих людей, что его окружают, он задохнется в собственной печали. Счастье так хрупко. Вы когда-нибудь слышали фразу “несколько лет счастья” куда чаще вы слышите “столетия скорби”, счастье слишком мимолетно, а вот ощущения потери его намного сильнее въедается в ваше сердце и душу.
— Но, что общего у доброты, счастья и наркотиков?
— Мера, мера друг мой. Не иметь границы конечно веселее. Но иногда нужно чувствовать меру, это будет ценней. За секс платят венерическими, за ненависть завистью и нервным расстройством, за наркотики истощением организма, смертью, за никотин болезнью, за доброту завистью окружающих и обманом, за счастье боязнью его потерять, за деньги жертвой. Да и когда ты чрезмерно счастлив и добр ты, слишком опьянен этими чувствами, и когда, что-то идет не так, ты слишком раним, можешь не заметить нечто важное, между всем этим, всем, что приносит тебе своеобразную радость, есть тонкая грань платы и похожего наслаждения. За все нужно платить, за любое счастье.
— Но, что делать с зависимостью от этого?
— Наслаждаться. Это единственный выход. Ведь боль приносит какие-то новые ощущения. Главное иметь силу знать меру, и платить за нее болью. Разница лишь в том, как человек к ней относится. Он может сгнить от этого ощущения, просто сойти с ума, или же станет наоборот искать повод испытать ее вновь и вновь. Даже к ее ощущениям можно испытать зависимость, как говорится, на, что человек гораст. Научитесь испытывать наслаждение от ломки, и это облегчит ваши страдания, ведь, что с вами происходит неповторимо, это обратная сторона. Что вызывает зависимость. А после чувствовать грань, чтобы не сгинуть от перенасыщения.
— Все же я немного не пойму эту грань.
— Методы разные желание одно. Быть счастливым. А как вы к этому придете, зависит от вас. Кто-то добивается расположением к себе людей, кто-то их уничтожением. Что вам более близко, то вы и будите делать. Как жаль, что не все понимают это. От этого и столько проблем. А, что могу сказать про наркотики, нет ни чего плохого побаловать себя изредка, но плохо сгнить от этого, не найдя истинное счастье.
Пока маркиз радовался жизни, я пытался улавливать каждый его жест, а так же я хотел помутить рассудок, что бы полностью отвлечься от реальности и быть таким же как и он, не иметь страхов и отвращения. И с каждым глотком мне казалось, что я способен на это.
Маркиз уже был полностью разгорячен, поэтому громким голосом, точнее же торжественным он прокричал:
— Здесь где люди платят бешеные деньги за самое омерзительное на, что способен их разум, где опускаются ниже всего бытия ради удовлетворения своих утех. Богами являются их ублажатели. Здесь где женщины в чьих сердцах нет ни чего кроме животных инстинктов становятся выше тех богатеев, которые нуждаются в их страстях. Без них они сойдут с ума, они готовы отдать любые деньги, встать на колени и ползать. А падшие женщины будут горделиво бросать на них свой взор сверху.
А после этих слов я присоединился к нему и разделил пьянство опиум и все остальное.
Мы держались за руки, слившись в одно целое пока две тучные дамы ублажали нас орально. Свободными руками мы издевались над юношами и остальными особами нашего окружения. Издевались ублажали, руки скользили вниз и вверх. Маркиз задорно постанывал и весело хихикал. Он ударил по лицу ту даму, что его ласкала, та упала на грязный пол, а он кинулся сверху будто обезумивший зверь. Я уподобился ему отпустив пощечину юноше и другой хрупкой, истощенной леди, после их падения ударил лица их об пол, разбив нос обоим, а когда увидел струйки крови, что побежали по лицу совершенно отключил свой разум. Игла в теле, люди под ногами, раны, кровь, крики и стоны.
Шаг, еще, следом прилагаю усилия, еле становлюсь на следующую ногу. Вроде прочно. Рука скользит по стене, я чувствую как ногти сдирают краску: “Ах не приятно!” Мне кажется, что из них сочится кровь, я не чувствую есть ли на мне одежда. Вокруг лишь мгла, все заторможено. Слышится чей то злобный, вредный смех. Пелена тумана окутала. Нет! Сковала мой рассудок и взгляд. Шаг, еще один, ещееее….
 
Ярко! Очень! Свет слепит глаза, видимо утро наступило, или день!? Первый пробный вдох был неудачен. Легкие заполнились пылью, нос раздражением. Я закашлялся, сильно, приступ настиг меня. Я попытался встать, был полностью обнажен. Ноги почти не слушались меня, тело покачивало из стороны в сторону. Я попробовал протереть глаза руками, что бы видеть где я нахожусь. “Что вчера произошло?” Вопрос сразу вцепился мне в рассудок, покалеченный, истощенный, непонятный. “Где я?” Где-то раздались громко звуки, я с ужасом паники бросился в угол и забился в него. “Сколько времени прошло? Одежда, мне нужно одеться. Нет! Жарко, слишком, как в аду.” Пот стекал ручьями по моему телу, пальцы, руки, пол туловища было измазано кровью, ее грязь смешивалась с потом и черные капли падали вниз. Наконец меня разразило смехом, глаза наполнились чем-то безумным. Я вспомнил фрагменты вчерашнего: женщин, Люсена, алкоголь, похоть, опиум, стены, коридор, падение в бездну. Все больше ни чего.
— Люсен!: “точно!” Я бросился к двери, но она была крепко накрепко заперта. Ударив кулаком в дверь от раздражения, я решил оглядеться. Все было зашарпано, валялся мусор, огромное количество насекомых, на которых охотятся и не редкие черные крысы. Вонь, какая-то требуха у стола. “Стол!” Я бросился к нему. Сухое дерево, на нем лежали заплесневевший хлеб и какая-то гадкая банка, консервы, но ее наполнение было мне уж очень не симпатично и просто не привлекало, а так же лежали ножницы. Дрожь пробежала по телу, улыбка выступила на лице, глаза будто еще сильнее выпучились и я стал явно ощущать в них неимоверное напряжение.
От хлеба отказался. Но я со смехом взял эту банку, с месивом отвратного вида, окунув сначала палец в нее, попробовал содержимое, вкус вызвал рвотный порок. Тогда я тут же поглотил всю эту гадость. Как только это оказалось в моем рту, меня чуть не вырвало. Но переборов себя я поглотил все, что там было, вкус был ужасен, меня всего кидало, дергало и перетрушивало. Мне не нравилось это на вкус, но меня восхищало, то, что со мной происходило. Как только последняя капля оказалась в моем желудке, вновь рефлекс, но я выдержал, я удержался, но упал от потери сил. Я находился в позе эмбриона долгое время, чувство голода раздиравшее меня было погашено. А вот смех и кашель еще стизали меня. Было такое ощущение, что эффект больнички уже истощил все свои запасы и то, про, что говорил мне доктор вернулось и влилось внутри меня агонией. Я чувствовал, что эпилог моего безумства придет именно здесь.
С течением какого-то времени, я стал потихоньку двигаться. Все же комната была полна и другими запахами кроме отвратных, духи, сладкий запах женских тел. А положил руки на стол и попробовал опереться, что бы встать. Но щелчок замочной скважины заставил меня замереть.
По звукам шагов, я понял, что вошли двое.
— Ах! Ты погляди-ка на этого несчастного. Голый, обессиливший, жалкий отброс. Фу! Противно смотреть.
— Так давай облегчим его мучения.: с забавой сказал второй и они приблизились на шаг.
— Интересно. Он хотел вот так вот здохнуть? Было у него, что-нибудь святое? Жена? Дети? Ну там любовь может? Или он знал только шлюх?
От этой фразы, мои зубы стиснулись, улыбка расплылась на лице. С помощью пережитого за это время, мой разум был ясен и тверд в своих намереньях. Желания, чувство отвращения, страх. Теперь готово выброситься из меня гневом, высокомерием и желанием жить. Шея дернулась в сторону, язык затрещал, стянув рукой ножницы я повернулся улыбаясь. Резким движением. Что те двое опомниться не успели. Я вогнал все острие по рукоять в горло близ стоящему ко мне гостю чуть выше ключицы. Я вспомнил того безумного алхимика и расправу над ним. Это еще больше возбудило меня, тем более кровь умирающего брызнула из раны, и слюнки потекли у меня во рту. Второй попытался ударить меня ножом. Но я быстро отскочил. В мой адрес прозвучала брань. Вся боль из тела ушла, я любил данное состояние, в нем не было ни капли неряшливости. Все казалось гладким и легким, будто я предназначен для подобного. Силой и трезвостью наполнилось мое тело. Адреналин сыграл свою прекрасную роль. Я уклонился еще от одного удара. Эх если бы этот пройдоха умел бы фехтовать, то может шанса у меня и не было. Самым завершающим этапом мой безрассудности, тонкости ума и желанию насладиться сполна, стала его одежда. Эти двое были наемниками из того сектантского сообщества. В прыжке, после очередного уклонения от лезвия я бросился рукой ему в шею, опрокинув. Я впился ладонью в его горло, каждый подобный момент был сладострастен, видеть как в глазах угасает жизнь в обмен на твою, нет ни чего более слаще этой сделки со своими возможностями “Могу я или другой?!”
Под конец я последовал примеру графа Де Франсе и надругался над еще теплыми трупами предварительно поиграв с их плотью. Теперь я полностью пришел в порядок. Относительный конечно, со временем боль вернется, а кашель усилиться. Но спасибо моей скривившейся шее за то, что я жив. Я взял одежду у тех двоих, она была великовата, но не это беспокоило меня, а то, что слабость возвращалась в мое тело. Спустя каких-то жалких пять минут я опирался на стены коридора, вокруг не было ни чего, лишь мусор, пыль, тепло от печей топившихся внизу углем, звук волочащихся ног, сползающая одежда, окровавленные ножницы в правой руке. Все двери были заперты или же пустовали.” Почему меня взбесили так его слова?” Ведь именно они сильней всего повлияли на меня.
В один момент мне показалось, будто волокут меня по коридору, кажется больницы, я был напуган, а точней не знал, что происходит, наверное укол.
Мысли вернулись в привычное русло и с ними о словах того наемника я пересек ни один проход, спустился по лестнице, перешел в другое здание, по памяти и кровавым следам от пальцев на стене дошел до вчерашней комнаты, спустился вниз, где встретил пару работниц хихикающих за моей спиной. Забрал свою одежду у смотрительницы.
— А где маркиз Люсен Сайлено?: голос был будто сорван, и чуть скрипел.
— Он вас искал, но не нашел. Попросил сохранить ваши вещи если вы найдетесь.: управляющая с издевкой и аппетитом смотрела на меня.
— Куда он отправился?
— Я не знаю этого. Вы же его друг.
После этих слов я переоделся и опираясь на свою трость тяжелым шагом зашагал по улицам города. После ужасного зноя печей, на улице мои кости обвивались инеем, а кожа желала треснуть. Но не смотря на это, я добрался до дома Маркиза и постучал в дверь. Мне открыла девушка, как и в прошлый раз, но уже другая. В ее глазах еще не утих огонь жизни, но видимо потихоньку стал угасать.
— Маркиз дома?: Устало, но серьезно спросил я.
— Да, он ожидает вас у себя в кабинете, следуйте за мной.
 
Двери распахнулись. Люсен в бодром состоянии обернулся, его длинный черный плащ с зеленными пуговицами, который он так любил и часто одевал, был отброшен чуть в сторону. Завидев меня, он улыбнулся.
— Ох! вот и вы, я рад….: Хромая я направился к нему и не дав договорить высвободил клинок и направил его к лицу маркиза.
— Ты бросил меня! Меня чуть не убили. Ты привел меня туда, одурманил, напоил и ты рад, что я тут?
— Постой я могу все объяснить.: Отбросив мой клинок тонким ножом сказал тот.
— Кто же ты? И Чего хочешь?
— Глупый вопрос, я маркиз Люсен Сайлено. Лучший допросчик преступников, лучше всех вытаскиваю информацию во всей стране с помощью психологических и телесных пыток. Я вас оставил? Я пытался найти но не нашел. Вы знаете мои методы. Чего же удивляетесь тогда? И кто вас пытался убить?
— Не знаю, двое мужчин, и у них был ключ от комнаты, где я находился.
— Но вы ведь живы! И что же с ними стало?: глаза его вспыхнули на короткое мгновенье.
Я вытащил окровавленные ножницы из кармана теплого шерстяного пиджака. И бросил их на стол.
— Ах, вот видите! Остается сильнейший, если бы это были не вы и не вчерашнее, то может сейчас я с вами бы и не разговаривал. Возвышение в падении!
— Но вы не ответили чего же от меня хотите!: раздраженно сказал я, все еще держа лезвие обнаженным.
— Ну как же?! Веселья. Я об этом сказал еще в первый день нашего знакомства. Вы очень интересный человек, все, что я вам предлагаю это для того, что бы понять на, что вы способны. И уверен, что вы еще не совсем открылись.
— Почему же?: в недоумении спросил я.
Маркиз улыбнулся и достал мой блокнот из-под плаща и повертел его в руке.
— Такой человек как вы не может писать подобные вещи, особенно то, что похоже на стихи, вы ведь далеко не романтик.
— Отдайте!: уже злобно проговорил я.
— Нет, мне хочется все прочитать и написать чего нить своего.
Я решил его отобрать, но маркиз стал играть со мной, а догнать его я был не в силах. Однако когда я схватился все же за блокнот, тот ударил меня ногой в живот, взял перо, и стал что-то черкать на листах моего черновика.
— Я думал вы мне друг.: корчась от слабости заявил я.
— Друг, но все же своеобразный. Вокруг меня ходит много слухов, особенно по поводу моих служанок, неужели вы не поняли каков я? Вы мне очень интересны даже чересчур, поэтому я даже попытался вас найти и сохранил ваши вещи. Ведь фактически благодаря мне вы справились с теми двумя. Разве не так?
— Так.: Огрызнувшись, сказал я.
— Ну вот, так, что не надо злиться на меня. Дружба для меня весьма интересное понятие, я просто испытываю физическое желание к друзьям, хотя я его испытываю ко всем, вот только разница в том, что от друзей я могу получить эмоции и веселье, а так же интересный диалог, но если друг мне надоедает, я тут же разрываю с ним контакт, точнее просто перестаю обращать на него внимание. Блокнот я вам верну. А теперь садитесь Гристин принесет вам поесть. Располагайтесь, я правда рад, что вы живы и находитесь здесь, вскоре у меня будет для вас сюрприз.
За обедом ведь завтраком являлось пойло из банки, маркиз рассказал мне одну историю :
— Ахах, я люблю пакостить. Не то, что бы я плохой человек, просто у меня другие ценности. Да и меня очень забавляют переживания людей. думаю вы поддержите меня в этом маркиз.
— Конечно. Нет ни чего, слаще наблюдения над человеком, когда он саморазрушается.: устало согласился я.
— Да вы правы Андриан, в такие моменты и помощи в принципе не существует, ну наверное лишь только психологические, да и то, они ломают и переделывают страдающего. Так вот, самый безобидный случай моей еще ранней молодости был таков: меня обожала одна юная леди, а ее будущий супруг был на много старше нас обоих. Конечно же соблазнить молодую особу не составило труда, да и она сама этого желала, конечно скрывая. А у них все было серьезно, девушку я давно знал, она имела ко мне теплые чувства. А я? Да, что я? Может раньше и давно, но я уже был другой, хотя мне напрочь отказывались верить. Через некоторое время, моя рука была скреплена с рукой ее уже супруга. На свадьбе. Все было хорошо, а мое лицо все время искривляла легкая издевка, каждый раз когда я смотрел этому мужчине в лицо. Изредка подсмеивался. Но все же я не выдержал, нужно же было испортить столь чудный праздник. Дождавшись когда мы останемся втроем, все очень красиво и спокойно выпалил. Ахах! Видели бы вы их лица! После моего рассказа спокойно с поклоном вышел, и закрыв за собой дверь быстро скрылся. Да, а мы были друзьями. Ее печаль, непонятливость, разочарование и боль очень четко выразилась на отрубленной голове. Хах, я создал целое произведение искусства. Они были так романтично разложены по всей их брачной спальни. Ах, все залито было кровью. Они так визжали. А муж моей подруги, даже попытался напасть на меня сразу, после того, как открыл дверь. Ах, несчастные бедные люди. Сначала были унижены, а потом еще и уничтожены обидчиком, наверное небольшая капля ревности сыграла свою роль в моей жестокости.
 
Маркиз, с такой забавой обо всем этом рассказывал, по нему было видно, что его мысли погрузились в прошлое, однако глаза горели адским пламенем, меня это так воодушевляло, и страх перед этим человеком тут же исчезал.

Глава 15. Принятие.
Пустота, непроглядная, безжизненная, холодная, одинокая пустота. Только и всего, она была такой знакомой, но и такой зловещей безжизненной и наоборот, темный силуэт по прежнему не двигался но мои эмоции усиливались, и преуспевал в этом именно страх.
Несколько дней ни чего не происходило, я все ни как не мог наведаться к врачу, кашель усилился, стало побаливать сердце, иногда поднималась температура, я все еще пытался вылечиться травами с черного рынка, их ароматами испарениями и разными восточными чаями.
В один вечер когда я возвращался домой после очередной прогулки, старик живущий со мной в доме передал мне мою почту. Это было письмо в обертке. Зайдя к себе в квартиру я распечатал его и чуть не упал, когда увидел печать крылатого зверя. Я судорожно раскрыл его и принялся читать.
“Господину, маркизу Андриану Де Лавнесу.
Ваша персона очень заинтересовало наш орден. Просим прибыть завтра к десяти часам в поместье Князя Девонсо Маника- Сэлэ. У нас есть для вас интересное предложение. Приходите один, после прочтения письмо следует сжечь.
С уважением орден Крылатого Зверя”
 
Бросившись в пот, я постучался в квартиру к старику и спросил, кто передал ему письмо. Это был один из тех мужчин в одежде серых или коричневых тонах в недорогой шляпе.
Ну, что же, овцу пригласили в дом к волкам. Я слышал, что-то про этого князя, но кем он являлся я не помнил. Вроде какое-то косвенное отношение к орлам. Я решил расспросить старика и узнал, что он являлся Дядей герцога Дамиана. Что ж отлично, если предложение будет интересное, то меня это очень приблизит к врагам, тем более я узнаю, что-нибудь еще про графа Де Франсе. А если нет, то надеюсь я смогу выкарабкаться из этой передряги.
Поместье находилось в полутора часе от моего. Поэтому на следующий день, я прибыл к себе. Взял с собой Люцию, давненько она не появлялась, будто стала чужой, но поездка увенчалась успехом и после уютного лежания у меня на шее осталась в стеклянном домике в моей спальне. Отобедал, узнал, что происходит здесь в последнее время у слуг. Взял лошадь и отправился на встречу.
 
— Здравствуйте маркиз, вы как раз вовремя.: Совершенно спокойно сказал мне господин сидевший в величественном, черном, кожаном кресле. Его взор был устремлен куда-то вперед, в непроглядную тьму, сковавшую, это помещение. Свет от горящей сигары томно падал на его сложенные руки у подбородка. Я был достаточно близок, стоял прямо перед столом и мог прочесть плавающую туманность в его глазах. Казалось не хватало лишь одной искры, чтобы в них загорело пламя.
— Бонсуарр.: поклонившись ответил я. – как и было сказано, в десять вечера сегодняшнего дня.
— Ужин уже готов Люстье?: так же спокойно произнес этот человек.
— Да господин, граф Де-Франсе уже ожидает вас.
— Что ж, тогда отправляйтесь к нему, я сам провожу нашего гостя к столу.: дворецкий закрыл дверь и оставил меня практически в одной темноте с этим странным хозяином дома, лишь сигара так же отбрасывала свой единственный огонек тут. – Вы боитесь неизвестности?
— Нет. Пришел бы я сюда если бы боялся этого?: холодно ответил я.
— Да, вы правы. А как насчет темноты?: и в комнате прозвучало выдыхание дыма с легкой ноткой наслаждения.
— Не то, что бы. Стоит лишь бояться, что в ней рисует мое сознание, так, что я боюсь ожидания в темноте.
— Ну тогда пройдемте к свету, не буду вас мучить.: тяжелые звуки шагов раздались по комнате, дверь открылась и залился свет в обычный ухоженный и утонченный кабинет. – Вы идете?
Я спокойно кивнул головой и взглянул на этого человека.: ухоженная короткая борода, ровный взгляд, немного морщинистое лицо, черные, кудрявые волосы скрывали уши, густые брови и ровный подбородок с небольшой ямочкой. Небольшой шрам под правым глазом. Ухожен, крепко сложен, приятный аромат лучших духов столичных парфюмеров. Черный плащ свисал до пола, на груди лежало золотое ожерелье с зеленым круглым камнем внутри. Тяжелые налакированные сапоги громко шагали по лестнице, плащ развивался за спиной и осанка этого господина показывала его нерушимость. Мы остановились у больший деревянных дверей, и прежде чем открыть их он спросил: — Прошу прощения. Но вы случаем не слабонервны? Я конечно наслышан о ваших усладах, но все же.: Тут я его прервал.
— Не волнуйтесь. Не думаю, что меня, что-то может задеть в такой врасплох. Я вполне лоялен к разным мерзостям.: в ответ я увидел лишь улыбку. Я узнал этого господина именно он толкнул речь в башне Мюрестре и видимо он являлся главой ордена.
Двери распахнулись, и сомнения выступили в сказанном только что. Увиденное повергло меня в шок, и некое удивление: Огромный зал с колоннами, две круглые лестницы подходили ко второму этажу-балкону, они встречались у картины с изображением величественной и прекрасной женщины, за длинным столом находилось два человека, дворецкий поклонился нам как только мы вошли и остался стоять у колонны, мужчины лишь бросили в нашу сторону взгляд в котором читалось одобрение, на столе стояли разные пиршества испаряющий божественный аромат вкусной и сытной еды. Но вот, что отличало это застолье от обычных: к каждой колонне были посажены на цепь юноша и девушка, было видно как их одурманенные тела наркотическими средствами измывались от бессилия, но самое пугающее было то, что добавляло здешним ароматам некую пикантность с небольшой каплей мерзости. Главное блюдо! Тучный мужчина был распорот у живота, внутренности хорошо поджарены, но так искусно, что свежая кровь текла по запекшейся. Я более чем уверен, этого мужчину настигла смерть не более получаса назад.
Глава дома сел на трон прямо перед обрубками оставшихся от бывалых ног. Они же были тоже интересно приготовлены и лежали у господина по левую руку от пригласившего меня человека. Меня как раз усадили рядом с ним. В глазах двух других гостей явно читался интерес к моей реакции на происходящее.
— И так: промолвил наконец человек за троном. Хоть вы и знакомы с нашими гостями, я все равно представлю их и себя. Я — Князь Девонсо Маник- Сэлэ, глава ордена Крылатый зверь, нынешнем считающийся несуществующим. Моя левая рука – Маркиз Люсен Сайлено. И исполнительная сила нашего ордена – Граф Гюстав Де-Франсе. А вы дорогой Андриан Де Лавнес персона очень заинтересовавшая нас.: я остался неподвижен, и лишь подавал вид заинтересованного слушателя, нервничать в подобной ситуации было вполне простительно. – Прежде чем я объясню ваше приглашение сюда, сначала хочу сказать несколько слов об ордене.
— Может мы отложим это на потом? Еда ведь стынет, мы ведь не хотим испортить потоками времени столь приятное блюдо.: Нетерпеливым, дрожащим, захлебывающимся слюной и как обычно издевающимся тоном прервал его маркиз.
— Терпение мой друг. Ты еще успеешь насытить свой живот. Сейчас же нужно разрушить сомнения нашего гостя. И так: Князь вновь перевел взгляд на меня. – Мы тайное сообщество, поддерживающее Тулэ-Ла-Гранс на плаву невозмутимости, и не дающее ему расползтись в нынешние времена. Если бы не мы, то мой дорогой родственник уже окунул бы этот чудесный город в кровопролитную войну и уничтожил всю присущую его культуру. С помощью легких интриг, подставных убийств и пропаж, мы ведем войну меньшими потерями. Не давая ей захватить все население, путем сокращения буржуазии.
— А при чем тут я?: вырвалось у меня тут. – Меня не интересует политика, ну может лишь тайные организации, но зачем меня вводить в курс ваших дел?
— Все как ни когда просто. Вы тот человек, который нам нужен. Вам плевать на власть в политическом строе, но не плевать на собственную. Как же без нее вы будите утолять свои пороки? Мы ищем не верных политических союзников, а людей со схожей идиалогией как и у нас. Мы те, кто не дает равновесию нарушиться, но приводит небольшое совершенствование собственным потребностям. Творя небольшой хаос, мы создаем порядок. Получая в ответ безграничные возможности для собственных нужд. Ведь если мы заявим о себе как желающие власти, дернув за все наши ниточки, половина сил наших соперников перейдет к нам в руки. Но это не наши приоритеты, ни теряя ни чего мы получаем все. Как и вы дорогой маркиз, как и вы.
— Весьма интересно. Да и мне очень приятно, что я привлек ваше внимание должным образом. Прибавить то, что меня очень вдохновляет сегодняшний ужин, пробуждающий в моем нутре возбуждение. – Господа рассмеялись и я продолжил. – Но все же, чего вы хотите от меня?
— Мы предлагаем вам присоединиться к нам. Вы привлекаете огромный интерес у всех представителей светского круга. В вас видят ценного союзника падающего надежды, и мы не исключение. Благодаря моему другу Люсену я очень хорошо ознакомлен с вашей личностью, да и порой сам часто видел вас в моих клубах.
— В наших клубах.: прервал его Люсен.
— И, что же я получу с этого?
— Ну во первых нашу защиту, во вторых доверие, почет и помощь всех членов ордена. По окончанию политического переворота орлами, вы оставите себе свои земли, а может и увеличите их, как я наслышан вы приобрели поместье Белой Лилии Ла-Сенсов. Это так?
Услышав эту фамилию в моей голове, что-то стрельнуло.
— Да это так.: потерев весок и прокашлявшись, ответил я.
— Но не в полной его размерности.: Заявил маркиз. – Так, что может вы сможете заполучить всю эту расколовшуюся землю.
— Вдобавок думаю вы любите интриги, мы редко позволяем иностранцам вступать в орден. Ну и конечно же вы останетесь в живых.
— Кхи.: я улыбнулся. – Ну, что же тогда я с удовольствием соглашусь.: Поднеся руку к груди и поклонившись ответил я. Другого выбора у меня в принципе и не было, я был не в состоянии противостоять троим, особенно когда эти трое столь опасные господа, вдобавок я теперь буду очень близок к Гюставу, да и теперь надеюсь буду посвящен в их замыслы.
— Отлично!: заявил маркиз. – Я знал, что ты тот человек, который не откажется от такого. Хотя отказ был бы и в твоем стиле тоже.: Он как обычно улыбнулся и прибавил. – Ах и да, теперь тебя ожидают скидки в наших клубах. Приступим к еде?
Граф одобряюще поклонился мне, а князь встал из-за своего места и громко проговорил: — Добро пожаловать в нашу теплую семью, принесем же клятву и испъем крови из бокалов вечности.: Он хлопнул в ладоши, и дворецкий поставил перед каждым по бокалу, темно-красного пойла.
Была произнесена клятва. В ней говорилось о сохранении порядка, возвышении, почести некоему основателю и силе темной крови. Все же подобные персонажи уж очень любили даваться в мистику, я же был более реалистичным, хотя в мою голову часто прокрадывались мысли о демонии.
— Теперь выпейте до дна.: сказал Девонсо. — Истинная кровь девственниц.: и сам прислонил свой бокал к губам.
Мы испили все втроем одновременно. Конечно же сдержать свои эмоции от этого вкуса я не смог, глаза сразу наполнились желанием, шея медленно наклонилась влево, а улыбка широко расползлась.
— Кхи!: вырвалось у меня, облизнув губы добавил. – Я очень рад, что вы меня пригласили, перейдем к трапезе?
Все подхватили мою идею и мы принялись за главное блюдо. Однако же, внимание еще было уделено мне. Меня как будто проверяли, на, что я способен, и на сколько искренне я все это делаю. Но на моем лице не проступило ни капли отвращения или угрызения совести. Я лишь жадно, все больше возбуждаясь глотал один кусок за другим.
Я хорошо знал историю, благо люблю читать. Человеческая плоть во всех веках ценилась как и на столах, так и в медицине и в быту, поговаривают, что она куда более лучше усваивается в наших желудках, да если вспомнить, что все в этом мире относительно едино, то для всего можно найти оправдание. Мы ведь хищники и паразиты господа!
После приятной трапезы, маркиз подхватил меня за руку и вытащил танцевать под интересную музыку, она играла с пластинки, он так же подхватывал людей на цепи и кружил вместе с ними вокруг колонн. Узники полностью подчинялись ему, либо от безвыходности, либо из-за неспособности противостоять.
Ко мне подошел князь и шепнул на ухо: — Вскоре Люсен ознакомит вас с правилами. Но пока хочу сказать одно и главное. Ни кто не должен о нас знать, в противном случае участник и узнавший будут ликвидированы.: Он пожал мне руку, поклонился взял тех кто предназначался ему и уединился на втором этаже. Мы же втроем перешли в комнату с чучелами различных, диковинных животных, но вскоре и Гюстав последовал примеру князя, а мы с маркизом стали вкушать теплые тела и вино на теплых шкурах хищных зверей. Мы закручивали цепи на шеях узников и душили, пока те не теряли сознание в наших кольцах-объятиях. После вцепившись в следы от удушений, входили в наших жертв, пробуждая их пощечинами, и режущими лезвиями по телу. Прижав девушек и юношей к коврам, сжимая их тело скользя губами по коже, впивались ими в раны и высасывали кровь, а дальше кусали, добравшись до шей прокусывали их. Маркиз бил свой материал для расхода плетьми, задорно смеясь от каждого удара, и считая каждую красную полосу. Один юноша попытался напасть на моего “друга” но тут же был сбит с ног. Маркиз подхватил его под руку, второй схватил за волосы, ударив о стену разбив лицо. Одного удара ему не хватило, и он повторял их, пока на стене не осталась размазанная кровь, а бедолага не лишился чувств.
Так продолжалось чуть больше часа, и продолжилось бы еще, но мне стало не по себе. Я был не сильно пьян, во первых я не доверял тем, кто здесь находился во вторых, ночевать я хотел у себя в поместье. Все началось со скрутившегося желудка, потом наступила головная боль и жуткие припадки кашля. Я убедил Люсена, что все хорошо и просто простудился, безумство откатилось от меня волной и я почувствовал себя очень устало и болезненно. Быстро одевшись я покинул этот праздник каннибалов и безумцев, в чьи ряды я желанно вступил.
Холодный ветер бил мне в лицо, я с силой немощного впился в поводья и скакал, что есть мочи, скакал так, на сколько у меня хватало сил. А их оставалось у меня немного. Мои глаза стали смыкаться, черные деревья у дороги стали сливаться одной холодной плитой, на последнем издыхании в моем мозгу промелькнуло слово “яд” и я закрыл глаза окончательно.

Глава 15. Болезнь памяти
Я вернулся……
Я вернулся сюда. Сколько же я здесь отсутствовал?! Минуту? Час? День? Месяц? Год? Вечность?
Все тут сильно изменилось с последнего моего пребывания здесь. Темный силуэт исчез. Фонарь слева погас, и кажется только струйки сигаретного дыма еще доносились до меня из той непроглядной зловещей тьмы, но огонь уже не распалял их. Было ощущение, что здесь произошел взрыв и он даже уничтожил вечно идущий сверху снег. И тьма, тьма сгустилась и бездна окутала меня.
Прошло много времени. Казалось, что я падаю вниз. Долго и беспросветно.
Но в какой-то момент меня стали окружать фрагменты, картины, персонажи, эпизоды. Все четко врезалось в мою память. Долгое время я не мог понять почему. Но потом вспомнил. Вспомнил! Это воспоминания! Мои и только мои, больше ни чьи. Вечность повторилась вновь. Мое затяжное падение куда-то вниз казалось ни когда не прекратиться. Радовало хоть, что я могу наблюдать за всем моим прошлым. Я не был участником этих процессов лишь наблюдателем. Но после окончания каждого эпизода, мое безразличное отношение с небольшой каплей заинтересованности сменялось эмоциональным взрывом внутри и я постепенно менялся принимая то, что было ранее начиная осознавать кем являюсь.
В какие-то моменты мне казалось, что я лежу в той больнице, возле меня ходит медсестра, которую я одурманил вместо себя. Она делает мне уколы и ставит капельницы, иногда ее тело сменялось тенью или силуэтом, размазывающимся в стенах окружающей меня палаты. Я не мог понять очнулся я или нет, ведь время и пространство играли со мной. И мне даже показалось, что я лежу в своем особняке, а Серхио разговаривает с мужчиной. По разговору мне показалось это был врач и они, что-то говорили о памяти. Еще один похожий фрагмент был, вроде чуть позже, двое мужчин яро спорили о чем то, один не хотел пускать другого, но посреди размытых слов я вновь отключился.
А потом вновь, вновь, полное одиночество и пустота, все, что произошло совсем недавно, показалось глупой шуткой иллюзией и действиями кого-то другого. Часть меня, нет, весь я, лишь бы вновь ощутить. Пустота… пустота. Безмолвие, скорбь… одиночество, тишина.
************************
Первые несколько секунд я не понимал где нахожусь, лишь чувствовал, как глаза смыкаются и вновь открываются. Все было мутно, но уже более четко вырисовывались грани, не было этих черных и жирных пятен. Мои глаза стали двигаться быстрее. “Раз, Два, Три” и вот я смотрю на свою комнату. На свою комнату, в собственном доме. На своей кровати, оберегавшей мой сон чуть ли не на протяжении всей мой жизни. Тело все еще трясло, оно было очень слабым. Моя голова даже не могла двинуться. Радовало, что горло было не пересохшим и отчетливо виднелись утренние солнечные яркие лучи, падающие в окна. Мои мысли были спутаны, но самой яркой среди этого сплошного хаоса была: “Черт, какие ужасные сны мне снились. Что вообще произошло?”
Я в своей комнате, и то это уже хорошо, все немного смешалось. Нет, даже еще хуже я не мог понять где сон, где бред, где реальность. Казалось все, что произошло за последнее время это страшный длинный непонятный сон, и в нем смешалось все, ведь я не мог такое творить, я не мог таким быть, это не могло со мной происходить. Я приподнялся немного и где то с минут двадцать сидел в таком положении пытаясь разобраться. Так ни чего толком и не поняв, попробовал спустить ноги с кровати. Получилось очень даже хорошо. Себя успокаивал лишь собственный голос: “Это сон, сны, дурацкие длинные сны, причина, всему причина, точно! Я ехал домой с Эмильеном, потом авария, ну и я сильно стукнулся головой, остальное дорисовала моя больная фантазия, это не в первой, да конечно более насыщенно, контрастно, живо, но блин, я же был в отрубке. Нужно придти в себя, позвать прислугу, немного расспросить, ненавязчиво так, тем более у меня с ними всегда был общий язык”. Но в этот момент, когда я почувствовал твердый пол под ногами, за спиной услышал, какой-то звук. Медленно обернувшись, тело еще было не в себе, и корпус покачивался. Увидел моего старого лучшего друга.
Но счастливая улыбка прошла очень быстро вместе и с моей теорией. Все это развеялось и стало понятно, когда из уст моего друга прозвучала фраза – Наконец-то, Андриан! Не уж то ты пришел в себя! Ах, что за радость а мы уже думали, что всю жизнь будем сидеть у твоей постели!: Тон его был радостен, но с ноткой беспокойства. Но не это меня сейчас беспокоило…: “Ах! Черт! Твою ж мать! Андриан… меня ведь зовут Алан. Алан –Ла – Сенс: вот мое настоящее имя. Андриан, ах бред. Бред! БРЕД! Так, стоп, он уже заметил, что-то странное во мне, нужно быстро подыграть.”
— С тобой все в порядке? Может ляжешь обратно? На тебе лица вдруг не стало.
— Нет, нет. Все в порядке, я еще не совсем в себе. Ты сказал мы?: ответил я потирая глаза, будто от усталости.
— Ну да. Я и Герцог Валентино, ну еще все твои слуги. Все очень волновались, Виктория и Марк тоже здесь были.
— Валентино здесь? Давно? Да и вообще сколько я в отключке?: мои руки спустились ниже глаз к губам, и почувствовалась легкая щетина. Я стал ее потирать.
— Ты уже восемь дней без сознания. Да Валентино здесь, он прибыл через два дня как у тебя случился приступ и ты свалился. Мы ни как не могли дождаться когда ты уже придешь в себя.
Я все так же тер подбородок, и осмысление всего происходящего все чаще било мне в голову.: все же это реальность, это не сон, с момента катастрофы прошло много времени, Андриан, щетина, Валентино здесь, он герцогом стал, все сходится. Вот только неужели мои лучшие друзья не могли узнать меня? Да не спорю, мои взгляды резко поменялись, я был другим человеком, немного повзрослел, стал на много жестче и непонятней, но внешность, внешность…
Как долго я смог пробыть неузнаваемым? Или это все игра? Может я еще сплю? Черт, черт! Что происходит? Нужно встать, все разузнать, не вызвать подозрений. Ни каких намеков, что я все вспомнил. Не все, часть, мне кажется, чего-то не хватает, но все же.
— Ух я заметил меня успели побрить, кому пришло это в голову?: с улыбкой спросил я.
— Ахах. Это была идея Себастьяна. Да и тем более ты всегда говорил, что должен выглядеть опрятно, утонченность вот главное в натуре.: на его лице вновь стала проступать улыбка. – “Себастьян, ах точно. Он недавно тут работает, до этого здесь работал Шарль – Худой, образованный, уже в возрасте мужчина с поседевшими усами. Он давно служил нашей семье, интересно, куда он делся? Почему покинул этот дом. Ах, я не собран. Нужно более выборочно фильтровать информацию.”: Голова уже начала побаливать от перенасыщения, и нехватки энергии. – Не волнуйся твою бороду не тронули, лишь ту часть, что обросла.
Мы говорили еще минут пять, после чего Серхио оставил меня на короткое время одного, и уже вернулся с Валентино и Себастьяном. За дверью же столпились все остальные обитатели дома. Валентино был очень встревожен, и думаю его успокаивать нужно было больше чем меня. Я почувствовал какое-то смятение, и был на много более мягок приветлив и менее спокоен к его персоне чем раньше. Ведь он мне и правда был как старший брат, и вечно наделял меня силой восторгаться миром, и идти с улыбкой вперед. Себастьян лишь тонко улыбался и был как обычно учтив в своем поведении.: — Все ли удобно? Как себя чувствуете? Что-нибудь принести? Вы хотите чего-нибудь? Открыть окна? Может кофе?: это было почти все, что он говорил. Ну еще пару обычных фраз как к своему хозяину.
— Не доставил ли я вам слишком много хлопот Себастьян?: Наивно улыбнувшись поинтересовался я.
— Нет. Что вы? Вот только брить вас было неудобно, вы очень часто ворочались, но что не сделаешь ради милого лица.: Он скользко улыбнулся мне, от чего я слегка дрогул.
— Что ж тогда думаю все хорошо. Вы завтракали? Я вот безумно голоден. Хватит отлынивать от работы.: Все были приветливы и улыбались, хлопали меня по плечу. Я полностью им подыгрывал. Нет, я искренне был рад их видеть, и чувствовать себя бодрствующим, но головная боль не давала мне покою. Нужно встрепенуться, отвлечься, а потом все хорошенько обдумать.
Мне помогли встать, но я сам добрался до ванной и принял душ. Дворецкий стоял у двери и наблюдал за этим. В мою голову может и пробрались бы вожделенные помыслы, но не сейчас, не в этой ситуации и не мне маркизу Ла-Сенсу. Поэтому после того как он подал мне полотенце я попросил его выйти из ванной и подождать у двери. Но была еще одна причина – зеркало.
Как только дверь закрылась, я приблизился к умывальнику и уставился на себя, сразу же в глаза.
Они потемнели, но я вспомнил, что сейчас они способны немного играть своим цветом от темно-болотистого, до карих с темно-кровавым оттенком. Щеки чуть схуднули, появились еле заметные морщины. В принципе мое лицо осталось моим, бородка делала его чуть более треугольным и вытянутым подчеркивая скулы, губы стали более тонкими, кожа чуть бледней. И само собой лицо приняло более взрослый вид, но я был на себя похож, хоть и немного отличался от раннего.
Тело тоже чуть изменилось. Я стал выше, на корпусе было несколько шрамов, пробит сосок. Еще конечно же масса тела уменьшилась, да и мускулатура стала не такой объемной.
За завтраком все были молчаливы, но я улавливал заинтересованные взгляды друзей на моей персоне. Важные разговоры решил перенести на потом, мне нужно было поскорей остаться одному и собрать мысли воедино, а перед своими собеседниками я оправдывался легкой туманностью в голове и, что не могу трезво мыслить. Что на самом деле было правдой.
Тепло одевшись, я вышел на задний двор и прошел в сад. Я всегда чувствовал в зиме нечто родное, нечто непонятное. Жаль, что снега еще не было, лишь легкий иней покрыл землю, холод становился плотней, но большой разницы с тем, что было месяц назад не ощущалось. Раньше в этом саду цвели наверное самые прекрасные цветы во всей округе, а может и во всей стране. Я помню как моя прабабушка часто возилась среди прекрасных лилий вместо слуг. Она была самой доброй и мудрой женщиной в моей жизни. С ней сад всегда благоухал и расцветал с каждым разом все пышнее и пышнее, а сейчас…
Среди отреченых и завядших ароматов пышных цветов и озябших трав, одиноких деревьев…
Томный ветер, холодный асфальт, и только одна лилия, чудным образом разцвев радует мои глаза. Одиноко колышась на ветру, хрупко держась на тонкой ножке, придает белую нежность всей окружающей серости.
Крохотный уж, аккуратно ползет по стеблю, чтоб не навредить прекрасному созданию. Взобравшись на самый верх, свернулся калачиком и призевнув, положил маленькую, черную головку на белоснежный сладкий лепесток. Его черные глазки блестели, скользкое тело переливалось на солнце желая крепче обнять цветок и защитить ранимое и нежное создание. И в таком положении они надолго уснули в объятиях, покачиваясь на легком ветру, окутывающим их морозным дыханием усыпляя и делая их ближе в это мгновенье.
Мои глаза долго смотрели на это, а разум поглощался и окутывался только этой картиной. Спустя несколько минут, весь пазл собрался.
Я Алан Ла-Сенс, мать погибла при родах, отец на северо-восточном фронте когда я был еще совсем мал. Меня воспитывала прабабушка, но вскоре и она умерла, я оказался на попечительстве Валентино. Серхио и Марк были моими лучшими друзьями. Дом белой лилии всегда был приближен к светлым дамам и был очень схож с ней. Однако я ни когда не был политиком и занимал какую-то ребяческую позицию. Я был добр и наивен, наверное истинным романтиком, всегда был нелеп и застенчив, а когда дарили подарки сильно краснел. Очень любил балы, но только в своей компании, к которой как-то присоединился Эмильен. Но, за, что? За, что меня предали и бросили гнить в больницу?? Меня смутило и чуть не стошнило, я согнулся в конвульсиях и судорожно дрожал. Нет! Нет! Это не могло быть правдой, это не я, я не мог подобное совершать! Все это плохой сон, лишь сон… Все произошедшее со мной за эти несколько месяцев навалилось на меня отвратительной массой и в этот раз меня стошнило.
К обеду мои друзья ожидали меня в одной из комнат на втором этаже. Я оделся в удобную одежду, что нашел в низу в гардеробе. По крайней мере память на такие мелочи у меня осталась. Перед дверью я решил поправить платок, развернув его прочел мои инициалы и нарисованный мой герб. И вновь удар.
Тоже место, похожая одежда, другой запах. Поправив платок, я касаюсь дверной ручки и вхожу. “Заседание Рассвета” уже началось. Все ждали хозяина дома. Какой-то наш личный орден. Немного забавно, но молодежь нашего времени очень любит собираться в какие-то кружки по интересам. Вот и мы вчетвером: Я, Валентино, Серхио, Марк. Сделали, что-то на подобии всех этих высших орденов. Но наш расценивался как светлое и просвещенное будущее. Валентино как всегда в белом, Серхио не в очень богатой одежде вместе с Марком. Мы садимся и начинаем рассуждать на всякие интересные темы. Фаворитом был всегда мой опекун, из-за возраста, опыта и разума. Он всегда недоброжелательно относился к моим друзьям, он всегда считал, что они пагубно влияют на мое светлое будущее и здравомыслие. Но теперь…
И так я открыл дверь. Валентино как обычно, только еще пару аксессуаров прибавилось, Граф Элнес уже более богато одет, да и барона Конского здесь нет.
Они меня приветствовали с особой радостью и будто хотели, что-то сказать, но я их прервал.
— Я как всегда опаздываю на наше заседание. И вот, что мне интересно. Не уж, то вам я не знаком? Иль, в какую игру мы тут играем?
Произошел полуминутный ступор. Я увидел некую растерянность в глазах моих друзей. Но все же Серхио прервал молчание.
— Алан?: немного растеряно проговорил он.
— Именно мой друг. Наша игра немного затянулась, и теперь мне хочется узнать. Не уж-то, вы так легко пустили некоего Андриана в мой особняк, так легко завели с ним дружбу?
— Нет, я сразу узнал тебя.: немного нервно проговорил Серхио, хоть и с неким облегчением. — Но ты был совсем другим, твои взгляды, диалог, поведение, все указывало на то, что ты другой человек. Вдобавок все мы думали, что ты мертв.
— Мертв?? Почему?
— Понимаешь ли?: вступил Герцог. – Нам сказали, что ты погиб в той железнодорожной аварии. И это так же подтвердил Эмильен. Конечно по трупу мы не могли сказать, что это был ты. Но мы поверили словам твоего друга.: Он тяжело вздохнул. – Мы не думали, что он способен на такой обман. А теперь расскажи, что на самом деле случилось?
— После аварии, Эмильен мне, что-то вколол, и я потерял сознание. Очнулся в больнице в полном отсутствии памяти. Мне повезло, что я выбрался оттуда.
— Психушка!? Эмильен!?: воскликнули они оба.
— Да. Это был хорошо продуманный план орлов: И я рассказал краткую историю и свои догадки по этому поводу. Хоть основной идеи я и не знал. Я мог доверять этим людям, ведь они и вправду были моими лучшими друзьями. Или я просто хотел в это верить, ведь многое я опустил.
— Мы так и думали, что ты потерял память.: пояснил Серхио. – Поэтому решили не спешить. Мы не знали, как ты отреагируешь если мы расскажем тебе правду, так, что лучше было тебе подыграть, находиться рядом и подталкивать, намекать. Но ты превзошел все наши ожидания. Ведь не просто Маркиз Люсен Сайлено так яростно пытался пробиться к тебе. Твоя болезнь сыграла нам на руку, и доктор делал тебе инъекции, дабы помочь вернуть тебе память. И как вижу, лечение увенчалось успехом.
— Понимаешь ли Алан. Я безумно рад, что ты жив. Но, что же с тобой такое случилось? Там где раньше преобладал белый, теперь черный и кроваво красный.
Я промолчал на это. Валентино мне не понять. Да и я не мог конкретно ответить на его вопрос. Последней темой были мои владения, я вернул себе только 35% от всего. Вдобавок я вспомнил, что всего через два месяца по завещанию Эмильена будет еще 15%. Но этого мало, я должен вернуть все, а так же свое имя.
Я вернулся в комнату, запах лекарств и тяжесть самочувствия напомнили мне вновь психиатрическую больницу.
 
Несколько прошедших дней я провел вместе с Серхио. Виктория расторгла свадьбу. И теперь, теперь этот человек, которым я восхищался в своей молодости, и в начале своего пути, мне ныл. Он истекал слезами и мучениями. Самое забавное, что теперь он казался мне простым человеком. Во первых я стал на него похож и даже хуже, во вторых, все эти порочные приключения были только в молодости когда я относился к ним лишь как к детской шалости взрослой забавы, а остальное лишь наигранный его маневр, ведь раньше он и правда был еще тот ловелас. А еще если вспомнить, что он посещал со мной дома лишь первые несколько недель, да и вдобавок видимо из-за необходимости больше разузнать о моей новой личности.
Какое-то время ночами я прятался от реальности в черновике, постоянно, что-то писал или отдавался работе с фабрикой и над кондитерским ресторанчиком. Днем же я прибывал в мире сонливости и лени.
Серхио уж слишком стал мне докучать своей слабостью и я решил снова вернуться в Тулэ-Ла-Гранс. Ведь я и правда не мог слышать о человеческих страданиях, особенно когда дело доходило до любви, в этом был какой-то потаенный смысл.
Моя память была крайне неустойчива и стоило попасться мне на глаза хоть мелкой вещичке из прошлого так я сразу вспоминал многое, что с ней могло было быть связанно. Мой разум постепенно перенапрягался и я нуждался в отдыхе.
 
Прошло всего три недели с моего отсутствия здесь, а так много изменилось, по улицам стали разъезжать диковеные автомобили-автобусы. Даже раньше у меня не было своего дома здесь, я очень редко выбирался из особняка лилий, а если и жил здесь, то у своих друзей в основном у Валентино и Марка.
Проходя по площади рядом с парламентом я вспоминал, как в детстве там играл с Валентино, или чуть позже работал в нем вместе с Бароном Конским. Он всегда мог выслушать и меня поддерживал, мы были истинными друзьями, правда в нем присутствовала некая зависть к моей популярности среди дам.
Здесь я и встретил герцогиню Габриэль. Удар, печаль, и я вспомнил, что был влюблен в нее безумно, я давно любил ее, еще удар, и детская любовь к Герцогине Эвелине тоже проникла в мое сознание, я сделался еще слабей. И мое прежнее добродушное состояние вернулось. Мы разговорились, я предложил ее проводить. Было сложно, тяжело, но дружеские отношения, которые возникли между нами до аварии, сделали меня более или менее устойчивым. Мы разговорились, во мне не было того, что ранее, чувствовалась какая-то нелепость и доброта. Все смешалось во мне. Но я чувствовал себя спокойно и тепло.
Вечером я остался в своей квартире совсем один. Меня ни кто не смел беспокоить и я вновь спрятался от реальности продумывая свой план, и черкая записи в черновике.

Глава 16. Мир Театра, порта и снежной ласки.
Так прошло еще несколько дней, в полном одиночестве, но зато я хотя бы сделал то, что хотел и стал посещать выставки, галереи, музеи и в огромном количестве театры. Да театры! В них я полностью отвлекался от происходящего в жизни и погружался в размышления и переживания. Я решил отказаться от Серхио. Между мной и Габриель вновь возобновилась дружба, хоть и под другим именем. Правда в ее взгляде я читал то, что она знает кто я. Мы говорили о разном, в основном об интересах, иногда я показывал свой блокнот и зачитывал строки из него. Я чувствовал некую спокойность, но это было совсем не то, в чем я нуждался.
Несколько встреч с моими друзьями из интеллигентства и друзьями по оргиям. И кстати один из них будет очень весомой фигурой в будущем. Ведь все же герцогиня рассказала несколько козней своего ордена, и я намекнул на них и посоветовал проверить правдивы ли слухи. Я так же много сил тратил на фабрику и новое заведение, все те персоны присутствующие в моей жизни до этого испарились, но я уверен ненадолго. Лишь Валентино выручал и истинно помогал мне, если бы не его советы я бы не знал, что делать с моей новой пекарней, ведь весь дух предпринимательства испарился, как и желания и порок, все стихло, а время пролетало не интересно, быстро и не оставляло ни чего в моем сознании лишь теплые прогулки и дружеское общение с Габриэль.
В моей жизни часто были такие перерывы, простого присутствия и незаметности, отличный вариант, что бы собрать информацию, но увы я был на это не способен. Я даже не мог заставить себя посетить ни один из моих сладострастных клубов и так я прозибал, вспоминал и просто существовал, пока….
 
Спектакль был прекрасен, много юмора, забавные актеры, немного пошлости. Удивительно как всего четыре актера сумели создать такую обстановку, что и на полминуты не заскучаешь, после этого я стал еще больше любить театры. Но куда важней причина, причина, которую я запомнил на всю свою жизнь, причина, что положила начало в полное завершение меня внутри, этакую трансформацию души была в другом.
Среди толпы выбирающийся из зала, меж серых и черных линий, среди самого яркого представительства светских личностей, раздутых невежеством дам, строгих, скучных и однообразных господ, богатых и рассыпающихся стариков, затертых и нуждающихся в подачке писателей и художников, краем взгляда передо мной мелькнул кусочек желтого платья. Он на столько был пестр, что свет от огромных, хрустальных люстр отражался от него и слепил глаза. Секундное замешательство в порыве восхищения и вновь однообразная картина. Опомнившись устремился вперед, чтобы понять, что за чудо решило скрыться от меня, расталкивая всевозможных людей, пуская на распускающийся ветер перед мои лицом брансто за моей спиной.
Я уже потерял надежду и думал, что упустил это маленькое чудо, успевшее закрасться в мою память индивидуальным фрагментом. Но тут я застыл в восхищении. Хрупкая маленькая леди шла робко и неуверенно впереди меня. Буд-то все окружающие ее расступались на пути, и восхищались ее невинной юностью. Каштановые волосы, нелепо уложенные на голове, делали незнакомку еще прекрасней и неповторимей. И вот я легко коснулся ее руки и на меня тихо, испуганно обернулись. Пленительные, темные, глубокие, грустные и прекрасные глаза. Я молчал и улыбался, как ребенок который не знает какие слова подобрать, и забывший все буквы на свете.
— Здравствуйте: нежно и медленно проговорила девушка.
— Здравствуйте: застенчиво ответил я ей. Других эмоций на фоне восторга во мне не оказалось. Лишь легкая нелепая улыбка выступила на моем лице.
Робкие, изящные губы стали, тонкой, нежной, детской улыбкой. Желтое платье оказалось на самом деле цвета опадающих кротких, осенних листов. Лишь кое где выступали яркие солнечные пятна. Пышное снизу платье укрывало хрупкую фигуру, и лишь худенькие ручки покачивались словно на ветру. Надув нежные, милые щечки леди серьезным тоном, насколько это было возможно ее присущей легкости, проговорила: — Что вам угодно?: Редкие красивые ресницы ложились на сладкое, гладкое лицо. Все потеряло смысл, звуки вокруг стали приглушенными, а света вокруг прибавилось, так и веяло теплом от нежной статуи моего созерцания.
— Вы, что то хотели?: нахмурив щечки и грозно посмотрев на меня своими глубокими, как пучины океана глазками, нетерпеливо проговорила леди.
— Простите, ваш образ пленил меня, и я забыл слова. Наверное я и забыл, что хотел спросить. Как вам спектакль?: Я был так нелеп и неуклюж. Мой голос стеснило ребячество.: — Простите, это первое, что пришло мне в голову.: Стал оправдываться, я за свою глупость перед прекрасной особой.
Ее улыбка стала шире, щечки покраснели от прильнувшей радости и она по детски захихикала, немного глупо и нелепо, но ей это прощалось.
— Довольно глупый, актеры правда пошловаты, но так даже не плохо.: Она продолжала улыбаться, но взгляд еще пытался быть серьезным. – А как вам глупенький?: И вновь она неуверенно хихикнула, и будто бы спрятала личико смущаясь в платье.
— Может пройдем к выходу? Здесь слишком людно. Иль вас кто-то ожидает?
— С удовольствием. Нет, я люблю ходить одна по театрам и выставкам, ждут меня только дома.: Девушка грустно вздохнула, но тут же к ней вернулась ее живость и веселье. – Но он совсем не далеко, так, что я могу себе позволить ходить в этот театр по вечерам.
Мы шли вдоль светящихся ламп и небольшой картинной галереи, находившейся в главном коридоре этого небольшого театра. Затем спустились по каменной лестнице и прошли к гардеробу. Пока мы одевались я пытался уловить каждое ее движение и взмах ресниц. На ее хрупком пальчике блестело теплым зеленым цветом кольцо в форме прекрасной бабочки.
— Вы позволите вас проводить?: ласково спросил я.
— Думаю это не преступление.: Кротко улыбнулась она. – Так, что вы можете пойти со мной.
Я был безумно рад, неужели за все это время произошло нечто теплое, легкое, радостное, счастливое и имя ему было Юлиана. Юлиана Клайн, именно так звали эту чудесную девушку не из этого мира. Среди этих уже надоедливых и наскучивших лиц и людей этого города. Было крайне сложно, да и наверное невозможно встретить человека не погрязшего в паутине здешних мест. Родом она была из небольшого городка Родерсон. Вместе с отцом она прибыла сюда учиться в институт искусства Регноса. Увлекалась она фотографией и рисованием. Мысль, что мне везет на художников проскользнула в моей голове, но я не придал ей должного внимания. Её отец же был купцом, и заделался тут торговцем, он часто уезжал за город и закупался товаром неподалеку у родственников в мастерской. Жили они не бедно, но я уловил нотки робости, смущения и удивления на ее лице, после того как рассказал, что являюсь здешним представителем высшей буржуазии и имею собственную фабрику и поместье. Больше я ни о чем не успел узнать. Мы дошли до ее дома в течении всего десяти минут.
— Я увижу вас снова?
Девушка будто, о чем то размышляла но вдруг веселым голосом протянула: ммДа!: это прозвучало очень забавно, и мы оба рассмеялись.
— Тогда завтра? У театра?
— Нет, давайте здесь, вечером, около семи часов.
— Замечательно. Я буду с нетерпением этого ждать.: С этими словами я поклонился. Юлиана кивнула улыбаясь головкой и стала открывать калитку. А мерцание ее колечка еще долго согревало меня по дороге домой.
На следующий день я прибыл вовремя к месту встречи, даже немного раньше, что стало совсем непривычно для меня в последнее время. Желтая миледи вышла вовремя, я стоял прямо перед окнами соседнего дома.
Мы провели немного времени рядом, у меня возникало, странное непонятное ощущение. Было довольно прохладно, но озябшая девушка даже и не пыталась ко мне прижаться даже ради тепла, она была как-то далека, даже в мысленных ощущениях. Мы долго разговаривали, общались и я очень нелепо себя вел. Не было моих издевок, намеков на порочность и коварства. Все происходило спокойно, нелепо и по-детски. Но с ней было легко и спокойно.
Так прошло чуть больше недели, она стала уже ближе подпускать меня к себе, и стала более расслабленной. Наконец я выпросил у, Юлианы ее работы в фотографии. Немного по ерничая, девушка согласилась. Проводив ее до дома, стал ждать.
Её работа, её фотографии, были чудесны. Мои глаза не могли поверить и всматривались в каждую деталь, помимо различных пейзажей, были и собственные фотографии девушки. Я сразу же в них влюбился. Но черт, это был образ, отличающийся от жизни, кажущийся таким прекрасным, таким невозможным, реальным и иллюзорным.
Ночью я долго размышлял по этому поводу, не спорю, юная девушка лишь больше заинтересовала меня. Но, во мне царило странное чувство непонимания. Эти два образа очень друг от друга отличались. Могли ли они слиться воедино?
Герцогиня тоже не была забыта. Мы очень часто виделись. Обедали, или же просто прогуливались по замерзающим улицам. Моя жизнь стала спокойней. Но два чувства все же надавали мне покоя. Первое было вполне понятно, пороки так и норовили вырваться из меня. Но Юлиана будто вытаскивала меня из этой бездонной пучины за бриллиантовые ниточки нежности. Но как только я оказывался один, сразу же возвращался почти в тоже — самое состояние. А вот на счет второго ни чего сказать и не могу.
Несколько недель пролетели очень быстро. Ни кто из крылатого зверя меня не трогал, основную массу времени я проводил с Валентино на различных мероприятиях, Люсена будто бы избегал, да и Серхио тоже. Мне не хотелось грязи маркиза и его извращенных желаний, а постоянное нытье Серхио и его грезы уж сильно стали раздражать. Быстро переменив настрой, я пробовал спокойную радость жизни в хорошем расположении духа. Почти каждый вечер мы виделись с Юлианной, но вот жаль не долго. На улице было жутко холодно, снег так и не желал осыпаться на город, а мороз сковал все вокруг. Иногда мы наслаждались походами в театр и музеи, а так же в некоторые клубы где играла приятная живая музыка, а гости дзинькали бокалами. В такие моменты вел я себя непринужденно, легко и немного глупо. Я чувствовал себя довольным ребенком, а вся моя ранняя отвратительность ни то, что бы исчезала, а вообще забывала о своем существовании в прошлом, какая то мораль и общественная культура сдерживала меня, да и вдобавок не нужно было этой надутости, важности и гордыни почета, которая присутствовала при встречах буржуазии, на различных мероприятиях. Я становился совсем другим, но, что-то постоянно нашептывало мне угрозу и иногда параноидальность кружила мне голову.
В один из таких морозных дней, мы прогуливались по нашему стандартному маршруту, было отличие лишь в том, что это был день, почти позднее утро. Просто, встречались мы в основном вечерами, все дело было в ее университете, где она задерживалась допоздна, после чего любила поспать. Я уже хорошо знал, что в 7-8 часов лучше не тревожить, ведь это было время морфея в ее комнате, на постели. Да вдобавок ко всему, мое время днем пожирало маленькое кафе, которое было уже почти достроено.
Все же, я вспомнил об одном интересном месте, и отправился вместе с девушкой именно туда. Очень частые разговоры о дизайнерских работах с подвигли, на эту идею.
Уличные, открытые лавки теперь были простыми почерневшими старыми бревнами под растрипыхавшимися тряпочными навесами. Теперь эти прилавки были скучны, тут не было огромного количества антиквариата и толпы глазеющих на него. Именно этим меня так радовало это место впервые дни прибытия в город. Даже как-то теперь холодно и грустно становилось здесь, а раньше ведь казалось, будто тут есть манящий запах, веселые или уж слишком замудренные рассказы торговцев или же некое заманчивое сияние зеркал, картин, статуй, а теперь даже вкус воздуха был прозрачен. Взяв Юлиану за руку и ободряюще прикрикнув потянул ее в ближайший дом. Я уже заметил, что ее лицо смутила небольшая доля грусти, ибо уж слишком было тихо, одиноко и отстраненно в этом переулке.
Внутри было очень интересно, конечно отличалось от уличных потасовок, намного тише, да и продавцы были более назойливей. Все же мы нашли много увлекательных вещей. Мы обошли их все, все магазины, а в одном, нас даже попросили задержаться и присмотреть за ней, пока хозяин ходил в соседнюю лавку, для уточнения ценности какой-то побрякушки. Пока мы были одни, увлеченно играли старинными фигурками древности и различными непонятными нам инструментами, а порой примеряли воинские шляпы и сражались на зонтиках.
Хозяин вернулся, и увидев наш настрой даже поощрил призом в виде спиральной стеклянной статуэтки, изящно стоявшей на столе и напоминающей маленькую сосульку с замерзшими каплями у верха и заледенелым основанием внизу.
Теперь нежность ее рук, и теплота объятий согревали меня. Крохотные пятнышки на лице — шрамик, напоминали мне о моей прабабушке. Все детство было связанно с ней, она была олицетворением нашего ордена белой лилии, и с гордостью могла называться самым мудрым, чистым и добрым цветком в саду из белоснежных лилий, что всегда было самым святым местом в нашем особняке. И с той же гордостью я мог назвать своим любимым цветком и эту изящную хрупкую девушку.
Как было обидно, что невидимая стена еще не полностью разрушена, и я все еще не мог полностью понять ее. Да и вдобавок все было не так просто, после прощания, через какое-то время, меня вновь накрывало. Меня начинало ломить, приступы порочности окутывали мою душу, демоны вновь пытались затащить меня в бездну. Сомнения сковывали меня, но отказать себе в удовольствие хотя бы подглядеть я не смог, после чего еще утроил небольшую экскурсию по домам куда меня водил маркиз Сайлено, порочные руки радовали меня, когда касались, но шутливо я уходил от этих пут. Но к своему сожалению, и утехе демонам я наткнулся на маркиза…
— О! Здравствуй Гремучка, не ожидал, что встречу здесь тебя.: радостно приветствовал он меня. – как поживаешь? Давно я тебя не видел. Куда пропал?: уводя за собой в коридоры сказал он мне.
— Бонжурно, Люсен. Я все еще недостаточно пришел в себя после болезни, так иногда позволяю придти на какое-нибудь мероприятие, но сейчас меня не очень заботят утехи элиты.
— Не похоже это на тебя.: Задумчиво протянул он. – Но довольно, сейчас все равно затишье. Но будь уверен, скоро нам понадобится твоя помощь. Ах и да!: на его лице скользнула улыбка, он толкнул меня в одну из дверей где мы проходили. – Ты уже достаточное время в ордене, пора и отметить.
Все прошло как обычно, однако прошлого безумства я не ощущал, научился держать контроль, да и прошлая моя жизнь считала это перебором. От наркотиков я отказался, от большого количества алкоголя тоже. Маркиз очень удивился, когда я с дрожащими руками сделал надрез у девушки от шеи по ключице вниз.
— Что это с вами сударь? Откуда появилась доброта такая?: Надменно заметил маркиз. – Пейте же!
Но как только я вкусил теплый напиток, как только мои ноздри заполнились ароматом крови, как только вкус на моем языке стал ярок. Вновь все пришло в старое русло, и тонкие ниточки оборвались уронив меня в кишащую яму демонов.
Задерживаться я тут не хотел, да и мне нужно было успокоение. Мы встретились поздно вечером с Габриель. Чувство легкого флирта ей нравилось, да и во мне тлели уже погасшие чувства любви, мне было спокойно рядом с ней. Мы просто ходили, делились различными историями, недавно прочитанными книгами, иногда даже речь заходила о политике, так я и узнал, о затруднениях, в северных провинциях, куда отправился ее супруг, для военной поддержки в нарастающем перевороте. Было очень хорошо, что мы встретились этим вечером, глупости дня сразу же потеряли свой смысл, и мне безудержно захотелось измениться и навсегда позабыть о них. Правда доля осознания присутствовала в моем туманном разуме, и говорило, что подобное мне еще необходимо, дабы воплотить в жизнь план моей мести, который уже стал некой тенью, раздражающей, не к месту плетущейся где-то позади.
Все же спокойствие вызывало сонливость, поутру мне не хотелось и из дома выходить. Вечером же, после балов, где можно было поиграть, лишь поиграть, не давая больше знаков чем требуется с прелестными дамами и потанцевать в свое удовольствие или же посиделок с ярким представительством за рассуждением на философские темы, сидел допоздна в блокноте или же в книгах, иногда ведя переписку с Юлианной.
Я желал найти гармонию со спокойствием и пороком, однако сейчас этого не удавалось. Уже пошел первый снег, а моя память все еще не полностью восстановилась. Фрагменты дополнялись, но я чувствовал, что многого еще не хватает. Наверное из-за этого моя личность была еще не полностью дееспособна.
Да! Снег! Наконец-то! Уже прошло больше половины зимы, а его ни как не было. Он падал сверху лазурной крошкой и прилипал к одежде мягкой и пушистой глазурью.
По дороге к Юлиане в моей голове ярко вспыхнуло одно недавнее воспоминание. На это вдохновил вид, с небольшого участка у длинного спуска к причалу. Белые паруса кораблей отчетливо виднелись, но немного смешивались с падающими снежинками. Особенно четко выражался корабль подплывающий к набережной. Именно от его белоснежных парусов исходила легкость, и спадающий гнет других стран и долгожданное чувство возвращения домой. Немного вдохновившись, я тут же потащил Юлиану сюда. Некоторое время мы в обнимку наблюдали за этой прекрасной картиной, сомкнув пальчики, я с восторгом вдыхал аромат ее волос. После чего долго блуждали по переулкам прибрежных кварталов, пока я не нашел долгожданное место из воспоминаний. Это был тот проулок с винным погребом. Ей понравилось здесь. Ни единой души, только мы, вдвоем, стояли в объятиях друг друга, и все в округе рассыпалось, и лишь горизонт простирался перед нами.
Теперь мы очень часто гуляли здесь, петляющие улицы и спуски расположенные сеткой казались нам очень интересными. Очень часто мы промокали насквозь, ведь чистый белый снег, которым было усыпано все, очень манил своим блеском. И дурацкие игры в снежки не проходили бесследно. Было особенно весело, когда извалявшись в сугробах я брал ее на ручки и бежал вдоль длинных дорог поднимающихся вверх.
 
Прошло уже много времени. На открытия своего кафе я позвал много гостей, и оно тут же заполнилось посетителями различных кругов. Маркиз щекотливо подшучивал над моей мягкостью и на долго здесь не задержался. После радужных поздравлений Валентино, где он отчетливо намекал на нововведение и необычность в данной сфере, рассказывал мне о том, что за границей видел нечто подобное и сам желает сделать, что-то похожее, но более в светлых тонах, как обычно сподвигом на развитие, и способом быстро придумать новую идею.
Покончив со всеми мирскими делами, удалился в кабинет, где обнаружил письмо.
“Гремучка! Завтра ты вместе с Гюставом отбываешь к северным провинциям, орлы уже неспособны единолично, совсем справляться и требуется наше вмешательство. Более подробно ты узнаешь обо всем на перроне. Считай это небольшой командировкой. Завтра в два часа по полудню, вместе с вещами, тебя встретит граф. Остальное узнаешь от него.
После прочтения письмо сжечь. Твой Порочный змей”
Вечером я отправился к Юлианне и сказал, что буду отсутствовать, но перед отъездом хочу провести как много больше времени с ней. Так мы и решили, что все утро проведем рядом. Она стала некоей неотъемлемой частью моей жизни и часто, к огромной моей радости находилась рядом со мной.
Мы позавтракали у меня в кафе вкусными салатами и пироженными с персиковым чаем. После уединились в одной из кабинок где пробовали торты с которыми экспериментировал повар, одновременно обмазывая друг друга ярко красным кремом неудавшейся сладости. Несмотря на то, что объятия и поцелуи были слишком колкие, даже фрагментами острые, а неприступность стены давала о себе знать в виде легкого раздражения и крупной долей непонимания всего окружающего, я был радостен. Улыбка часто показывалась на моих устах, искренняя, настоящая, но настолько не привычная, настолько нелепая, что хотелось быть другим, Тем самым Андрианом, кем я начал становиться, ибо голоса в голове шипели как раздраженные змеи, что именно в этом я нуждаюсь, именно эту кожу нужно одеть на себя. Но я отмахнулся от назойливых змеюк оправданием, что ей нужно лишь время и вновь устремился к поцелую, ласково пропустив пальцы в ее красивые и благоухающие волосы.
— Ой! Нас видят…: Недовольно, но застенчиво бросила девушка.
— Пусть видят. Пусть все знают, что мы вместе. Это ведь мое заведение.: парировал я, чуть ли ни шепча, но все же был нелеп, обеспокоен, и вновь растаял быстро крепко ее обняв.
После я поспешил к Валентино, заверив его одной идеей, привлек к моему плану одного моего знакомого. Мой план решил начаться именно с сегодняшнего дня. Вот, что я решил: я встречаюсь с Антуаном Дэволем, передаю ему одежду “Хихикающего змея” (конечно он не будет знать, что будет в этом свертке) дальше он следует за мной, аккуратно проследит поезд и куда я прибыл. А дальше все зависит от обстоятельств, либо он все разнюхивает сам, либо мы способствуем друг другу. Валентино пообещал ему за это повышение.

Глава 17. Попробуй снять кожу, узнай цену собственной чести.
Я не замечал здесь этого ранее, железнодорожный вокзал находился не далеко от черных складов, шатких домов и петляющих улочек портовой части города и был очень близко расположен к тому дому хаоса и вожделения, по коридорам которого я блуждал без одежды.
Снег покрыл мусор, а холод сковал запахи и вонь. Невооруженным взглядом можно было увидеть здешний беспорядок и нищету. А кривые дома на изогнутых и ломаных улицах только придавали всему этому окрас. Здешняя атмосфера и интерес ожидания встречи с графом вернули мне прежнюю самоуверенность и горделивую жесткость, а приятный морозный воздух придавал свежести.
Пары поезда смешивались с окружающим кислородом, и он уже готов был отбыть. Мы встретились с Гюставом у одного из вагонов. Погода была хмура. И я не испытывал восхищения как в первый день здесь. Какая-то печаль плавала в моей душе.
— Мы отправляемся к северным границам страны.: строго сказал граф даже не поприветствовав меня. – Это не так далеко, ехать нам около четырех часов.
— Какая нужда нас туда забрасывает?
Он подошел ближе и шепнул мне на ухо искривив губы: — Вы опоздали. Остальное когда будем сидеть в вагоне.
Входя в поезд, краем зрения я увидел, как нелепая, но серьезная фигура Антуана с моей сумкой подходит к соседнему вагону и протягивает билеты контролеру.
Какое-то время мы молчали, но все же любопытство взяло вверх.
— Так зачем мы отправляемся так далеко?: вновь настойчиво поинтересовался я.
Он снова наклонился ко мне, но лишь для того, чтобы наши глаза встретились, и слова не разносились до других ушей.
— Город, в который мы отправляемся находится на самой границе. Там весьма мощная военная сила, но тамошняя палата лордов находится под аудиенцией Светлых дам. Орлы имеют там лишь маленький форт, где кстати ошивается герцог Карлос Санчес. Он хоть и добр душой, но зная его не аккуратные методы, все обернется боевыми действиями. Поэтому мы, проведем некую разведку в тылу врага. Подначим тамошних графов и баронов… А так же постараемся ослабить боевые позиции… И завладеть некоторыми документами…: После каждой мысли он делал небольшую паузу, дальше он рассказывал, наши первые шаги и кто нам сможет помочь и заинтересован в позиции орлов. Так сказать мы являлись некими боевыми парламентерами. Он так же прибавил, что это своего рода проверка для меня.
Сидеть на одном месте долго я не мог. Поэтому после обеда я отправился разгуливать по поезду. Воспользовавшись одиночеством, я проверил, чтоб за мной ни кто не следил, вручил Антуану записку. Где написал, что ему нужно быть осторожней, Граф Де Франсе весьма внимательный и грозный персонаж, его стоит опасаться, ко всему этому прикрепил короткий план действий и варианты, что ему предстоит сделать. Помимо этого моему взору представилось еще около дюжины знакомых личностей. Ну как личностей, их одежда была уж больно знакома, и мне даже показалось, что несколько из них мне кивнули. Несомненно, это были наемники Крылатого Зверя. Они были расфасованы по разным вагонам. И находились даже в том, в котором ехал комиссар, поэтому и мне предстояло быть осторожней. Но я даже ретиво усмехнулся, сложно было их не заметить, все как на одно лицо, места сидений и вагоны лишь разные, от чего у вас в голове появились бы мысли о шизофрении.
Прибыли мы уже к вечеру. Это был большой город, но по сравнению с Тулэ-Ла-Гранс, он был где-то втрое, четверо меньше. Один из группы наемников подошел к Гюставу, а тот приказал им занять комнаты в двух гостиницах находящихся друг напротив друга недалеко от вокзала и близко к центральным площадям. Как я узнал чуть позже, места были уже давно забронированы.
Мы же отправились в гарнизон герцога Санчеса неподалеку от города и его замка. Мы прошли без особых проблем, если на меня еще косо поглядывали, то на Гюстава смотрели с большим уважением. Погода здесь была теплее, и намека на снег даже и не ощущалось. Мы отужинали, а важные разговоры перенесли на завтрашнее утро.
Проснулся я в нужном расположении духа. По крайней мере большая часть вялости и нелепости ушла, думаю сподвижником этого, были долгие ночные обдумывания по поводу Карлоса, Антуана и герцога и их участия во всем этом, а так же легкое ощущение опасности и дискомфорта.
После завтрака в лично отведенной комнате для меня и графа, мы постучались в дверь ведущую в кабинет герцога. Его кабинет хорошо освещался утренним зимним светом в полукруглое окно на всю стену, ведущее во двор форта. Некоторое время мы разглядывали друг друга, Гюстав сел за письменный стол прямо перед Карлосом, я же остался у дверей и оперся спиной на стену, принимая на себя роль слушателя. Все это дело каким-то раздраженным взглядом обвел герцог и заговорил:
— И так господа, рад, что вы приехали.: голос его был добр, но в нем замечались некие нотки раздражения. – Весьма прискорбно осознавать то, что нам потребуется помощь от вашего ордена. Однако, мои люди ни чего не заподозрят, вы Гюстав ведь один из приближенных к Герцогу Дамиану, и ваш орден “Черного Пса” всегда был предан орлам. А теперь, когда вы один из главных фигур Крылатого зверя, то сомневаться в ваших способностях было бы огромной глупостью.
— Мне очень лестны ваши слова.: Привычным сухим тоном проговорил Гюстав. – Но, что от нас требуется более конкретно? Введите нас в курс дела.
Карлос осмотрел нас обоих и на чуть большее время заострил внимание на мне. Я же все так же смотрел куда-то на книги и карты впереди себя, слушая разговор и краем глаза наблюдая за происходящим.
— Ну, что ж. Многие бароны готовы встать на мою сторону. Однако они бояться, что подобные их действия развяжут междоусобную войну, а большинство из них торговцы и финансисты. Поэтому нам нужно разобраться с тремя проблемами. первая это князь Адуир, он имеет большую часть военных сил в этом районе. Несколько фортов, замок и почитаемое место в здешнем совете. Его смерть конечно ослабит пограничные войска, на его место встанет моя кандидатура или же Герцога Себьендо, а мы с ним в хороших отношениях, да и множество его подручных повлияют на его решение выгодное для нас. Второй проблемой является барон Дебур Фани, казначей этого города, через его руки проходит много земельных дел, на этой территории, а если быть точней то все подобные дела, проходят через его толстенькие пальцы. Поэтому его нужно убедить скрыть некоторые наши аферы и заполучить его финансовую поддержку. Ну, а третья, это члены совета, если они будут уже на много четче представлять себе растущую мощь Орлов, то они быстро проголосуют и вступят в нашу юрисдикцию, тут-то почти все уже решено. Нужно лишь подтолкнуть баронов.
Какая-то линия негодования пробежала по моему телу.
— Ну да, а нам остается всего ни чего.: усмехнулся я, вытаскивая изящную коробочку с сигаретами, которую недавно подарил мне Люсен. Затянувшись дымом, я проговорил: — У князя будет хорошая охрана я уверен, вдобавок у него ни один форт, так, что даже ваших сил не хватит на то, что бы погасить волнения. А толстого казначея будет не так уж легко убедить. Знаю я на, что способны их вкусы и желания.: выпустив дым я вновь усмехнулся и посмотрел с издевкой на герцога.
— Да, я наслышан о ваших змеиных проделках и гадких вкусах.: буркнул герцог. – И я очень удивлен, что вы являетесь членом столь серьезной и мощной организации как крылатый зверь. Но именно поэтому мы попросили у вас помощи здесь, лично важных персон ордена, а не простых наемников.
Теперь на меня перевел взгляд и Гюстав, что меня удивило, так это скользящая по его устам издевательская усмешка.
— Поэтому и вам ублажать прихоти финансиста.: со злорадной усмешкой сказал он.
После того как разговор был окончен. Мы с графом отправились в город, который находился всего в получасе пути.
— Все же я кое-чего не понимаю: ехидно спросил я. – если это дело столь важно, да и вдобавок нужны подобные методы. Почему я, а не Люсен тут. Ведь насколько я его знаю. Нет ни кого, кто лучше справился с этими двумя задачами одним махом.
В тоне графа слышалось легкое раздражение от моих слов. – Я уже сказал, что это проверка для вас, вдобавок сам князь Маник-Сэлэ предложил вашу кандидатуру, прибавить еще то, что он является приближенным к светлым дамам и является якобы противником орлов. Нельзя, что бы его увидели среди подобной компании, он все же играет на две стороны.
Мы вернулись в город, теперь я почувствовал здешнюю напряженную атмосферу. Но я был еще слишком слаб, наглость и конкретное осмысление происходящего в таком виде каком мне нужно, пришло лишь из-за компании герцога Карлоса. Небольшая ревность и желания погрузились в мое сознание поэтому я чувствовал себя свободно в этом легком дискомфорте будоража собственную душу. Но теперь мне нужен был какой-то стимул, чтобы я смог спокойно вести себя в компании пухлого казначея. Мне нужно было раствориться с пожирающими меня изнутри демонами, отбросив хрустальные нити нежности. И я знал весьма удачный способ сделать это. Однако и противоречие сыграло свою роль. Я быстро овладел информацией, в которой нуждался. И весьма ловко позабавил свою похоть вернув контроль над Андрианом Де Лавнесом, жаждущим мести и не останавливающимся ни перед чем, в погоне за своими целями и желаниями. Женщины были восточны, и весьма порочны. Не такие как в моих излюбленных дворцах порока. Похоть была здесь запрещена. И цены на соблазны были велики, но я не поскупился. Так приятно ощущать когда вас просто моют, Кхи-хи.
Когда я вернулся. Я, тот я, который появился всего несколько месяцев назад. Обрел себя на долгое время, а не на пару часов. Легкая анемия вызванная восточными пряностями, которые я как-то уже испробовал на черном рынке в первый день. Я отыскал моего агента. Рассказал ему о предстоящих задачах для меня и графа, а так же и для его собственного расследования.
Служанка была весьма удивленна, когда на следующий день, она открыла мне двери дома Дебура Фани. Фактически за день вдохновляясь пороком я уже овладел нужной мне информацией. Ну во первых, тут было не так много подобных заведений, во вторых иногда проститутки любят по рассказывать о своих клиентах, а если еще и заплатить за это…
Долгое бездействие, возвышенные чувства, ощущение спокойствия сейчас отошли назад и придали огромную силу моим изголодавшимся желаниям, поэтому говорить с казначеем было легко.
— Добрый день уважаемая.: сказал я служанке. – Маркиз Андриан Де Лавнес.: поклонившись сказал я. – Могу ли я увидеть вашего господина?
Служанка растерялась, но позволила мне войти. Моя ненавязчивость, улыбка и опрятность одежды говорили о том, что я не вру.
— Кто вы?: Подняв одну бровь, спросил у меня пухлый финансист, когда я вошел к нему в кабинет.
— Маркиз Андриан Де Лавнес.: с небольшим оттенком торжественности произнес я.
— И, что же угодно маркизу в моем кабинете: столь надменным тоном проговорил толстячек.
— Я человек удовольствий. И я от наших общих знакомых.: С ноткой похотливой лести произнес я.
— Ох как интересно, от кого же?: казалось теперь его заинтересовал не только дело, с которым я пришел к нему, но и сам я, и думаю не придется объяснять какой это был интерес.
— Мне сказали вы давно не отдыхали, очень погрузились в работу. Могу ли я присесть?
— Да, конечно. Что вы хотите мне предложить?
Сев на кожаное красное кресло с бархатными подлокотниками, сделав финт своей тростью, я продолжил.
— Не люблю говорить о делах, когда человек устало размышляет от других занятий, в сфере подсчета казны. Я прибыл сюда из Тулэ-Ла-Гранс. Очень хорошо ознакомлен с нынешнем затруднительным и вязким положением здесь, и могу вас уверить у меня есть, что предложить. Но это немного позже, помимо информации Ла-Гранс дает и много других привилегий и опыта. Так вот, наши уже общие знакомые сказали, что вы давно не наведывались к ним, и поэтому мы приготовили несколько сюрпризов.
Я заметил как азарт и интерес этого человека загорелся и распер в его штанах и у него чуть ли не потекли слюнки, когда я продолжил свою льстивую речь и поведал ему о “наших общих знакомых”. Его прихотями было легко управлять, видели бы его лицо члены совета, когда я перед ним оголился, в окружении нескольких юношей. Хоть он был и ненавистником женского пола, я убедил его, что мне нужны и девушки, что бы распалиться как можно больше.
Он захлебывался слюной, когда хлестал и бил розгами по молодым и девственным мужским и женским задницам,(особенно по женским). Я немного подыграл в его гнусностях, даже позволял к себе прикасаться, но когда время вышло и мы остались наедине, он решил распустить свои грязные лапы и на меня.
— Вы так легко управляетесь со всем этим.: подвигаясь ко мне, начал истекать слюной жирдяй. – Интересно, на, что вы еще способны? Вы восхитили меня своими желаниями и показали на сколько были тщетны мои собственные утехи. Что еще вы може…
Он не успел договорить, моя нога прочно увязшая в складках жира, отпихнула его назад. Я взлетел над ним вверх, вновь уткнувшись сапогом в скользкий живот ведь я уже был на половину одет, в отличие от моего гадкого компаньона. Он запыхавшись все ни как не мог отойти от произошедшего, лезвие из моей трости блеснула перед его глазами, и прикоснулось к его горлу.
— Что вы делаете!?!?!: завопил несчастный. В него проник страх. Наши глаза пересеклись, и тут до него дошло, что легкое движение кисти, и я буду купаться улыбаясь, в его хлещущей из множеств отверстий крови.
— Вы перегнули палку дорогой друг: Улыбаясь и весь сияя, ответил я ему. – Пришло время поговорить о деле.
Я толково объяснил ему все, что от него требуется. Когда он начал ерничать и попробовать изменить условия, я сменил лезвие на деревяшку, а клинок опусти между его ног. Стоило острию слегка коснуться его органа, как тот истерически завизжал.
— Хорошо, хорошо! Я все сделаю как вы мне сказали! ВСЕ!
— Скрепим же кровью наш договор!: сделав маленький надрез, внизу куда было приставлено острие, я произнес: — А это на память, что бы вы сдержали слово.
Половину пути я был доволен собой, какая-то эйфория, довольствование собой, но после…
Мои шаги стали неуверенней, тело поддалось качке, меня начало шатать и я еле держался на ногах. Боль пронзила все мое тело, не острая, не угнетающая, приятная слабость, но какой бы она не была это все же боль. И уже завтра, завтра я был бы готов покончить со всем этим, материалов, что соберет Антуан должно было хватить. А я, а я могу наконец стать собой, но перед этим нужно одеть еще раз маску, сбросить и вновь одеть кожу.
Я еле добрался до своей комнаты, и не смел пошевелиться. Аккуратно уложенные волосы были смяты, тело потеряло силу, мысли стали тягостными. До утра я не вставал с постели. Лишь к концу завтрака я встретился с Гюставом рассказав, что с казначеем все решено.
— Отлично! Тогда мы отправляемся в форт герцога Санчеса, что бы обсудить детали сегодняшнего нападения на господина Алдуира.
— Прошу меня простить, но мне не здоровиться, я прибуду позже и проберусь в его особняк когда вы уже там будете. Вдобавок я все устроил с финансистом и думаю, вы позволите мне подобную халатность.
Его глаза недовольно сверкнули.
— Ну, что ж, раз с финансистом все улажено и весьма умело, думаю, я позволю вам подобную халатность. После десяти вечера входите через передние ворота поместья “Зыбких Песков”, там будет спокойно, а вот, что будет твориться внутри гарантировать не могу. Но лишняя пара рук всегда пригодиться.
Я поклонился и ушел к себе в комнату. Лишь через час как стало тихо я отправился к Дэволю, он был дома и ждал дальнейших указаний.
— Князь Алдуир предупрежден?
— Да. Все как ты мне и говорил, на счет Фани не беспокойся, у меня есть отчеты по поводу некоторых земельных дел членов совета, а так же мне удалось связать несколько убийств из этого же совета.
— Отлично. Теперь мы отправимся к князю. Пришло время немного поиграть. Сверток, который я тебе передавал с тобой?
Эта маска вновь была на мне одета, я чувствовал небольшой дискомфорт, но оседлав лошадей, вдохнув прохладный, свежий, зимний, воздух при скачке до поместья более или менее пришел в себя.
Молчание и маска скрывали то, что я безумно нервничал. Раньше подобного почти не было, но я знал, с чем все это связано.
— Мы к князю Адуиру. Он осведомлен, что мы прибудем.: сказал Антуан трем охранникам у ворот. – Охрана увеличена на дюжину солдат: шепнул мне полицейский когда мы шли галопом по аллеи ко входу.
Когда мы спешились с наших коней, с серого неба, что был покрыт пеленой туманного забвения, пеплом посыпались хрупкие снежинки. Они медленно кружились только им известным танцем, постепенно приближаясь и стирая линию горизонта перед моими глазами. Я остановился в беспамятстве, и стал пристально вглядываться в их робкое порхание. Мир на долгое мгновение стерся, перестал существовать, лишь снежинки на тленном фоне, смущенно касались друг друга и тут же расцепляясь убирались прочь, от своих кратковременных спутниц. Я дождался того момента, когда первая и самая смелая вцепится в мою одежду и тут же погибнет, исчезнет, испариться из этого мира, но надолго останется в моем разуме, памяти, моей жизни. Я стоял так долго, ведь полностью был облеплен ими, самыми стойкими и безрассудными комочками снега, крупицами зимнего счастья. Из уст вырвался пар дыханья, глаза стали влажными, а сердце дрогнуло, от чего меня дернуло в сторону, шея невольно скривилась влево, оставив людей в окружении стоять и смотреть на меня изумленно и насторожено.
Стражники не доверчиво на нас смотрели, трое из них сопровождали нас до третьего этажа и до кабинета князя. Перед дверью в комнату, где он находился, была небольшая круглая комнатка, видимо здесь ожидали приема различные господа, но сейчас атмосфера была не доброжелательной.
Нас пропустили в кабинет, здесь не находилось стражников, за столом лишь сидел взрослый мужчина: худой, темный, с черной тонкой бородой и живыми глазами. Он устало поднял свой взгляд и посмотрел на гостей. Он долго молчал, явно глубоко погрузившись в себя, но потом тихо и спокойно сказал:
— Я знаю вас. О вас писали в газетах, загадочный шут в маске убивающий знатных лиц. И вы тот, кто решил предупредить меня о моем же убийстве?
Антуан знал о моем обете молчания и хотел ответить за меня, но я остановил его бросив перед ним свою руку.
— Я не хочу, что бы моя личность была известна, ибо я играю в опасную игру. Но я правда пришел сюда, что бы не убить вас, а спасти.
— Зачем же?: нахмурив лоб спросил этот благородный человек. – Я не верю в слухи, но то, что я вижу перед собой, доказывает некоторые вещи.
— Я соглашусь с вами лишь в одном. Да я своего рода охотник получающий наслаждение, расправляясь с жертвами, но по большей степени они сами в этом виноваты, вы же не сделали мне ни чего плохого.
— Ах, ясно.: вздохнув вновь проговорил он. – Еще один юноша желающий мщения. Если вы так хорошо осведомлены в планах моих убийц, значит и сами имеете к этому какое-то отношение. С чего же вы решили спасти меня? Это сделает вам какого-то рода честь? Или же помешает планам ваших врагов?
“Честь” это слово заставило меня задуматься и остановиться на мгновенье, нет наверно даже на несколько минут. Подобного вопроса, да и вообще разговора я не ожидал, и сомнения, размышления быстро напустили молчание. Если так подумать было бы на много легче сыграть по правилам Гюстава сделать все дела и вернуться домой имея четкие факты, или же просто предупредить этого человека, и ждать чем все закончится, или же я решил лично по участвовать в участи моих врагов?
Алдуир улыбнулся доброй и мягкой улыбкой и продолжил:
— Я буду с вами честен и надеюсь, получу то же и взамен. Мы можем остаться наедине?
Я тихо кивнул и повернувшись указал Девонсу оставить нас.
— Я буду ожидать в соседней комнате.: фыркнул тот, а князь сказал, что не откажет нам в гостеприимстве.
Когда мы остались только вдвоем, он пригласил меня сесть напротив него.
— И так, здесь нет моих стражников и вашего человека. Мы одни, много ли у нас времени?
Я достал свои часы из кармана и взглянул на них.
— Нападение совершится около десяти часов, так, что в нашем распоряжении около четырех.
— Отлично, времени достаточно. Я уверен вы знаете кто я, но мне хотелось бы узнать кто является моим собеседником.: Произошло не долгое молчание, после чего мужчина нахмурив брови и глубоко вздохнув, добавил. – Знаете, я не удивлен, что на меня совершится покушение, что еще более забавно, так это то, что я готов к смерти. И если у моих убийц все получится, я не о чем не сожалею, нынешние противоречия двух мощнейших орденов, моя роль во всем этом, все, что происходит вокруг, должно было произойти нечто подобное, рано или поздно. Единственно, что меня беспокоит, это от чьей руки я погибну, и насколько будет удачным наш с вами разговор.
Все быстренько обдумав, доверившись этому человеку, я глубоко вдохнул носом и снял маску представившись. В словах Альдуира слышалась привычная для подобных тем нотка отчаянья, но все же было ясно, что он говорит мне правду, и в эти часы будет полностью откровенен со мной,. От этого человека веяло добротой и мудростью, начав диалог мы перешли к моей истории и я все ему рассказал, правду и только правду. Иногда мы останавливались и проводили некоторое время в спокойных спорах, даже скорее просто в обсуждении.
Несколько раз к нам входили предварительно постучав. Дождавшись момента, когда я вновь одену маску, князь давал несколько коротких указаний, после чего его слуги или же стражники уходили, вновь предоставляя нам возможность приятного разговора. В одно из таких посещений он спросил у меня:
— Вы не против если нам подадут ужин около половины девятого?: я одобрительно кивнул, и спросил:
— А вы господин не против если я тут закурю?: Он так же одобрительно кивнул, и вновь дал указания своим людям.
Рассказывал я о себе с азартом, и иногда язвил или весьма пошловато шутил. Настроение мое поднималось, однако вместе с Алдуиром мы проникали вглубь собственных сознаний и “менялись порой местами”. Я с удовольствием наблюдал за исходящим дымом из моих легких, или же за тлеющим пеплом в моих руках, все проходило весьма хорошо, я был расслаблен, но пересказ моей истории внушал уверенности и легкое возбуждение. Смятение отступило, еще когда я наблюдал за зимним пейзажем, его место заняла непонятная грусть и отрешенность. Во время разговора оно чуть стихло.
Но когда я рассказал про то, как ко мне вернулась память, про это не полное осознание себя, нелепость, лень и легкий дискомфорт и уже приближался к окончанию моего рассказа меня вдруг дернуло в сторону. Разум помутился, зубы стиснулись, мое тело обрушилось вниз… на пол… на колени… руки схватили волосы и сжали их с жуткой силой, что аж слезы выступили на глаза.
— Сквозь мглу, и помутившееся сознание и рассудок я слышал крики и возгласы “Маркиз!? Маркиз?! С вами все в порядке? Мне нужна помощь!” Вроде распахнулись двери, вбежали люди, окружили меня, но все это было совершенно не важно.
В моей голове звучало лишь одно слово, нет одно имя! “Юлиана” все померкло вдруг вокруг, “Что же я делаю!?” звучало со всех сторон моей тюрьмы – моего сознания, моей бездны, где демоны пытались удержать меня в своих лапах. Чем больше сил они прикладывали, чем сильнее клацали зубами, тем сильнее тускнела реальность, и пламя накатывало волной все мое тело, я чувствовал как приток огня идет от колен поднимается выше, выше, и находит точку созидания у меня в мозгу. “Я обещаю! Обещаю! Я буду с ними бороться, я оставлю их пир и примкну к тебе, я сделаю попытки! Ведь ни чего лучше нет, чем быть с тобой ведь только тогда я счастлив! Дай лишь немного времени, дай лишь вернуть мне свое имя, и возродиться…” все это было правдой, но странной правдой, где то в глубине души я понимал, что не все так просто. А голос в голове шепнул: “Все будет как обычно” И тьма улыбнулась мне.
Вокруг меня находилось несколько человек, глаза их были наполнены испугом и беспомощностью. Я все так же сидел на коленях и с силой сжимал волосы. Я встал как ни в чем не бывало, улыбнулся кхикнул и сказал :
— Вы чего такие ошалелые?! Все в порядке, я просто слишком уж задумался.
Все бурча, обзывая меня психом разошлись. Алдуир изумленно на меня смотрел, но потом я ему напомнил про некоторые приступы в необычные моменты, и он успокоился, интересуясь лишь причиной подобного явления в этот раз.
— Любовь: С широкой улыбкой заявил я. – Понимаете ли, моя вторая блудная личина слишком сильно вжилась в меня, и уже не хочет ни уходить, ни даже уступать места.
Дальше я продолжил свой рассказ и в скором времени окончил его.
— Ну, что ж: нахмурив свои густые брови сказал этот мудрый мужчина. – Вы весьма интересная личность, очень умны для своих лет, всегда можете предъявить аргумент, который очень сложно да и почти невозможно оспорить, в вас есть и отклонения, и если бы не моя лояльность, то дошло бы до драки с другим обычным человеком. Я был рад, что мне удалось с вами побеседовать в этот день. Видя как вы остановились у дверей и пристально вглядывались в окружающую вас атмосферу, видимо восторгаясь падающим снегом, мне сразу стало ясно, что вы не так просты и обыденны. Удачи вам в ваших делах, я получил огромное удовольствие от дискуссии с вами. Ах да! не упустите эту девушку, раз в тысячу лет подобные рождаются, но не забывайте, что и она не так проста, и может по сложнее даже ваших личностей.
Тут меня вновь стало колотить, дрожь забегала по всему телу, я понял, что все произошедшее далее будет привязано лишь к одному, тот кем я буду и кем я стану, будет зависеть лишь от одного: от хрустальной снежинки, что первая меня коснулась, что принесла и прибавилась к бессчетному количеству ассоциаций.
— Я одно хочу спросить.: поспешно заявил я.
— Что?: устало посмотрел на меня Алдуир, наш долгий разговор и правда вытянул из него все силы.
— Вы говорили про честь, но для меня это весьма непонятная вещь, точнее я не могу понять как увязать ее со своей жизнью. Я знаю как высоко честь, чтится во всех народах мира. Но, что представит она для меня? Следовать своим словам? Нет, уж я очень преклоняюсь перед мастерством лжи. Быть благородным к побежденным? Это тоже в корни не сходится с моими желаниями и качествами. Верность, пока я не готов побороть похоть, мне нужна ее поддержка и уверенность, и силы… Что же вы скажите на это? Для меня почти нет ни чего святого? Не уж то я бесчестен?
 
— Видимо не время еще, но я почему-то уверен, что вы постигните эту тайну, и может быть когда-нибудь расскажите об этом мне.: Добро и тепло улыбнулся мне этот мудрец.
 
В дверь постучались и вошла прислуга с подносами.
— Оххх. Уже такое время, ну, что же добрый друг. На этой ноте мы закончим, а после ужина будем все готовиться и ждать, еще раз очень рад, что с вами познакомился сегодня…
Мы приятно и вкусно отужинали. После чего я дал указание Антуану охранять князя и оставил ему остаток трости, сам же забрал с собой лезвие. Меня не должны были узнать. Я остался в комнате ожидания, двое бойцов находились в кабинете и ждали моего сигнала. Алдуир же отправился в зимний сад проводить время за молитвами.
Я сидел спокойно, в комнате и все обдумывал наш разговор. Иногда посматривал в свои часы, которые держал в руке играя с ними, что бы распустить сонливость в голове собирал ужасные картинки. Ожидание это самое утомительное, что может происходить, особенно, когда ты ни как не можешь на него повлиять.
Где-то без десяти десять послышался первый шум во дворе. Выстрелы потом крики, окно было немного приоткрыто, я явно ощущал и рисовал в голове, что происходит на улице. Дальше действие перенеслось в дом. Я знал, что они направятся сюда и будут искать князя здесь, но главной моей задачей была смерть Гюстава.
И вот, двери распахнулись и мое сердце сжалось. Те трое наемников, очень удивились завидев меня. Они было стали направлять на меня свои пистолеты, но я опередил их.
— Кхи! Боитесь ли вы темноты господа?: вместе с движением головы, и обезумившими глазами, в стену рядом с одним из них полетел единственный светильник, он с грохотом разбился, в комнате настал сумрак, а из кабинета открылись двери, и именно оттуда прозвучала два выстрела стражников Алдуира. Разбитый светильник был сигналом, после того как свет погас, я выстрелил и сам из черного пистолета, оттолкнувшись ногами и упав на бок в другую сторону. После того как единственный источник света в комнате погас, у нас было преимущество. На спины наемников падал свет, и их образы очень отчетливо виднелись на белом фоне, хоть лица их были и в тени. Все три выстрела достигли цели. Теперь нам нужно было спускаться в сад и обеспечить поддержку сражающимся внизу.
Среди нападающих были и солдаты герцога Санчеса, но думаю эти следы легко затрут, шайкой тех кто желает все изменить, а наши благочестивые герцоги и графы останутся чистенькими. На лестнице нам пришлось несколько раз столкнуться в рукопашную, правда после залпа из мушкетов, ряды наших противников редели, хотя и мы спустились к саду не без потерь, один был ранен второй и вовсе убит. Вот тут у нас возникла небольшая трудность: возле главного входа собрались все люди графа Де Франсе и герцога Санчеса, поэтому напрямик было идти невозможно. Стражник показал мне путь в обход, мы шли тихо, свет был отключен и это помогло нам дойти до аллеи висячих растений без особых трудностей, хоть это и заняло некоторое время, и уже слышались звуки новой и последней стычки. Тайный вход находился под зарослями “Ломкого колокольчика”, в этой небольшой и прекрасной оранжерее создавалась таинственная и даже немного пугающая атмосфера. Тут было очень тихо, журчала вода в фонтанах, а над стекольным потолком возвышался темный ковер небосвода, пронизанный звездными нитями. Тут мы встретились с двумя наемниками ордена, почти вплотную. С первым на таком коротком расстоянии помогла разобраться выкидная игла, как обычно горло, проткнуть кадык и не дать возможности громко вскричать. Со вторым пришлось возиться моему спутнику, однако мушкетом драться было сложновато и пришлось помочь ему, схватив его оппонента и проткнуть его сзади клинком трости. Проход был некой аркой совмещающей два сада, вот только знать об этом можно было, если ты уже бывал здесь и видел сам.
Ни одна из сторон не соизволяла приближаться к другой. Одни находились за дверью разрушив баррикаду, вторая в глубине сада. Вместе с князем находился Антуан и еще пятеро стражников, пробрались к ним мы с легкостью. Теперь предстояло думать, что делать дальше, как им, так и мне. Можно было убраться вместе со всеми, под покровом темноты, ни кто бы и не увидел кто, как и куда, но мне нужно было алиби на сегодняшний вечер. Выбор: остаться здесь сорвать с себя маску и убить Алдуира или же скрыться вместе с ним? Нужно было решать быстрее, порох заканчивался, а люди герцога окружали нас со стороны стены из стекла. И вот казалось решение принялось само собой, все аккуратно встали и стали отходить к “тайному проходу” периодически отстреливаясь, но в Алдуира попали. Князь тут же обрушился на колени, его тут же положили, а двое стражников стали стрелять в ответ. Все остановились, но оставаться здесь было равносильно смерти, брать князя с собой тоже, он начал задыхаться, пуля видимо пробила легкое.
Он положил руку мне на плечо и тихо сказал: — Уходите, мое время пришло, надеюсь попавший в меня был человеком чести.: В его глазах читалось прикосновение смерти, а так же некое разочарование.
Нас осталось трое: Я, Алдуир и один из его преданных людей. третий из нас стрелял во врагов, иногда я тоже пускал пулю куда-то в ту сторону где была дверь. Несколько мгновений и я воплотил в жизнь свой план.
Снял маску и передал ее Антуану, толкнув его к проходу. Выстрел в сторону стекольной стенки, для того, что бы организовать вход с той стороны, движение кисти, и клинок в горло последнего из служителей здешнего дома. Дальше я выхватил саблю умирающего князя, улыбнулся ему и сказал: — Как-нибудь я расскажу, что будет делать мне честь.
Бедный Антуан был просто ошеломлен и в его глазах искрился ужас, своими темными оковами. Но я толкнул его вновь. Он все понял и украдкой бросился бежать.
— Не стрелять!: вскричал я следом. Взмах меча, погасил вспыхнувшую улыбку на ослабших губах Алдуира и его дух отправился к его предкам. С полминуты было тихо, но потом послышался спешащий топот и меня окружили. Я поднял руки, а потом обернулся к тому, кто гневно смотрел мне в спину.
— Ну и потеху устроили вы тут Гюстав.: улыбнувшись, сказал я.
— Маркиз?! Вы? Как?: недоверчиво спросил он, пронзив меня взглядом.
Одежду я немного порвал.
— Стекло.: играющее произнес я. И буквально через несколько секунд, что-то тяжелое разбило несколько стекол.
— Ладно.: озлобленно проговорил тот, глядя на два трупа у моих ног. – Задание выполнено, надо убираться отсюда. Вы мне расскажите, что случилось, позже.
*******
Весь следующий день граф смотрел на меня сухо, а разговоры с ним были короткие с некоей ноткой недоверия. Лишь ночью, когда мы отбывали обратно в Тулэ-Ла-Гранс, он вернулся в привычное ему поведение. Однако было видно, что он чем-то озлоблен.
— Я был у Деволя. Вы отлично справились с задачей, этот жирдяй выполнит, все, что мы ему скажем. Однако он от чего-то жаловался на боль в паху.: когда он это сказал я расплылся улыбкой и привычно мне кхикнул. – С князем Алдуиром вы тоже справились безупречно, а то как вы попали туда похоже, что правда. Но вот, что меня беспокоит.: его тон стал гневным, он с грохотом стукнул кулаком по столу. – Откуда этот чертов шут опять появился?! Как он знал? Вдобавок, эта сволочь перерезав половину моих людей еще и умудрилась скрыться с несколькими стражниками. Его видели несколько моих людей, но мне об этом не сказали! За, что конечно и поплатились.: глаза графа наполнились свирепостью. – Не уж то вам тоже этот проклятый не попадался на глаза?
— Я бы сразу вам об этом сообщил граф, иль сам пустился бы по следу. Увы но я его не видел, иначе б или я не сидел бы сейчас с вами, иль он более не ставил палки нам в колеса.
После он рассказал мне, что этого “шута в маске” видели наверху в сопровождении двоих, после чего тот скрылся где-то на первом этаже прирезав своим “змеиным клыком” еще двоих наемников.( рану на шее верного человека Алдуира я прикрыл, еще раз ударив в ту область, но саблей ). Все остальное было безупречно, я хорошо замел следы.
***********************************
Пару дней, вестей не было ни от Люсена ни от Валентино. Да они мне пока и не требовались, меня вновь окутала грусть и беспомощность, часами я проводил время в черновике, переписывая и дописывая идеи, которые были в моей голове. Иногда меня преследовали приступы, все из-за тоски по “нежной леди”. Мне удалось побывать на нескольких балах, все заметили мою некую глупость и вялость, многие даже были удивлены, поэтому приходилось себя стимулировать малой долей алкоголя. Не было ни единого женского запаха, который бы я не уловил. Мои ноздри тут же наполнялись сладким ароматом парфюма, запахи были моей слабостью, но все же я держал себя в руках, что не очень здорово отражалось на мне. Иногда я с забавой слушал хвастанья мужчин по поводу своих дам, иногда веселило то, как они называют себя порядочными, а потом тут же начинали заливать как их добиваются женщины и как они ловко или же не очень умело с ними обращаются. Подобное вызывало во мне издевку.
На пятый день пустынного пребывания в городе я заявился к Валентино, он сам меня позвал, когда я проводил еще один долгий вечер в своем маленьком кафе с грузом тяжелых раздумий, или ломке по прошлому, так же переваривая все, что со мной произошло, и на, что какие причины.
— Вот отчет комиссара Дэвонсо, он предоставил его вчера: бросив передо мной на свой стол сказал мне Валентино. Я тут же взял его и начал бегло проглядывать глазами. – А вот еще кое, что. – рядом он бросил газету. Я лишь искоса туда глянул увидев заголовок “Шут в маске вновь совершил убийство.”, после чего вновь принялся ознакамливаться с отчетом .
Герцог долго смотрел на меня и ждал когда я закончу.
— Антуан будет повышен в должности?: безмятежно поинтересовался я.
— Да, все как я и обещал, этого материала нам почти достаточно против Графа Де Франсе, но нужно больше улик по поводу этого непонятного ордена, свои следы они хорошо замели, как и Герцога Карлоса. Вдобавок у нас ни чего нет на других представителей и участников Гордых Орлов. Почему ты не дал это задание мне или же Серхио, или не обратился к членам нашей семьи. Почему этот простой комиссар?
— Понимаешь ли. Я не знаю чем бы это закончилось, и уж уверен в том, что все шло бы по вашим правилам, не по моим, я бы находился в стороне и все затянулось. Вдобавок я видел на, что способен этот человек тогда, когда на него ни кто не смотрит, когда ему позволено почти все и он обнажен душой и телом. Тоже самое ему известно и про меня, поэтому я знаю, что он меня не подведет, он знает на, что я способен когда зол или вообще опьянен пороком, а по поводу остального, я, что-нибудь придумаю: все так же, с долькой задумчивости протянул я. – Ладно. Все прошло отлично, как я и хотел. Об остальном поговорим позже, думаю мне еще пригодиться несколько отчетов, и к концу всего Антуан должен иметь достойное звание, что бы все прошло очень удачно.
— Постой!: взволнованно крикнул мне Валентино и схватил меня за руку. На его лице я заметил легкую нотку раздраженности, но его волнение куда сильнее выступало на худых щеках, тонких губах и глубоких глазах, которые не были сейчас столь добрыми. – Я все же переживаю за тебя Алан. Ты мне как брат и ты должен это знать. Меня очень волнуют эти твои планы, замыслы и прочее, чем ты сейчас себя окружил. Остановись! Мы как-нибудь по другому все это уладим. Стань прежним, раньше этого не было, раньше ты был другим!
— Вскоре это все закончится мой дорогой друг. Сильно изменился?: мне удалось скрыть легкую усмешку.
— Да! Как минимум об этом говорит то, что раньше люди хотели знакомиться с тобой и вести какие-то отношения и общение, а теперь же, ни кто не горит страстным желанием.
— Кхм. Раньше с меня можно было иметь все, что угодно и я не требовал взамен. А теперь… теперь, от иметь могу только я. И в прямом смысле этого слова.: теперь я уже широко улыбнулся и кхикнул, оставив моего лучшего друга в высшей степени ошеломления.
Я уже почти закрыл за собой дверь, но потом прибавил.
— Андриан, просто Андриан, зови меня сейчас так, ах и да, сможешь ли устроить какой-нибудь интересный бал? Я знаю твои вкусы и идеи, постарайся пожалуйста, хочу тебя кое с кем познакомить.: уже в более мягкой улыбке попросил я своего друга. Он недоумевающее на меня взглянул, но после кивком согласился вглядевшись в мои глаза, в которых без сомнения прочел искренность и намек на старого романтичного Алана.

Глава 18. Мерцание в ночи — Свечение в тени звезд.
Оставалось два дня до прибытия Юлианы, я очень по ней истосковался, но вместе с тоской меня накрывала и грусть, вечера в ресторане за отчетами и образным наблюдением за подчиненными, утром долгий сон, редкие прогулки в одиночестве, уж очень я любил зиму и наслаждался холодным воздухом. Я уже оправился от всех болезней, ну по крайней мере физически. Уходил я последним, сначала отпуская служащих, дело шло в гору, но все же я хотел, что бы это место было более спокойным и притягивал сюда интеллигенцию, их как минимум приятней слушать да и они очень любят сладкое. Иногда я и вовсе оставался здесь на ночь, но здесь меня не посещали такие сны как в моем особняке или же в квартире.
Я уже поворачивал ключ, что бы закрыть дверь, но вдруг меня вновь посетило это дурацкое ощущение, что за мной кто-то следит. Небо было чистое, прекрасная луна, на которой я заострил свое внимание будто отражала все вокруг и придавало ему туманный блеск, казалось все немного подрагивает, я даже решил, что у меня галлюцинации, небольшой слой снега прибавлял эффекта. Все да ни чего, но один из темных силуэтов двигался сильнее всех, и не просто двигался, а подергивался, расплывался и вновь собирался, приближаясь ко мне. Послышался хруст снежной пыльцы и щурившись я узнал Люсена.
— Андриан! Уже уходишь? А я рассчитывал отведать какую-нибудь пряность на ночь.
— Люсен. Доброй ночи вам, давно не видел. По такому случаю я еще задержусь.: хоть я и рад был видеть этого заядлого распутника и человека с маниакальными желаниями, я все же очень нехотя проговорил эту фразу, хоть и скрыл это улыбкой.
 
— Куда же ты пропал?: Произнес он мне из кабинки, когда я подносил пироженные.
— Да я ни куда и не пропадал. Я все время тут, да, и я ждал нашей встречи. Вдобавок я хотел кое о чем спросить.: Он жадно накинулся на принесенный мню пончик (они получались весьма удачные), а я надеялся, что дальше разговора дела не дойдет. Ибо я не желал развратности, хотя от этих мыслей меня приятно подергивало.
— Да, да? О чем? Соскучились по моим заумным и страстным речам?
— И это тоже, но меня интересует другое. Почему вы послали меня? И вообще, что за интерес такой ко мне?
Он странно посмотрел на меня, отодвинул чашку с чаем и сказал.
— Нууууу. Могу сказать, задание вы прошли, мне было интересно как вы с этим справитесь со всем. Вдобавок для окончательного принятия в наше сообщество нужно пройти испытание. На самом деле меня как-то заинтересовал ваш друг Серхио Элнес, но он быстро меня разочаровал. Да может какое-то время он и был знатным распутником, но он слаб, семьянин хоть у него и были способности.: Я тут же вспомнил почему раньше восхищался Серхио, скорей всегда это же и поспособствовало такому отношению после больницы. Но теперь, теперь, это был простой человек а, а не какой-то ловкий и умный индивид. Дальше разговор принял весьма смутное русло, всякие глупости и повседневности.
— Нет вы слышали!?: завопил вдруг внезапно маркиз, что я аж не выронил чашку из рук. Дождавшись моего озадаченного взгляда, он продолжил визгливым тоном. – Слухи слышали вы, эти спрашиваю я!?
-Которые?: Пытаясь быть как можно серьезней ответил я.
— Ну эти! Про Валентино! Которые!..: Маркиз уже серьезно был дико возмущен, а я сидел напротив и пытался уловить, что же хочет мне сказать этот пройдоха. – Этот “благородный” молодой человек желает закрыть все местные Дома! Нет ну, что за дерзость!? Брезгливость этой семейки всегда вводила меня в ступор! Чистенькие, не запачкаться бы, хоть раз попробовали бы себя очернить, а потом отмыться. Ну все, теперь уж перебор! Этого позволить нельзя, подобное лишит меня основных доходов!: Я на это промолчал, и лишь понимающе кивнул, поджав губы. – Ах к черту.: махнув рукой заявил он мне.
Через минуты две молчание, он проглотил свою обиду и уже более серьезным голосом завел разговор.
— Ах да, будет собрание членов нашего ордена. Наследующей недели, будет официальное собрание по этому поводу и еще по нескольким.: он широко улыбнулся, но эту улыбку быстро сменило недоумение, когда я вдруг сказал.
— Ох, надеюсь это произойдет после бала…: я тут же осознал, что зря сказал об этом. Пошли расспросы, просто я не хотел, что бы маркиз присутствовал там. У меня было плохое предчувствие на этот счет. Но увы, я даже и сам не понял как его пригласил и все рассказал, все, но только не о моем спутнике…
 
Наконец я ее дождался, невозможно описать насколько я был рад, все тут же захлестнуло порывом нежности и доброты. В тот вечер я проносил ее на руках почти все время, что мы были вместе, ей это особо нравилось, и мы часто так дурачились, люди иногда так странно на нас смотрели. Но ночью да и зимой в парках было мало народу и поэтому тут мы могли себе многое позволить. Невозможно сосчитать сколько мы толкались, обнимались и подшучивали друг над другом. Нас даже прогнал сторож с какого-то закрытого аттракциона, мы же сделали вид, что не о чем не знали. Я не могу вспомнить ни один разговор, как то смутно. Но они были совсем не важны, много повседневности и чуть-чуть нашего, только того, что между нами. Улыбки, эмоции, только они закрадывались и прятались глубоко внутри. Улыбки, улыбки, их много, но они не только наполнены счастьем в последнее время…
*****************
Я пришел в то место под окна возле ее дома, где мы по долгу задерживались не желая прощаться. Я был одет как всегда в белую сорочку, красивый черный костюм с моей именной кофтой, тростью и на голове красовался цилиндр с синей лентой. Было немного прохладно, но я был готов ждать хоть сотню лет. Можно было потратиться и на экипаж, но до места проведения бала было совсем чуть-чуть, да и уж очень мы любили прогуливаться замерзая.
Зеленое платье, более болотистого цвета, красивая прическа заведенная вверх, в дульку как у многих дам высших кругов. Но волосы были заколоты немного небрежно, что показывало легкую скромность от чего Юлиана была еще превосходней и казалась еще более хрупкой, платье было не пышным, довольно симпатичным, на изящном пальчике красовалась блестящая бабочка, которая очень подходила этому наряду.
— Ты превосходно выглядишь.: радостно приветствовал ее я.
— Мммда!: Немного скромно протянула девушка, спрятав губки в одежду. – Ты тоже, прям настоящий светский юноша.: в ее голосе как всегда слышалось легкое подшучивание.
 
Валентино меня немного удивил. Хотя теперь он стал герцогом и мог себе подобное позволить. Бал проходил в месте, где мы проводили кучу времени в детстве.
Внутри все изменилось до неузнаваемости. Мы спокойно прогуливались по залу держась за руки, а я показывал почти каждый уголок этого места и рассказывал истории связанные с ним. Лишь изредка я здоровался с окружающими, они для меня не существовали, мне хотелось найти только Валентино, остальные лишь как-то необычно посматривали в нашу сторону и шептались. Музыка была весьма непривычной для подобных богатеев этой местности, Валентино и здесь не отказал своим привычкам, и были приглашены гости из-за границы. Самым забавным было то, что я и не замечал не только мужчин, но и женщин, их ароматы конечно посягали на мои ноздри и я не мог их пропустить, но на их обладательниц я уже не обращал внимание.
 
— Почему эти люди так на нас смотрят?: вдруг спросила Юлиана.
— Просто я имею роль некоего засранца, очень плохого человека. Вот они и удивленны.: робко смущаясь ответил я.
— Засранца? Не верю. Со мной ты хороший.: недоверчиво поджав губки, сказала она.
— Ну на самом деле я очень циничен, и злостен к окружающим. Все наверное уже знают, что я плохой, но хотя не настолько на сколько я есть.: немного дернувшись заметил я. Что-то вязкое стянуло меня и не давало покою.
— Но со мной ты добрый. А на остальных мне все равно. Мне важно, что ты передо мной такой, какой ты есть. Ведь те же самые люди, не знают и какой ты. Да и не пойму я почему ты хочешь казаться плохим и таким прям ужасным, не правда все это, глупо.
Я задумался над ее словами. Но тут же попробовал оправдаться.
-Может и знают, но это было давно. Ох и с чего же ты решила милая моя, что я с тобой настоящий?: съязвил я, но весьма деликатным и нежным тоном. Хотя речь о моей фальшивости истинного “я” меня весьма задела.
Моя спутница тоже задумалась. Но потом как-то смутно и неуверенно протянула:
— Я просто знаю. Знаю, не могу объяснить… просто знаю.
Мы перешли к столам, распили немного алкоголя, за всякими вкусностями, с воздушным кремом. Но тут я увидел забавную картину. Атмосфера здесь была весьма радостной, все смеялись, танцевали под быструю и непривычную музыку. Было настроение всеобщего воодушевления и радости. Но было кое, что, что не могло быть незамеченным. Нечто серое. А точнее окруженное красной дымкой линии раздражения. И это бы Люсен Сайлено. Он сидел один, на привезенном фонтане, в котором плавали лепестки цветов. Он потягивал красное вино, и с надменностью смотрел на окружающих, сверля их нутро. Когда наши взгляды встретились я ощутил как он пробрался внутрь меня. Как послевкусие этого ощущения прошло, он гордо встал и направился ко мне.
Чем ближе он подходил, тем сильнее я загораживал Юлиану. Вокруг него будто бы метал и рвал все хаос, взгляд оставлял желать лучшего. Но подойдя, он улыбнулся своей необъятной скользкой и тонкой улыбкой. Я уловил, что он улыбается не только мне, но и девушке, что видела его через мое плечо.
— Добрый вечер дорогой друг… И миледи.: с небывалой лестью произнес змей.
— Добрый.: Как-то почти безразлично кинула Юлиана.
— Бонсуарр: прогремел языком я.
— Как так, столь чудесный вечер, столь чудесный человек как вы Андриан, но я увы не знаком с вашей очаровательной спутницей.
Я было хотел представить ее, но она сама это сделала, весьма нагло набросившись на маркиза. Между ними затянулся острый разговор, а я стоял и не мог вставить ни слова.
— Я весьма рад нашей встречи и знакомству.: вся змеиность маркиза раскрылась, но Юлиана не отступала и весьма хорошо держалась, сегодня я ее узнал в новом виде и ошеломленно за всем этим наблюдал.: — Андриан, не забудь завтра про собрание, я зайду за тобой утром, нам многое придется сделать.: Он весьма низко поклонился, а улыбка все не сходила с его губ. – надеюсь мне еще удастся вас увидеть, весьма рад, весьма рад. До свиданья миледи.
Он кивнул мне, развернулся и растворился в толпе. Моя спутница была весьма разгорячена и напоминала горящий уголек, который тут как тут пустит искры. Сегодня я впервые выдел ее такой: непреклонной, гордой и жесткой. Атмосферу быстро разрядил Валентино. Он был вежлив и добр, я немного отступился и вел себя непринужденно и нелепо. Во время разговоров он внимательно рассматривал нас, обоих. Они оба друг другу понравились, и это можно было понять просто во взглядах и словах. После еще одного знакомства, она и сама об этом сказала, подчеркнув это его добрыми глазами. На самом деле мы долго говорили, просто так увлеклись, что и не заметили как прошло пол часа.
— Покажи ей одно наше любимое место: улыбнувшись на последок сказал он. – ты ведь понимаешь о чем я?: Я на секунду задумался, но я помнил и понял о чем он говорит, странно это было очень забавным совпадением связанным с прошлым и настоящим. – А я вернусь к другим гостям, но если, что жду вас в своем круге, вы будете почетными гостями.
Пришло время танцев. Однако девушка не очень горела желанием, и мы лишь наблюдали за кружащимися парами.
Мне хотелось, что бы этот вечер и этот день запомнился нам навсегда, вдобавок может это прибавит ясности.
Было уже поздно. Но по пути мы зашли в мое кафе, я взял сладкое и кое-что еще. Скажу честно подниматься на крышу было очень тяжело, особенно с моей ношей, было темно и нас практически стали незаметными в сумраке. Мы легко проскользнули охрану, забрались по нескольким лестницам вверх и оказались на месте. Дорогу я хорошо знал, она ни капли не изменилась.
Мы развели небольшой пикник, я завел граммофон и поставил пластинку. Это была наша песня, не знаю почему наша. Я слушал ее безостановочно, когда был один без нее в городе, погружаясь в пустоту. Но сейчас, сейчас было наоборот, я испытывал и ощущал свечение точно такое же, о каком говорилось в этой песне. Хоровое дополнение на припеве, нежный мужской голос, он таял как сахар на ушах и был очень сладок. Такая музыка трогала все нотки моей души. Я взял Юлиану за руку, мне правда пришлось уговаривать ее сделать мне это одолжение.
Мы слились в одно целое, все перестало существовать. Шаг, еще, еще один. По мокрой крыше, над нами звезды и тихо падают снежинки. Шаг, еще, медленный поворот, объятья… эти три с лишним минуты затянулись в целую вечность и я не хотел, что бы она кончалась. Во время объятий я крепко к ней прильнул, еще ни кого я так сладко, тая, не обнимал. Я вел себя спокойно, весь туман рассеялся. Шаг за шагом, в темноте, ночью, под открытым небом и только дыхание слышалось в этом безмолвии и робкие тихие шаги. Все будто бы стало на свои места. Но когда песня закончилась и мы чуть отошли друг от друга. Хаос вернулся, стена, которую я постоянно ощущал вокруг девушки, вновь выстроилась и не позволяла мне самому почувствовать прекрасное, легкая неуверенность, незнание и желание понять кто же она. Кто же эта девушка для меня.
Снег все не переставал сыпать, я до сих пор думал, что нахожусь на крыше театра. Того где мы впервые познакомились, это место нашел Валентино и часто мы лежали тут смотря на звезды и в горизонт. Память была более четкой чем ранее, я увидел танцующую пару в этой темноте, в этой черной бездне. Я было хотел крикнуть нам, но наш образ тут же стал мутным пятном и вовсе исчез, а вместо него, яркий фонарь, мужчина в светлых одеждах и кажется с приколотой лилией у сердца. Я видел себя. К подобному можно привыкнуть, но если видишь настоящего или чуть искаженного, а тут дело совсем в другом. Чистая откровенная улыбка, добродушность, от этого “Я” веяло счастьем. Все сердце сжалось и хотелось крикнуть, но я не мог, меня лишили речи и слова осыпались в черную бездну “Нет! Глупец, беги! Ты знаешь, что случиться! Разрушишь ведь! ”. Где то слева в этот момент мигнул огонек сигареты, а он, все продолжал радостной улыбкой смотреть на фонарь ярко ослепляющего его.
Как вечером “Свет сияет на наших лицах,… слепя нас”

Глава 18. Сонливый шут.
Утро выдалось тяжелым, я долго не мог найти сил встать. Какая-то опустошенность была внутри. Но нужно было собраться. Не знаю во сколько придет маркиз, но к этому времени нужно быть в порядке.
Он пришел в пять часов. “Да еще то утро”. Был весь при поряде, точнее как всегда элегантен. Про вчера и слова не сказал, да и я решил не мутить воду, будет лучше если он просто все забудет. Мы отправились в центр, и были на той улице куда перед моим “первым” карнавалом привел меня Серхио. Мы зашли в тот же магазинчик с масками, в надежности которого можно было и не сомневаться.
— Выбирайте Андриан. Что будет вас характеризовать.: на ухо он мне шепнул. — Мы не говорим почти свои имена и не показываем лиц.
“Не слишком ли много масок?” Пробежало в моей голове. Дело конечно не в самих масках, а в их фигуральном значении. И в этот раз меня окутали сомнения, что именно выбрать я не знал, что именно подойдет мне тоже. Лучшим способом было здесь просто подыграть маркизу. Заядло широко улыбающаяся маска шута со шляпой подобного рода с гремящими колокольчиками белого и черного цвета с красными прорезями.
 
Мы прибыли к тайному входу в башню, пахло рыбой и грязью, холод правда ароматы уменьшал. Маски одели, когда сидели в экипаже.
Я шел за маркизом и делал вид, что здесь впервые, точнее просто молчал и озирался. На входе нас внимательно рассмотрели, попросили представиться. Значимость Люсена сыграла свою роль, и нас даже не стали расспрашивать на наличие оружия как сзади идущих.
Внутри ни чего не изменилось, наверное только количество наемников удвоилось, теперь они стояли и вдоль лестницы и кучковались внизу. Я остановился и пристально смотрел на свет, что падал вниз как и в прошлый раз, теперь же я мог осознать его таинственность.
— Идем!: немного подождав сказал Люсен.
В комнате все изменилось после пожара. Если раньше стилистика была немного из вульгарного средневековья с лишним количеством шелка, теперь тут стало изящней и красочней. Преобладал так же красный но были и другие, синий, желтый. Клеток теперь не было, как и жертв, были видимы следы недавнего пожара, свечи теперь стали более аккуратно сложены и скрыты. Гости почти все собрались, они потягивали вино и пристально наблюдали за играми, некоторые из них переговаривались на различные темы. Мы подошли к Гюставу. Он сидел на привычном ему месте.
— Не хотите ли сыграть пока торжественная часть еще не началась?: предложили они мне оба.
— Да, каковы правила?: Тоскливым тоном поинтересовался я, хоть их прекрасно и знал.
Теперь мне было более ясно. Кто-то играл на деньги, остальные же на “кровь” – жертвы. Тут разыгрывалась и их судьба, победитель мог забирать ставки других игроков и после делать с ними все, что угодно, самым излюбленным впрочем были оргии с употреблением всяких химических препаратов для мучений. Партии были скромные, я не так разошелся как в прошлый раз, вести себя нужно было еще сдержанней, теперь же я только позволял себе некоторые реплики. И скажу это очень интересно отразилось на моей репутации.
Прозвенел звонок и на балкончике появился Девонсо Маник-Сэлэ. Все замолчали, игры прекратились.
— Рад всех вас приветствовать: своим властным голосом заявил он.- Сегодня мы собрались тут, чтобы отметить успехи нашего ордена в завершении переворота. Через пару месяцев, власть перейдет в более молодые, решительные руки, старое время прятанья исчезнет, а мы станем почетными двигателями прогресса.: он выждал паузу, вокруг прозвучали аплодисменты. – Но это не все, сегодня в наши ряды вступает еще одна интересная личность. Он не так давно среди нас, но уже многое успел сделать на благо, прошу, выйдите сюда маркизы.
Люсен схватил меня за плечо и потащил за собой под еще одну волну аплодисментов,
Он поднял руки, призывая тишину.
— Господа, господа. Я рад вас всех здесь приветствовать.: Маркиз поклонился чуть ли не до пола, торжественно сняв шляпу. — Этот человек может считаться полноправным членом нашей организации. Его взгляды и методы достойны похвалы. В нем есть качества, которым позавидует “Черный Гриф” и даже я. Встречайте змея, который не двигается без восхищения своей опасности, радостно теребя своим хвостом, и имя ему будет “Гремучка”.: меня представили жестом руки, волна аплодисментов.
Все ждали от меня наверно, какой либо торжественной речи. Но я отбросив доли сомнений, изящно повторил жест Люсена со шляпой. – Кхи!: громко вскликнул я, дзынькая колокольчиками. – Мы пьем господа!
— Пьем!: тут же подхватил маркиз и все мы задорно осушили наши бокалы.
— А теперь дорогие друзья пришло время отметить. И лучше познакомиться с нашим гостем.: сказал Девонсо, хлопнул в ладоши и удалился. Вместо него вышли девушки с подносами и стали разносить красный напиток. Место князя занял Люсен. Мы спустились и начали знакомства. Здесь было много значимых и богатых личностей, в основном экономисты, графы, бароны, купцы-вельможи владеющие крупными предприятиями, богослуживцы.
— Вы хорошо поработали с князем Алдуиром и финансистом. Как вам удалось уговорить этого скрягу?: спросил у меня аббат, с которым мы познакомились в клубе после приезда Валентино.
— Ну как сказать. Страх вместе с похотью, представляют из себя толк. От кучи радостных эмоций, когда клинок у паха, сложно отказать.: лишь улыбнувшись заметил я.
— Ах молодец! Так с ними и надо! Знаю я этих подельников и жадин. Есть у нас такой один.
— Прошу прощения вы случайно не о господине Лунье?
— Именно! Он не знает в чем замешан, но хорошо выполняет свою работу, заведуя финансами нашего храма спонсируя наш орден.
— Как интересно. Вы тоже представили лезвие к его паху?: пошутил я.
— Нет, что вы, религия и старшие чины делают свою грязную работу без всяких усилий.
Отлично, я узнал про еще одну нить, что которую можно потянуть. Правда с Лунье нельзя будет обойтись как с господином Дебуром Фани, думаю, Гюстава и этого жестокого аббата он будет бояться куда сильнее, тут нужно нечто другое. Еще какой-то барон, сказал мне, что я могу подобрать для себя дом на улице “красных флагов” так сказать подарок от сообщества. Орден имел сильное влияние, поджал под себя половину экономического строя Тулэ-Ла-Гранс. Несколько фабрик в провинциях, влияние в духовной сфере, так-же торговля морем, в основном рабами под прикрытием. Дела в перевороте шли особенно хорошо, северные границы готовы встать на сторону “орлов”, южные тоже близки, но увы там слишком много земель принадлежат различным графствам не входящим ни в чью юрисдикцию или же под охранной “дам”, на западе тоже дела обстояли благополучно.
Конечно же, от вкуса крови меня вновь заполонила тьма, все тут же поменяло свою значимость и я стал куда более жестче, дело перешло в оргию, куча народу, вельмож, богатеев, святых людей, все скинули одежды, маски оставались правда на лицах. Нужно было видеть как терзали жертв, которых вывели в опьянении из кабинета Девонсо. Несколько сразу же были обескровлены, а “элита” лакала с полу их священный напиток. Люсен почти в самом начале забрал меня отсюда. Я лишь успел заметить как пылает мое отражение в тех кривых зеркалах, что отражали наши души. Дело было в том, что по всему залу, потолку и стенках вращались необычные зеркала, что чуть искажали реальность. Раньше их вовсе не было, а сейчас, когда Люсен потянул за рычаг, стоило лишь гостям обнажиться. Зеркала, осторожно обернулись, стали заметными, и вовсе закружились веселым танцем, мерцая.
И вот, я стою, уже долгих несколько минут и лицезрею себя. Себя и как богохульный, толстый развратник и еще несколько господ терзают юную девушку. Она молчала, лишь тихо доносилась мычащая, стонущая боль, из далеких еще имеющих сознание проблесков души. Но эти звуки заглушали другие: охи, вздохи, стоны, гогот, и смех настоящих извергов и распутников. Ее тело было избито, господа вновь наносили удары, по ярким синякам, на ногах и теле. Но только не лицо, лицо было юно, красиво, а по щекам, стекали исхудавшие серебряные слезки. Но и эта картина стала мутнеть в окружающих меня зеркалах, от нее отвлек пылающий взгляд, что с помощью нее вновь разжегся. Маска и колпак подходили отменно, этому маскараду безумцев, а глаза, настолько завораживали, что от них не возможно было оторваться. Я будто бы отправился в мир мутных и непонятных снов, вновь сорвав с себя кожу и примерив новую. Она мне если быть искренним была даже очень по нраву. И в таком полудреме полу бодрствование, я находился здесь, здесь среди павших. На миг, где-то позади блеснул огонек сигареты, и меня пробила дрожь, но я был не в состоянии отвести взгляд и расстаться с этими сонными ощущениями. Люсен схватив меня за руку, отвел в кабинет, заранее вытерев и немного приодев. Я опомнился и был искренне благодарен за это, ведь я мог натворить много глупостей после которых безумно бы сожалел, а сейчас приступы будут весьма некстати, но если быть честным моя эрекция была возмущена.
— Маркиз, как члену ордена вам придется немного изменить свой герб. Какой он у вашего семейства?: поинтересовался князь.
— Особняк, который я приобрел имеет символ лилии, я недавно узнал, что этот род прекратил свое существование? Могу я позаимствовать их идею и создать собственный орден сейчас?
— Думаю, с этим проблем не возникнет. Мы сможем уговорить Валентино, видите ли, бывший хозяин дома был очень близок с ним. Придется немного поднапрячься. Хотя вы имеете полные права на это.: заметил Люсен. – но, что вы хотите добавить?
В моем разуме встала картина, которую я наблюдал у себя в саду после выздоровления. Вдобавок это бы охарактеризовало мою двойственность.
— Ну так как вы дали мне знак гремучей змеи, я с почетом приму этот символ и добавлю его к хрупкой и белоснежной лилии, как противоречивость и защиту.
Господа немного удивились, но согласились. На этом собрание было почти завершено. Мы вернулись в зал и я с наслаждением наблюдал за картиной происходящей здесь, ведь на самом деле аристократические личности куда более любили созерцать чем обнажаться сами. До того как они полностью полыхнут желаниями конечно. Как бы то ни было, их пристрастие к мистике и окультности меня забавляла, я с интересном за всем наблюдал, даже мог бы и принять участие, но увы я не верю в подобную чушь, демонов и магию нужно искать в себе, а не в жертвоприношениях и поклонениях.
Когда я наконец добрался до свежего воздуха, вскинув маску вверх и закурив сигарету, взглянул на запечатанное туманом небо. Было темно, в округе не встретилось ни одного прохожего, и единственным моим спутником являлась собственная же тень. Дым мягко выдыхался из моих легких, я наблюдал как он рассеивается, а так же смотрел и за своей тенью. Она будто жила сама по себе и являлась идеальной версией самого меня.
******************************
Я все думал как поступить с Лунье, тянуть время было нельзя. Срок отведенный в четыре месяца подходил к концу, с началом весны я должен был покончить со всем. Я страстно этого желал.
Ответ мне помогла найти Юлиана. Мы встретились, у нее был с собой ее фотоаппарат. Это устройство зародило во мне мысли небольшого шантажа. Для такого простачка как Франсуа, информация об его блуде, в его кругах и для семьи была бы очень шокирующей и сильно подорвала бы его репутацию, появись в газете фото с его мерзкими деяниями.
Мы сидели на лавочке, девушка грелась у меня на коленях, мы смотрели на грустные фонтаны, находящиеся, там, где мы с Серхио заключили пари. Это было кстати излюбленное наше место и мы с нетерпением ждали когда вновь включат воду и наступит тепло.
— Ты не дашь мне на несколько дней свой фотоаппарат?: добродушно поинтересовался я.
— Эммм. А зачем тебе?: совместного фото у нас не получалось, девушка сильно вредничала, и даже себя не позволяла фотографировать, оставалось только окружающее.
— Мне нужно, что бы наконец во всем разобраться. Всего на пару дней, а потом обещаю все будет по другому.
— Ну хорошо, только и не пытайся следить за мной.: она показала язык и мы начали играть в догонялки.
Я все еще помнил, где по рассказам Серхио, часто находиться Франсуа Лунье. Вооружившись фотоаппаратом отправился туда, мне пришлось доплатить, что бы меня спокойно пропустили к нему в комнату. Тут имелось два корпуса, один мужской другой женский, конечно же Франсуа был в первом.
Трое юношей лет по 20, были радом с ним, а тот жадно их ублажал не заметив даже того, что в комнате появился не званный гость. Сначала я просто стоял, но после получилось несколько весьма интересных кадров. Юноши остановились, однако толстячек продолжал злодействовать. Пока я вплотную не подошел и звук снимка не выдал меня.
— Айяйяй!!! Маркииииз, вы, что?: завизжал тот подскочив, когда меня заметил.
— Да я так, в гости зашел.: улыбнувшись сказал я. – А теперь вы, вон отсюда! Нам с господином Лунье нужно поговорить.: выпроваживая молодых людей властно и грозно проговорил я. Те забрали свои вещи и поспешно выбежали.
— Да как вы смете?!: Пожелтев от ярости и недоумения, промямлил фогт Лунье.
— Я позволяю себе достаточно, а вы куда больше чем вам положено.
Казалось он разбухал на глазах, но я продолжил.
— И так.: не меняя своего тона промолвил я. — Через несколько дней к вам подойдет один господин, вы расскажите ему о своей деятельности, о вложениях вашего храма, о всех финансовых связях, вы обеспечите ему доступ ко всем бумагам, особенно связанными с благотворительностью и вложениями. Иначе же, эти фотографии попадут в утренний номер всех газет города, и по два экземпляра будут доходить до вашей супруги, два утром, два вечером.
— Да, что вы себе позволяете?! Зачем это вам?: бледнея, теряя свою яркую желтезну возмущался Франсуа.
— Это уже лично мое дело. Подобного разговора не было, если кто-то узнает, или же, что-то случится с моим человеком, я исполню свое обещание.: в моем взгляде читался холод, он пронизовал этого человека, от которого зависело мое скорое освобождение, и я был готов на все. – Вы поняли меня? Отвечайте!
— Да…: немного помявшись выдавил он.
— Отлично, а теперь возвращайтесь к своей работе. И помните, я исполню свое обещание, об остальном позаботиться мой человек, он скажет, что от вас потребуется.
Толстячек обижено собрал вещи и удалился. Во мне бушевало некое удовлетворение и гордыня, я надменно окинул взором эту комнату и направился к выходу. Но меня остановили полностью ошеломив внезапностью.
— А я как раз вас ищу, Гремучка.: радостно раздвигая шторы зашел Люсен в сопровождении с полдюжины человек.
Я припрятал фотографии во внутренний карман пиджака. – Ох, неожиданно вас тут видеть.: с ноткой непонимания и удивления заявил я.
— Да, я пришел к вам домой, что бы показать ваш еще один но уже новый дом от нас. Но увидел вас уже уходящим, и позволил себе наглости последовать за вами. А раз вы пришли в такое заведение то можно и отметить, почему же вы все еще одни?
— Так вышло, но у меня нет желания сейчас праздновать.: огрызнулся я направляясь к выходу.
— Что вы, что вы.: он щелкнул пальцами и двое парней подхватили меня за плечи и обрушили к кровати. Мне чудом удалось сохранить фотоаппарат. — Ох, а это еще, что тут у нас?: Он выхватил у меня это приспособление и стал рассматривать его. – Очень интересная штука, у меня возникло пару идей.: он стал фотографировать меня, то как я озлобленно на него смотрел, потом он приказал обнажить меня и налить алкоголь. Как только девушка прикоснулась ко мне своим языком, я дернулся. В моих глазах вспыхнул гнев и похоть. Маркиз увидел это и сделал фото, после чего нагнулся ко мне и схватил за скулы. Мы встретились взглядами, в его читалась легкая издевка и, что-то еще. — Может прекратите паясничать?: неодобротильно возразил он.
Моя левая рука высвободилась и я отвесил ему приличную пощечину, да так, что он повернулся ко мне затылком. Ждать долго не пришлось, и мне ответили тем же. Удар, шлепок, щеки горят. На его лице улыбка становилась все шире и шире, а глаза начинали блестеть. От боли, самой ситуации, я перестал себя контролировать, выступила улыбка, шея покосилась, глаза вспыхнули, я высвободил и левую руку впившись Люсену в горло. Оттолкнувшись ногой от кровати я дал напор вперед опрокинув маркиза, и теперь я сидел сверху. Мы смотрели друг другу в глаза и видели, что-то схожее, точнее мы видели собственное немного искаженное отражение. Мы улыбались. Улыбались друг другу и самим себе. Я обнажил зубы и загремел сережкой.
Он ударил по руке и снял удушение. – Вот! Вот оно! Замечательно! Такого я тебя и ждал.
На его лице изображалось некое торжествование, я выпрямился, согнув шею, наклонил голову. Я оглядел напуганных юношей и девушек.
— Кхи! И, что вы хвосты поджали? Вина сюда, сегодня с маркизом мы вами насладимся вдоволь!: я протянул руку Люсену помог встать и притянул к себе, мы слились.
Этот день увенчался безумством. После того скромного удовлетворения среди двоих юношей и четверых девушек, мы отправились в первый из трех ужасных клубов. Там где были карлики и уродцы, как же не повезло тем жертвам, что предназначались для нас. После мы умудрились познакомиться с двумя актрисами, сначала мы посидели в одном ресторане на улице Френи, после чего поднялись по холму, и ознакомились с моим новым домом изнутри. Я был изрядно пьян, и чуть не закатил веселую истерику по тому поводу, что именно в этом доме не так уж и давно я впервые увидел Гюстава Де-Франсе. И то, как он измывался над опьяненным бароном. Но, что-то шепнуло мне, и я смолк, контролировать себя было сложно, но спасибо похоти и я слишком увлекся нашей небольшой оргией, и уже было не до слов.
Несколько дней я обустраивал новый дом, там и так многое осталось после прежнего хозяина, но хотелось добавить несколько мелочей от себя. Несколько антикварных столиков, ваз, картин, статуэток и прочего, гардины теперь были темно-синего цвета, а не красного, у меня появилась библиотека. Из дома я решил сделать кабинет, жить же мне хотелось в той моей квартирке, она была не такая помпезная и куда темней. Сюда же я перетащил большую часть документов, денег и тут я собирался проводить различные встречи. Сюда можно было приглашать гостей. Именно здесь я встретился с Антуаном, который был уже теперь комиссаром.
— Франсуа Лунье. Тебе нужен этот человек. Он является фогтом в церкви святого Симона. Он предоставит тебе, все отчеты по финансам этого заведения. Поройся в них, особенно обращай внимание на благотворительность и если заметишь этот символ (я показал ему символ крылатого зверя из книги) то это, то, что нужно. Если он тебе откажет, просто напомни, что я ему кое-что обещал.
— Я понял вас Маркиз Де Лавнес. Спасибо за повышение.
— Не за, что мой друг. Только запомни, ни кто об этом не должен знать, даже начальство, только нам втроем с Валентино об этом известно. Отчеты докладывайте прямо ему, я буду узнавать все после.
Вечера проходили спокойно, когда от маркиза не было ни слуху ни духу. Более или менее я мог себя сдерживать. Мы с моей девушкой прогуливались к набережной, где были странные дома, и обрывистые улицы, старинные двери и арки. Либо же сидели у фонтана и разговаривали, излюбленным нашим занятием было обсуждать и шутить между собой над случайными прохожими, мы это делали очень ловко и умело, понимали друг друга с полуслова. Чуть позже я иногда встречался с Габриэль. Тоже прогулки, в местах неподалеку от ее дома, как обычно спокойное, приятное время препровождения за повседневными темами. Мне просто было хорошо и я был свободен, почти…

Глава 19. Мелодия ночи.
Был обычный зимний день, время приближалось к полудню. После своего кафе, я забрел в антикварный закоулок, так, посмотреть и может чего прикупить. Настроение было весьма приятное, ни о чем не задумывался. Прогуливался по улицам, рассматривая дома усыпанные снегом, иногда взор переходил на людей, но тут как обычно, иногда на моем лице скользила улыбка, а иногда меня проходили смущающиеся дамы.
Мое внимание от природы, отвлекла тонкая, знакомая мне до боли фигура. Юлиана вышла из моего нового дома, и быстро пошла по улице. “Странно, я не говорил, где именно находится мой дом, да я и ключей ей не давал. Каким образом она туда попала, и, что вообще делала? Откуда узнала?” Она быстро шла и чуть не столкнулась с деловитыми прохожими. Мое сердце взволновалось и я ускорил собственный шаг, точнее нет, я побежал! С каждой секундой шаг ускорялся, а сердце билось сильней. Я толкнул плечом одного, развел тростью и рукой заслонивших мне дорогу прохожих. Сзади прозвучала брань, но я ее не слышал, на душе было тревожно.
— Привет снежинка!: наконец догнав и легко коснувшись плеча сказал я.
Она обернулась, ее глаза были мокрые, однако погода, солнце и снег придавали крохотным слезкам на глазах незабываемое свечение, которое становилось все ярче и ярче от гнева бушевавшего внутри. Она отдернулась, губы ее были надменно искривлены, выражение личика на столько строгое, что в моей груди, что-то екнуло и я даже отстранился на шаг.
— Я больше не хочу тебя видеть! Убирайся!: она отвернулась и вновь быстро пошла. Я вновь догнал девушку.
— Да, что с тобой? Что случилось?: В недоумении стал расспрашивать я.
Юлианна вновь обернулась, но ей даже не пришлось ни чего говорить. Я все прочел во взгляде, он будто раздирал меня изнутри. Он оставил меня стоять в полном шоке, стоять и смотреть, как быстро удаляется эта прекрасная, хрупкая и необычная девушка. Дождавшись когда она исчезнет из виду, я тут же кинулся домой. Я не знал, что искать, куда смотреть и в чем дело. Но я чуть не разнес стеклянный столик в моей спальне, на котором увидел фотографии, те, где мой живот облизывали и после нескромную оргию с маркизом. Если на первой фотографии мое выражение лица было непонятным, то ли я прищурился от отвращения, то ли мне приятно и щекотно и я этого жажду. Но вот на остальных фотографиях мое желание отчетливо виднелось. Я даже и забыл про это, забыл про фото, которые сделал Люсен. Я был опьянен алкоголем и страстью, ее и правда не хватало, поэтому она захлестнула меня полностью. “Маркиз! Чертов ублюдок ты Люсен!” хлопнув дверью прорычал я гремя языком.
Я отбросил ошеломленную новую горничную маркиза, и кинулся к нему в кабинет, громко перебирая ногами по лестнице. Он был на месте. Люсен обернулся и улыбнулся, правда не успе